Глава 57

Я окликнула спящую парочку, но они даже не пошевелились, продолжая мирно сопеть. Очевидно, вымотались так, что при всём желании проснуться не могли. Что ж, отлично.

Кольцо по-прежнему было на пальце у напарника. Подойдя к нему и склонившись над откинутой в сторону рукой, я в этом убедилась.

– Шур-шур, займись, только тихо! Кольцо надо нейтрализовать и снять!

Пока питомец, вновь уменьшившись до размера жука, усаживался на кольце, мне пришлось на пару минут покинуть комнату, чтобы случайной мыслью вновь не натворить дел. А как бы хуже не сделать.

Злобно полюбовавшись на коридор с новой отделкой в стиле Рура, я вернулась в комнату и тут же увидела метнувшегося ко мне Шур-шура, который сжимал в лапках кольцо. Оно всё ещё шло помехами и подёргивалось, пытаясь определиться с формой. Из-за непрерывного контакта с питомцем, украшение продолжало подвергаться воздействию поля искажения. Впрочем, по-другому Шур-шур стянуть бы его с пальца не смог.

Ладно, позже эту штуку восстановим. А пока скрученное непонятной загогулиной кольцо я убрала в посудный шкаф, подальше от любопытных глаз, после чего заказала у магического холодильника порцию клубничного мороженого в вазочке, уселась на своей кровати (единственном нетронутом островке порядка среди этого хаоса) и задумчиво принялась поедать его тонкой серебристой ложечкой. Всё-таки нервы требовалось немного восстановить перед тем, как расталкивать этих двух страстных любовников. И только подкрепившись, я взялась за дело.

Фарукан просыпаться не желал.

Изначальный план был тихо его разбудить, ввести в курс дела и предложить как-то аккуратно уладить вопрос с блондинкой. Однако он упорно не реагировал на щипки, тычки и потрясывания. Я ему едва ухо не оторвала и даже нос зажимала, но он только отмахивался и продолжал дрыхнуть. Девица тоже сладко спала и выглядела абсолютно счастливой. Ну это пока. Посмотрим, что будет, когда проснётся.

Основательно устав, разозлившись, и осознав, что деликатные методы не работают, я заказала ещё шарик мороженого, съела ложку, а потом, чуть подумав и мстительно усмехнувшись, перевернула вазочку прямо над расслабленным тёплым и беззащитным животом соседа. И пусть скажет спасибо, что не ниже! Ниже пришлось прикрыть пледом, всё-таки не хотелось смущать Фарукана, да и себя ещё больше.

Реакция была роскошная.

Сосед подпрыгнул так, что блондинка с него слетела, как кошка с коленей резко вставшего хозяина. Кажется, она тоже пыталась рефлекторно зацепиться алыми длинными когтями. То есть ногтями.

Мороженое он, ещё толком не успев продрать глаза, попытался смахнуть с замёрзшего живота и довольно ловко скинул его на партнёршу, попав ей прямо на грудь. Девица не подвела и завизжала. Ещё бы – на чувствительный сосок, да ещё и мороженым… я аж невольно и сама сморщилась.

Зато проснулись оба очень быстро!

И почему говорят, что кофе бодрит? Вон, мороженое на голое тело ничуть не хуже. Отличный способ, всем советую.

– Что здесь?.. А-а-а-а… – быстро припомнил сосед, свернув разборки ещё до того, как они набрали силу. Вид разгромленной комнаты моментально напомнил ему о том, что творилось.

Девица же сидела на полу и молча хлопала глазами, в упор рассматривая своего недавнего любовника. Покрывало, которым я пыталась прикрыть и её, давно свалилось, но она, кажется, совершенно не испытывала смущения. Попыток прикрыться не делала, по крайней мере. То ли в себя не пришла, то ли просыпаться рядом с не особенно знакомым голым мужиком да ещё и в присутствии свидетелей было для неё не в новинку.

Фарукан сначала поднёс к лицу руку и убедился в том, что кольцо исчезло. Облегчённо вздохнув, он посмотрел на девицу и снова напрягся. Ещё никогда мне не приходилось видеть такую живописную гамму эмоций на лице. Там были и стыд, и злость на обстоятельства, и вина… похоже, ему было очень неловко перед аристократкой, павшей жертвой артефакта.

И он, и я ждали взрыва.

Вот-вот девица осознает, что произошло, и… что-то точно будет. Я бы на её месте, например, попыталась тут же убить всех свидетелей, чтобы смыть позор кровью.

– Это что получается… – наконец, слегка пришла в себя она, подняв на нас свои злые голубые глаза. – Выходит, мной… воспользовались?!

Я только хотела ответить, как она обвела взглядом комнату и кое-какие воспоминания начали возникать в её голове:

– Хотя нет… это я воспользовалась! – Фарукан кивнул и внезапно густо-густо покраснел. Мне аж самой стало интересно, что же там такое было. – А уж потом мной… потом опять я… и мной… и я… и мной…

Её, похоже, заело. Мой сосед и вовсе, кажется, хотел провалиться сквозь пол. Во внезапном приступе стыда он подхватил покрывало и попытался завернуть в него своё могучее тело. Разумеется, не вышло.

– Ну ты и… зверь! Животное! – наконец, встряхнулась аристократка. – Как ты посмел… эээ… всё это! Настоящее животное! Наглое, грязное, отвратительное, изобретательное, неутомимое…

Как-то странно она возмущается… вроде и гневается, но и как будто не совсем… Девица словно очень хотела разозлиться, но почему-то никак не могла.

– Ты за это ответишь! Мерзкий, уродливый гад со здоровенными мощными лапами вместо рук и…

Ища эпитеты, она глянула на его пальцы и внезапно сглотнула. Будто припомнила из сегодняшнего безумия ещё что-то, основательно сбившее её с мысли.

В общем, ругань как-то не задалась. Девица ещё несколько раз начинала себя заводить, но снова натыкалась взглядом на какие-то части тела соседа или на остатки вчерашнего беспорядка и замолкала, на мгновение застывая от вороха, как видно, очень ярких воспоминаний.

Наконец, осознав, что буянить не получается, она молча встала, отыскала где-то под столом своё смятое и разорванное платье и прежде, чем я предложила воспользоваться какой-то моей одеждой, приложила к платью один из кулонов, висящих на шее. Платье начало восстанавливаться и через минуту выглядело как новенькое. Она молча оделась, ещё раз смерила презрительным взглядом меня, потом Фарукана, опять ненадолго ушла в воспоминания, после чего, наконец, встряхнулась и гордо покинула комнату. Мы с облегчением вздохнули.

– Вас же, наверное, все соседи слышали, – вдруг призадумалась я. – Неужто никто не зашёл посмотреть, что в комнате происходит?

– Нет… – заторможенно протянул сосед. – У неё защитный амулет оказался, который на комнату полог непроницаемости накидывает. Страшно дорогая штука, но надёжная…

– Это хорошо… а Купидон в курсе, что она вернулась?

– Не-а… Он так и не смог снять с меня кольцо, а потом ушёл на какую-то свою подработку и обещал вечером зайти. Велел из комнаты не выходить, чтобы очередную жертву не подцепить. Я только после его ухода дверь запер, как эта сумасшедшая в окно влетела…

– Заклинание прыжка! – вспомнилось мне. Именно так кто-то сказал, когда Вилкис в первый раз в нашу комнату прорвался.

– Угу. Ну а потом… – И он снова густо-густо покраснел. – Но я отбивался до последнего, Марго! Сколько мог! Но она применила запретный приём и… сломила сопротивление…

– Какой приём?! – страшно заинтересовалась я.

– Не скажу! – опомнился он, вскакивая. – Давай постараемся поскорее это всё забыть! И чтобы никому ни слова!

– На меня-то можешь рассчитывать. А вот насчёт девицы гарантий дать не могу…

– Да кому она скажет! Это ж позор какой! Ты на меня посмотри – уродливый, рыжий, да ещё и бывший уголовник. Она постарается как можно быстрее стереть всё из памяти. Судя по её амулетам, девица очень непростая. Боюсь даже думать, насколько у неё обеспеченная семья. Поди, ещё в высший совет входят. Зачем ей такое пятно на репутации? Если бы не кольцо, она бы наравне с тем её дружком надо мной насмехалась. Может, даже жёстче. Такие, как она, вообще нас тут всех зверями считают, которых в зоопарке надо выставлять.

– Ну и плевать на неё, – успокаивающе приобняла я друга. – И вовсе ты не уродливый. Вот когда в облике адского жаба был, там да, слегка несимпатичный. И то, я бы сказала, просто на любительницу… какая-нибудь царевна-лягушка за тебя, может, полцарства бы отдала…

Фарукан хмыкнул.

– Будем ужинать? – предложил он. – Честно сказать, после таких потрясений есть охота неимоверно!

– Угу. Только стол… продезинфицируй. – Очень не хотелось снова вгонять соседа в краску, но пришлось. А то он настолько растерян, что вполне может прямо так накрыть…

Плюс во всей этой ситуации, несомненно, был. Это вечернее происшествие повеселило меня так, что я перестала настолько уж сильно злиться на Рурграса и на то, что мне после рабочего дня снова нужно идти на смену, только уже другую.

За столом мы с Фаруканом обсудили последние новости. С этой вспышкой страсти он как-то пропустил, что общагу основательно так подремонтировали. Заглянувший к нам Купидон увидел, что с кольцом мы разобрались без него, и тоже присел с нами посплетничать.

О блондинке мы ему, понятное дело, рассказывать не стали, зато все вместе обсудили произошедшие с общагой перемены. Во-первых, конечно, порадовались смене коменданта. Новый, как сказал Купидоша, был суров, но зато тут же начал собирать с жильцов списки, кому что не хватает из вещей, а также провёл осмотр комнат и поставил себе множество пометок по поводу того, что именно нужно исправить. Наверное, к Фарукану тоже стучался, но артефакт тишины не пропускал звуки с обеих сторон.

Во-вторых, как выяснилось, новый комендант уволил старого повара и привёл нового. А новый готовил так, что пальчики оближешь! Так что теперь можно было не бояться отсутствия еды. Жителям общаги она полагалась бесплатно, просто раньше никто не хотел есть то, что даже собакам было стыдно отдать.

– Больше всего времени рабочая бригада провела в подвале, как ребята говорят, – поделился Купидон. – Сказали, что трубы все менять пришлось, да свалку разгребать. Точнее, уничтожать магией. У них и для этих целей специальное оборудование имелось.

Я кивнула и призадумалась. Именно в подвале мы обычно встречались с Руром. Наверняка же рабочие не просто так там суетились. Даже интересно, что именно они там делали помимо смены труб…

А ещё интересно, как на все эти перемены в общаге отреагирует Пырщ. Впрочем, ему пока не до того, он нервишки лечит после знакомства с Умкой.

На смену к бандиту я собиралась основательно заинтригованная.