21. Ренцо

Через забор и по крышам.

Есть в этом своя злая ирония – он собственными руками собирается отдать любимую девушку другому, и даже рискует жизнью из-за этого. Он не хочет отдавать, девушка не хочет, и даже, наверняка, тот жених не очень-то горит желанием. Но иначе никак.

Собственная беспомощность сводит с ума. Но лучше признать это сразу. Честнее.

По крышам…

Сейчас прыгать удивительно легко, словно на самом деле сбросил лет двадцать, словно мальчишка. И голова такая ясная и легкая, до звона. Кажется, еще немного, и правильное решение придет само… но ничего не приходит.

Через три квартала Ренцо спустился на землю, и направился к Авентину.

Вышел к реке. Подумав, купил по дороге у встречного рыбака удочку, в пять раз дороже, чем она могла стоить, но торговаться не стал. Удочку, ведерко и даже червей - все, что у того было. Так будет проще делать вид, что Ренцо здесь по своим делам.

Тихое место за доками, вокруг склады и никого. Небо едва начало сереть.

Ренцо огляделся – поставил ведро, размотал удочку. Притворяться, так притворятся? Не стоять же тут просто так. В детстве они часто бегали с Лино ловить рыбу, но не сюда, конечно, рядом с домом.

Насадил червя, выбрал место получше, рядом с зарослями аира, закинул.

Но смотрел больше по сторонам, думая о своем, и пару раз пропустил, когда начинало клевать. Поймал трех мелких карпов и одну форель, словно, и правда, пришел за рыбой.

Светало.

Если никто не придет, что делать тогда?

Двое мальчишек ловят рыбу на том берегу, и чуть в стороне, какой-то старик с удочкой, выше по течению. Не самое людное место. Из соседнего переулка женщина вышла за водой.

Город просыпался, но Ренцо все так же оставался один.

Найти этого Тарина и объяснить доходчивее? Или он еще спит? Стоило назначить встречу на завтра, утро после приема – не самое лучшее время для важных дел. Но уж очень не хотелось тянуть.

Еще одного карпа и судака.

Глядя на эту рыбу все больше хотелось есть. Вчера Ренцо только пообедал набегу, не успевал, на приеме не до того было, а уж про ужин и говорить нечего.

Сколько еще ждать?

Мальчишки с того берега ушли домой. Старик переместился немного в сторону, так, что Ренцо его почти не видел.

Черви закончились.

Он положил удочку рядом, сел на землю.

Уйти? Солнце уже высоко. Если бы кто-то хотел прийти на рассвете, то уже пришел бы.

Мэй ждет его.

Еще немного…

- Как рыбалка? – окликнули сзади.

Мгновение, и Ренцо стоял на ногах.

- Сеньор, не стоит так пугаться! Я не грабитель.

Тот самый старик, что рыбачил рядом. В мятой широкополой шляпе, стоптанных сандалиях и с удочкой на плече.

И что-то в нем не так.

Акцент? Не понять сразу какой.

- Чего ты хочешь? – спросил Ренцо.

Старик почти седой, но волосы и раньше были светлые, как и глаза. Не местный точно, но в Илое полно чужаков. Невысокий, худой. Такой внимательный пристальный взгляд.

- Да просто решил подойти, узнать, как рыбалка, - в уголках губ старика затаилась усмешка. – Поймал чего, сеньор?

- Поймал.

- А чего домой не идешь? Полдень скоро.

Что-то было в этом… Усмешка… Руки у старика… Он придерживал удочку на плече… Мятая, потрепанная, местами грязная одежда, и такие ухоженные руки. Тонкие пальцы, аккуратные блестящие ногти.

- Дома жена злая, - сказал Ренцо. – Поэтому и не тороплюсь.

- Понимаю, - старик усмехнулся. – К такой жене я бы тоже не спешил. А девочка твоя тебя разве не ждет?

Та-ак…

Ренцо быстро огляделся. Сейчас из-за угла выскочат гильдийцы? Или кто там с ним?

Из оружия только нож, оружие в Илое запрещено, открыто носит лишь городская стража и личная охрана консула.

- Я один, не пугайся, - сухо сказал старик, у него был голос человека, привыкшего распоряжаться. – Ты же хотел встретиться на рассвете. И я пришел встретиться с тобой. Или ты думал, господин придет лично?

Господин?

- Кто ты?

- А кого ты ждал? Ты ведь Луци? Трибун, державший всю зиму в осаде Этран? Даже твой командир уехал, а ты не все не мог смириться, пока люди в крепости не передохли с голоду. Много ты получил? Стены? И выжег все! Ты-то ни в чем не нуждался, тебя снабжали лучшим мясом и лучшим вином, а в Этране крыс переловили еще к середине зимы. Люди на ногах не стояли, но не сдавались. Всю зиму сдерживали твоих откормленных илойских свиней. И не сдали бы, если бы ты не убил эмира Эрдо, и не отобрал у них надежду.

Лицо старика скривилось от отвращения.

- Не я убил его, - спокойно сказал Ренцо.

Его убили свои же, те, кому надоело ждать.

- Не ты, так твои люди, по твоему приказу, желая угодить тебе. Ты будешь оправдываться?

- Не буду, - сказал Ренцо.

Если это провокация, то не стоит поддаваться. Если действительно наболело – тем более. Его оправдания никому не нужны.

Старик едва не плевался от гнева, но глаза смотрели внимательно, присматривались.

- Ты искал встречи с моим господином? – сказал он.

- Возможно.

- Тогда говори.

- Почему я должен тебе доверять? – удивился Ренцо. – Ты даже имени своего не назвал.

- У тебя нет выбора, трибун. Если ты хочешь решить свое дело, придется говорить со мной.

- Выбор всегда есть.

- Какой?

- Например, я могу свернуть тебе шею и отправиться на аудиенцию к эмиру лично.

- Тебя убьют.

- Все мы смертны.

- А как же твоя лисичка?

Ренцо пожал плечами.

- Пусть ветер решает, как ей быть.

Старик усмехнулся.

- Ты знаешь джийнарский? – спросил он. – Ты ведь понимаешь, о чем говоришь? Или твоя лисичка научила тебя нужным словам? Кто она?

- Она? Лисичка. Маленькая, рыжая, с пушистым хвостом. Сестра южного ветра с Гор.

- Это она сказала тебе?

- У меня нет оснований ей не верить.

Старик склонил голову на бок и чуть сощурился, глядя Ренцо в глаза.

- А если я скажу, что принцесса Тьяра находится дома, в Лааше, под присмотром надежных людей.

На какое-то мгновение оглушила паника. Но - нет. Спокойно.

- Хорошо, - сказал Ренцо. – Тогда как быть с этой?

- Оставить себе?

Нет, не паника – раздражение. Такое чувство, что все это надо лишь ему одному.

Огромное искушение повернуться и уйти, и пусть сам за ним побегает.

- Я бы оставил, - сказал Ренцо. – Но Гильдия пытается отобрать. Вот вернусь сейчас, а там уже вынесли дверь и увели, пока я слушаю…

Скрипнул зубами. Уже нет сил.

Старик нахмурился.

- Гильдия знает?

- Да.

Нахмурился еще больше.

- Что ты хочешь за нее?

Интересный вопрос. И ведь если ответить честно – никто не поверит.

- Хочу отправить ее домой.

- А для себя?

- Для себя… - он вздохнул… больше всего для себя в этой истории хочет не сдохнуть. - Для себя хочу развестись с женой, получить денег и уехать в Алеру, к чертовой матери. Выращивать виноград.

- Деньги, значит.

Ренцо ухмыльнулся.

Когда говоришь о деньгах – тебя сразу воспринимают всерьез.

- Да, - согласился он. Пусть так.

- Сколько?

- Сколько можно получить за лисичку, которая сейчас дома, под присмотром надежных людей?

Старик криво ухмыльнулся в ответ, но почти с одобрением, оценил.

- Приводи ее сюда, завтра на рассвете. И тебе заплатят. Достаточно, чтобы спокойно выращивать виноград до конца своих дней.

Так просто?

- И кому я ее передам? Тебе?

- Мне.

- И как я могу быть уверен, что после этого с ней ничего не случится? Что ты не передашь ее Гильдии, вон там, за углом? Что на вас, в конце концов, не нападут по дороге?

- Это уже не твое дело, - сухо сказал старик.

- Так вышло, что мое. По договору опеки я отвечаю за нее головой. Безусловно, сниму браслет, перед тем, как передать ее вам, но, тем не менее, если что-то пойдет не так – это очень даже мое дело.

- На ней браслет? Если ты снимешь его, то об этом немедленно узнает Гильдия.

- Да. Дальше уж вы сами справляйтесь.

- Гильдия узнает о том, что ты добровольно освободил ее, - в голосе старика впервые сомнение.

- Да, - согласился Ренцо. – Узнает.

- И после этого ты рассчитываешь выращивать виноград?

- А уж это, прости, тебя не касается.

Старик причмокнул, покачал головой.

- Я тебе не верю, трибун, - сказал он. – Тут что-то не чисто, ты же не самоубийца. Что за игру ты ведешь?

- Что я должен сейчас доказать? – поинтересовался Ренцо холодно.

Старик пожал плечами, разглядывая его.

- Как эта лисичка попала к тебе?

- Я выиграл ее в кости.

- Выиграл?

- Да. У торговца рабами, который купил ее невольничьем на рынке у Иримина. Мэй держали в клетке, потому, что она дралась, как гарпия. Она…

Замолчал, поджал губы. Какой смысл.

Старик смотрел на него, кажется, с интересом.

Пошло оно все.

- Завтра на рассвете, на этом же месте, - сказал Ренцо, - я хочу увидеть представителя джийнаркой знати, которого я смог бы узнать, а я знаю почти всех, кто прибыл с эмиром. Но не Ретьяра, он продажная свинья. И тогда я обсужу подробности. Не с тобой. А еще передай Юттару, чтобы выставил свою охрану у дома на Виа Петро, на холме, только таких, чтоб не очень бросались в глаза, лучше, если будут похожи на местных. Пусть приглядывает за ней сам. И пусть будет готов либо сразу признать все законные права Мэй, либо заранее подаст запрос о передаче ему опекунства.

- Ты указываешь эмиру, что делать? – кажется, старик был не слишком удивлен.

- Просто передай.

Повернулся, поднял свою удочку, ведро с рыбой… тяжелое!

Хватит.

- Эй, трибун! – окликнул его старик. – Передай ей привет от дяди Майтека!

- Дяди?

- Просто передай, - он усмехнулся.

- Хорошо, - согласился Ренцо.

* * *

Мэй ждала его.

На этот раз Ренцо вошел через дверь. Ведро с рыбой сунул слегка обалделому бугаю претора у порога.

- На кухню отнеси, - буркнул на его немой вопрос.

- Да, сеньор…

Мэй выскочила навстречу, и сразу, не раздумывая, подбежала, обняла.

И Ренцо слегка оттаял. Выдохнул. Обнял ее в ответ. Так хорошо. Вот ради таких моментов и стоит…

- Как ты? – спросил он.

- Я волновалась за тебя.

Он вдохнул запах ее волос, слегка потерся щекой о ее щеку, стараясь не слишком царапать своей щетиной, поцеловал… и все же. О делах? Взял ее за плечи.

- Знаешь, тебе просили передать привет от дяди Майтека.

И Мэй мигом заулыбалась, расцвела, так весело, радостно, глаза засияли.

- От Лиса, да? Лис передал?

- Кто? – не понял Ренцо.

- Лис… Олистар Рамель, он микоец, невысокий такой, худой, седой уже… Да?

Микоец, точно.

- Да, очень похоже, - сказал Ренцо. – А кто такой дядя Майтек?

Мэй звонко засмеялась.

- Это из сказки! – сказала она. – Лис нам с Дином микойские сказки в детстве рассказывал. И играл с нами… Дядя Майтек - это такой хитрый тип, который за горошину целую корову выменял, а потом еще на княжеской дочке женился! Нам всегда казалось, он на Лиса похож.

В ее глазах танцевали огоньки.

Как же Мэй скучает по дому! Даже стыдно, потому что почти невыносимо ее отдавать. Ничего, скоро все решится. Только бы вышло…

- Завтра я снова встречусь с ним, - сказал Ренцо. – И еще с теми людьми, которых пришлет твой брат. Обсудим детали. Не волнуйся.

Но Мэй вдруг посерьезнела, нахмурилась даже. Так, словно дунули и затушили свет. Уткнулась носом ему в ухо.

- Я не хочу домой, - шепнула она.

Вот только не сейчас. Потому что сердце пронзает такая боль, что немеют пальцы.

- Не говори глупости, - шепнул он… но так нельзя, не хорошо. – Знаешь Мэй, - попытался исправиться, - а пойдем куда-нибудь с тобой позавтракаем? Ты завтракала? Да? Ну, еще разок, хоть просто посиди со мной. Ладно? А потом нам надо по городу пробежаться по разным делам. Я не могу вечно оставлять тебя здесь, это даже не мой дом. Пойдем?