Глава 18. Вступление во взрослую жизнь

Спустя полгода в городе ничего не изменилось. Разве что, когда он уезжал, на голых деревьях там и сям лежали кучки снега, а сейчас Днепропетровск утопал в зелени. На улице зажглись фонари, освещая вечерний город.

Сергей отошёл от окна и в очередной раз остановился возле стоявшего на столике телефонного аппарата. Мужчина сошёл с подножки поезда на перрон вокзала ещё утром, но за целый день так и не решился позвонить Ирине. Несколько раз порывался и уже снимал трубку, да только каждый раз что-то сдерживало его руку в миллиметре от диска телефона.

На полке старого мебельного гарнитура по-прежнему стоял монитор, который Сергей использовал, наблюдая за девушкой. Он вспомнил тот день, когда впервые увидел её на экране, стыдливо прикрывавшуюся полотенцем.

Интересно, как отреагировала бы она, знай, что в квартире установлены надёжно скрытые видеокамеры и микрофоны. И что Сергею нравилось бессовестно следить, как во время их бесед Ирина краснеет от его слов. Как задумчиво пишет что-то разноцветными ручками в тетрадке, а потом надёжно прячет её под кипу похожих тетрадок в шкафчике. Как переодевается, приходя домой из института. Его маленькая студентка! Его девочка! Завтра она вступит во взрослую жизнь.

Какой же красивой Ирина, наверняка, будет на выпускном. В такой день она не должна быть одна. Но и кому-то другому быть рядом с ней он не может позволить.

Рука Сергея потянулась к телефонной трубке и вновь замерла на полпути. Мужчина посмотрел на свои пальцы. Они еле заметно подрагивали. Сергей одёрнул руку и почувствовал, как всё его тело пронзило волной озноба, словно кто-то окатил внутренности ледяной воды. Холод остановился где-то внизу живота.

Мужчина громко вздохнул, будто пытаясь тем самым вытолкнуть из себя холодную волну и унять озноб. Он выпрямил ноги на мягкий светлый ковёр, скрестив их, и откинул голову на спинку кресла, закрыв глаза. Это что-то новое! Такого с ним ещё не было.

Он столько раз влюблял в себя женщин, играя их чувствами. Не со зла, нет! Скорее от скуки! Да, именно! Все эти женщины безумно хороши, но спустя какое-то время общение с ними приедалось. Их поступки, слова и даже мысли становились слишком предсказуемы для него. А это сводило интерес к нулю. Что же произошло сейчас?

Сергей открыл глаза и уставился на телефонный аппарат. Отступившая нервная дрожь начала потихоньку возвращаться в тело. Мужчина взял со стола толстый ежедневник с надетой на обложку шариковой ручкой. В нём он фиксировал предстоящие встречи, нужные номера телефонов, делал прочие важные пометки. И в шутку называл «книгой жизни».

Стоп! Зачем ему ежедневник? Даже если его разбудят среди ночи, он без запинки назовёт номер телефона Ирины. Более того, её номер будет первой мыслью, которая придёт ему в голову. Да что там номер, любую информацию, касающуюся девушки, он помнил наизусть до сих пор. Он так хотел бы сейчас услышать голос на том конце провода. И почти уверен, что там тоже ждут его звонка… Или уже не ждут? Ведь прошла ни одна неделя и даже ни один месяц.

Так вот оно что! Он просто боится, впервые боится, что его отвергнут, не станут слушать, не примут объяснения. Кто бы мог подумать, что до этого когда-нибудь дойдёт?! А ведь всё начиналось, как игра, невинная шалость, одно из многочисленных приключений. Если бы он знал, что всё так обернётся, стал бы затевать эту авантюру?

Скорее нет, чем да. Или всё-таки стал бы?

Да какая теперь к чёрту разница?! Что случилось, то случилось.

Он ступил на этот путь и пройдёт его. Вопрос заключался в другом: он, кажется, первый раз в жизни не знал, как поступить.

— Не знаешь, что делать — сделай шаг вперёд! — эту фразу, ставшую жизненным девизом, он повторял, словно мантру, когда хотел сам себе напомнить, что необходимо действовать, а не стоять на месте, разводя пустую философию.

Сергей выдернул из ежедневника двойной листок и взял ручку.

«1 — букет, 23 розы, розовые, белые, не красные», — написал он, подумал и приписал:

«2 — украшение, золото, камни, не кольцо».

Он сложил записку вдвое и положил в карман брюк.

На ремне запищал компактный бипер. Или попросту устройство обнаружения, используемое чаще всего альпинистами. В случае, если кто-то из группы потеряется, заблудится или, например, окажется засыпанным снегом, стоит лишь активировать устройство, отправив сигнал на него или с него. Бипер начнёт издавать характерный звук, по которому и найдут пропавшего.

Ну вот, нужно идти, иначе через минуту в квартиру, выломав дверь, ворвётся потерявшая босса охрана.

Сергей нехотя встал. Его взгляд остановился на телефоне. Столько времени бессмысленно потрачено, а ведь мог уже давно услышать долгожданный голос. Мог увидеть Ирину и…

Мужчина стиснул кулаки, сдерживая рвущиеся наружу эмоции. Да что ж он, как глупый зелёный юнец! Ждал ведь встречи целых полгода, потерпит и каких-то пару часов.

Он открыл дверь почти одновременно с Валерой и ещё одним охранником.

— Едем! — скомандовал Сергей прежде, чем кто-то из его людей успел открыть рот.

— Допрашивать Кирилла Андреича? — уточнил очевидное второй охранник.

Вместо ответа Сергей зыркнул на подчинённого, и тот поспешно опустил глаза.

Когда они выехали со двора на проезжую дорогу, Сергей вытащил из кармана записку.

— Санёк, останешься со мной, пока буду беседовать. Валерик, у тебя особое поручение, — он протянул водителю сложенную бумажку. — Вопросы?

Второй телохранитель отрицательно покачал головой. А Валера развернул записку и мельком заглянул в неё.

— Всё сделаю, Сергей Иванович, — ответил он, одобрительно кивнув.

На набережной Днепра негде было упасть даже яблоку. Толпы подвыпивших студентов слонялись туда-сюда, несколько парочек, уединившись там, куда не доставал свет зажжённых фонарей, самозабвенно целовались. Из всех без исключения кафешек гремела танцевальная музыка.

Сергей вышел из автомобиля, открыл заднюю дверцу, взял с сидения огромный букет голландских роз, бархатно-розовых с белой волнистой каёмкой и ярко-красный продолговатый футляр.

— Как, ты говоришь, называется их кафе? — мужчина посмотрел на водителя.

— «Тысяча и одна ночь», Сергей Иванович, — напомнил Валера. — Оно чуть дальше по набережной. Сперва будет ресторан с таким же названием, потом какая-то забегаловка. А уже за ней кафе.

— Найду. Отъедь и жди нас на стоянке, — Сергей показал рукой куда-то вдаль и, захлопнув дверь, направился в сторону летних кафе.

Валера оказался прав. Ресторан с многообещающим названием, имевший вид небольшого домика на воде соседствовал с неким подобием веранды, на которой стояла деревянная будка с напитками. От веранды спускались четыре ступеньки, упиравшиеся в высокую арку. На самом верху арки мигала надпись «Тысяча и одна ночь».

Сергей остановился напротив под раскинувшей ветки-прутья ивой.

Из окон кафе вырывались отблески светомузыки и доносилась песня группы «Вирус»:

«Ты побудь со мной —

Я так хочу тепла…

Взгляд печальный свой

Скрываю от тебя…»

Оставалось лишь дождаться, когда Ирина выйдет из шумного помещения на воздух.

Прошло не меньше часа, из кафе постоянно кто-то выходил, потом заходил обратно, некоторые по несколько раз. Но его Маленькая не появлялась.

Сергей начал терять терпение и всерьёз подумал о том, чтобы зайти самому. Он уже сделал шаг, когда из кафе вышли две девушки. Одна из них в светлом платье подняла согнутую в коленке ногу и сняла туфельку, подумала и сняла вторую. Эту невысокую рыжую девчонку он узнал бы из миллиона других. Сжимая в руках обувь и эмоционально жестикулируя, она что-то говорила подруге, а потом обе засмеялись. Сергей улыбнулся, ему вспомнилась другая картина — момент, когда он увидел Ирину впервые.

Из кафе, покачиваясь, вышел парень. Он приблизился к девушкам, взял под руку подругу Ирины и попытался обнять саму Ирину. Она шарахнулась от нетрезвого кавалера в сторону, выставив перед собой в качестве защиты острые каблуки туфелек-лодочек.

Наблюдать за тем, как будут развиваться события далее, Сергей не имел ни малейшего желания. Он шагнул из своего укрытия на освещённую часть набережной и, перекрывая шум улицы, крикнул:

— Малыш!

Девушка в светлом платье вздрогнула и подняла голову.

Время для Сергея остановилось, а вместе с ним замерло и сердце. Он сделал глубокий вдох. Если сейчас Ирина накинется на него с кулаками, будет кричать, а потом зальёт его рубашку слезами, он выдержит. Он позволит ей говорить и делать всё, что она посчитает нужным. Потому что именно такую встречу он и заслужил. А если она сделает вид, будто не знакома с ним? Если вернётся в кафе или вообще отвернётся и уйдёт вместе с подругой и этим… парнем? Что делать тогда?

Ирина просто стояла и молча смотрела на Сергея, не слушая больше подругу и не обращая внимания на парня-однокурсника.

Отойдя от первого шока, она вдруг сорвалась с места и, буквально подлетев к Сергею, повисла у него на шее, не замечая, что каблуки её туфлей впиваются мужчине в спину.

— Малы-ы-ыш, — почти застонал он, прижимая девушку к себе и покрывая её лицо короткими нежными поцелуями.

— Я боялась, что ты уже не приедешь, — подставляя ему лицо, она едва сдерживала слёзы, отчего голос заметно дрожал.

От губ девушки пахло чем-то фруктово-сладким, и Сергей поймал себя на мысли о том, как истосковался по этим губам и по маленькому ротику.

Нужно скорее забрать Ирину, увезти туда, где они оба смогут не сдерживать свои чувства и желания. Где никто не помешает им насладиться близостью после долгой разлуки. Где он будет принадлежать только ей, а ему не придётся делить её с сестрой, подругой или с кем-то ещё.

Сергей опомнился и, заставив себя оторваться от поцелуев, выпустил Ирину из объятий. Она, воспользовавшись временной свободой, бросила на землю обувь, отряхнула ступни и всунула ноги в кремовые туфли-лодочки на высоких каблуках-шпильках.

Сергей тем временем залез рукой в карман пиджака, вытащил продолговатый узенький футляр и протянул его девушке вместе с охапкой роз.

— Со вступлением во взрослую жизнь, малыш!

Даже при ночном освещении было заметно, как щёки Ирины залил румянец.

— Что это? Не нужно! Зачем? — растерялась она, взяв лишь букет и настороженно покосившись на коробочку из красного бархата.

— Малыш-малыш, это просто подарок в честь окончания института. И он ни к чему тебя не обязывает, — Сергей сам раскрыл футляр и достал украшение. На крученной цепочке из белого золота висел кулон — рубиновое сердце в блестящей оправе.

— Какая красота! — восхищённо всплеснула руками девушка.

— Хочу, чтобы с этого дня моё сердце всегда оставалось с тобой, — улыбнулся Сергей самой невинной улыбкой, на какую только был способен.

Не дожидаясь, пока растерянность Ирины от его поступка и слов, улетучится, он расстегнул цепочку и надел украшение на шею девушки.

— Спасибо, — еле слышно прошептала она, в порыве нежности обняв мужчину и поцеловав в щёку.

Сергей чуть кивнул и задал свой главный вопрос:

— Останешься праздновать со своими друзьями? Или прогуляешься со мной?

— С тобой, конечно. Всё равно уже собиралась уходить. Только с друзьями попрощаюсь и вещи свои из кафе заберу. Подожди, хорошо?

Мужчина моргнул, как в замедленной съёмке, согласившись на ожидание.

Девушка развернулась и, крепко прижимая к груди розы, направилась к подруге и однокурснику, всё это время издали наблюдавшим за ней и Сергеем. Они перекинулись все парой фраз. Потом Ирина исчезла за дверью кафе, но уже буквально через минуту-другую вернулась с маленькой серебристой сумочкой через плечо. Она помахала на прощание друзьям и подошла к Сергею.

— Я готова, — её лицо светилось от радости.

— Ко всему готова? — улыбаясь одним лишь уголком губ, подмигнул мужчина.

Она ничего не ответила, но взгляд наполненных счастьем глаз говорил красноречивее любых слов.

Сергей легонько сжал руку Ирины в своей ладони, и они, освещаемые уличными фонарями и выглянувшей из-за тучки Луной, зашагали по набережной.

Далеко позади, похожий на раскинувшего крылья лебедя шелестел фонтан, игриво подмигивая огоньками разноцветной подсветки. Сергей, с видом собственника обняв Ирину чуть повыше талии и прижав к себе, уводил девушку всё дальше и дальше от шума вечерних кафешек и подвыпивших компаний студентов-выпускников.

Он не видел её целые полгода! Проклятые шесть месяцев не мог выкинуть из головы те несколько ночей, проведённых вместе и перевернувших его жизнь. И все эти полгода он жил мыслью о том, какой жаркой станет его встреча с Ириной. Как он будет страстно целовать её, занимаясь с ней любовью ночь напролёт, навёрстывая упущенные месяцы. Как будет ласкать каждую клеточку её тела, когда она раскроется и примет его. Такая маленькая и мучительно тесная для него, и оттого ещё более желанная.

А потом она прошепчет: «Родной…» И выкрикнет его имя. Как тогда, на полу его московской квартиры. В самую лучшую из всех новогодних ночей, когда-либо имевших место в его жизни. Потому что в ту незабываемую, неповторимую ночь его маленькая женщина впервые испытала оргазм. Всегда такая скромная, немного замкнутая и порою робкая, с ним она вела себя, как дикая кошка по весне: кричала, царапалась, разве только не кусалась. А под конец, когда и самого Сергея накрыло с головой, Ирина содрогалась в конвульсиях и беспомощно всхлипывала.

О том, что когда-то ему посчастливится испытать настолько полное слияние тел, душ и чувств, как в последнюю встречу с Ириной, мужчина даже не мечтал. И никто никогда не узнает: он ждал близости со своей Маленькой проклятущие одинокие полгода.

За все эти долгие шесть месяцев, лишь однажды он дал слабину и провёл время с женщиной. Но так и не возбудившись, просто встал, оделся и ушёл. И он злился, а на душе во всю скребли коготками кошки, заставляя ненавидеть себя и чувствовать вину перед Ириной.

Они удалились от центра набережной настолько, что уже почти не слышна стала музыка. А впереди раскинулся огромный каменный мост, соединявший правый берег Днепра с левым. Справа от моста шла широкая асфальтированная дорога, а слева его огибала уходившая вниз протоптанная земляная дорожка.

Ни на секунду не отпуская руку Ирины, он повёл девушку в строну тропинки и помог спуститься под мост. И как только они вдвоём оказались в небольшой низине, Сергей схватил Ирину за плечи и под натиском собственного тела втолкнул её в глубокую нишу в каменной опоре моста.

Ирина ойкнула, застигнутая врасплох действиями мужчины, и нежно-розовые цветы упали к ногам.

Без особых прелюдий Сергей стянул бретельку выпускного платья с её плеча, наполовину обнажив одну грудь девушки. Прикасаться губами к её коже было удовольствием, не сравнимым ни с чем другим. Слышать её неровное дыхание и чувствовать учащённое сердцебиение — лишь малая часть награды за бесконечные полгода терпения и ожидания.

Если бы мир окончательно сошёл с ума, и ему вдруг предложили выбор: после смерти попасть в рай, но при этом никогда не знать Ирины. Он послал бы рай со всеми его благостями куда подальше!

Прижатая к каменной кладке Ирина не противилась. Сергей оторвался от груди девушки. Он склонился к её лицу, осторожно коснулся губами нижней губы Ирины и легонько потянул. Девушка опустила ресницы, и щёки её порозовели.

Неужели она до сих пор смущается? После всех безумств, через которые они прошли вместе? После той страсти, с которой они отдавались друг другу на ковре и в ванной? Неужели она всё ещё способна краснеть? Необходимо избавить её раз и навсегда от излишней скромности. Сейчас!

Проявив настойчивость, язык Сергея разомкнул упрямо сжатые губы Ирины и проник глубоко в рот. Девушка попыталась вытолкнуть его. Но мужчину подобная борьба лишь раззадорила ещё сильнее. Не обращая внимания на старания Ирины, он начал ласкать её язык своим. И делал это до тех пор, пока девушка не подчинилась и не ответила, включившись в игру. Сергей целовал Ирину долго, яростно и жёстко. Девушку внезапно захватил вихрь страсти, и она судорожно вцепилась в мужчину, комкая его идеально отглаженный серый пиджак.

Ладонь Сергея легла на девичью талию и проследовала вниз по бедру, одновременно собирая и подтягивая ткань платья вверх. Он поднял ногу Ирины, согнутую в коленке, так высоко, как только смог и слегка отвёл вбок. Пальцы нащупали резинку чулка. Значит, достаточно просто задрать платье, приспустить бельё и взять, наконец, то, чего так давно жаждет его истосковавшаяся плоть? Дикое возбуждение, накатившее, как цунами, накрыло с головой.

Отстранившись и глядя затуманенным взглядом на Ирину, свободной рукой Сергей расстегнул брюки, одновременно чуть стянув трусы. Ирина, не моргая, смотрела на мужчину широко распахнутыми глазами и, кажется, не совсем осознавала происходящее.

— Чёрт, я на пределе, не могу больше сдерживаться, — прохрипел Сергей, чувствуя всё нарастающее возбуждение. — Хочу тебя, Ирина! Ты впустишь меня?

Мужчина задрожал от зашкаливавшего неудовлетворённого желания, и эта дрожь тотчас передалась Ирине.

— Да-а, — беззвучно шевельнула она губами, произнося единственное, на что хватило сил.

Рука Сергея скользнула под платье. Он нащупал стринги, сдвинул в сторону узкую полосочку ткани и с вырвавшимся стоном с трудом вошёл в Ирину.

— Ла-а-апушка-а, — голос Сергея прерывался от того, что мужчину трясло, как в лихорадке, — как же я соскучился по тебе, моя любимая.

Стараясь не причинить девушке боль Ирине, он начал двигаться медленно и очень осторожно, сдерживая дикую, почти животную страсть, бушевавшую внутри и рвавшуюся наружу.

Когда девушка громко всхлипнула, Сергей снова накрыл её рот своими губами. С одной стороны, удовлетворяя собственное желание целовать Ирину, а с другой — пресекая шанс быть услышанными случайными прохожими, окажись они на дороге.

Почувствовав, что находится всего в шаге от финала, он покинул лоно любовницы, отпустил её и полез рукой в карман. И только тогда вспомнил, что дежурная упаковка презервативов осталась лежать в бардачке автомобиля.

Ирина, ничего не понимающим рассеянным взглядом уставилась на мужчину.

— Дьявол! — из его горла вырвался не то стон, не то хрип. — Презерватива нет.

— Что теперь делать? — девушка выглядела не менее расстроенной, чем сам Сергей. Её сердце гулко стучало в груди в ожидании ответа.

— Салфетки есть?

Девушка виновато подняла глаза на Сергея и отрицательно покачала головой.

— Хочешь, чтобы я кончил? — голос всё ещё хрипел.

Она кивнула, не в силах вымолвить ни единого слова, разжала пальцы и, отцепившись от Сергея, поправила платье.

Обхватив любовницу за плечи, Сергей поменялся с ней местами, прислонившись спиной к грязной опоре моста. Мужчина убрал руки с плеч Ирины, сжал её пальчики в своих и притянул к почти готовому взорваться пенису, безмолвно намекая на то, чтобы девушка довела начатое до конца прикосновениями руки.

Она послушно обхватила член ладонью, и Сергей прикрыл глаза, наслаждаясь ощущением пальцев на коже. Они легонько пробежали по всей длине, замерев внизу. Господи, ну, что же она медлит?! Зачем мучает, не давая кончить?! И вдруг… от основания члена вверх прошёлся язык.

Мужчина вскинулся, раскрыв глаза.

Девушка стояла, наклонившись и смотрела на него. Она будто изучала реакцию мужчины на свои действия. Маленькая ведьма! Вздумала издеваться и проводить на нём эксперименты?! А впрочем, пусть делает, что хочет, лишь бы уже наступила разрядка…

Сергей вымученно улыбнулся и снова прикрыл глаза.

Язычок Ирины скользнул вниз, но быстро вернулся обратно, повторяя изгибы вздувшейся на члене вены. Девушка легонько обхватила губами головку, обведя её языком по кругу, и лизнула крошечное отверстие в самом центре.

Сергей выпустил воздух из лёгких, успев лишь зарыться пальцами в аккуратно уложенные волосы Ирины и сильнее прижать к телу её голову. Он дёрнулся, сдержав рык, и почувствовал, как струйка спермы растекается, наполняя рот девушки. Мужчина обессилено откинул голову, стукнувшись о каменную кладку. Это слегка отрезвило и вернуло в реальность, из которой на время выпал.

Он чертыхнулся, одним рывком натянул штаны вместе с бельём, вторым — застегнул ширинку.

«Какого чёрта сейчас произошло? Где она этому научилась?»

Внезапное равнодушие Сергея и неумолимо разраставшееся напряжение внутри, в самом низу живота, сделали своё дело. На глазах Ирины заблестели слёзы.

— Лапушка, ну, ты чего? Всё же хорошо, — он обнял её, и сердце, только начавшее успокаиваться, повторно пустилось вскачь в бешенном ритме. — Обещаю постараться, чтобы ты получила такое же удовольствие, какое доставила мне. Только не здесь… не так, малыш… Поехали домой!

Мужчина подхватил Ирину и помог выбраться из ниши, ставшей их временным убежищем.

— Цветы! — осенило вдруг девушку, и она ринулась было обратно, но Сергей не пустил, удержав её за талию.

— Да Бог с ним, с этим веником, малыш! Я куплю тебе другие! Идём уже! — ему не терпелось поскорее оказаться дома.

Они вышли на дорогу и направились к стоянке, где Сергея ожидал водитель.

Валера издалека заметил возвращавшихся хозяина и его спутницу, державшихся за руки и не сводивших друг с друга глаз. Он вышел из автомобиля и заранее открыл заднюю дверцу. Глядя на приближающуюся пару, он хмыкнул. Впервые за долгие годы работы на господина Александрова, он видел босса таким счастливым и по-настоящему влюблённым. И таким уязвимым.

Первое, что увидела Ирина, открыв утром глаза — любопытный взгляд ухмыляющегося Сергея. Он лежал на боку, упершись локтем в подушку и подперев голову ладонью.

— Что? — смутилась она.

— Да вот, думаю, какие же приятные вещи должны были сниться моей Маленькой, если во сне она улыбалась?

— Зачем тебе знать? — Ирина хитро посмотрела на него.

— Малыш, я тебя сейчас отшлёпаю! Предупреждал же: никогда не отвечай на мои вопросы вопросом! — он старался выглядеть рассерженным и грозным, но смешинки, плясавшие в глазах выдали его.

— Мне снился ты… и ещё я, — призналась девушка, но тут же пожалела.

Сергей глянул на неё так, что кровь забурлила, и от этого мгновенно бросило в жар.

— Хм, и чем же мы занимались вместе в твоём сновидении? — мужчина придвинулся к девушке вплотную и положил ладонь на её талию.

— Ничем, — даже уши Ирины покраснели. Врать она так и не научилась.

Рука мужчины, повторив изгибы девичьего тела, остановилась на бедре.

— Непростительное упущение. И его нужно срочно исправить. Но сначала… Скажи, малыш, то, что ты делала вчера… со мной… — он хотел задать вопрос ещё накануне. Ещё там, под мостом. — Где ты успела научиться этому разврату?

— В кино-о. Тебе не понравилось? — она провела указательным пальчиком по щеке Сергея, растерянно глядя ему в глаза.

Он опрокинул Ирину на спину и, опершись на руки, навис над ней, покрывая лицо короткими, но многообещающими поцелуями.

— Поклянись. Никогда. Не делать так. Ни с кем. Кроме меня, — это был его ответ.