Глава 72

– Значит, уходя сегодня на собеседование, ты отлично знала, что печать фальшивая? – медленно, тяжело и до невозможности жутко развернулся ко мне Рур.

Я попятилась.

– И почему же не сказала? – тихо, вкрадчиво и почти ласково осведомился монстр из кошмаров, который смотрел на меня сейчас через глаза бандита. Я почти физически почувствовала, как этот вопрос ледяной змеиной чешуёй скользнул по коже, заставив покрыться гадкими мурашками от макушки до пяток. У меня сами собой застучали зубы.

Вести диалог сейчас было не легче, чем ворочать железные гири, однако отмолчаться вряд ли бы получилось.

Он ждал ответа, и с каждой секундой ожидания лава в глазу полыхала всё ярче. Боюсь, если не поторопиться, меня просто поджарит изнутри.

Пришлось собраться с мыслями. Сейчас не время увиливать – надо отвечать предельно честно. Что-то мне подсказывает, что ложь может сильно ухудшить ситуацию. Почему-то в том, что сейчас он её почувствует, не было ни малейших сомнений.

– Я не хочу запирать себя здесь навсегда, – хрипло выдавила я. И тут же добавила, испугавшись, что он всё не так поймёт: – Хочу при желании иметь возможность жить как нормальный магик. А ты не позволил бы мне этого. Ты не дал бы пойти на экзамен, а потом на собеседование и получить права, заставил бы вечно скрываться от закона и крепко зависеть от тебя. А я больше всего на свете ценю возможность распоряжаться собой и… – тут я сглотнула, поскольку слова под взглядом Рура выдавливать было тяжелее и тяжелее. Но всё же у меня хватило сил хрипло закончить: – И свободу выб… выбора…

Его лицо дёрнулось. Ой-ой.

Я снова начала пятиться и упёрлась в стену.

– Свободу выбора… – медленно, страшно повторил он, а потом рявкнул: – Дай себе труд и раскрой уже, наконец, глаза!

Я аж подпрыгнула от неожиданности и ударилась о стену затылком.

Рур же шагнул вперёд, в один миг сократив расстояние между нами, и жёстко расставил всё по местам:

– Ты говоришь – я делаю! Ты хотела жить в общаге – пожалуйста. Хотела в том зале оставить всех в живых – они живы. Хотела получить права – сам архимаг готов принести их тебе на блюдечке. Даже твоего куратора я не раздавил на месте, хотя до сведённых зубов этого хотелось, потому что ты несчастно вздохнула, дрожа, как перепуганный щенок! Ты просто обронила фразу, а я уже несусь выполнять, как пёс! Лишь бы только угодить гадкой неблагодарной девчонке и хотя бы на секунду доставить удовольствие. Так, позволь спросить, кто из нас главный, а? Кто именно решает, как тебе жить?

Последние слова он вонзил в меня, как ножи – метко, резко, зло. Вогнал без промаха прямо в сердце.

Я потрясённо смотрела на него и не верила своим ушам.

Ужасный Рурграс, гроза магического мира, самый опасный бандит, о котором ходили легенды и сочинялись страшилки на ночь, просто не мог так говорить!

Особенно сейчас, когда он явно в ярости после моей выходки и с трудом себя контролирует. В данный момент ему точно нет никакого дела до моих чувств. Или?..

– Рур… – плюнув на всё, призналась я. – Ты просил говорить, когда я ощущаю острые эмоции… и сейчас ты до безумия меня пугаешь.

Ну вот. Сказала. По всем расчётам, бандит, которого распирает от злости, должен был что-то рявкнуть или впечатать кулак в стену и уйти, или высказать ещё что-то хлёсткое и осуждающее…

Но нет.

Он на мгновение застыл, а потом медленно, очень медленно, поднял руку и заправил мне прядь волос за ухо, большим пальцем погладив мочку.

Я вздрогнула всем телом, окончательно потерявшись от происходящего.

– Зачем бояться того, кто скорее убьёт себя, чем причинит тебе вред? – тихо уточнил он.

– А? – опешила я.

Вместо пояснений он резко подался вперёд и накрыл мои губы своими.

Никаких трепетных касаний – поцелуй был уверенным, жестковатым, обжигающим.

От такого перехода меня встряхнуло до самого основания, словно плотная, напряжённая атмосфера между нами в один миг наэлектризовалась до предела. Даже под моими руками, как-то автоматически упёршимися ему в грудь, будто проскакивали микроразряды.

А, нет, вовсе он не успокоился. Он всё ещё злился на мою выходку, только выплёскивал эмоции по-другому. Так, что это сжигало нас обоих.

Впрочем, он определённо знал, что я не хотела остановки – ведь я, судорожно выдохнув, ответила на поцелуй сразу, ещё раньше, чем вообще поняла, что происходит.

Мозг попытался включиться, но тут рука Рура скользнула под одежду и я невольно застонала – прикосновение ощущалось так остро! Кожа будто полыхнула под его пальцами! Горячая волна, затапливающая меня изнутри, и вовсе превратилась в кипяток.

«О, боже, я и Рур?..» – пронеслась на задворках сознания случайная мысль и тут же растворилась в ощущениях, поскольку жуткий бандит не собирался давать мне ни мгновения передышки.

А потом его рука скользнула ниже… О мой бог! Вот тут я и вовсе задохнулась и выгнулась всем телом, оглушённая, ошарашенная. Это было так обжигающе и так сладко…

Не разрывая поцелуя, он рывком приподнял меня и усадил на невесть откуда взявшийся каменный выступ, которого не было ещё мгновение назад. И правда, высокому мощному мужчине вряд ли было комфортно стоять, наклонившись. Выступ был тёплым, как и стена. Будто и камень разогрелся от того, насколько накалилась обстановка.

Не в силах сдерживать стоны, я закусывала губы, вздрагивала и плавилась под его руками, подставляясь под них самым бесстыжим образом, как кошка, чтобы продлить каждое касание.

Мне было мало, но он продолжал мучить меня и себя.

Боже, ну зачем так жестоко мстить? Я всё осознала, честно… я больше не буду… хотя кому, блин, я вру? Буду и ещё как. Лишь бы снова получить наказание…

Он раздевал меня медленно, жарко. Смотрел так, что под его страстным тяжёлым взглядом я горела, как от самой откровенной из ласк.

Мне тоже до безумия захотелось к нему прикоснуться, ощутить обнажённое горячее тело, провести по мощной груди и почувствовать, как перекатываются под пальцами мышцы.

Нет, мне захотелось вонзить в них ногти, чтобы заставить его сорваться! Укусить его до боли, так, чтобы снесло последние тормоза! Аж во рту пересохло!

Но когда я потянулась к его одежде, он отстранился и сам сорвал рубашку, жалобно брызнувшую пуговицами, а потом, заставляя меня горящими глазами смотреть на его сильные руки с длинными смуглыми пальцами, с которыми теперь, похоже, навсегда были связаны самые горячие и развратные воспоминания, расстегнул пояс и избавился от брюк.

Поймав мой острый, жадный взгляд, направленный на его тело, он на мгновение замер, хоть эта задержка была невероятно мучительной для нас обоих.

– Нравится? – хрипло, тяжело уточнил он.

Я кивнула и, совершенно себя не контролируя, облизнулась. Мне и вправду до безумия хотелось почувствовать его на вкус… всего. Рур открывал во мне какие-то новые незнакомые грани личности. Никогда не думала, что способна испытывать такие желания! Как животное, ей-богу…

Глаза Рура полыхнули.

Моя реакция, дикая, непривычная для него, разорвала остатки самоконтроля в клочья. Похоже, и я только что высвободила зверя.

А дальше было… жарко. Так жарко, что и каменные стены, кажется, плавились, как воск, не в силах устоять перед страстью этого мужчины, столь же огромной и яростной, как и он сам.

***

Мы лежали на полу у камина в гостиной, которую Рур для меня обустроил.

Нет, во время бурных «разборок» после моей выходки дальше его спальни мы не добрались, но потом я, далеко не сразу выбравшись из того блаженного состояния, когда нет ни сил, ни желания шевелиться, пробормотала, что хочу к камину.

Мой каприз был тут же исполнен. Рур, не заморачиваясь тем, чтобы хоть чем-то прикрыться, подхватил меня на руки, перенёс в гостиную и уложил на тот самый пушистый ковёр в виде шкуры. Потом притащил ещё пару подушек и устроился рядом.

Ещё ни разу я не чувствовала себя такой удовлетворённой и обессиленной. Хотелось мурлыкать и томно потягиваться, но сил не было ни на то, ни на другое.

Пока я, отдыхая, бездумно смотрела на пламя в камине, Рур, развалившись, как здоровенный котяра, смотрел на меня. Что интересно, стыдно не было совершенно. Наоборот, от его взгляда что-то горячо аукалось внизу живота. Похоже, кто-то отнюдь не насытился…

Хотелось валяться так бесконечно, но некоторые непрояснённые моменты не давали покоя.

Правда, первым делом, как только ко мне вновь вернулась способность соображать и более-менее связно выражать мысли, я спросила совсем не то, что планировала:

– Ты каждый раз будешь так выплёскивать злость?

– Да. Чтобы в следующий раз ты не боялась, даже когда я разгневан. Пусть другие боятся. А ты в этот момент должна смотреть на меня и помнить, чем именно оборачивается мой гнев для тебя.

Я аж на локтях приподнялась.

– Позволь уточнить, правильно ли я поняла… Ты хочешь, чтобы в тот миг, когда остальные смотрят на грозного тебя и умирают от страха, я медленно сгорала от желания?

– Именно так.

Эй, а ведь наверняка после всего произошедшего так оно и будет… и он это отлично понимает, гад, судя по бессовестной ухмылке!

– Ты ужасен. Абсолютно ужасен. Это вообще законно – действовать такими методами?

– Так я ж бандит, – насмешливо напомнил он. – И наполовину демон.

– Кстати об этом! Почему же ты всё-таки не обратился к матери, когда застрял в лаборатории? Да и вообще… ведь у тебя же есть демоническая сила, раз ты смог обуздать и изгнать мой дар? Но ты как будто вообще ей не пользуешься… хотя это наверняка открыло бы тебе много разных возможностей. Или я ошибаюсь?

– Не ошибаешься. Сила демонов во мне есть, и немалая. Но я и в самом деле перекрываю её в себе. Видишь ли, если дать ей свободу, она начинает пожирать всё остальное – эмоции, чувства, стремления. Всё, что есть во мне, кроме неё. Она уничтожит ту личность, которая существует сейчас, и в конце концов превратит меня в демона. Мать очень этого хочет, поэтому только и ждёт, что я обращусь к ней за помощью или дам силе выплеснуться и захватить себя целиком. Но для меня это почти то же самое, что и смерть. Даже хуже.

Мне хотелось расспросить его о матери, но я почувствовала, что пока не время. Он и так уже открылся мне больше, чем кому бы то ни было другому.

Кроме того, был ещё момент, который требовалось незамедлительно прояснить. Самый важный. Но как же сложно заставить себя к нему перейти!

– Рур… Ты сказал, что я решаю, как мне жить. А ты готов выполнять мои желания.

– Так и есть. Всё будет, как ты хочешь.

– Даже если я решу больше не работать на бандитов и на тебя? – помедлив, выпалила я. Всё, спросила. От ответа, который сейчас прозвучит, зависит всё. Нет, я уже понимала, что не смогу оставить Рура, но мне безумно важно было знать, готов ли он дать мне выбор.

– Да, – без колебаний ответил он. – С одной поправкой. Ты можешь на меня не работать, но отделаться от меня, боюсь, не получится. Проси что угодно, кроме этого.

– Ты серьёзно? – требовательно уставилась ему в глаза я. – Неужели и правда позволишь мне заниматься всем, чем я хочу?

– Так и есть. Как бы я ни порывался спрятать тебя от всех опасностей здесь, но всё же больше всего остального мне хочется, чтобы тебе было хорошо. Поэтому ты можешь выбрать любую деятельность. Вообще любую. Что бы ни взбрело тебе в голову – только скажи и это будет исполнено. Никто не встанет на твоём пути, обещаю. Любовь монстра вряд ли дорого стоит, но вдобавок к ней я готов предложить тебе весь мир.

Он подтянул меня поближе к себе.

– Любовь монстра? – От неожиданности у меня сорвался голос. – Рур… ты сказал… ты меня…

Я так и не смогла заставить себя произнести окончание, настолько невероятным оно было.

– Не сомневайся.

От того, как просто и веско были произнесены эти слова, у меня перехватило дыхание. Он будто говорил о чём-то давно состоявшемся и невероятно очевидном.

На некоторое время я потеряла способность продолжать разговор.

Всё это казалось таким диким, таким невероятным! Этот непостижимый Рур в очередной раз просто перевернул все мои представления о реальном.

Разве ж это так делается?

Мне казалось, что брутальный мужчина будет до последнего отрицать хоть какие-то чувства, кроме разве что желания, а потом ещё ни за что не озвучит их вслух.

А он так просто и спокойно признаёт это! И просто ставит меня в известность о том, как обстоят дела. Мол, вот тебе, просто знай и живи с этим. А ещё как-то видно, что ответных признаний он совершенно не ждёт и не собирается требовать. Но он их получит, только позже. Не хочу пока пугать его тем, что и он от меня вряд ли сможет отделаться.

Зато теперь понятно, почему он ни в какую не хотел меня отпускать на собеседование, а потом злился так сильно из-за моей лжи. Удивительно даже, что никого не убил. Хотя, возможно, для кого-то это только отсрочка…

– Кстати насчёт Пырща… – Говорить о нём сейчас хотелось меньше всего, но потом может быть поздно. Рур просто прихлопнет его по-тихому и всё. – Знаешь, я придумала, что с ним делать. Есть уже проверенный способ перевоспитания. Я подселю к нему маленький шарик из моей магии искажений, который будет следить за тем, чтобы он не вёл себя, как распоследний гад. Ты не против?

Рур хмыкнул.

– Он твой. Делай с ним, что хочешь. Ему повезло, что ты слишком добрая.

– Боюсь, братья Фердусы с тобой не согласятся… – кровожадно ухмыльнулась я, почувствовав облегчение. Что ж, кажется, всё разрешилось.

Я откинулась было на спину, но тут же снова встрепенулась.

– Ой, там же Фарукан, наверное, волнуется! Или нет?.. Вообще, если крысаны ему ничего не сообщили, он думает, что я на работе. А если сообщили? Знаешь, наверное, мне надо скорее в общагу!

Рур к чему-то прислушался и, хмыкнув, ответил:

– Не стоит. Он явно не связывался с крысанами. А ещё его новая начальница, судя по всему, увязалась провожать его с работы и сейчас им лучше не мешать.

– Ого! Похоже, из своих цепких коготков она его не выпустит. Я видела её глаза… Он пока ещё не понимает, как попал. М-да, получается, в нашей комнате я теперь третья лишняя. Наедине со мной эта ревнивица явно его оставлять не собирается.

– Зато здесь всё для тебя. Всегда. – заверил Рур.

Он развернулся на спину, так и не выпустив меня из рук и заставив разлечься на груди. Впрочем, места там хватало.

– Угу… – Я задумчиво погладила мощную грудь, наслаждаясь тем, как остро он реагирует на мои прикосновения. Эта власть над огромным мощным мужчиной пьянила.

– Не дразни меня, – хрипло попросил он. Оранжевая лава уже заполнила радужку. Из рук однако же не выпустил, будто был просто не в состоянии хоть ненадолго разорвать касание. – Я еле держусь. Не уверен, что ты выдержишь всю силу моего желания, если я пошлю к чертям самоконтроль и сразу сделаю всё, что хочу. Я слишком долго держался. Мне бы не хотелось пугать тебя и причинять дискомфорт, пока ты ко мне ещё не привыкла.

– Да, извини, – повинилась я и… быстро наклонившись, от души куснула его за грудь, а потом лизнула укус. Он что же, до сих пор думает, что наткнулся на трепетную барышню? Боюсь, его тоже ждёт открытие…

Рур вздрогнул всем телом.

Миг – и я оказалась лежащей на спине, а этот напряжённый клубок мышц навис надо мной.

Ой-ой, кажется, доигралась…

Наконец-то!