Глава 6

Следующим утром я шла в ресторан с тяжелым сердцем. Опять не могла определиться, что надеть и в итоге натянула джинсы и свободный свитер, чтобы никто не подумал, что я важничаю.

Страх оказаться самозванкой грыз меня изнутри.

«Что я им скажу? Что три года пекла торты для вечеринок бывшего мужа? Что за это время стала простой домохозяйкой? А если они будут смотреть на меня, как на выскочку?»

Коллектив уже ждал своего нового шефа ждал в кондитерском цеху. Четыре пары глаз уставились на меня, когда Святослав представил меня, как нового главного кондитера.

Я ожидала холодного приема или скрытых усмешек, но вместо этого девушки, а это были три девушки и один парень, заулыбались.

— Ярослава Горская? Та самая? — спросила высокая брюнетка с именем Ангелина на бейдже. — Да я по вашим мастер-классам училась карамель делать!

Я растерянно моргнула.

— Это было давно, — смущенно ответила я.

— Не важно, это до сих пор лучший мастер-класс, — сказала она, и остальные закивали.

Святослав посмотрел на меня, едва заметно улыбнувшись, и я впервые за утро выдохнула. Кажется, он знал, что они меня примут. Или просто надеялся на это.

Первые дни прошли в режиме информационного шторма. Я изучала текущее меню, дегустировала каждую позицию, делала пометки в блокноте.

Техкарты были в полном беспорядке, одни и те же десерты прописывались по-разному, в зависимости от того, кто их готовил.

— Так не пойдет, — сказала я на третье утро. — Мы переделываем все. Вес каждого ингредиента, время замеса, температуру выпечки. Все должно быть идеально выверено.

Девчонки застонали, но засучили рукава. К концу недели у нас была новая система. К концу второй — переработанное меню.

Я добавила три своих авторских десерта: тот самый шоколадный капкейк с соленой карамелью, ванильную панакоту с маракуйей, которую придумала давным-давно, и хрустящий тарт с лимонным курдом.

— Это то, что нужно, — сказал Святослав после дегустации. — Наконец-то у меня в ресторане самые лучшие десерты в городе, которыми можно гордиться.

Мы всем коллективом выдохнули и пожали друг другу руки. Все же у нас сложилась отличная команда.

Я крутилась целыми днями, как белка в колесе. В семь утра я уже была в цеху, проверяла закваски, тестировала новые рецепты, контролировала каждую партию.

Обед пролетал мимо меня, я забывала о нем так часто, что желудок в конце концов перестал напоминать о себе урчанием.

— Ты опять не ела, — сказал Святослав где-то на десятый день, подойдя ко мне с тарелкой пасты.

— Я занята, — проговорила, не отрываясь от взбивания ганаша.

— Ешь, — приказал он, поставив тарелку прямо на мой рабочий стол. — Это не просьба.

— Не веди себя, как мой папа, — я улыбнулась, но все же с аппетитом посмотрела на тарелку.

— Я твой работодатель. И по статистике, сытые сотрудники работают лучше.

Он ушел, а я съела все, до последней макаронины. С тех пор он приносил мне еду каждый день. Иногда это было горячее блюдо из кухни, иногда просто сэндвич.

Но он всегда приходил в одно и то же время и смотрел, пока я не проглатывала хотя бы половину. Ангелина многозначительно подмигивала мне каждый раз, но я делала вид, что не замечаю.

После работы мы возвращались домой вместе. Ресторан находился в центре, а наши квартиры, в двадцати минутах езды. Первые дни я ездила одна, но на третий день Святослав догнал меня у выхода.

— Идем домой, нам, вроде как, по пути, — сказал он, как будто это было само собой разумеющимся.

Иногда мы ехали на его машине, а когда были теплые вечера, шли пешком через вечерний город. Сначала просто молчали, потому что я слишком уставала, чтобы говорить.

А со временем я начала рассказывать про десерты, про технические сложности, про то, как Ангелина пересолила карамель, а Дима, вместо молочного шоколада, взял темный.

Он слушал, по-настоящему, с интересом слушал, не перебивал, не давал советов, если я не просила.

Потом мы стали говорить о другом. О книгах, которые он читал в детстве.

О моем первом поражении на конкурсе, когда я расплакалась прямо на сцене.

О его отце, который не хотел, чтобы Святослав становился ресторатором, а продолжил семейный строительный бизнес.

О моей маме, которая до сих пор звонит каждый день и спрашивает, не хочу ли я вернуться к Егору.

— И что ты отвечаешь? — спросил он однажды.

— Что лучше буду одна, чем с тем, кто меня не видит.

Он замолчал на несколько минут, а потом взял меня за руку.

Осторожно, будто невзначай. Его пальцы просто сомкнулись вокруг моих, когда мы пересекали пустынную улицу. Я замерла на секунду, но он не посмотрел на меня, не улыбнулся, а просто продолжал идти, как будто так и надо.

Я опустила голову, улыбнулась и не отняла руку. Не смогла.

Он держал меня до самого дома. В лифте мы стояли молча, я смотрела на его профиль и чувствовала, как гулко бьется мое сердце. Когда двери открылись, он отпустил мою ладонь так же естественно, как взял.

— Спокойной ночи, Яра, — сказал он и скрылся за своей дверью.

Я зашла в квартиру, прислонилась к стене и улыбалась, как девчонка, которой оказал знак внимания понравившейся парень.

— А он мне, что, нравится? — задала сама себе вопрос, на который в глубине души я уже знала ответ.