Глава 14

Рейнар

Сюрпризов я не любил. За годы на службе империи и в кресле ректора Академии Теней я выучил главное правило: мир функционирует строго по законам логики и контроля. У каждого действия есть мотив, у каждого человека — уязвимость. До вчерашней ночи я был уверен, что знаю Аделину Вайнер.

Сидя за рабочим столом над стопкой прошений, я в пятый раз ловил себя на том, что перечитываю одну и ту же строчку. Перо замерло над пергаментом, роняя темную каплю чернил. Перед глазами упорно стояла картина: полутемный коридор, украденный из мои запасов «Шепот Бездны» и то, что произошло дальше.

Когда я перехватил ее у стены, я ожидал знакомой игры. Холодного взгляда, язвительной ухмылки, попытки вырваться. Ее досье я изучил вплоть до запятой, еще до перевода. Леди Вайнер владела клинком лучше половины действующих шпионов и славилась своей ледяной выдержкой.

То, что произошло вместо этого, не укладывалось ни в одно досье мира.

Сначала она с абсолютно невозмутимым видом предложила мне списать украденное вино на инвентаризацию тары. А когда ноги перестали ее слушать, мне пришлось нести ее на руках через весь корпус, и всю дорогу эта девчонка тихо, но увлеченно ворчала о каких-то отчетах, дедлайнах и начальнике-самодуре.

До комнаты я донес ее без происшествий. Намеревался просто оставить на кровати и уйти, но Аделина решила проявить самостоятельность и снять сапоги.

Дальше все пошло не по сценарию.

Теряя равновесие, ее рука метнулась в поисках опоры, вцепилась в мой камзол и соскользнула ровно туда, куда промахиваться не следовало. В полнейшем спокойствии, нисколько не смутившись, ощупала результат и вынесла вердикт: «Я впечатлена».

Я повидал многое, и меня, казалось, уже невозможно выбить из колеи. Самоконтроль и ледяная выдержка давно стали частью меня. Но в тот момент, от этой ее абсурдной выходки, я на несколько секунд забыл, как дышать.

Она же, ничуть не смутившись, выдала странную фразу про какой-то Вегас, пожелала мне не хворать и уставилась на меня снизу вверх пьяным, блуждающим взглядом.

Я вышел из ее комнаты под ее пристальным взглядом, который провожал меня до самой двери. И впервые за долгие чувствовал, как предательски горят собственные уши.

А утром на плацу я рассчитывал увидеть хотя бы тень смущения или попытку избежать моего взгляда. Вместо этого Вайнер явилась в тренировочном костюме, от вида которого весь мужской состав курса напрочь забыл о строевой дисциплине, и с абсолютно невинным лицом заявила, что не помнит вообще ничего. Я откинулся на спинку кресла, медленно потирая переносицу.

Лжет? Возможно. Вайнер всегда была прекрасной актрисой. Но в ее поведении появлялись детали, которые невозможно подделать. С первого дня она твердила этот бред про другой мир, про бухгалтерию и мокрый пол, на котором поскользнулась и видимо умерла. В инквизиции нас учили, что лучшая ложь — та, которую легко проверить. А ее история звучала настолько нелепо, что счесть ее спланированной акцией было почти невозможно.

Если она действительно не Аделина, то кто сейчас в ее теле? И куда делась настоящая леди Вайнер?

Задание в архиве, которое я для нее придумал, было, идеальным предлогом. Мне нужно было выдернуть ее из комнаты, понаблюдать за ней в замкнутом пространстве, без этих раздражающих, капающих слюной адептов и других преподавателей.

Мне нужно было понять, с чем или с кем я имею дело.

И все же меня чертовски задевало, что она так легко все забыла. Было досадно чувствовать себя единственным, у кого тот вечер до сих пор стоял перед глазами. Хотя, в этом я бы не признался даже самому себе.