Глава 40

– Может быть, это?

Очередное аккуратное кольцо появляется перед глазами.

– Скромное, – недовольно хмыкаю. Опять не то. – Ей не подойдёт. Камень маленький.

Ненавижу выбирать такие вещи. Мало того, что с размером можно ошибиться (это ещё не страшно), но со стороны мужского взгляда подобрать что-то красивое и идеальное для своей девушки – невозможно.

Это недостаточно красиво.

Недостаточно ярко.

Блекло.

Скромно.

Не к лицу.

Жёлтый-жёлтый она не любит.

– А этот?

Вроде красивое. Напоминает чем-то те два кольца, что я ей дарил. Белое золото, бриллианты.

– Размер подходящий.

Ну, раз так…

– Запакуйте, – киваю и тянусь к вибрирующему телефону. Забыл включить звук после работы. Вижу на экране контакт «Заноза» и с улыбкой на губах отвечаю на звонок. – Буду скоро.

Отвечаю на автомате, зная, что спросит.

– Артур-у-ур, – вой как будто побитой собаки раздаётся в динамике. – Я не з-знаю, что дела-а-ать. Слав-вка пропала, ниг-где нет. Пол-лиция не-е е-едет.

Сердце делает кульбит. Падает в пятки, возвращается обратно под рёбра и колотится в груди, вот-вот собираясь пробить грудную клетку.

Что она сказала?

Славка пропала?

Как? Вон недавно была СМС-ка, что она её из садика забрала…

Несусь к двери без раздумий. Забываю про то, где я, зачем пришёл.

– Мужчина! Кольцо! Брать будете?

Нахрен кольцо!

– Как давно пропала? – во рту пересыхает от волнения. За это время, что мы играем в семью, к Славе я прикипел. Сильно. Очень. После работы я частенько учу её рисовать. Иногда мы вместе готовим что-то вкусное, а Мира потом моет плиту.

Прямо как отец с дочкой. Настоящие.

Я всегда о ребёнке мечтал.

И получил.

Мне нравится, что я имею сейчас.

Ни разу не задумался, что она мне не родная. Вообще плевать. Откуда она, какими путями всё это произошло…

И эти слова выбивают из колеи. Наводят панику. Даже у меня. Рассудительного и холодного. Остаюсь с холодной башкой всегда и везде.

– Не знаю. Час назад я видела её в гостиной!

– Понял. Сейчас подъеду. Всё решу. Пока присядь, попей воды. Порыдай. Но не накручивай себя, ясно?

Уверен – мои слова не помогут.

– Я уже-е-е.

Блин, Мира, чёрт.

– Я сейчас позвоню брату. Буквально пять минут. И перезвоню тебе, ладно? Не пропадай.

– Хорошо, – всхлипывает и одним звуком рану в груди делает.

Сбрасываю, прыгаю в тачку и звоню Эмину, брату. Здесь не полиция нужна. Что они сделают? Походят возле нашего дома? Напишут бумажку? Нет, тут нормальные люди нужны.

На звонок брат отвечает долго.

– Замолчи, – цедит сквозь зубы. Причём не мне. – И ешь. Да, брат? Ты немного не вовремя. У меня свидание.

Ни хрена себе – свидание.

В другой бы ситуации поинтересовался, но не сейчас.

– У меня ребёнок пропал, – вдавливаю педаль газа в пол. Адреналин даёт о себе знать. Только, чёрт, не повторить бы ошибку. Она мне в прошлый раз чуть жизни не стоила. – Помощь нужна.

– Адрес диктуй, сейчас подъедем.

Проговариваю и отключаюсь. Перезваниваю Мире, чтобы поддержать её и самому с ума не сойти. Гудки обрываются быстро. И весь путь до дома пытаюсь говорить с Мирой, успокаивая её. Вряд ли это поможет ей или мне.

Мира

Я обегала весь участок. Ничего не нашла. И куда делась моя девочка – не понимаю. Её похитили? И как? Я всё это время была дома! И Даша. Тоже была.

Подруга ушла, а мелкая взяла и пропала.

Убежала, что ли?

Почему?

Новость о братьях не понравилась? Надумала себе чего-то – и всё? Но как?! Как ей могло прийти что-то плохое в голову? Если только кто не надоумил… Дети только так глупости делают. Когда взрослый косячит и говорит ненужные слова.

Но я ни в чём не могу быть уверена.

Плевать на причину.

Разберёмся потом.

Лишь бы её нашли!

– Эй, ты в порядке? – я не замечаю, когда кто-то начинает бить меня по щекам. Слабо, но приводит в чувство. Очнувшись, понимаю, что всё это время сидела на улице, в песочнице, в надежде, что Славка вернётся.

От меня толку мало. И сдалась быстро.

Уже и у соседей была, и рядом всё просмотрела, спрашивая прохожих.

А вот в густую чащу леса недалеко от дома… я соваться не стала. Особенно сейчас, вечером.

Ещё и живот закололо от нервов. Я поэтому села на песочницу, подстелив под зад кофту.

Колотит, как на американских горках.

Не сразу понимаю, что у меня спрашивают.

Мотаю головой на вопрос.

Я не в порядке!

– Не парься, сейчас найдём, – слышится незнакомый голос. Не сразу доходит, что это Эмин. Брат Артура. Мы с ним уже знакомы. Виделись несколько раз.

Они приехали одновременно?

– У меня лучшие мужики, хорошие. И комара мимо не пропустят.

Поднимаю взгляд вверх. Киваю машинально. Если бы…

И вижу рядом с Эмином знакомую девушку. Разве не с ней мы сегодня виделись в клинике, в регистратуре? Вроде она. Правда, сейчас волосы распущены, на лице косметика, а вместо лосин и футболки – красивое вечернее платье.

– Мир, я пойду камеры гляну, – отвлекает Артур.

А? Камеры?

– Они у нас есть? – спрашиваю глупо.

Боже…

– Да, – гладит по макушке, успокаивая. Его тёплые руки дарят сладкое умиротворение. – Не везде. Но, может, найдём что-то. Люди Эмина пока вокруг рыщут. Её точно в доме нет? Под кроватью смотрела?

– Смотрела, – шмыгаю носом. – И в шкафу. Думала, она опять там в куклы играет…

– Ладно, – опять шепчет успокаивающе. – Мы пойдём. Не бойся, найдём, а потом ещё будем с улыбкой это вспоминать.

Киваю. Опять на рефлексах. Настроения нет.

– Идите в дом. Тут холодно. Заболеешь ещё.

Опять кивок. Он прав.

Болеть нельзя. У меня теперь два малыша, которых я просто обязана охранять. И беречь.

Больше ничего подобного, как в прошлый раз, не случится. У меня родятся крепкие здоровые мальчишки. Несмотря на ноющую слабую боль внизу живота и пошатнувшиеся нервы…