Глава 28

Приехавшие на место происшествия пожарные машины, помогали людям при выходе из филармонии, но в здание не шли.

– Приказ, – пробормотал старший их них, – от службы надзора.

– Верно, – сосредоточенно произнес Борис, – вам там лучше пока не появляться, но все службы необходимо вызвать.

– Сделаем!

Вернувшись в здание, мы остановились посреди совершенно пустого холла. Сирена давно перестала вопить, но наших друзей, как и команду под номером три, мы не заметили.

– Что делать будем? – снова уточнила у друга.

– Как и всегда, – пожал плечами Борис, – импровизировать.

Покачала головой, усмехнувшись, но согласилась. Вот что-что, а это мы умели делать хорошо.

Свои поиски мы начали откуда? Правильно, с зала!

Прошли на наши места, внимательно осмотрели все ряды и снова переглянулись.

– На сцену пошли, – пробормотал Корнеев, идя вперед. – Будем дальше тут искать.

Мужчина первым забрался по лестнице, потоптался, потрогал брошенные музыкальные инструменты. Пару раз нажал несколько клавиш и вдруг сел за фортепьяно.

– Петрова! Смотри, как умею!

Я думала, что Корнеев снова будет дурачиться, брынькать невпопад, даже решила сделать ему замечание. Ну неуместно сейчас смеяться, серьезно, но парень меня сильно удивил. Его пальцы стали порхать над клавишами, создавая какую-то волшебную и удивительную мелодию. Я даже рот открыла и ближе подошла, потыкала пальцем друга в плечо и дождалась, когда он завершит играть мелодию.

– Корнеев – это точно ты?

– А кто же еще? – усмехнулся огневик, поднимаясь.

– А ты полон загадок!

– Что есть, то есть! – меня заботливо приобняли за плечи и повели за кулисы. – Если они не вышли, как все, то затерялись в здании филармонии.

– Найдем, – заверила я, останавливаясь только для того, чтобы убрать юбку, которая изрядно мешала. Корнеев тоже снял лишнее, остался в одной рубашке, которую расстегнул до груди, а рукава завернул, да в брюках.

Что ж, мы приняли решение, что церемониться ни с кем не будем: моя сила ушла вперед меня, стелясь туманом, залезая во все щели и направляя меня вперед.

– Здесь пусто! – говорила, ступая дальше.

А мы уже давно покинули кулисы, гримерки и вышли в просторный коридор, слева от которого имелась лестница.

– Куда нам? – спросил Борис, – спорим, что в подвал?

– Даже спорить не буду, – улыбнулась.

– Петрова, – пробормотал Корнеев, – ты свои улыбочки оставь для кого-нибудь другого, ладно? Жутко получается…

– Ладно, – согласилась я, идя вслед за парнем, который первым решил спуститься вниз.

Узкий коридор, два поворота, приоткрытая дверь и снова спуск вниз. Мы шли вперед, уже понимая, что голоса впереди нам не чудятся, что они реальны.

Ну и как можно было такое не заметить, если неизвестный мне мужской голос орал так, что стены сотрясались?!

– Как ты мог? Столько сил было вложено!

– Это не я! – о, кажется, я знаю, кто с кем говорит.

– Не ты? А кто? Ты выгорел дотла! Твое тело больше не принимает магию! Ни-ка-ку-ю! Понимаешь ты или нет?

– Это все некромантка!

Тут я даже чуть не споткнулась!

– Клевета! – заявила, – чистой воды провокация!

Борис хлопнул себя раскрытой ладонью по лбу и, что-то прошептав, подтолкнул меня вперед. Так и я оказалась в просторной комнате, кстати, полностью отделанной.

А тут кого только нет! Андрей с Вадимом стоят спина к спине – связанные по рукам и ногам. Активно мне подмигивают, кивают головами. Вот ничего не понимаю! Честное слово!

Рядом с ними знакомые лица: наг (обращенный, с хвостом), амфибий (частично обращенный из-за отсутствия воды), знакомый мне Вениамин и, барабанная дробь, его родители! Папа – чистой воды некромант со средней силой, но еще и какой-то зверь в нем сидит, но тоже слабенький. Ну и мама парня – теперь понятно, в кого он такой бледненький.

– Всем же известно, что от союза некроманта и кикиморы хоть и рождаются дети, но совершенно пустые! Эх, темнота! – женщина оскалилась в мою сторону, но должного эффекта не произвела. – А ничего у вас тут, интересно! – оскалилась я, вальяжно проходя вперед и разглядывая всех с интересом.

– Это она! – заверещал Вениамин.

– Это я! – улыбнулась, – но, согласись, неразумно силой пользовался ты, а не я.

Парень запыхтел, покраснел, потом побелел и чуть-чуть покрылся чешуей, правда, почему-то только на кончике носа и ушах.

– М-да, – покачала головой, – все плачевно… Давно бы себе нашли подходящую пару, было бы сильное потомство…

Тут мама Веника не сдержала себя в руках, бросилась на меня, выставляя вперед свои зеленоватые руки с длинными изогнутыми пальцами, но до меня она не добралась, отлетела обратно, мне даже ничего для этого делать не пришлось.

– Где второй? – зашипел наг, покидая свой пост.

Вот теперь-то я могла его осмотреть с головы до кончика хвоста. Большой, то есть длинный, тело мощное, возвышается на добрый метр над полом, весь бледный, как поганка в осеннем лесу, ну и когти – они стоят отдельного внимания, как и удлиненные клики.

Ползя в мою сторону, наг смотрел строго мне в глаза. Собственно, похоже, моя теория верна – умеет он людей путать, гипнотизировать и заставлять делать то, что ему надо.

– Второй – это кто? – уточнила, потому что у нас в команде нет первых, вторых и так далее.

– Огневик! – зашипел наг.

– Затерялся с толпой, – пожала плечами, – эй! Дистанцию держи! Руки свои в мою сторону не тяни! Кому говорю!

Да кто б меня слушал! Этот земноводный гад решил, что может меня тут пугать! Но-но! Я сама могу кого хочешь до сердечного приступа довести!

Однако как-то позабыла я, что наг все же сильнее, ну не то чтобы очень, в обращенном состоянии я еще ни разу с такими не общалась, поэтому на всякий случай отступила назад и застыла. Просто жарко за спиной стало, непозволительно жарко. Наг же на меня больше не смотрел, он во все глаза наблюдал за тем, кто находился позади меня.

Но, минуточку, там был только огневик.

Медленно повернула голову и открыла от удивления рот.

Огневик стал выше меня на две головы, стоял в паре шагов, макушка упиралась в потолок, который мгновенно почернел. Он горел полностью, но это и понятно, вопрос был в другом – откуда столько силы?!

– Я ж тебе, Зиночка, говорил, – пробасил не своим голосом Корнеев, – с тобой рядом люди преображаются в лучшую сторону. А сейчас отойди в сторонку. Дай дядям поговорить!

Беспрекословно сделала несколько шагов к крайней стене и увидела, как наг бросился вперед, формируя вокруг себя сферу из воды. Этот кокон попал в лапы огневику, нас обволок густой пар, а борющиеся фигуры вывалились в коридор.

– Значит, нам нужна она! – раздался где-то голос Вениамина. – Она даст мне силу!

– Не даст, – не согласился его отец, – некроманты силу не отдают!

– А мы попробуем! – стоял на своем Веник.

Я вовремя отошла от стены, которая покрылась рунами.

Ого! Тут кто-то очень долго трудился! Я б даже сказала, очень долго! Прорисовка колоссальная, ни единой ошибки, замкнутая цепь!

Так вот где отбирали силу у магов! А как передавали?

Как, узнала чуть после, когда смогла рассмотреть полуголого парня, вокруг которого хлопотала мать. Он был действительно худым, болезненным даже. Впалая грудная клетка, кости торчат хуже, чем у амфибия, который рот открывал и закрывал, видно, совсем худо парню стало.

– Помоги ребенку! – закричала женщина на Сафронова, который только покачал головой, но согласился.

Я пока совсем не знала, что делать, вокруг меня располагались одни руны, наступив на них… ну, что может случиться? Да все что угодно!

К слову, пока на теле сына мэра начинала загораться слабенькая руна, Вадим и Андрей выпутались из веревок. Им даже попытались дать отпор, облив небольшой струей воды, однако амфибий быстро съежился и шлепнулся в обморок. Эх, жалко парня, совсем из сил выбился. Надеюсь, что именно так… Кто их знает, вдруг это обманный маневр? Сейчас полежит, отдохнет и как начнет тут на нас нападать.

Встретилась взглядом с Андреем и развела руками, показывая, что не имею ни малейшего представления, что делать дальше.

Вадим же тщательно изучал вокруг нас рисунки, не касался руками, но пальцем рядом проводил.

– Я как бы ничего не имею против, – пробормотала, – но хочу просто напомнить, что сейчас у нас тут два некроманта. И что-то мне подсказывает, что сначала будет вытянута сила из того, кто ближе.

Станислав Семенович резко вскинул голову и посмотрел мне в глаза.

– Это теория! – пожала плечами, – просто скоро практика начнется…

На теле парня загорелась руна черным цветом, она растеклась тонкими нитями по всему телу. Дорожки спустились вниз и стали разливаться по полу, изменяя цвет рун вокруг нас. Андрей побледнел моментально, да и я напряглась. Просто на данный момент стояла между рисунками по полу, и обойти их у меня бы не получилось. Перешагнуть? А если это будет фатальной ошибкой? Вот и стояла, как истукан, на одном месте и не знала, что дальше.

Первая руна загорелась рядом с отцом Вениамина и, как я и думала, он рухнул на колени, хватаясь за голову. Дымка его силы стала выходить наружу, как будто ее вытягивало пылесосом. Сила медленно впитывалась в руну и начала перетекать в тело парня, которого корежило не меньше отца. Одна только кикимора явно довольна была процессом. Видимо, она тут все и организовала. Вот ведь зеленая зараза!

Андрей же медленно стал переступать с одного места на другое, повинуясь указаниям Вадима, а за моей спиной уже не слышались звуки борьбы, и я искренне рассчитывала на то, что победитель будет один – Борька!

– Вот! – проговорила женщина, – вот что нужно было моему мальчику!

Обезумевшая мать чуть ли не танцевала рядом, совсем не обращая внимания на то, что Сафронову с каждой секундой становится все хуже и хуже. Даже сама к себе прислушалась и поняла, что в целом-то изменений никаких нет. Кроме паники. А она у меня зачастую неконтролируемая, а на фоне последних важных событий в моей жизни, еще и с последствиями.

Ох, мне бы такой матерью не стать! Она же с головой совсем не дружит, вон как платком утирает выступившие капельки пота на лице ребенка. Пусть и великовозрастного.

Станислав Семенович медленно лишался своих сил, а вместе с тем и своего истинного тела. Он стал меняться. Вторая его сущность почувствовала опасность и вышла наружу. И, знаете, явно не для того, чтобы сбежать.

Волк ощетинился и оскалился. Был он намного меньше Ромова, но в момент бешенства (а это явно этот момент, вон какая красная слюна течет из пасти), мог сделать все что угодно.

– Зина! Не двигайся! – прокричал мне Вадим.

– Так я, вроде как, и стою на одном месте, – пробормотала, чувствуя себя крайне неуверенно…

– Молодец! – похвалил лекарь, – за тебя мы не боимся, а вот за…

Тут я поняла все без лишних слов и быстро-быстро закивала.

Время вокруг словно остановилось, потому что комната для меня разделилась на две равные части: с одной стороны проходящие сквозь руны ребята, которые торопились и, вроде, понимали, что с ними ничего быть не может, но кто знает! А с другой – семья, которая рушится прямо на глазах. То, что Вениамин не примет силу отца, я знала прекрасно. Так заложено природой, а ее переиграть еще никому и никогда не удавалось. Мальчику уже сейчас било мелкой дрожью, когда его родители встали друг напротив друга.

– Фух, – послышалось рядом.

Резко повернулась, увидела Бориса и чуть было не бросилась к нему на шею, вовремя вспомнила, что нас разделяет одна очень разноцветная плиточка.

– Стой, где стоишь! – велел он и опустился на пол, а затем положил раскрытую огненную ладонь на камень, который под напором огня стал плавиться.

А я стояла и наблюдала.

– Ребята, – пробормотал Корнеев, – я ни на что не намекаю, но тут во всех других комнатах подвала стоят резервуары с водой, а в них разная дичь находится. Предлагаю как можно скорее отсюда выбираться. Я плавать, конечно, умею, но не думаю, что нам позволят выплыть.

Когда камень рядом со мной потерял свою силу, смело шагнула к Корнееву, который в буквальном смысле слова закинул меня на плечо! Нет, аккуратно и даже заботливо.

– Бежим, Зина! Бежим!

Когда меня выносили из комнаты, увидела, как бывший мэр бросился на жену, но обзор мне довольно быстро закрыли Ромов и Вадим.

– А вы куда? – ужаснулась, когда они бросились в другую сторону от нас.

– Мне Пашка наплевал в пробирки перед тем, как я уехал! – прокричал Ромов.

– Я так не играю! – возмутилась, – тоже хочу принять участие в этом безобразии!

Борис уже вынес меня в тот широкий коридор, который располагался рядом с гримерными кабинетами.

– Так сейчас самое время!

Как только парень поставил меня на пол, так я и поняла, что вокруг совершенно мокро!

– Сколько здесь воды! – удивилась я.

– Тебя только вода смущает? – рассмеялся Корнеев.

Я же подняла голову выше и заметила с десяток кикимор, которые уже потеряли человеческое лицо.

– Это наш звездный час, Петрова! – прогоготал Борис, – мне вон тех пятерых и двух с потолка!

– Они еще и на потолке? – ужаснулась я.

– А как же! – совсем развеселился огневик, – еще и прыгать могут! Вода для них – идеальное место, так что советую выбрать для борьбы более сухое место!

Мужчина на меня больше не смотрел, загорелся факелом и помчался вперед. Вода под ним испарялась с шипением, а кикиморы разлетались в разные стороны.

Вздохнула и призвала свою силу, которая откликнулась быстро и охотно. Но я не успела сделать и шаг, как пол под ногами задрожал. Замерли все, в том числе и Борис.

Переглянувшись, мы оставили ничего не понимающих кикимор и бросились вперед по коридору.

– Предлагаю сразу же занимать самые высокие ступени!

– Может быть, на улицу выберемся? – уточнила, уклоняясь в сторону от напавшей откуда-то с боку зеленоволосой девы. Она почти врезалась в огневика, которому данные объятья совершенно не понравились. Кикимора была отброшена подальше.

– Не успеем! – произнес Борис, – прыгай сюда!

Меня подсадили и затолкали на перила, сам парень уместился рядом. И воды вокруг нас значительно прибавилось.

– Столько денег было вложено в это строение, – сокрушался Борис, – как его теперь просушить?

Сам он воду от нас отгонял тем, что направлял на нее огонь. Пар шел хороший, через него с трудом удавалось что-то рассмотреть.

– А как же наши парни? – всплакнула я.

– А что им будет? – Борис даже от своего занятия оторвался. – Ты Ромова видела? Он зверь во плоти, вода ему не помеха, как и Вадиму. А нам с тобой себя беречь нужно.

– Правда? – вообще-то я спрашивала про парней, но Борис понял все иначе.

– Конечно! – возмутился парень, – ты малыша носишь, а я будущий крестный! Где ты еще такого заботливого найдешь?

Вот уж точно! Нигде!

Первым из прохода показались кикиморы, которые активно убегали от кого-то или чего-то. Я на всякий случай приготовилась… Лезть выше.

После речных обитателей вышел Вадим. Парень был мокрым с головы до ног, морщился и проклинал последними словами всех тех, кто тут устроил мини бассейн под зданием. За шкирку он тащил за собой не сопротивляющегося Вениамина. Сын мэра выглядел еще хуже, чем я его запомнила. Глаза впали, черные круги под ними образовались.

– Зина! – взмолился лекарь, – сделай хоть что-нибудь!

Парня подтащили ко мне, потом заметили недалеко лавочку для отдыха и силой притянули к тому месту, где сидела я.

– Из него силу надо обратно вытягивать, – вздохнула, – других вариантов нет.

– Так тяни!

– А если не справится?

Тут Смирнов нахмурился и добавил:

– Буду страховать.

И пока я медленно забирала некромантовскую силу из ослабленного тела, Вадим держал паренька в глубоком сне, контролируя стук сердца и пульс.

А вот вокруг нас продолжилась спецоперация по поимке кикимор. На помощь Борису пришел злющий Андрей, который не жалел никого и ничего, и меньше чем за пять минут все были пойманы и надежно скованы силой.

– А мэр где? – уточнил Борис.

– Где-то здесь. Искать надо!

– Так пошли скорее!

Работали мы с Вадимом медленно, стараясь ничего не упустить из вида. О своей безопасности не переживали, у друзей все было под контролем, а вот пациент у нас был плох.

К слову, в здание медленно стали заходить работники службы надзора и зачистки. Они шли по мокрым лужам, медленно переставляли ногами и морщились.

– Фу, – произнес Степнов, – как тут воняет рыбой!

Только после того, как он поднялся к нам, я заметила сморщенное и недовольное лицо.

– Кто-нибудь! Откройте все окна!

Фух, как радостно, что в этот раз у нас есть надежное подкрепление, которое сейчас надевает антимагические наручники на кикимор, дожидается, когда эти некрасивые создания снова станут женщинами. Вот только после этого… их оставили. Без Андрея снять магические оковы не удавалось никому.

– А где сам ваш начальник?

Я пожала плечами и стерла со лба пот.

– Ушел искать мэра, – добавил вслух Вадим, – все, Зина, ты молодец.

Слабо улыбнулась и пошлепала по воде в сторону выхода. Только выйдя из здания филармонии и вдохнув холодного воздуха, я поняла, как сильно устала и долго была в напряжении. Хорошо еще хватило ума никуда не лезть.

Кто-то очень заботливый сопроводил меня к машине, накинул на плечи плед и всучил в руки пластиковый стаканчик с чаем. Я же отрешенно думала о том, что в самое ближайшее время не буду крутиться вокруг водоемов. Что-то не хочется мне видеться с обитателями тех мест.

Через полчаса на улицу вывели мэра, который уже не сопротивлялся, да и сил для этого у мужчины не осталось. Был он слегла покусан, волосы на голове частично опалены. Показания ему теперь давать долго, брать на себя придется столько, что сидеть будет пожизненно.

Кстати, что стало с его женой, я не знаю. Возможно, Андрей и Вадим успели вмешаться, а, возможно, и нет. Думаю, задавать этот вопрос не имеет никакого смысла: мы сделали все и даже больше того, что требовалось.

– Ура! – закричал до боли знакомый голос, – отпуск!

В сторону Бориса посмотрели завистливыми взглядами, потому что все службы теперь будут закрывать особо важное дело, а контролировать будут их из самой верхушки. Думаю, со дня на день проверка будет уже здесь.

А нам – да, необходим отпуск затяжной, насыщенный только положительными эмоциями! И никак иначе!

Ромов шел в мою сторону немного уставший, но довольный.

– Домой, – проговорил он, замечая идущего к нам Вадима, – спать, есть и отдыхать.

– И мыться! – добавил веское замечание Корнеев, понюхал свою рубашку и высунул язык. – Какая мерзость!

Мы, естественно, расхохотались вслед за ним. Да, домой нам действительно нужно!