Глава 53. Дима

Я проследил, как засверкали пятки моей колючки, которая несла пакет с хлебом так, будто это было величайшее сокровище, и улыбнулся. В груди потеплело, и уже не так кололо чувство вины перед Евой и сыном. Я подтолкнул Максима к дому и кивнул его крёстному:

— Помнишь Комара?

Макс ухмыльнулся, взгляд его похолодел на пару градусов. Да, в последнюю встречу они разошлись не друзьями, но и не врагами, поэтому я рискнул пригласить друга в дом будущего тестя.

Пелагея, весело болтая с моим сыном, несла малютку-дочь ко входу, где безмолвно замерли мои парни. Разумеется, они знали, кто пожаловал. Почти каждый из них успел послужить у Максимилиана Честенера. Кто месяц, а кто день, и мало кто забыл, как непрост и тяжёл характер миллиардера. И хоть всё это в прошлом, теперь Максим Орлов — российский бизнесмен и муж простой учительницы, никто не расслаблялся.

Навстречу нам вышел Комар. Он протянул широкую ладонь:

— Приветствую в своём доме. Искренне надеюсь, что ты его не разрушишь, как свой.

— Кто знает, Серж, — ухмыльнулся Честенер, крепко пожимая руку Комарова. Обернулся: — Моя жена Пелагея и дочь Джулия.

— А это? — Комаров вопросительно посмотрел на Макса.

— Мой сын, — я положил руку на его плечо.

— Так у меня скоро будет два внука? — усмехнулся Сергей и наклонился к Максиму. Всматриваясь в его лицо, проговорил: — У твоего отца были такие же глаза, настороженный и вызывающий взгляд. Как у обманутого щенка. — Одобрительно кивнул. — Сильная порода. И хоть мне не нравится предстоящая свадьба, как и тебе, парень, я рад, что ты войдёшь в мою семью. — Он выпрямился и неожиданно улыбнулся. Протянул ладонь. — Можешь звать меня дедом.

Максимка, явно польщённый словами Комара, пожал его руку. Я тоже не сдержал улыбки: именно так же в своё время Сергей получил и моё доверие. Просто и легко. У Комарова талант вызывать у детей расположение, что тут же подтвердила и дочь Орловых, запросившись Комару на ручки. Пелагея несказанно удивилась, но позволила.

— Отдохните с дороги, — кивнул на дом Сергей и позвал: — Варя, проводи гостей в свободную спальню! — А сам улыбнулся Джулии. — А мы прогуляемся, да? — Посмотрел на Максима. — Ты с нами или отдыхать?

— Нет, — решительно отказался сын. — Джонси обещала научить меня играть на гитаре.

Я удивлённо приподнял брови: кажется, у меня неожиданно появился конкурент. Не знаю, что в словах Евы задело Максима, но прогресс на лицо. Оставив сына со своими людьми, я, переговариваясь с Коулом, поднялся на второй этаж. Кивнув подчинённому, отпустил его исполнять распоряжения, а сам постучался в спальню своей бабочки.

— Ева, я захожу.

И открыл дверь. Да так и замер, не зная, смеяться или плакать.

Ева, по-турецки рассевшись на кровати, откусывала огромные куски прямо от буханки и, яростно жуя, посмотрела на меня волчицей. Судя по усеивающим светлое атласное покрывало крошкам, уничтожала она уже вторую буханку. И куда в неё уместилось?! Ева — хрупкая и хлеб обычно не ест, да-да.

Я заволновался:

— Тебе плохо не станет?

— Я ему не понравилась, да? Максу? — всхлипнула она и покосилась на буханку в руках. — Вкусно, не оторваться. Забери, а то я лопну! — протянула мне надкушенный батон, но потом еще раз вонзила в него свои зубки. Прожевывая, пробормотала: — Я тепель бережового шока хошу, — и наивно улыбнулась.

Я присел на кровать и погладил её щиколотку:

— Тебе не нужно нравится Максу. — Усмехнулся. — Я сильно против чтобы ты Максу приглянулась. У него Пелагея есть… — Осёкся и посмотрел на неё. — Или ты про моего Максимку? — Тут же перевёл тему. — Берёзовый сок?! Мне придётся переквалифицироваться в волшебники и сразу Максимилиана отправлять в Россию, потому что, если я приду в американский магазин и потребую сок из дерева, боюсь вызовут врача со смирительной рубашкой.

Я весело расхохотался, представив эту картину.

— Эх. — Ева прижалась к моему плечу. — Или мне придется переехать в Хацапетовку, потому что у меня жуткий голод по бабушкиным сладостям. — Она возмущенно тряхнула головой и свела брови. — Не поняла, а варенье где?

— Какой варенье? — похолодел я.

— Ежевичное! — Ева сначала состроила грозное выражение, а потом рассмеялась. Рухнула мне на грудь и прохрипела, сквозь хохот: — Да я пошутила, Винни! Ты мой ласковый мишка-добытчик, хлеб достал с другого конца Земли. Разве можно такого не любить?

Она запнулась и покраснела.

— Ладно, пойду воды попью. — Привстала с кровати, и мелкие крошки посыпались на пол. — Какая у тебя невеста — свинья, Дэми. Смотри, а то купишь кота в мешке.

Я сграбастал её и повалил обратно на кровать. Шепнул:

— Кот в мешке — это намёк на шаловливую невесту под одеялом?

Она обняла меня крепкими ножками и потянула к себе.

— Нафиг одеяло! — потянулась поцеловать меня, но кто-то постучал в дверь, а потом послышался голос Макса:

— Пап! Вы где?

Я крепко прижался к Еве и прошептал:

— Ты ему понравишься, даже не переживай. Не знаю никого, кому бы ты не понравилась… и меня это беспокоит. Моя маленькая сладкая колючка. Продолжим чуть позже. Сейчас я его спроважу отдыхать.

Я поднялся и направился к выходу.

— Здесь я, — распахнул дверь и удивился взволнованному виду Макса. — Что случилось?

— Джули исчезла! — с полными страха глазами заявил сын.

Я остолбенел:

— Как исчезла?

— Тётя Поля была в душе, дядя Макс на минуточку прилёг, а когда его разбудили, то Джули уже нигде не было.

Я обернулся и посмотрел на Еву:

— Извини. Мне пора.