Глава 31

Артур

Клинит. Рядом с ней меня клинит. Как самого настоящего психопата. Всё нутро кричит при виде неё.

Возьми. Возьми.

Схвати в свои руки, поцелуй.

И в этот раз желание берёт верх. От бесподобного вида. Затаившегося дыхания. От шёлковой кожи.

Не могу оторваться от мягких, манящих губ.

Мира не сопротивляется. С опаской, неуверенно отвечает. А телом отстраняется. Пытается. Вжимается сильнее в дверь. Но бежать некуда. Только в мои объятия, из которых я её не выпущу.

Хватаюсь за влажные волосы, чуть оттягиваю назад, запрокидывая её голову сильнее.

И маленькая зараза выпутывается из плена.

– Стой, – слышу от неё через тяжёлое дыхание. – Остано…

– Не могу, – признаюсь.

Снова набрасываюсь на любимые губы.

Сдаётся.

Отвечает уверенней, смелее. Это я её этому научил.

Первым был…

И буду дальше единственным. Всё сделаю для этого. И возможностей у меня море…

– Писить хочу, – слышится отдалённо.

За ручку дёргают.

Резко останавливаюсь, отстраняя от себя девчонку.

И сам, испугавшись, что Слава это увидит, натягиваю майку на Миру. Она и сама пытается что-то сделать. Но руки дрожат. И губы постоянно облизывает.

– Это была плохая идея, – ругается.

– Мамочка?

Оба замираем.

Может, она уйдёт?..

Да сейчас! Это ребёнок, Беркутов!

Удостоверившись, что Мира оделась, аккуратно открываю двери. Наблюдаю за малой, хлопающей сонными глазами.

Смотрит то на меня, то на Миру.

– Вы вместе писили?.. – вдруг выдаёт.

– Да, я маме помогал, – обхожу их двоих и быстро ретируюсь.

Мама вон в шоке стоит, ничего сказать не может.

– Всё. Ванна свободна. Мама, помоги ребёнку переодеться.

Одни слова помогают ей очнуться. Теряется, а потом кивает и затаскивает девочку в ванную комнату.

Зарываюсь пальцами в волосы и чуть не бью себя по башке.

Обещал себе быть терпеливым.

А в итоге в первый же вечер облапал её. Возбудился. И поцеловал.

Не сдержался.

Ужасно!

Как жить вместе – не понимаю.

Радует пока одно – спать будем раздельно.

Я ж её изнасилую, если одни в комнате останемся. На широкой кровати… Мирослава в моей футболке… А под ней ничего нет…

Чёрт!

– Ты что тут стоишь? – раздаётся за спиной.

Вот это они шустрые! Уже вышли. Или я, как баран, здесь слишком долго простоял.

Оборачиваюсь, смотрю на малую. Уже переоделась, волосы распущенные. Убирает их за ушко. А в свободной руке держит старую игрушку. Зевает. Спать хочет.

– Ждал очереди, – выпаливаю первое, что приходит в голову. Какой же ты осёл, Беркутов… Брови Миры в изумлении летят вверх. Ага. У нас две ванные в доме, а я ждал, когда они освободятся.

– Ясно, – кивает. Берёт спящую на ходу девочку за ладошку и ведёт в комнату. – Пойдём, постелю тебе простынь, и…

– А папа уже сделал.

Папа.

Необычное для меня слово. Мечтал услышать его целых два раза. И оба эти раза разбились вдребезги. Как и надежда, что когда-то услышу эти слова.

Нет. Этого больше никогда не будет. Предохраняюсь, и только. Даже в первый раз с Мирой это делал. Хотя башню снесло так, что чуть не вошёл без защиты. Крыло знатно. Пришлось в ванную за ними бежать.

– Оу, – выдаёт. Удивляется! А я что, не способен надеть наволочку на подушку? Или одеяло заправить в пододеяльник? Нет, ну, с последним я промучился немного… Чуть не решил запихнуть в него Славу, чтобы та одеяло по углам рассовала. – Тогда… Пойдём, уложу и расскажу сказку.

– Нет, – останавливает своей крохотной ладошкой у двери. – Сегодня я буду взлослой.

Как в насмешку над своими же словами, проглатывает букву «р».

Встаёт на носочки, тянет ручки к голове Заразы. Обменявшись милыми поцелуями, малая переводит взгляд на меня. Улыбаясь, скачет в мою сторону и просится на ручки.

Впервые у меня так.

Растерявшись, поднимаю с пола. И чувствую крохотные губки на щеке. Чёрт… Я не побрился. Надеюсь, эта щетина не вызовет раздражения? Надо побриться. Слышал, что детская кожа чувствительна.

– Спокойной ночи! – голосит.

– Спокойной ночи, – отпускаю её.

Та сразу бежит в комнату. Ещё раз целуется с мамой.

В каких-то странных и смешанных чувствах направляюсь в комнату. Мира шагает рядом, открывает соседнюю дверь.

– А почему вы спите в разных комнатах? – летит из уст наивный вопрос.

Чёрт. Совсем забыл, что на её глазах лучше так не делать. Да и Мира тоже, раз поднимает на меня молящий о помощи взгляд. Не знает, что ей сказать, хах.

А я знаю?

– Вы ещё не помирились?

– Помирились! – кричит моя девочка, обернувшись. Тут же делает шаг в мою сторону. – Я просто ошиблась, солнышко. Всё-таки новый дом…

– А-а-а… – чешет макушку. И не уходит. Смотрит на нас. Ждёт явно чего-то.

И внезапно прищуривается.

– Вы же меня не обманываете?

Какая она умная до ужаса! Ей хоть и пять, ментальный возраст тянет на все пятнадцать.

– Нет! – толкает меня в плечо Мира. Быстро тянется к ручке двери. Открывает её и заходит в нашу спальню. – Всё хорошо. Спокойной ночи, мышонок!

Машет ей ладошкой. И толкает меня под рёбра.

Поднимаю ладонь, помахивая.

Что мне ещё делать?

Закрываю дверь и слышу облегчённый вздох.

Я всегда был на стороне Славы. Даже благодарил её – она помогла мне сблизиться с Мирой ещё в больнице. И сейчас старается мне помочь, хоть и неосознанно. Но это она зря…

Остаться наедине с этой девочкой-заразой в одной комнате – подобно самоубийству.

Особенно когда она в таком развратном виде. В моей футболке. И с бьющейся жилкой на шее.

Ладонь сама тянется к ней для того, чтобы дотронуться.

Но вовремя отдёргиваю её. И разворачиваюсь, шагая к шкафу.

– Дать тебе ещё одежды? – усмехаюсь.

– Нет. Посплю в этом.

Раздаются тихие шаги в сторону кровати.

– Я сейчас посижу пару минут и пойду…

– Я тебя не прогоняю.

А у себя в голове прошу её уйти.

Сейчас вся комната пропитается её запахом. А мне потом мучайся.

И в душ бежать.

– Спасибо.

Слышу, как плюхается на мягкий матрас.

– Мягко… – довольно мурчит, как котик. – А в той комнате такая же кровать?

– Нет, – расстёгиваю пуговицу и ширинку на штанах. Снимаю их, отправляя в шкаф. Невольно зеваю, несмотря на напряжение. Оборачиваюсь – Мира лежит на постели, прикрыв глаза.

– Может, тогда остаться сегодня здесь? А тебя прогнать в ту комнату?..

Вот, значит, как?

Подхожу к ней, заваливаюсь на свободную половину.

– Поздно. Я уже лёг.

– Умеешь ты всё испортить, – вздыхает.

Странная она. Расслабленная.

– Оставайся, – вдруг выпаливаю. – Ничего страшного не случится за одну ночь.

Случится. Я уверен.

Но ей же необязательно это знать?

– Точно-точно? – с подозрением переспрашивает.

– Уверен, – скрестив пальцы на руках, проговариваю. Слава научила. Не уверен, что смогу себя контролировать.

– Хм… Я тебе не верю. Но у меня закончились силы. Поэтому… Если я не встану в ближайшие минуты, останусь здесь.