Глава 10

Анна

— У меня не было такого задания, а если бы было, я бы однозначно отказалась, — выдохнула я севшим голосом и нервно подалась вперед, стараясь столкнуть с себя Артема.

Но он и не думал от меня отстранятся. Напротив, глаза ярко вспыхнули, он нагло жрал меня глазами, словно я кусок колбасы, а он голодный кот. Вон как глаза блестят, того гляди, облизываться начнет и слюной меня закапает. В подтверждения моих мыслей, мужчина вдруг облизнул свою верхнюю губу, и меня пробило, не к месту громким и веселым смехом.

Артем тоже улыбнулся:

— Что такое?

Я, при всем желание не могла ему что-то ответить, потому что просто закатывалась от нервного смеха.

Артем, наконец, отстранился и освободил меня, развязал руки, поставил на ноги и неожиданно. Довольно сильно встряхнул меня за плечи. Мои зубы клацнули и приступ нервного хохота, наконец, прошел.

— Все будет хорошо, Ань. Я тебе обещаю, — проникновенно пообещал Артем, смотря мне прямо в глаза, и протянул ко мне руки, хотел прижать к себе, но я мягко оттолкнула его, побоявшись, что после невероятного напряжения сегодняшнего дня, сейчас. В его объятиях, размякну и просто разревусь. Поэтому, просто молча пошла вон из сарая для старого хлама.

— Ты прости меня за жесткость. Просто это был самый верный и быстрый способ узнать правду.

— И на скольких, до меня, ты умудрился его опробовать? — я не удержала злобного ехидства в своем тоне.

— Да, бывали случаи. Но я вовсе этим не горжусь.

— И сколько же героев таких случаев остались живы? — спросила я, приложив немало усилий к тому, чтобы тон мой был легким и шутливым. Хотя внутри я содрогалась от ужаса.

— Все. Честно. Я не убийца, — таким же легким тоном ответил мне Артем. Он то, уж точно тренировал его куда дольше, чем я.

Если не считать твоей невесты! — едва не сорвалось с моих губ ехидное замечание.

— Поднимайся на второй этаж, зайди во вторую слева, спальню. Теперь это будет твоя комната. Тебе, прости, нужно помыться. Ты провоняла мышами.

— По твоей милости! — откровенно огрызнулась я.

— Прости. Искуплю, обещаю.

— Провоняла в основном одежда, а мне переодеться не во что, — с искренним сожалением вздохнула я. Никогда еще не мечтала поскорее переодеться, так сильно, как сейчас.

— Пока в халате побудешь, потом и с вещами разберемся.

— А как ты объяснишь мое проживание здесь, тете?

— Очень просто. И это примут и твои, и мои, как самое логичное.

— Что примут? — как ни старалась, не могла даже представить ход мыслей мужчины. Что могло прийти ему в голову.

— То, что ты моя девушка, — огорошил Свиридов.

Я аж на месте замерла, пораженная простотой, логичностью, но в тоже время и абсурдностью, сей версии.

— Подожди. Как девушка, если час назад, горничной была, и весь дом вам убрала?

— А это я так мягко тебя к тете подводил, — нашелся Свиридов, — а за одно, решил выяснить какая ты хозяйка.

— Но еще с утра, здесь была твоя любовница, о которой тетя наверняка в курсе, — напомнила я о вопиющей нестыковке.

— Была. Но теперь то нет. Я с ней как раз расстался. Рассказав о своих серьезных намерениях насчёт тебя, — снова нашелся Артем.

— Серьёзных? — округлила я глаза.

— Ну, якобы.

Мне показалось, или Артем действительно смутился сейчас?

— И что, я буду вынуждена безвылазно сидеть в твоём доме, как в тюрьме? И как долго?

— Я постараюсь все решить как можно скорее. Обещаю, — тяжко вздохнул Артем.

— И каким же это образом, мне интересно? Если человек просто хочет отомстить за погибшую, дочь и внука? Как ты это решишь, мне интересно? Как душу его успокоишь? Как ненависть к себе из сердца его вытравишь? Это ведь невозможно! И выход здесь только один — убить его. Я это понимаю, но не хочу его крови на своей совести! Я не хочу быть хоть сколь-нибудь пречестной к убийству человека! — решительно заявила я.

Холодея от собственных, произнесенных только что слов.

Неужели это все, действительно происходит со мной, и я не сплю? Захотелось ущипнуть себя, или отхлестать по щекам, чтобы проснуться.

— Увы! Мне искренне жаль, но ты уже причастная! — словно приговор произнес Артем, совершенно спокойным тоном. — И обратной дороги, тебе нет отсюда, при другом раскладе! Точнее есть, но только в морг.

Точно приговор. Глядя в холодные глаза Артема, поняла это со всей неизбежностью.

— Ты только что сказал, что людей не убиваешь, — дерзко напомнила я.

— Из всякого правила, существует исключение, — спокойно пожал плечами Артем, — и если нужно будет, я к нему прибегну, на сей раз. Это уже не первая попытка Шульгина, как — то мне нагадить, я пытался с ним поговорить, объяснить, как-то мягко на место поставить, но все бесполезно.

Еще бы! После всего, что он пережил! — думала я, сверкая глазами, что были полными пренебрежения.

— Я ему искренне сочувствую, это все, безусловно ужасно, — невозмутимо продолжал Артем, — я сам это очень долго переживал, да и до сих пор переживаю. Он ведь наверняка тебя сказал, что это я был в оргии с бабами? А на самом деле — она. Девичник у нее такой был, с друзьями и подругами. Я понятно дело, испытал шок, увидев то, что даже для порно не снимают, ей-богу! Вытащил ее из постели, нахлестал по морде и сказал, что свадьбы не будет. Она умоляла простить, мол, это первый и последний раз такое. Но, я ее и слушать не стал. И тогда, она пошла и действительно сделала, то, что сделала. Да, она действительно звонила отцу, и да, действительно, он не успел. И я несмотря ни на что, всю жизнь буду чувствовать себя виноватым в случившемся.

— Почему я должна верить именно в твою версию? — с нескрываемым скептицизмом спросила я, несмотря на горечь и печаль в его глазах.

— Не почему, — Артем, с совершенным безразличием пожал плечами. — Сама решай, кому верить — кому нет. Если захочешь, убедиться в мои словах, позвони моей сестре и узнай, почему я с ней все это время не общаюсь и не собираюсь и впредь это делать.

— И почему?

— Ну, мне же ты не поверишь, чтобы я не сказал! У нее и спроси.

Артем быстро пошел в дом, показывая, что разговор завершен. Я же опередила его и вбежала в дом быстрее, а оказавшись в доме, еще прибавила ходу, чтобы не дай бог, не столкнуться с хозяйкой. Объяснить ей эту вонь, будет просто нереально.

Заперевшись в большой спальне с персиковыми обоями, я сразу, не обращая внимания на интерьер, прошла в большую, светлую ванную. Разделась, закинула вещи в корзину для грязного белья и заскочила в душевую.

Я совершенно точно, никогда еще не мылась в душе так долго и ожесточенно. Израсходовав полбаночки, ароматного геля с запахом жасмина, за раз. Вышла из душа только тогда, когда меня закончила наконец преследовать мышиная вонь и начало уже подташнивать от сильного запаха жасмина.

Пока мылась, в голове крутился лишь один вопрос: правду ли мне сказал Артем? Ни смотря ни на что, почему-то, очень хотелось верить, что да, версия вполне правдоподобная, но ровно на столько же, насколько и версия Шульгина.

Ведь нет сомнений в том, что не один из отцов, не захочет признавать правдивость версии, где твоя любимая и самая лучшая на свете дочь, замешана в таком непотребстве. Так же, как и не один здравомыслящий мужчина, не признает своего личного участия в таком.

Спроси у сестры. Ха! Легко сказать! Во-первых, я знать ее не знаю, а во-вторых, даже если и узнаю, с чего это ей со мной откровенничать на такие темы?

Завернувшись в халат, я просушила волосы феном, досадуя на то, что в душевой не было шампуня и их тоже пришлось промыть гелем. О бальзаме или маске, речи конечно и вовсе не было.

Эх! Как все ни кстати! Неизвестно сколько здесь проторчу, а клиенты, уже на десять дней вперед расписаны! И два новых мастер-класса по стрижке анонсировала уже. Надеюсь, мне хотя бы позволят воспользоваться интернетом и хоть как-то объясниться с девчонками? Напишу, что вирус подхватила, хотя бы.

Я изо всех сил старалась не думать о том, что теперь будет с Шульгиным, но мысли о бывшем работодателе упрямо лезли в голову. Да, по роду своей работы, он выгораживал отпетых мерзавцев и беззаконников, он не по-человечески поступил со мной, и моими близкими. Заставив меня играть в свою игру, а теперь еще и убить меня собирается. Я для него всего лишь расходный материал в его плане мести, Артему, и все равно, я не могла отчего-то, ни злиться на него, ни желать чего-то плохого, тем более смерти.

— Господи! Пусть, это все закончится каким-нибудь бескровным способом.

Искренне просила я, лежа на огромной, мягкой кровати. Таким Макаром я где-то минут сорок, тупо пялилась на табло электронных часов со светящейся Эйфелевой башней вверху, пока в дверь не постучали.

— Это Артем, открывай. Я тебе вещи принес, — послышалось из-за двери.

Я встала, потуже затянула халат, максимально в него укутавшись, поправила волосы и пошла открывать.

Увидев меня, Артем замер на несколько секунд словно остолбенел от моей красоты, от чего мои щеки мгновенно запылали, Артем это заметил и улыбнулся. В каждой его руке было по два больших пакета.

— Держи, — я приняла из его рук пакеты довольно дорогого бренда. — Там, в одном из пакетов, твой телефон. Шульгин уже звонил. Перезвони и скажи, что уже собираешься домой. Еще позвони бабушке, скажи, что через сорок минут, за ними приедет мой водитель.

— Это еще зачем?

— Знакомиться будем, боюсь, как бы он и их в оборот не взял, поняв, что домой ты не приедешь, наверняка следит за тобой, или вашим домом.

Меня пробило нервной дрожью от ужаса за близких. Я схватилась за голову:

— Бабушка и брат сегодня очень устали, им не до гостей. А ночевать у чужих ба, не останется.

— У нас нет выхода Ань. — Тяжко вздохнул Артем. — Пойми. Мы не можем рисковать. Переночуют сегодня здесь. А уже завтра, я лично отправлю вас всех, на отдых, куда вы там собирались.

— Я никуда, не собиралась.

— Полетишь с ними. Так безопаснее, поверь. А когда вернёшься, все будет уже кончено. Обещаю.

— Спасибо за заботу, — еле смогла выдавить я, из-за застрявшего в горле кома.

— Когда вернешься — с тебя ужин в ресторане и прогулка по набережной, — Артем озорно подмигнул мне с веселой улыбкой, заставив меня улыбнуться в ответ, сквозь слезы страха и тревоги. — Звони, давай. Не тяни. Все будет хорошо. Я ведь обещал.