Глава 2

— Здравствуйте.

Мелодичный женский голос отчего-то резанул по самому нутру.

Бывает и такое…

За столиком сидела девушка, которая наблюдала за его появлением широко распахнутыми глазами.

Оно и понятно.

Поезд, вагон СВ. К девушке подсаживается одинокий мужик. Это почти то же самое, как «не входить в лифт с незнакомцами, особенно с мужчинами».

Герман в который раз за последние сутки выругался.

А главное — его попутчица сто процентов была не из категории той блондиночки, которая осталась скучать в проходе.

О нет.

Стоило Герману появиться в дверном проёме и сделать шаг вперёд, как она встрепенулась. Сначала руки на столик положила, потом быстро спрятала под него.

Занервничала.

И вроде Герману были понятны причины, но всё равно царапнуло. Он что, так херово выглядит, что молодая красивая девушка засуетилась при виде него?

Да, злой. Да, чуток помятый от бессонной ночи из-за спины. Но обычно он женщинам нравился! Взять ту же проводницу или блондиночку. А с этой что не так? Чего забилась?

Набрасываться на неё он не планировал.

Толчок в паху отозвался новым приступом боли. Герман, отправляясь в поездку, выбрал удлинённую парку. Питер в это время года капризен и неприветлив. Стояк не видно. Светить им он тоже не планировал. Может, она и не обратит внимания…

Не должна, по крайней мере.

Чёрт! Вот удружила сестрёнка, ничего не скажешь. Вместо того чтобы расслабиться, подремать в поезде или, на худой конец, поболтать с попутчицей ни о чём, он озадачивался тем, чтобы она не заметила выпирающий бугор на ширинке.

Герман не был обделён природой. По молодости, когда дурь и тестостерон лезли из всех щелей, даже гордился. Почему бы и нет? Девчонки тоже без внимания не оставляли его размер. Кто-то наигранно охал и ахал, сетуя, как они «в себя это поместят». Другие, те, что поопытнее, предвкушающе облизывались.

С возрастом, естественно, перестал заморачиваться. Главное — не навредить партнёрше. И чтобы обоим было хорошо. Да и нигде, кроме спальни и дома, со стоящим членом он не разгуливал!

А тут…

Девушка молоденькая. Хорошо, что не соплячка типа Лизки. Лет двадцать пять. Плюс-минус. Тёмные волосы со здоровым блеском красиво лежат на плечах. Лицо миловидное с полными губами и длинными ресницами. Без косметики. Вообще! Даже те же ресницы кажутся ненакрашенными. Или у Германа что-то со зрением?

Рассматривать незнакомку пристально он не стал. Ещё надумает чего лишнего… Она и так заёрзала. Сейчас вскочит и понесётся к проводнице с просьбой переселить её в другое купе.

И правильно, кстати, сделает.

Потому что… Чёрт! А хрен знает, почему потому что!

Стараясь сохранять нейтральное лицо, Герман прошёл внутрь.

— Дверь прикрыть или оставить открытой? — брякнул он первое, что пришло на ум.

— Прикройте, — быстро отводя взгляд, ответила девушка, неестественно выпрямляя спину.

Сказано — сделано. И почему довольно свободное купе разом начало восприниматься чересчур компактным?

Впору самому идти и приставать к проводнице… В прямом и переносном смысле.

Поезд начал набирать скорость. Обоняние Германа уловило приятные нотки сандала. Но запах был не тяжёлым, горьковатым, а лёгким, почти воздушным. Базиль с опозданием сообразил, что это духи девушки.

Вкусные.

Ещё какие, сука!

Тело снова отозвалось тяжестью и тупой болью. Лучше бы болела поясница. По крайней мере, тогда бы он с чистой совестью залёг на диван и ни о чём, кроме лечения и сорокаградусного обезболивающего, не думал.

А тут…

Боковым зрением он продолжал изучать незнакомку. Нет, она не просто миловидная. Она охрененная. Такая, каких он давно не встречал. Красивая. Такой русской красотой. Глубинной. И точно — не накрашена. А судя по тому, что её небольшая округлая грудь находилась довольно низко над столом, ростом она вышла невысокой.

Миниатюрная куколка. Едущая с ним в закрытом купе.

Интересно…

Или нет?…

Герман мысленно поставил блок. Девочка явно не настроена на близкое знакомство. Вот и не стоит к ней лезть.

Он повернулся к ней боком. Скинул сумку на постель. Потом начал раздеваться. В купе было жарко, даже джемпер будет лишним. Снял парку, повесил её.

Аромат сандала продолжал настырно щекотать ноздри и рецепторы. И как тут не реагировать, скажите на милость?

Базиль, ты сейчас серьёзно тушуешься? Перед девчонкой лет на десять младше тебя? Или это оттого, что в штанах пожар?

И, как он понимал, это только начало.

И что делать?

А ничего.

Герман взялся за ремень сумки, потом чертыхнулся, открыл дверь и вышел.

Так. Вдохнуть надо. И подумать.

Вагон кипел. Слышались голоса, смех. Правильно, люди веселились.

— Извините…

Приятный мелодичный голос незнакомки, которой тоже не сиделось, пробрался под кожу. Вот те раз! Герман посторонился, пропуская её в сторону. Он не ошибся — попутчица досталась миниатюрная, ему ниже плеча будет. Зато с какой фигурой! На девушке был свободный спортивный трикотажный костюм, идеальный для поездки в поезде. Ничего намеренно сексуального и вызывающего. Такого, за что привычно цеплялся мужской взгляд.

Секундой позже он понял, что ей и не надо. Лёгкая походка, покачивающиеся крутые бёдра при тонкой талии…

Герман сглотнул.

Ночь будет чертовски долгой.

Единственный выход — свалить в вагон-ресторан и не показываться до конца пути.

***

Это не смешно.

Не то чтобы Ива рассчитывала провести весь путь в одиночестве. Покупая билет, она видела, что второй уже выкуплен. А других мест больше не было! Просто кто-то, как она поняла, сдал сразу два билета. Таким образом тридцать первого декабря и появились свободные места в СВ.

Всё! Остальное — битком… Как шутили в старину — свободны только третьи полки.

На самолёт у неё не хватило денег.

И всё вроде начиналось вполне неплохо. Она добралась до вокзала, села. Даже успела выдохнуть.

Она ЭТО сделала, понимаете?!

Сделала…

Щёки пылали, горели даже. Адреналин нещадно хлестал в крови. Впору выбежать на несколько минут из поезда и снегом обтереться. Она глубоко дышала, приходя в себя.

Отлично. Так… Ещё раз вдохнуть и выдохнуть, а дальше… Просто пережить эту ночь, новогоднее безумие и следовать выбранному маршруту.

Она — молодец!

Настроение Ивы, несмотря на клокочущую тревогу, улучшалось. Она несколько раз провела рукой по лицу, пытаясь осознать, что натворила.

Именно так бы сказала мама… Бабушка, наверное, тоже. Хотя тут спорный вопрос.

Итак, что дальше?…

Ответить на вопрос Ива не успела. Дверца купе открылась, и дверной проём заслонила большая тень.

Ива даже не поняла до конца, что произошло… Точнее, что происходит.

Или она слишком погрузилась в свои мысли, или кто-то свыше решил над ней пошутить.

Она надеялась, что к ней подсядет женщина. Естественное желание другой женщины. Почему бы и нет? Например, бабушка собралась провести новогодние праздники с детьми и внуками. Логично же! Или… Мужчина в возрасте! Этакий старичок шестидесяти годков, милый и интеллигентный. Выпьет пару рюмок за праздник, немного подостаёт Иву рассуждениями о политике и погоде и ляжет спать.

Идеально же!

Конечно, мысли о том, что ей может достаться в попутчики молодой мужчина, мелькали в голове Ивы. Сколько историй про двух попутчиков? Море! Она не хотела становиться участницей таковой.

Поэтому надеялась до конца.

И даже когда мужской силуэт вполне нарисовался, Ива продолжала надеяться — а вдруг?…

Но нет.

По тому, как замешкался мужчина, он тоже оказался не в восторге от её соседства.

Или наоборот?… Ива не рассмотрела. Она засуетилась. Остаться равнодушной не получалось. Никак! Это же СВ-вагон! В купе они будут наедине! И… вообще!

Она не поняла свою реакцию. Давно не девочка, недавно ей исполнилось двадцать четыре года. Вполне самостоятельная особа, а тут…

Уже позже Ива поймёт, что было, отчего смутиться. Наверное, даже куда более взрослые женщины при виде такого экземпляра на несколько секунд терялись. Сложно поверить, что всем удалось бы отреагировать спокойно. Особенно понимая, что этот красавчик составит тебе компанию на довольно длительное время.

Рост — метр восемьдесят минимум. Наверное, даже больше. Плечи — аршин. А в парке так ещё шире и квадратнее казались. Такие не обойдёшь, не объедешь. Отчего-то при виде его плеч пальчики на ногах Ивы интуитивно поджались. Бывает же!.. Она обругала себя за реакцию. Глупость какая!

А между тем её взгляд продолжал скользить по незнакомцу. Суровый такой. С резкими чертами. Но было в нём нечто цепляющее. Сильное. Притягивающее. Этакая северная мужская красота, не имеющая ничего общего с юношеской слащавостью, которая никогда не нравилась Иве, даже в подростковом возрасте.

Мужчина впечатлял. Это стоило признать.

И ей с ним ехать?… Много-много часов?

Ива заёрзала на месте, лихорадочно прикидывая, что делать.

Сейчас по классике жанра мужчина должен улыбнуться, сказать какую-то шутку. В конце концов, хотя бы поздравить с праздником. Ива почти придумала, что скажет ему в ответ.

А… нетушки!

Ива сорвалась с места. Проскользнула мимо незнакомца и поспешила к проводникам.

Она не поедет с ним в одном купе! Ни за что!

Девушка спешила, не обращая внимания ни на кого и ничего.

— Можно вас на минутку? — обратилась Ива к проводнице.

— Да, конечно, — женщина, на бейджике которой было написано «Надежда», повернулась к ней. — Что-то случилось?

Ива замялась.

— Понимаете… Я еду в третьем купе.

— Рада за вас, — свела брови на переносице Надежда, ставя на стол большой переносной холодильник.

Ива прочистила горло.

— Ко мне сейчас подсел мужчина…

Давненько она не чувствовала себя настолько глупо! Хотя нет! Кого она обманывала… Она постоянно себя чувствовала глупо последние годы.

Взгляд проводницы Надежды сразу же сказал о многом.

— Тот красавчик в чёрной парке, от которого мы с Ниной едва слюной пол не закапали? — хохотнула она и понимающе улыбнулась. — Вы сейчас серьёзно? Пришли ко мне узнать, не могу ли я вас поменять с кем-то местами? Правильно?

— Правильно, — решительно кивнула Ива.

— Вы замужем?

— Нет.

Ива непонимающе нахмурилась.

— Едете к жениху? Он вас встретит? Нет?

— При чём тут моё семейное положение? Я не хочу ехать с этим мужчиной! — почти обречённо выпалила Ива, краснея. Даже уши вспыхнули.

Надежда качнула головой.

— Девяноста девяти процентам людей не нравятся их попутчики. А вам… Вам повезло. Серьёзно. Я бы напряглась в единственном случае — если бы у этого двухметрового красавчика было кольцо на пальце. А так… Вперёд.

Кольца на пальце у «северного» красавчика не было. Но, может, она невнимательно смотрела?

— То есть нет возможности поменять меня с кем-то местами? — настырно продолжила Ива, понимая, что попытка не удалась.

Надежда достала из холодильника две бутылки шампанского.

— Девушка, — она сбавила тон и шумно вздохнула. — Вы хотя бы раз ехали в поезде в новогоднюю ночь? Нет? Я так и думала. А мне второй год подряд достаётся подобное «счастье». И поверьте, мне не до веселья… Возможно, при других обстоятельствах я и напрягалась бы, попыталась что-то для вас сделать, но не сегодня… У нас аврал, завал… Названий — море. Извините… правда…

Ива кивнула. Она сделала попытку? Сделала. Её совесть чиста? Абсолютно.