Глава 5

Едва успел задремать, как вдруг раздалась сирена боевой тревоги, заставившая меня вскочить с моего ложа, и лихорадочно натянув на себя форменную одежду, выскочить из своей комнаты, добежать до оружейного хранилища, подхватить свой карабин, прицепить на пояс пистолет, накинуть на шею противогаз, и выскочить на улицу, где уже на небольшом пятачке, служащим для разводов строились выскакивающие из кубриков бойцы. Через минуту, когда оба взвода, вместе со вспомогательными бойцами, были выстроены, появился капитан Сиделев, и без долгих рассуждений, объявил.

— Война, господа-товарищи! Пока не совсем понятно кто ее начал, не то Иран, нанес ракетно-ядерный удар по Израилю, не то Израиль по Ирану, а может быть и еще кто-то ввязался, но так или иначе, на территории России, объявлено чрезвычайное положение. В связи с этим, с сегодняшнего дня, если не поступит дополнительных распоряжений со стороны командования, объявляются усиленные караулы, и удвоенные посты. Точное расписание, будет объявлено после совещания. Пока можете быть свободны, командирам и заместителям командиров взводов, пройти в канцелярию роты. Остальным — разойдись, и служба по расписанию.

Стоило нам собраться в канцелярии, как туда же прибежал связист со срочной радиограммой из центра. Судя по тексту, выходило, что к нам направляется вертолет с начальником штаба батальона. Требуется подготовиться к его прибытию. Причина внепланового прибытия начальства будет объявлена им лично. Уже через полтора часа послышался стрекот винтокрылой машины, и мы высыпали из здания. Командир роты взглянул вверх, и произнес одно единственное слово.

— Песец!

На удивленный взгляд стоящего рядом заместителя, старшего прапорщика Смирнова, пояснил.

— Ми-26. Транспортник. Способен утащить весь наш гарнизон за один перелет. Просто так. его присылать не станут. Готовьтесь к передислокации, товарищи.

Вертолет оглушая ревом своего мотора наше захолустье, сел, на предназначенную ему площадку, и заглушил двигатели. Вскоре из него вышел майор Сухомлин, начальник штаба батальона, который вместе с командиром роты и прапорщиками прошел в канцелярию. Что именно происходило там, я не знаю, начальство решало все вопросы без моего участия, но уже через каких-то сорок минут было объявлено построение роты, и то, что мы услышали, переворачивало все с ног на голову.

Объявлено было следующее. Большая часть нашего гарнизона, отправлялась на службу в головной батальон. Туда перебазировался полностью первый взвод, и два отделения второго взвода, с большинством командиров и прапорщиков. Как объявил начальник штаба, в связи с чрезвычайным положением, было решено усилить охрану каскада Вилюйских ГЭС, расположенных у поселка Чернышевский и ниже по течению у поселка Светлый. Которые питали по сути весь Мирнинский район Якутии, обеспечивая работу Горно-обогатительных комбинатов, и перекрывая городские нужды. После того, как были зачитаны списки отправляющихся на большую землю военнослужащих, им было дано полчаса, для сбора личных вещей, получения личного оружия и снаряжения, с последующим построением на плацу, для погрузки в вертолет.

Меня же и остающихся в роте младшего сержанта Мальцева, и сержанта Каримова, вызвали в канцелярию, где было объявлено новое распоряжение, касающееся нашей службы.

— С этого дня, охрана периметра базы, будет осуществляться с помощью систем электронного видеонаблюдения.

Как оказалось, здесь имеется и такое. Оставшееся на территории складов отделение Мальцева, будет осуществлять патрулирование территории и закрывать внутренний наряд. Группа связи, во главе с сержантом Каримовым — наблюдение за периметром объекта и поддержанием связи с командованием, кроме вышеуказанных подразделений, здесь остается командир роты, который будет осуществлять общее руководство, его заместитель старший прапорщик Смирнов с одновременным обслуживанием слада вооружения, фельдшер медсанчасти, который параллельно своим основным обязанностям, будет временно осуществлять надзор над продуктовым складом, и я. В мое ведение передается склад, «Материально-технического обеспечения», и одновременно с этим служба в качестве дежурного по гарнизону. В качестве временно исполняюшего обязанности повара, будет выступать рядовой Котов, из отделения сержанта Мальцева, у которого оказывается имеется соответствующая специальность и медицинская книжка. Самое интересное состояло в том, что ключи, от вверенного мне склада, были переданы командиру роты, и по сути я являлся заведующим этим складом, чисто формально.

Фактически в бывшей роте, остается шестнадцать человек личного состава, которые по большому счету, не тянут даже на взвод. Как оказалось, вечно запертая дверь, рядом с канцелярией скрывала за собой диспетчерскую, оборудованную по последнему слову техники. Пока группа связи проверяла сохранность видеокамер, расположенных по периметру гарнизона, и некоторых других местах, силами оставшегося отделения, здесь был наведен порядок, и довольно скоро за довольно большим слегка полукруглым пультом, где было установлено несколько мониторов, появилась картинка, практически всей внутренней территории, и большей части внешней, примыкающей к нашему гарнизону. Мне было очень интересно, в чем заключалось необходимость, создавать здесь почти полную роту, когда вполне можно было обойтись вдвое меньшем количеством служащих, для охраны этого объекта. Разве, для того, чтобы было кого привлечь для усиления головного батальона. Одним словом, для меня все это оставалось загадкой.

— Патрулирование территории, мне не столь необходимо, — произнес капитан Сиделев, распределяя охрану по местам, после того как вертолет улетел. — Народу осталось мало, поэтому достаточно будет того, чтобы дежурная группа, находящаяся здесь, будет готова срочно выдвинуться со своего места, в случае прорыва периметра, хотя, я очень сомневаюсь, что до этого дойдет. Отсюда до ближайшего поселка больше четырехсот километров, а наши склады, не настолько лакомая цель, чтобы пытаться ею завладеть. Да и Гражданской войны, пока что не ожидается. Так что вместо патруля, будет назначаться группа быстрого реагирования.

В остальном все осталось почти как раньше. Разве что, в связи с тем, что количество людей поубавилось, оставшимся, было предложено занять комнаты, поближе к канцелярии, чтобы находиться более компактно, и было проще собраться по тревоге. И с некоторых порт, мы перешли на питание, пользуясь местным продуктовым складом, а не получая продукты извне. По сути мало что изменилось, продукты выдаваемые со склада, были теми же самыми. Ну и прапорщик Смирнов со своим племянником, которым, как оказалось является фельдшер нашей медсанчасти, быстренько смотались на охоту, и притащили целого оленя.

В мире, информацию о событиях которого, с некоторых пор интересовались с особым вниманием, происходили довольно неприятные события. Создавалось впечатление, что все походили с ума. Украина, объявила о дополнительном призыве. Согласно новому указу, на службу призывались юноши от четырнадцати лет и женщины, не имеющие собственных детей до тридцатишестилетнего возраста. ЦТКашники теперь ловили на улицах городов, всех подряд, и иногда доходило до того, что они вламывались в квартиры, и буквально с боем, выволакивали оттуда собственных граждан. Воистину война шла до последнего украинца. На Балтике устраивались постоянные провокации в отношении Российского флота, и Калининградской области. Правда стоило только появиться на горизонте, какому-нибудь российскому крейсеру или субмарине, как акватория тут же оказывалась свободной от судов прибалтийских стран, причем не только тех что находятся на южном побережье. А недавно объявленные учения НАТО, немного покрутились у Калининградской области, и заметив ощерившиеся ракетные крейсера и приведенный в полную боевую готовность гарнизон, плавно передислоцировались на север и продолжили свои маневры в Ботническом заливе.

В открытом океане так и вообще творилось непонятно что, стоило кому-то увидеть нефтяной танкер, как он тут же объявлялся контрабандным, и якобы везущим нефть из России, и его сразу же старались захватить в плен все, кому только не лень. Несколько раз происходило так, что захватчики ошибались, и тогда Оранжевый блондин, кричал с трибуны, обещая присоединить к США, не только Гренландию и Канаду, но и Британские острова. А однажды, даже пообещал сделать это с Корейской Народной Демократической Республикой, на что Ким Чен Ын, сразу же посоветовал Трампу заткнуться, добавив, что у КНДР, тоже есть чем ответить. Похоже слова корейского руководителя, чем-то задели гордую натуру американского президента, и тот с насмешкой ответил, что пока древние ракеты из КНДР, долетят до побережья США, от Северной Кореи, ничего не останется. В ответ на это глава государства, удивленно спросил, когда это он упоминал о ракетах? И посоветовал присмотреться к водам залива Аппер, где после его слов, вдруг раздался взрыв и статуя Свободы, рухнула в море, разлетевшись на мелкие куски.

— А если этого покажется мало, то следующим будет Белый дом, а третьим пунктом Йеллоустонская кальдера. Думаю, этого будет достаточно. И будьте уверенны, я успею нажать кнопку.

После этих слов, мир моментально притих, понимая, что стоит на грани всемирной катастрофы. Одно дело надеяться на большое количество ракет, и совсем другое, когда тебя прямо предупреждают о том, что главные точки страны, давно заминированы, и достаточно одного нажатия кнопки, когда в воздух поднимутся не ракеты, а осколки взорванных зданий. А уж если, грамотно установленный заряд спровоцирует извержение Йелоустонского вулкана, то тогда наступит полный Армагеддон. Опять же, если бедной КНДР, можно сказать нечего терять, то для США, это будет полная катастрофа.

Несколько дней в мире была полная тишина, во время которой специалисты, похоже пытались найти заложенные заряды. И когда обнаружить ничего не удалось, Трамп разразился гневной речью с трибуны Капитолия, обещая сравнять с уровнем моря всю Корею, не глядя на то Северная она или Южная. И объявил о том, что отправил флот в сторону Азии, чтобы наказать святотатца, посмевшего уничтожить главный символ демократии — Статую Свободы.

И стоило только средствам ПВО, Северокорейской республики, отразить первый ракетный налет, как на глазах у всего мира, Белый Дом, сам собой провалился в преисподнюю. Именно так попытались трактовать то, что с ним произошло. Как выяснилось в шахтах местного метрополитена, был заложен боевой заряд, мощность которого оценили в десять килотон. Причем это был даже не ядерный заряд, потому как местность вокруг провала осталась незараженной. В результате подземного взрыва, образовалась такая глубокая яма в центре Вашингтона, что вместе с резиденцией президента, туда провалились и все окрестные строения, в радиусе одного километра, вплоть до монумента Вашингтона, а воды Потомака, хлынули в эту яму пытаясь заполнить ее до самого верха, из-за чего, в течении следующих дней, основное русло реки ниже по течению, почти полностью обмелело.

Но и это было еще не концом света. Армагеддон, наступил после того, как началось извержение супервулкана. И это стало началом конца. Как выяснилось, у США, тоже имеется некая программа похожая на то, что в СССР, называли «Мертвой Рукой». В воздух тут же поднялись десятки, а может и сотни ракет, нацелившихся во все уголки земного шара. И хотя, большую часть успели уничтожить, но и тех, что достигли цели, оказалось тоже немало. В общем досталось всем. Планету сотрясало в течении трех суток, и когда наконец все более или менее затихло, начали разбираться с тем, что уцелело.

Мы же с некоторых пор остались в полном неведении. Здесь хотя и основательно потряхивало, но в общем близких ударов, на произошло, хотя по радио и объявили о бомбардировке некоторых городов Якутского Автономного Округа. Поэтому в общем-то мы пережили этот армагеддон, относительно спокойно. Связь куда-то исчезла, интернет тоже пожелал долго жить, сколько бы связисты не крутили верньеры своих радиостанций, ничего так и не нашли. Хотя, связь со спутником оставалась вполне устойчивой, и по словам одного из них, где-то на грани слышимости доносились кое-какие голоса, обрывки мелодий, но разобрать что именно там говорилось или пелось, было невозможно. Погода испортилась уже на второй день, небо заволокло серой хмарью, солнце спряталось за нее и давало о себе знать только редкими проблесками через плотные тучи. А скоро и исчезло совсем, как будто его никогда и не было. Наступила, как пошутил один из парней — «Ядерная приполярная ночь».

Впрочем, газовая труба, как ни странно продолжала работать, позволяя котельной давать тепло и раскручивать генератор. Ветряки, временно пришлось остановить, так как порывы ведра порой бывали такие, что удавалось едва удерживаться на ногах. На четвертый день пошел снег. Вначале, вполне обычный, белыми хлопьями, но довольно скоро окрасившийся в серый цвет. Командир тут же отдал приказ, каждые полчаса проверять падающий снег на радиоактивность, и без нужды не выходить из домов. Правда однажды выйти все-таки пришлось, и это обернулось трагедией.

Снег практически не прекращался, и его навалило уже столько, что трещали крыши зданий, несмотря на то, что там были уложены бетонные плиты. На восьмой день снег внезапно перестал, и по распоряжению капитана Сиделева, мы всем личным составом вышли на уборку снега, причем я сел за рычаги бульдозера ДТ-75, расчищая площадку перед казармой и канцелярией, а также подходы к продуктовому складу. За эти дни имеющиеся продукты подошли к концу, и нужно было сделать запасы продовольствия. Я подцепил тракторную тележку, перетащил ее к дверям склада, и пока ее загружали, отправился расчищать остальную территорию. В тот момент, когда я пробивал проход к воротам части, похоже все и произошло.

Мне повезло тем, что кабина трактора была полностью закрытой и остекленной, и потому подобраться ко мне было просто невозможно, а вот двое парней, которые занимались погрузкой продуктов в тракторную тележку, перенося их с продуктового склада, неожиданно для себя подверглись нападению, со стороны, неизвестно откуда взявшейся стаи волков. Раньше от их появления, защищал бетонный забор, а сейчас, снега навалило столько, что в некоторых местах, забор был завален до самого верха. Фельдшер, увидевший нападение зверей, тут же захлопнул двери склада, и поднял тревогу, позвонив в канцелярию. Но пока там сообразили, что к чему, пока вооружились и выскочили во двор, было уже поздно. Волков конечно частично перестреляли, кто-то из них успел сбежать, но парней было уже не вернуть.

Земля еще не успела, окончательно промерзнуть, поэтому, расчистив площадку неподалеку от ворот, на опушке леса, под вооруженной охраной были вырыты две могилы, и ребят похоронили там, поставив на могилах кресты, со звездочками, и через трафарет отметив их имена, и дату смерти.

Ни о каком патрулировании территории уже не шло речи. По большому счету, мне удалось расчистить только площадку перед казармами и проход к продуктовому складу. Вначале, хотел сделать проход к остальным складам, и в общем-то почти добрался до оружейного, но после, капитан махнул рукой, сказав, что нужды в этом большой нет. Все равно камеры видеонаблюдения находятся под снегом, а отправлять патрули, значит подвергать жизни солдат опасности. Да и по большому счету, по таким сугробам вряд ли кто-то сможет сюда добраться. Короче, природа защищает входы в склады, гораздо лучше, чем это сделали бы часовые или патрульная группа.

Несколькими днями позже, в канцелярии роты разразился скандал, между командиром и его заместителем. Как выяснилось, местным радистам, удалось записать просьбу о помощи исходящую от города Удачный, расположенного примерно в трехстах километрах от наших складов. Судя по услышанному, городок подвергся ядерной бомбардировке, и хотя люди почти не пострадали, успев вовремя занять места в имеющимся убежище, но сейчас в связи с потерей снабжения, и отсутствием электроэнергии, испытывают огромные трудности с медикаментами и продуктами питания.

От меня потребовали расчистить, подходы к складу вооружений, и насколько это возможно, выход с территории военного городка, до опушки леса. После практически полного дня работы, мне это удалось. После чего, старший прапорщик Смирнов, выкатил со своего склада, два бронетранспортера БТР-50ПК один из которых был снабжен отвалом, и бортовой грузовик Зил-157. Вся техника была выпуска пятидесятых-шестидесятых годов, но как ни странно находящаяся во вполне рабочем состоянии. Во всяком случае после того, как над ними полдня поработали несколько бойцов, освобождая транспорт от консервации, машины достаточно легко завелись, и даже прокатились по окрестностям, не обращая большого внимания на заносы и снежные преграды. После чего к одному из бронетранспортеров, прицепили тракторный прицеп, в который загрузили запас топлива для обеих бронетранспортеров и грузовика, а в сам грузовик как минимум тонны три продуктов питания, медикаментов, оружия и теплой одежды. Да и сами бронетранспортеры были загружены до самого верха, и больше напоминали своим видом, цыганский табор, нежели воинское соединение.

Все это делалось вполне открыто и демонстративно, а на вопрос, что происходит, командир роты махнул рукой, хотя я и чувствовал, что все это происходило против его воли. Но почему-то он даже не пытался как-то этому воспрепятствовать. Смирнов выбрав момент подошел ко мне, и предложил место на одном из вездеходов, сказав, что до ближайшего городка, здесь не больше трехсот километров по прямой, и мы вполне сможем их преодолеть, пусть даже за пару дней, с учетом снежных заносов. А с моей помощью сможем задействовать еще один грузовик, или бронетранспортер, загрузив их дополнительным снаряжением. В ответ, я спросил, как это согласуется с данной мною присягой, и в ответ услышал.

— Какая нах, присяга⁈ Нет уже никакой ни присяги, ни армии, и вообще ничего нет! Остался только здравый смысл, но у тебя похоже нет и его! — После махнул рукой и бросил. — Ну как хочешь, потом жалеть будешь, да поздно будет.

На следующий день после этого разговора, в оба вездехода погрузились двенадцать человек еще находящихся здесь, людей, и выехали за пределы части. Проводив взглядом исчезнувшие за лесом машины, я закрыл за ними ворота, и оглянувшись увидел стоящего на крыльце командира роты, провожающего уехавших хмурым взглядом и сжимающего кулаки.

— Что это было?

Спросил я подойдя к нему.

— А, то ты не видел? Сам-то почему остался?

— Да, я вроде присягу давал. Да и куда мне ехать? Я ведь приютский. Здесь хоть какое-то жилье, а там не родни, ни квартиры. А сейчас так и вообще, непонятно что творится.

— Так бы и сказал, а то присягу он давал. Тоже мне, патриот нашелся.

С этими словами он развернулся и прошел в свою комнату. Я последовал за ним, прикрыв входную дверь, и ужаснулся. Здесь в здании бывшего штаба и канцелярии, царил форменный бардак. Отъезжающие отсюда нисколько не заботились о том, что останется после них, и сейчас здесь как когда-то говорил наш воспитатель в приюте, «как Мамай прошел». Жить в таком бардаке, мне совершенно не хотелось, поэтому я принялся за уборку. Собрал весь мусор, разбросанные бумаги, разбитые горшки с цветами, подмел полы, затем набрав ведро воды принялся за мытье полов. К моему удивлению, довольно скоро, ко мне присоединился командир роты. Пока я наводил порядок, в одном помещении, он делал тоже самое в другом. И мне фактически оставалось, только помыть полы, и вскоре, часа через два, порядок в доме был наведен.

— Пойдем чаю попьем. — Услышал я голос ротного. — Хватит на сегодня. Хотя, наверное, еще придется наведаться в котельную, и слить воду из отопления в помещениях личного состава. Хотя это можно сделать и завтра. Торопиться теперь уже некуда. И вообще, перебирался бы ты в квартиру Смирнова. Так проще будет, а то ведь мы вдвоем здесь остались, чего уж там.