Глава 1. Скай

— Ты надела свои счастливые трусы? — задорным голосом спрашивает моя подруга Ирма.

— Нет! Зачем они мне? — возмущаюсь я в трубку, «роняя» челюсть на асфальт — Я же иду не на свидание, в конце концов, а на собеседование.

Месяц назад помимо того, что меня бросил мой дерьмовый парень, с которым я встречалась полтора года, так меня ещё и со скандалом турнули из маленькой продюсерской компании, где я целых два месяца проработала на должности помощника продюсера. Ну как проработала? Не то, чтобы я впахивала, словно лошадь, ведь в реалии я была всего лишь девочкой из разряда «поднеси-подай-иди-к-чёрту-не-мешай». Наверное, поэтому эти два месяца были самыми худшими в моей жизни. Я мечтала обучаться чему-то новому и набираться бесценного опыта после окончания университета, а по факту только и делала, что «подтирала задницу» достопочтенному боссу-засранцу. Чтоб вы понимали два месяца непрерывного стажа — уже, в некоторой степени, рекорд для меня. Как оказалось, я та ещё ходячая катастрофа. И что-то подсказывает мне, что с моим-то небывалым «везением» я нигде и никогда не продержусь дольше этого срока. Всё потому, что, если за дело берётся Скай Гарднер, то всё в радиусе мили идёт крахом. Я — эпицентр тотального невезения. После меня вокруг остаются пепелища, да и только. Уж не знаю, как мне удалось дожить почти до двадцати трёх лет, и при этом оставаться целёхонькой. Возможно, за это нужно благодарить моего «Ангела-Хранителя», у которого, должно быть, просто стальная выдержка на все мои безрассудные выходки.

Как бы противоречиво ни прозвучало, но не завидую я своему будущему работодателю. Ой как не завидую! Но что поделать? Опустим все мои «навыки и умения» в кратчайшие сроки разрушать то, что строилось годами, потому как мне крайне необходима хоть какая-нибудь работа, если я не планирую «склеить ласты» от голода или скитаться по местным помойкам в поисках самой себя. Я же всё равно не найду.

Вчера, видимо, звёзды сошлись, или мои персональные тридцать три несчастья взяли себе незапланированный выходной, так как долгожданная удача, наконец-таки, улыбнулась мне во весь рот — на моё резюме откликнулся один из самых востребованных продюсерских центров Лос-Анджелеса. Что может быть лучше? Такой удачи я уж точно не могла ожидать, поэтому со вчерашнего дня я нахожусь, словно в другой реальности, внутри жерла вулкана, ожидая очередного извержения. Предчувствую, катастрофы не избежать.

Скай Гарднер, прошу тебя! Нет! Я умоляю тебя! Не налажай в этот раз!

— Как думаешь, каким он будет? — мечтательно произносит Ирма.

— Кто? — кривлю пасть. Абсолютно не соображаю из-за внутренней тревоги.

— Твой будущий босс, разумеется!

Главное, чтобы у него хватило терпения выдержать хотя бы собеседование со мной, в остальном я что-нибудь придумаю.

— Не знаю. Возможно, как и все они: занудный, великовозрастный и требовательный мужлан.

Ирма подозрительно мычит в трубку.

— А я вот предчувствую, что тебя там ждёт плейбой. Молодой, импозантный, умный, без вредных привычек, с обалденным телом и…

Я перебиваю её. Не хочу и дальше слушать качества своего идеала мужчины. Это слишком грустно.

— Так, стоп, Ирма! Ты хочешь, чтобы я сейчас на слюну изошла? — хохочу, как дурочка на всю улицу. — Мне на самом деле без разницы у кого быть на побегушках. Главное, чтобы мне платили деньги, так как моя квартира сама себя не оплатит. Не могу же я вечно браться за мелкую работёнку! Нужно совершенствоваться!

— Да уж, Скай, — печально вздыхает Ирма. Даже лучшая подруга считает меня неудачницей. Дожили! — Ты в полом дерьме. Но тебе ли не привыкать!? Ты сильная, и если ты всё ещё жива после вчерашнего, то тебе нечего больше бояться! Будущего босса так уж точно!

— Обещай, что больше никогда не будешь приглашать меня на свой день рождения, если в баре будет безлимит?! — стону, вспоминая количество выпитого алкоголя, из-за чего в один момент тошнота подступает к горлу. Бе. — Ирма, второго такого раза я не переживу без последствий.

— Ага, щас! Жду от тебя новостей о твоём суперсексуальном новом боссе, кошечка!

— Боже, Ирма! Ты меня убиваешь! До связи, пантерка!

По дороге к офису, где должно будет проходить моё собеседование, до меня с опозданием, но тем не менее всё же доходит, что эта работа — моя последняя надежда надолго задержаться в Лос-Анджелесе. Я сама себе дала строгое обещание, что, если у меня не выйдет закрепиться на должности и в десятый раз, то я просто-напросто опущу руки. Я не смогу всю жизнь подрабатывать официанткой за гроши. Рано или поздно я сдамся и уеду к своим родителям в Джулиан. К счастью, мне есть к кому возвращаться, помимо родителей. Уверена, что в Джулиане наши домашние коровы и курочки меня уже заждались. Родители ещё смолоду держат огромное ранчо, где те выращивают овощи и фрукты, а также держат нехилое количество голов скота, поэтому лишняя рабочая сила им не помешает. Да и я буду на своём прежнем месте. Всю свою жизнь мечтала сбежать из этой деревушки, пробиться за счёт своих мозгов в Лос-Анджелесе и помогать в кои-то веке своим родителям, но, похоже, я скоро встану на путь истинный, и вновь стану захудалой иждивенкой… в двадцать три-то года.

Господи, как же будет стыдно перед родителями. Я не смогу спокойно смотреть им в глаза. Я же не оправдаю их надежд, которые они возлагали на меня, когда отправляли учиться в универ.

Я стою как вкопанная напротив ультрасовременного здания, где располагается офис «Гросс Арт Групп» и всё никак не решаюсь войти внутрь помещения, поскольку неожиданно вдруг вспомнила, что не имею ни малейшего представления, что меня может там поджидать. Эта мысль до того въедается в мой воспалённый мозг, что заставляет меня буквально впадать в ступор от одного лишь вида новомодной вывески, которая сверкает и переливается всеми цветами радуги так, что ослепляет меня и напрочь лишает чувства верно воспринимать окружающую реальность. Боюсь представить, что будешь дальше.

Обычно я предусмотрительней подхожу к собеседованиям, а их у меня было ни много ни мало два десятка. Всегда, когда бы я не встречалась с потенциальным работодателем, то изучала хотя бы краткую информацию о компании и о его боссе, в частности, а тут у меня совсем из головы вылетело. И я даже догадываюсь в чём причина моего крайне необдуманного поступка. Вчера мне, ведите ли, было не до этого! У моей лучшей подруги был день рождения. С ней и её парнем Майлзом мы здорово его отметили, да так, что я практически ничего не помню, после того, как бармен поджёг мой коктейль, который я залпом осушила за счастье Ирмы.

Проснулась я только час назад у них дома, и, даже не удосужившись глянуть на себя в зеркало, побежала сломя голову в свою съёмную квартиру на соседнюю улицу, чтобы хоть как-то привести себя в порядок. Поэтому не трудно догадаться, что мало того, что я не имею ни малейшего представления о своём потенциальном начальнике, так ещё и мой видок оставляет желать лучшего. Блузку точно не помешало бы лучше прогладить, да и волосы можно было хотя бы попытаться уложить, вместо этой прилизанной фиговины на голове, которую я созерцаю в своё зеркальное отражение.

М-да уж… локоны смотрелись бы куда более выигрышней. Ужас! Но что есть — то есть и чему быть — того не миновать.

— Добрый день, Меня зовут Скай Гарднер! Я пришла на собеседование к мистеру Гроссу! — говорю дрожащим голосом напомаженной симпатичной и высокой брюнетке по имени Кимберли. Интересно, она секретарь, секретарша или секретутка? Если повезёт, и я здесь задержусь, то непременно выясню это.

Кимберли с высоты величия своей персоны глядит на меня одним глазом и, как ни в чём не бывало, дальше принимается пилить свои длиннющие ногти. Что за фигня?

— Мистер Гросс сейчас не принимает посетителей, — снисходит, наконец, на неё озарение, что я не пустое место. Её надменный тон и голос не меньшим противнее, чем скрежет, который исходит от взаимодействия пилочки об её ногтевую пластину. Фу! Меня аж передёрнуло в конвульсиях от этого ненавистного звука!

— Да, но мне было назначено в полдень, — озадаченно гляжу на наручные часы. — Сейчас как раз полдень.

Кимберли громко цокает языком и закатывает глаза. Вот же лошадь!

— Мисс, у него совещание! Освободится — и я вас приглашу! Присядьте пока на диванчик. Если что, то здесь у нас имеется кофе-автомат.

От кофе желтеют зубы, стерва!

Озлобившись, я плетусь к противоположной стене и плюхаюсь на первый попавшийся кожаный диван. В голове крутится одна-единственная мысль — пить. Как же я хочу воды. Сушняк, после выпитого вчера алкоголя просто адский. Покрутив головой вокруг своей оси, я не замечаю по близости ни единого водопоя, а идти на улицу за водой я не горю желанием. Не хотелось бы пропустить своё собственное собеседование в который раз. Раз уж я добралась до пункта назначения без каких-либо инцидентов, то это вовсе не означает, что неприятности на сегодня обошли меня стороной. Мало ли, может стоит мне только выйти за пределы этого здания и меня собьёт машина, или, как в прошлый раз я провалюсь в открытый колодец и буду ждать полдня своего вызволения из этой неприятной западни. Ну уж нет! Я не сдвинусь с этого места, пока меня не вызовет мистер Гросс!

Пока я скучаю и пялюсь в потолок, к мистеру Гроссу приходит ещё одна девушка и, подслушав её разговор с Кимберли, до меня доходит что ни одна я тут мечтаю заполучить должность помощника продюсера. Похоже, у меня появилась конкурентка. Да ещё какая! Она-то, на первый взгляд, уж точно ночью отдыхала, как и положено перед собеседованиями, в отличии от меня.

Я нервно выуживаю из сумочки компактное зеркальце и в сотый раз за час гляжу на своё похмельное отражение, убеждаясь, что по всем фронтам уступаю этой симпатичной шатенке с чёрными глазами.

Господи, клянусь, больше никогда не буду пить! Только прошу, предоставь мне эту должность!

Как раз в этот момент напротив меня присаживается моя потенциальная конкурентка, от которой за версту несёт ароматом от «Диор». Хм, интересно чувствует ли кто-нибудь мой аромат «Джек Дэниэлз»? Надеюсь, что нет. Не хватало ещё, чтобы меня приняли за алкоголичку!

— Ты тоже на собеседование? — скромно спрашивает девушка, заостряя внимание на моей дульке на голове. Блин!

— Так уж вышло! — робко пожимаю плечами, пытаясь улыбнуться, но вместо этого лихорадочно кривлю пасть.

Та мечтательно вздыхает и натягивает на лицо широкую блистательную улыбку.

— Попасть к Гроссу — моя мечта! Ещё со времён, когда он набирал молодых учащихся к себе на стажировку!

— Он стажировал молодых будущих продюсеров? — удивляюсь.

— Да! Причём безвозмездно! Мало того, что он самый завидный жених до тридцати, так ещё и крутой продюсер, у которого можно набраться бесценного опыта.

— Завидный жених? — мои глаза ещё больше округляются, думаю, совсем немного и они вылезут из орбит. Я ожидала увидеть здесь старикана, а не жениха до тридцати! Господи Иисусе.

— Точно! — пододвигается она ко мне и уже тихо и осторожно начинает проговаривать, озираясь по сторонам: — Стефан Гросс возглавляет этот список вот уже два года. С того самого момента, как расстался со своей невестой.

— Странно, я о таком списке впервые слышу вообще.

— Ты сейчас серьёзно? Ты что, с деревни сюда приехала, где люди не знают, что такое интернет? — Как верно подмечено, чёрт побери! Она начинает копошиться в своей сумке, пока не достаёт из неё телефон, после чего беспардонно суёт его мне в лицо — Вот, погляди!

Я выхватываю у неё из рук телефон, на экране которого отображается обычная с виду статья, но дело в том, что я не могу её прочитать. Ни единой буквы. В глазах расплывается и всё, что я могу видеть, так это фотографию, судя по всему, того самого Гросса. И я залипаю на ней. ТАКОГО босса я совсем не ожидала увидеть.

Святые ямочки на щеках! Мой потенциальный босс — Аполлон, мать его. Жгуче-чёрные волосы, модная причёска по последнему писку, тёмно-серые глаза, словно грозовые облака, прямой нос, скулы, о которых я мечтала всю свою жизнь и поросль тёмной щетины на щеках. На фотографии он не улыбается во весь рот, но я всё же предполагаю, что у него ещё и белоснежные зубы плюсом к его восхитительным ямочкам на щеках. Мать моя женщина! Отец мой генерал! Чтоб мне провалиться…

— Советую не смотреть в его глаза дольше пяти секунд, иначе провала не избежать, — шепчет мне девушка.

— Зачем ты мне это говоришь? Насколько я поняла, ты тоже хочешь попасть на эту должность, разве нет?! — слегка заторможено проговариваю, всё так же пялясь на фотографию, параллельно борясь с ненавистной сухостью в глотке.

— Слышала ему требуется два сотрудника! — загадочно лыбится она — Так что есть все шансы, что нам обеим несказанно повезёт!

— Сомневаюсь… — бубню я под нос, вспоминая о своём неважнецком внешнем виде.

— В смысле?

— Извини! Мне нужно в туалет, — быстро говорю, встаю и мчусь на поиски дамской комнаты.

Ворвавшись в уборную, словно ополоумевшая, я закрываюсь на все возможные замки и принимаюсь копаться в своей сумочке, чтобы отыскать в ней хотя бы блеск для губ. На полноценный макияж у меня совсем нет времени. Вспомнив, что, как назло, взяла с собой новую сумочку, соответственно, в ней ещё не успело накопиться всякого ненужного хлама, начиная от тампонов, заканчивая моторным маслом, я впадаю в глубочайшее отчаяние и опираюсь ладонями о раковину, мысленно осуждая себя.

Скай, похоже, ты крупно влипла! По ту сторону тебя ждёт красавчик-босс, а выглядишь ты, мягко выражаясь, как пугало огородное! И не нужно мне говорить, что главное — внутренний потенциал. Увы, это уже далеко не так. Главное — обёртка, а уж потом всё, что под ней находится. Вот блин! Угораздило же меня вчера надраться до поросячьего визга! Всю жизнь буду проклинать себя, если в конечном счёте я буду собирать коровий навоз, вместо драгоценного опыта в индустрии продюсирования.

Похлопав себя по своим пухлым щекам, чтобы хоть как-то избавиться от болезненной бледности, я предпринимаю попытку открыть холодную воду, чтобы, наконец, утолить свою жажду. Стоит только поднести ладони к сенсорному датчику крана, как вода мощным напором начинает извергаться из него, брызжа во все стороны, и обливая меня с ног до головы. Я визжу, как резаная, будто из крана на меня хлещет не вода, а самая настоящая, разъедающая до костей кислота.

Вот и не обошлось без инцидентов! Зашибись! Просто, мать его, лучше и быть не могло!

Кое-как сообразив схватить полотенца, которые, к моему счастью, здесь не бумажные, а бамбуковые, я накрываю ими этот чёртов кран, после чего пячусь к стене. Я скатываюсь по ней вниз, успокаивающе выдыхаю и ржу во весь голос. Эти невезения скоро меня доконают!

— Мисс Гарднер, мистер Гросс готов вас принять! Вы здесь? — доносится голос секретарши из-за двери.

Дерьмо!

— Могу ли я пойти после той девушки, которая так же, как и я ожидает собеседования? — хриплю, не решаясь открыть дверь.

— Нет, конечно же! Он вас уже ждёт! — строго заявляет та.

Вот непруха!

— Хорошо! Дайте мне минутку!

Поднявшись с пола, я судорожно расправляю свою классическую серую юбку и на ватных ногах подхожу к зеркалу, где лицезрею свой белый лифчик во всей его красе, из-под которого, если приглядеться, можно увидеть мои торчащие и приветливые соски.

Срань Господня! Моя белая хлопковая блузка насквозь вымокла!

Истерично вскрикнув от увиденного, я чуть ли не начинаю рвать на себе волосы.

Что за день? Что за год? Что за жизнь? Что за…? За что?

Сухих полотенец больше нет в уборной, а сушка в данную минуту — не самая лучшая идея. У меня есть только два выхода из этой неприятной ситуации: опозориться перед симпатичным незнакомым мужчиной, которого увижу, возможно, в первый и в последний раз, либо же опозориться перед родителями, и сидеть у них на шее, свесив ножки, всю оставшуюся жизнь, из-за того, что однажды спасовала перед трудностями и не осмелилась воспользоваться своим последним шансом. И я выбираю меньшее из двух зол. Вцепляюсь крепкой хваткой в свою сумочку, прижимаю её к груди и натягиваю на лицо дурацкую улыбку, бормоча себе под нос одну-единственную фразу, которая крутится в моей голове, пока я гордой походкой вышагиваю к его кабинету, будто ничего и не произошло.

Не смотреть дольше пяти секунд в его глаза и всё будет хорошо. Он ничего не заметит! Просто не смотри дольше пяти секунд ему в глаза. Не сложно же!

Я стучусь в дверь его кабинета.

Не смотреть дольше пяти секунд!

Слышу его короткое: «Войдите», произнесённое властным голосом, от которого по всему телу забегали пупырчатые мурашки.

Не смотреть, Скай!

Распахиваю я настежь дверь.

Не…

Занавес. Мозг мой — расплавленная жижа. Чёрт возьми!