Оборотень Белов

Через полминуты, как дверь за ней закрылась, в помещение зашёл крупный, почти под два метра ростом, мужчина в расстегнутом плаще. В руках он держал чашку кофе.

Человек сел, и стул под его весом жалобно скрипнул. Белов поправил очки в тонкой оправе и насмешливо спросил:

– Что, будем протокол составлять по делу той кучи дерьма, что я оставил в парке на виду у камеры?

Марта напряглась. Внутреннее чутьё среагировало на присутствие другого зверя – враждебного, потенциально-опасного. Собака внутри неё оскалилась, шерсть на загривке стала дыбом.

Зверь внутри Ивана должен был быть крупным, более-менее соизмеримым по массе тела со взрослым человеком. Золотаева знала, что чаще всего оборотни – хищники. Не удивительно, что собака внутри глухо зарычала.

– Нет, гражданин Белов, – чуть медленнее обычного произнесла Марта, пытаясь успокоить забеспокоившуюся овчарку. – Насколько я знаю, вы – не человек. Позвольте спросить: какой вы зверь?

Иван смерил её подозрительным, угрюмым взглядом, словно бы пытаясь понять: говорить или нет. Внезапно он запел басистым голосом, пародирую группу «Король и шут»:

– Мне очень грустно, что в сердце пусто, все мои чувства забрал медведь!

Золотаева кивнула, так как поняла намек. Он объяснил внутреннее желание зарычать.

– Местный?

– Нет, я – мишка с севера. Как конфета, – Иван шумно отхлебнул кофе.

– Вы – белый медведь? – не поверила капитан.

– Бурый. Но с Крайнего Севера.

«Опасны таёжные медведи! Хуже встречи нет!» – вспомнила Марта слова Федота Максимовича.

– Давайте без шуток, товарищ Белов. Я правильно понимаю, что вы – наёмник и не привязаны ни к одному из Великих Домов? – Марта никак не могла унять беспокоящуюся собаку.

Она опасалась, что зверь в ней возьмёт верх. С оборотнями-волками она относительно спокойно ладила, но внутренний зверь отказывался принять рядом присутствие медведя.

– Да. Работаю за деньги, как и все. Я – независимое магическое существо.

– Какие поручения выполняете?

– Любые, за которые мне платят, – спокойно сказал Иван, но спохватился и добавил: – Любые законные… Охрана, перевозка, помощь.

Бурый медведь – существо непредсказуемое, в большом городе от его присутствия опасность увеличивалась многократно. Хорошо, если Белов отлично контролирует обе стороны личности. Но если он, как и сама Марта – нестабильный оборотень, и почти не влияет на Альтер эго?

Савушкин просил её присмотреться к Белову и попытаться привлечь того на службу в МСБ. Говоря проще: завербовать. Видимо, Артур Олегович забыл, что собаки с медведями – не друзья. Людям вообще сложно понять, что думает зверь, встречая другое животное. Для людей все оборотни – это «примерно одно и то же».

 Как завербовать этого типа? Чтобы наёмник пошел работать на зарплату эмэсбэшника? Не такая она и большая, по сравнению с тем, что он может получить от Великих Домов за работу.

– Скажите, Белов, где вы были в ночь с двадцать восьмого по двадцать девятое августа?

– Скорее всего выполнял какое-нибудь задание… У меня их бывает очень много… Даже не по одному на день, – Иван прищурился. Линзы очков опасно блеснули в свете люстры.

– Точнее?

Иван вздохнул, убрал длинные ноги под стол, снова отхлебнул из кружки и продолжил:

– Понимаете, товарищ капитан, род моей деятельности и Кодекс Чести Наёмника не позволяет раскрывать тайны клиентов.

– А вы думаете, я тут кофе приехала с вами пить? – с легким раздражением спросила Золотаева. – Здесь два представителя Магической Спецслужбы. Завтра подъедет третий наш сотрудник. Вы же понимаете, что наша организация просто так в город не наведывается?

Он наклонил голову, ещё раз отпил кофе и спросил серьёзно:

– Алиби на ту ночь у меня нет. Но, может быть, вы расскажете, что случилось?

Марта могла ничего не говорить наемнику. Только звериное чутье подсказывало, что Иван что-то знает. Капитан решила поиграть с медведем в недоказанности.

– Убит уважаемый маг в Екатеринбурге.

– Что? Вы про убийство академика? Он ведь тоже был из МСБ?

Золотаева вспомнила маленький некролог на «Магическом форуме». Там было написано, что Федот Максимович Золотаев всего лишь преподаватель в Горном университете. Ни слова про то, что он имел научную степень академика. Ни полунамёка не было и на то, что убитый был в звании подполковника и работал на КГБ и МСБ. Об этом вообще знали единицы – слишком давно тот ушёл на пенсию.

Внутреннее, собачье рычание становилось громче, заглушая слова Белова. Марта едва сдерживала в себе зверя.

Словно бы опровергая все догадки, Иван чуть подался вперед и, поставив кружку на стол, сказал доверительно:

– Я знал академика. Мы как-то раз встречались с ним.

– Где и при каких обстоятельствах? – тут же поинтересовалась Золотаева.

– В начале августа я доставлял ему посылку. Мы встретились в Екатеринбурге у цирка. Немного пообщались… Больше я его не видел.

– От кого была посылка? – Марта с большим трудом соображала, так надо было успокоить собаку, которая не давала сосредоточиться.

– Простите, я не могу этого сказать, – серьёзно сказал наёмник.

– Вы знаете, что было в той посылке?

– Нет. Мне заплатили за доставку её академику Золотаеву. Больше сказать ничего не могу. Я просто выполнял свою работу.

– Что делали в ночь убийства?

– Был в Екатеринбурге. Снимал там квартиру на пару дней после заказов. Может быть, меня видели соседи. – Белов назвал адрес съёмной квартиры и даже дал номер арендодателя.

Марта сосредоточилась, чтобы задать главный вопрос:

– Вы – наёмник, значит заказы на убийства тоже выполняете?

– Я убиваю опасных для человека магических существ по заказу. Но убийство людей мне претит. Я не киллер.

– Допустим. Если вы – наёмник, почему бы вам не сотрудничать с нами? – Марта вспомнила просьбу Савушкина о вербовке оборотня.

Самой ей этого не хотелось несмотря на то, что в МСБ не хватало оперативников. Собачья натура сопротивлялась этому.

– Я работаю за деньги, – честно, спокойно сказал Иван.

– Тогда я нанимаю вас для поиска преступника. Сколько вы хотите?

– А почему вы думаете, что тот человек, которого вы ищите, в Первоуральске? Убийство произошло в Екатеринбурге. Ищите там.

Внутренняя борьба внутри Марты продолжалась. Заставив собаку слегка успокоиться, она сказала:

– Подполковник Золотаев должен был выполнить в Первоуральске задание государственной важности. Сейчас, в связи с его смертью, это задание на грани срыва.

Оборотень опешил, у него даже лицо вытянулось.

– Задание государственной важности? В этой дыре? – он мотнул головой в сторону окна, за которым в свете одинокого фонаря было видно соседнюю пятиэтажку.

– Представьте себе, да.

– Ваш преступник, может быть, заграницу уже бежал…

– Думаю, что нет. Поэтому предлагаю вам помочь нам его поймать и обезвредить.

Белов ненадолго задумался, а потом назвал цифру желаемого вознаграждения. Золотаева бесшумно охнула: «Неужели Великие Дома платят тебе больше за ношение обычных посылок?» – удивленно подумала она.

Нет, что-то тут не сходилось.

– Я согласна, – произнесла она вслух после паузы. – Но вы запрашиваете большую сумму. Нам потребуются неопровержимые доказательства.

Белов допил кофе, встал:

– Как только найду вашего преступника и соберу доказательства, я свяжусь с вами. А что вам самим известно? Мне же надо на что-то ориентироваться.

– Убийц было, предположительно, двое. Оба отлично лазят по веревкам, – холодно отозвалась Марта, внимательно наблюдая за реакцией подозреваемого.

Он едва заметно прищурился.

Золотаева внезапно подумала: «Медведи не боятся высоты!».

– Академика убили просто так? Или что-то украли? – продолжал допытываться наёмник.

– Украли не много: компьютер, золотые часы, медали, – капитан пристально взглянула на оборотня.

Тот был спокоен и уравновешен, зато немецкая овчарка внутри Марты бесилась так, словно готова была вцепиться в оборотня, стоявшего напротив.

– Хорошо. Понял. Буду на связи, – произнёс Белов, и, подумав, добавил: – Могу быть свободен?

Золотаева кивнула.

Они вместе вошли в соседнюю комнату, где дожидались другие волшебники, мило беседовавшие с Глафирой Валерьевной о всяких пустяках.

– Я вот что подумал, товарищ капитан, – обратился к Марте Храбров. – Почему бы вам не допросить потерпевшего?

– В каком смысле? – решила уточнить Азарова. – Он – мёртв.

– И что? Вызовите на допрос дух умершего и спросите, кто его убил. Это же просто делается, – подсказала Яна. – Или у вас в МСБ нет специалистов?

Марта опешила. Самойлова несла дикую чушь. Вызываемые призраки не были копиями людей. Они были скорее слепками людских представлений о них. С тем же успехом можно было нанять актёра, попросить его сыграть погибшего и затем использовать его «показания» в качестве доказательств. Либо Яна этого не знала, либо старалась отвести от себя или Вэла подозрения. Вызванный ею призрак может поведать что угодно. Например, сказать, что его убил кто-нибудь из Монотеистов.

– Димон, – Храбров обернулся к вампиру. – Обряд призыва призрака умершего – это же по вашей части. Вы, Свободные, с духами общаетесь. Вы можете вызвать дух убитого, чтобы он рассказал, кто его… того?

– Яна сможет! – уверенно откликнулся Вэл.

Храбров тонко улыбнулся, глядя на Золотаеву:

– Товарищ капитан, давайте договоримся. Мы завтра с утра проведём призыв призрака потерпевшего. Вы его допросите. Интересующее вас дело – прояснится. Вы за это отдадите нам этих двоих, – он кивнул на Еву и Сергея.

Золотаева удивлённо смотрела на волшебников и пыталась понять: они не знают каким будет вызванный призрак или притворяются?

Стажёры, не сговариваясь, переглянулись.

– Я людьми не торгую. Тем более – задержанными по подозрению, – строго сказала Марта, продолжая просчитывать варианты в уме.

– У вас на них все равно ничего нет, – продолжал Храбров, лучась улыбкой. – Мы поможем вам с вашим главным делом, а вы, товарищ капитан… просто отпустите этих ребят.

– Показания призраков нельзя считать доказательствами на суде, – встрял Белов. – Это бесполезно. Ни один судья не примет к рассмотрению слова призрака.

– Он прав, – кивнула Глафира Валерьевна. – Мы можем его допросить, но его слова не подшить к «делу». Да и достоверность таких слов будет под огромным сомнением. Я бы даже сказала, что они будут заведомо недостоверными.

Марта не слушала. Собака в ней замерла в напряженном ожидании. Ей очень хотелось услышать и увидеть ещё раз Федота Максимовича. Азарова взглянула на неё и подвела итог:

– Решим этот вопрос завтра.