Глава 44
Спустя месяц
— Ты отлично справилась, — Руслан кладет руку мне на плечо, слегка приобняв. — Я думаю, что наш проект будет иметь успех. Столько инвесторов уже заинтересовались.
— Я в шоке, что… из одной маленькой идеи, выходит что-то грандиозное.
— А я нет, — со смешком заявляет Соболев. — Я был уверен в этом, когда услышал твое предложение.
Мы переглядываемся, и я смущенно отвожу взгляд. Две недели назад Руслана восстановили в должности гендиректора, вернее, его и не убирали, но среди акционеров была междоусобица. Наконец-то они все решили, и теперь Руслан вновь ходит в офис, как к себе домой, а мне раздает всякие поручения.
Его родители помирились, история про Германа, конечно, отразилась на них, но они отпустили обиды друг к другу и продолжают семейную жизнь. Что до самого Германа, Кит его сдал и Вебера задержали. Будет суд. За ошибки приходится платить, даже за такие, которые мы совершаем из-за чужого вранья.
Жаль ли мне его? Нет. Наверное, я слишком жестокая. Но когда речь заходит о моих близких людях, я буду стоять до последнего за них.
Ну а мы с Русланом… у нас все хорошо. Если не считать слухов, что разлетелись по всему офису. На меня продолжают косо поглядывать, мол получила место через постель. Когда Соболев слышит такое, он резко пресекает и порой грозится уволить болтунов, но я прошу не влезать его. Рано или поздно, люди перестанут трепать языками. В конце концов, главное, что я знаю про свои заслуги правду. И мое место оказалось вполне заслуженно.
— Может, кофе? — Руслан показывает на кофе будку, которая находится через дорогу от делового центра.
— Не откажусь, с утра ничего не ела.
— Тогда подожди меня тут, — и он уходит, оставив меня одну напротив лавки.
Сажусь, облокачиваюсь на спинку, подставив лицо теплому солнцу. Легкий ветерок треплет волосы, а в воздухе витает запах цветов, что распустились на яблочном дереве. Усталость дает о себе знать — весь день на каблуках, и ноги уже гудят. Я наклоняюсь и стягиваю одну туфлю. Правая пятка ноет, и, осмотрев ее, я морщусь — мозоль натерта до красноты, почти до крови.
Вот же… Минусы офисной леди. Ненавижу каблуки, вечно потом страдаю.
Пока роюсь в сумочке в поисках пластыря, слышу приближающиеся шаги. Руслан уже возвращается, правда у него нет кофе, зато в руках какая-то коробка.
— А где… стой, ты чего?
Удивленно смотрю, как он, не говоря ни слова, садится передо мной на корточки. Открывает коробку, а там балетки нежно-розового цвета.
— Это?.. — опешив, размыкаю губы, не в силах, произнести больше ни слова.
Соболев аккуратно берет мою ногу и одевает ее в новую обувь. Она такая мягкая, совсем не как мои жесткие туфли. И мозоль уже не так ноет, и в целом, приятно до безумия.
— Так-то лучше, как думаешь? — он смотрит на меня с улыбкой, теплой, полной заботы и нежности. И я не выдерживаю, наклоняюсь, чтобы потрепать его по волосам. А еще ловлю себя на мысли, что прошло семь лет. Мы выросли. Стали взрослыми, а я до сих пор вижу в Руслане мальчику девятнадцати лет. Чертовски привлекательного и крутого. От которого сердце делает кульбит, и пробуждает моих бабочек.
— Как ты узнал?
— Последние полчаса ты хромала, хотя изначально шла бодренько.
— Вот… как? Ты заметил такую мелочь?
— Твое здоровье, — Соболев делает паузу, будто пытается выделить фразу. — Далеко не мелочь. Хочу, чтобы ты всегда себя чувствовала хорошо.
Молчу. Не могу поверить, что когда-то считала Соболева эгоистом и разгильдяем. Может он и был им, а может, это был образ плохого парня, созданный им или же его поклонницами. Очень часто мы вешаем на людей ярлыки, даже не узнав их.
Перед глазами вспыхивает тот день, когда Руслан подошел ко мне на дискотеке схватил и вместе со мной плюхнулся в бассейн. Как ворвался ко мне в душевую в кабинке универа. Как язвил и обещал всем рассказать мой секрет. И вот — все тот же Руслан, сидит на корточках передо мной, переживая о том, что мне больно ходить в неудобной обуви.
Если честно, охота разреветься. Даже не знаю почему. От чувств, полагаю, которые рвутся наружу.
— Я люблю тебя, — срывается у меня, и к щекам тут же льнет румянец. Господи, это прозвучало так неожиданно, что я сама в шоке.
— Любишь, значит? — Руслан ухмыляется, вставая с корточек, его глаза искрятся озорством. — Ну, это сейчас мы еще проверим.
Он лезет в карман пиджака, и достает маленькую бархатистую коробочку. Открывает ее и я краем глаза замечаю кольцо. Тонкое, с небольшим камешком, переливающимся в лучах солнца.
— Это… что? — растерянно хлопаю глазами, а у самой аж дыхание перехватывает.
Не говоря ни слова, Соболев берет мою руку и, не спрашивая, надевает кольцо на безымянный палец. Оно сидит идеально, будто было создано для меня.
— Руслан… ты чего? — шепчу я, глядя то на кольцо, то на него, пока в голове вихрь из мыслей и эмоций.
— А что? — он пожимает плечами с той самой мальчишеской улыбкой, от которой у меня до сих пор мурашки. — Разве не ты только что сказала, что любишь меня? Отличный повод проверить.
— Ты… мне делаешь предложение?
— Нет, — отвечает он, вводя меня сперва в легкий ступор. — Я ставлю тебя перед фактом, что ты будешь моей женой. Не обязательно прямо сейчас, можно через пару месяцев или когда будешь готова.
— Руслан… — кажется, я растаяла. От всего: его слов, и подхода, и то, что он обозначил свои намерения. А ведь мы только недавно снова встретились, но Соболев уже не хочет меня отпускать. Разве, это не повод прыгать от счастья? Для меня так очень весомый.
— Я не готов слышать “нет” или “подумаю”. Плюс, пора бы уже всех в офисе приструнить. Чтобы они очковали говорить ерунду про жену гендиректора. И… все, пошли пить кофе. Мне срочно требуется доза подзарядки.
Руслан разворачивается, и начинает отдаляться, прямиком к кофейне. Я же несколько секунд сижу, все еще ошеломленная, глядя на кольцо, которое будто всегда было на моем пальце. Сердце колотится, а в душе лето, то самое, когда бежишь под дождем, смеешься и подставляешь лицо к каплям, что падают с неба.
Мамочки… кажется, я только что попала на седьмое небо от счастья. Мужчина, которого я столько лет ждала, любила, не готова была забыть, только что сделал мне предложение.
С глаз скатывается слеза, но я тут же смущенно смахиваю ее. Хочется кричать от счастья и плакать тоже. Какая глупость. Не могу…
Поднимаю голову и замечаю, что Руслан, не оборачиваясь, делает пальцами в воздухе движение — мол, где твоя рука? И я как ненормально подрываюсь с лавки, чувствуя легкость в новых балетках, бегу к нему. К любимому. Единственному. Моему.
Обхватив его локоть, прижимаюсь всем телом, и на мгновение мы замираем. Руслан смотрит на меня сверху вниз, я — на него, и мы оба расплываемся в улыбках. В его глазах — та самая искренняя теплота, а в моих, наверное, вся любовь, которую я не могу и не хочу скрывать.
— Да, — тут же выдаю, решив, что должна ответить.
— И я тебя, Лисица, — Соболев целует меня в макушку. Коротко. Нежно. Как только он умеет. Вроде ерунда, а я снова едва сдерживаю слезы. Черт… — Тоже очень люблю. И сделаю счастливой, обещаю.