Глава 3

— А ты что? — спрашивает подруга на следующий день, после моего старательного пересказа по ролям.

Я смотрю в зеркало уборной и поправляю черный пиджак делового костюма. Отмечаю, что хорошо выгляжу для сложившейся ситуации. Спала эту ночь я откровенно плохо, но на работу нужно было выйти.

— Поцарапала его, — выдыхаю. — От души. Прямо по свежему ожогу. Ее за волосы дернула, она все-таки проснулась и попала под руку. Валя кое-как вытолкал меня из спальни. А потом и со второго этажа.

— Это как?

— Взял на руки — как еще? Я сперва сопротивлялась, потом подумала, что, если мы вдвоем покатимся по лестнице, мне тоже достанется. Затихла.

Юлька трет переносицу, как всегда делает в моменты острого стресса. Она работает переводчиком в нашей компании. И, если честно, мой Валентин ей никогда не нравился. Но она держится и еще ни разу не произнесла фразу: «А я говорила!»

— Мне потом сын позвонил. Он запомнил, когда у меня вылет, и удивился, что я уже дома. Я зачем-то глупости начала придумывать. Что рейс отменили, что мили сгорали. Сама не помню, что несла на нервах. Еле-еле заставила себя успокоиться. Не хочу нагружать его раньше времени. Марик так много говорил об этой поездке, ему очень важно показать себя на сборах.

— А эту девку ты видела потом?

— Нет, — я качаю головой. — Я вышла в беседку, пока с сыном разговаривала. Когда вернулась в дом, они уже уехали. Валентин так и не приезжал, я сегодня утром в одиночестве собиралась на работу.

— Я его пока не видела в офисе.

— Пусть живет, где хочет. Дом я ему не отдам. Я в него столько сил вложила! Со всеми подрядчиками, строителями ругалась я! Он своей карьерой занимался, ему некогда было. У меня же времени завались. Ребенок, быт, еще и стройка! Только он теперь босс в своем отделе, а я в помощниках до сих пор хожу.

Несправедливость.

Повсюду.

От этого больно и душно. Словно землю выбили из-под ног и еще насмехаются, что не ждала такого исхода. Оказалась не готова. А я и правда не ждала. У нас бывали ссоры в семье и даже конфликты, но чтобы вот так… чтобы найти в своей спальне любовницу мужа и услышать от него, что вообще-то тут лишняя именно я… Это за гранью.

— Только не расклеивайся. — Юлька начинает нервничать из-за моих затянувшихся раздумий и касается ладонью моего плеча. — Мужики, бывает, такое творят, что убить мало. Не он первый, не он последний. Мудак обыкновенный. Повелся на смазливое личико, на новизну… Она же звездулька, можно самолюбие потешить. Он еще придет в себя, приползет, только поздно будет.

— Уже поздно. Я такое не прощу.

Юлька кивает.

— Но он юрист, — добавляет она с досадой. — Противнейшая профессия для развода и раздела имущества.

— У каждого юриста есть своя специализация, а Валентин никогда не вел бракоразводные дела.

— Вот так лучше. Мне нравится твой настрой.

Я смотрю на наручные часы и понимаю, что пора возвращаться к делам. Мы с Юлей вместе выходим в коридор, она поворачивает к лифтам, а я иду к своему столу. Только рядом с ним меня ждет ужасное открытие. Валентин все-таки приехал в офис. Он стоит рядом с моим местом, разглядывая что-то через панорамное окно. Впрочем, он слышит мои шаги и резко разворачивается. На его губы наползает нехорошая улыбка, которая кажется мне искусственной.

— Где отчет после командировки? — спрашивает он голосом босса, который раскатывается по общему залу и наверняка привлекает внимание зевак.

— У твоей секретарши, — бросаю ему, опускаясь в свое кресло.

Он щурится. Явно не ждал такого ответа и ищет, к чему еще придраться.

— Переделай.

— Ты его даже не смотрел.

— Мне нужен новый отчет, Екатерина Викторовна. К сегодняшнему вечеру.

Он упирается ладонями в стол и нависает надо мной.

Пыхтит угрожающе.

— Она тебя чем-то поит? — спрашиваю и толкаюсь каблуками, чтобы откатиться на стуле из-под его пресса. — Прядки волос не срезала? С амулетами на груди не просыпался?

— Смешно, — цедит.

— Да что-то не очень. Я даже не знаю, о чем с тобой разговаривать. Ты совсем выжил из ума.

— Ты должна извиниться перед ней.

— Извиниться?

— Ты ударила ее.

— Ох, если бы! Я толком не дотянулась.

— С ней так нельзя, — отрезает он и перегибается через стол, словно собрался ловить меня за воротник. — Будешь упрямиться — я тебя уволю. Найду причину и выставлю вон со статьей в трудовой. Ты знаешь, это в моей власти. И ребенка заберу, если захочу. У меня доход выше, идеальная репутация, полно связей. И пацану с отцом будет лучше, чем с безработной мамашей.

Я все-таки вскакиваю на ноги. Это невозможно терпеть, хотя я не хотела устраивать скандалы на работе.

— Это она тебе этот текст написала?

— Я серьезно, Катя. Извинишься и заткнешься. Мы больше не муж и жена, развод оформим.

Агрессивный и жестокий.

Не думала, что узнаю мужа таким.

На развод я согласна, а вот на «извинишься и заткнешься» нет. У меня это в голове не укладывается. Часть меня отказывается верить, что я вообще слышу такие слова. Валю как будто прорвало, раз и передо мной чужой человек. Но ведь так не бывает, чтобы за одно мгновение всё случилось.

Сколько он мне врал?

Как давно вычеркнул из своей жизни и просто ждал момента?

— Сама виновата, не надо было руки распускать, — добавляет Сазонов.

Я замечаю, что нашим «приглушенным конфликтом» уже заинтересовались. Компания большая, поэтому легко представить, как сплетни начнут гулять по этажам и кабинетам. Я шумно выдыхаю и возвращаюсь взглядом к экрану монитора. У меня полно дел, а выяснять отношения с Валей лучше в другом месте.

— Ничего не говори Марику, — произношу, отдышавшись. — Дай сыну спокойно провести сборы.

— Я и не собирался трогать его, — огрызается он. — Тут только ты накаляешь обстановку.

Я усмехаюсь.

Ладно, тут он по делу сказал.

Вчера я накалила до кипятка. Да так, что он сегодня нарушил дресс-код и пришел без пиджака.

— Болит? — спрашиваю его и указываю на плечо, на котором оставила расцарапанный ожог. — Надеюсь, что очень сильно.

— Мария уже в офисе. Она в переговорной для подписания бумаг с нашей компанией. Это займет минут двадцать, потом зайдешь и извинишься перед ней.

Я смотрю на него как на полоумного.

Опять за свое!

Ну не может он говорить это серьезно!

Неужели думает, что я буду танцевать под их дудку? Он же знает мой характер… Или верит, что может сломать?

— Выбор за тобой, — бросает Сазонов ледяным тоном. — Мы можем разойтись по-хорошему или по-плохому.

Он уходит. Оставляет меня с возмущением и ужасным осадком на душе.

И да, косые любопытные взгляды коллег тоже тут как тут.

Но это даже хорошо, что Валя оказался таким чудовищем, даже плакать не хочется. Хорошего мужика жалко упускать, а вот такое… «спасибо, не надо, кушайте сами». Может, я себя успокаиваю и меня еще накроет. Но пока что все мысли заняты обороной. Муж вон какой решительный, со своей девицей уже требования выдвигают, сегодня-завтра еще проблем мне подкинут.

Я достаю сотовый и открываю госуслуги.

Чего я вообще жду? Почему не сделала этого еще вчера? Прямо сейчас надо подать на развод. Я не знаю, как это делается, но думаю, разберусь. С налоговыми вычетами я же как-то разобралась.

Черт! Марик же…

С ребенком через суд. Это формальность, нас в любом случае разведут. Хотя раздел имущества тоже займет время. И бумажной волокиты добавит. Я уверена, что Валя будет вгрызаться в каждую строчку документов и каждый совместно нажитый рубль. Он всего лишь зубастая собачка, команды которой отдает сука Машенька.

Тогда Валя не собачка, а мудаковатый медведь.

Из злой и взрослой версии сказки.

А она явно развлекается. Пока он только готовился признаться мне, мадам всё сделала за него. Записала стратегически важные сторисы и улеглась в мою кроватку. Непонятно только, зачем ей Сазонов? Она же популярная и крутая. Она наверняка богаче него и может найти себе мужичка поинтереснее. Валя старше нее и не обладает классным телом. Вот лишний вес у него есть. Он подсдал за последние пару лет, я списывала всё на стресс на работе, хотя пыталась взяться за его здоровье. Хорошо, что он упертый и у меня ничего не получилось.

Я откидываюсь на спинку кресла и кручусь в сторону окна. Смотрю на противоположную офисную стекляшку. Считаю минуты.

Переговорная в другом конце зала. Но она находится на этом этаже.

И она сейчас там… Сука Маша.

Заказала мои извинения, словно в меню заглянула, и ждет, когда получит их. Я, наверное, должна склонить голову и виновато спрятать глаза. Попросить прощения, что помешала трахаться с моим мужем и вздумала предъявлять претензии. А обещать, что больше так не буду, надо? Чаевых ждать?

Я встаю с кресла и поправляю юбку-карандаш. Минутная стрелка спешит потратить время, которое назвал Валентин. Можно уже идти.

И я иду.

Стучу каблуками по офису, не выпуская из виду нужную табличку. Останавливаюсь у переговорной, в которой затемнены окна. Там есть специальный переключатель, который позволяет выбирать уровень приватности. Я дожидаюсь, когда встреча подойдет к концу и из кабинета начнут выходить помощники. Последним в проеме показывается Валя.

В его глазах мелькает облегчение, когда он видит меня. Не может поверить в свое счастье, что я не стала показывать характер и пришла.

— Вышел проверить, тут я или нет?

— Пойдем, — он снова включает тон босса и указывает мне направление кивком. — Быстрее покончим с этим.