Глава 38

Эстель

Воины подошли к стенам замка на рассвете. Лорд Шеоннел заранее расставил людей, приготовил оружие и факелы, но, когда увидел вражеских бойцов, прислал в комнату сестры всех женщин с наказом срочно развернуть госпиталь в соседних комнатах. Я не спорила. Давала указания, требовала принести полотно, натопить камины, нагреть воды и прокипятить инструменты.

– Почему ваш лорд так уверен, что раненых будет много? – спросила я у одной из крепких спокойных женщин, разбирающих походные койки.

– Воины графа опоены, леди, – отвечала она, разрывая простыни на узкие полосы.

– Опоены? Чем? И какой эффект у этого зелья? – заинтересовалась я.

– В наших краях есть колдуны, которые варят запрещенное зелье из горных трав. Выпивший его человек становится на сутки как бы живым мертвецом. Не чувствует боли, не падает наземь от ран. Чтобы убить такого воина, его надо искрошить в куски. Но если выживет, он утром ничего не вспомнит, – ответили мне.

Я содрогнулась. Действительно, нужно больше коек! И помощниц. И носильщиков. На стене запылали огоньки – стражники принялись раздувать угли под котлами с растопленной смолой. Тут же лежали длинные багры – сталкивать лестницы, и щиты – закрываться от снарядов полдюжины легких катапульт, притащенных к стенам противниками.

У меня еще теплилась надежда, что граф отступит, увидев готовность лорда, но увы. Едва рассвет мазнул розовым бликом по серому камню стен, в сторону бойниц полетели первые стрелы. Пользуясь тем, что все, затаив дыхание, смотрели в окна, я вернулась в комнату леди Илоны и рассказала феечкам про зелье и неубиваемых солдат.

– Плохо дело, – вздохнула Сирна, по привычке накручивая на палец смоляную прядку, – эту отраву просто так не вывести.

– Вот если бы они ели или пили в это время, – поддержала ее Льюнет, можно было б им травок очищающих подбросить в котлы, а так… У нас сил не хватит!

– А других способов избавить воинов от этого зелья нет? – на всякий случай спросила я.

Феечки синхронно покачали головами. С тяжелым сердцем я вернулась в госпитальную комнату. Леди Илона спокойно спала, набираясь сил для нового дня, а в других комнатах женщины уже кусали платки, теребили подолы и тихонько плакали, читая молитвы богине за жизнь и здоровье своих мужчин.

Я подошла к оконной нише и женщины отступили, давая мне дорогу. В нежном свете утра было отчетливо видно, что большая часть воинов лорда Шеоннела уже на стенах. Они стреляли вниз, лили смолу, с усилием валили в стороны лестницы, но снизу поднимался поток, более похожий на саранчу – многочисленные, равнодушные, точно погребенные заживо.

Еще через час к нам начали поступать раненые. Пара солдат, опрокинувших котел себе на ноги, четверо пехотинцев, в группу которых угодил мраморный снаряд, разлетевшийся мелкими острыми осколками, еще несколько человек, пострадавших от падения со стены – их зацепил снаряд-якорь снабженный кошками и веревками.

На сантименты времени не осталось. Мои дамы немедля надели чистые передники, поправили платки и перчатки, служанки отступили к стенам, готовясь подавать все необходимое. Следующие несколько часов слились в непрерывный процесс. Резать, сшивать, вынимать осколки и наконечники мне пришлось, не выходя из комнаты абсолютно.

В углу поставили ширму с умывальником и ночным горшком, которыми пользовалась я и мои дамы. В дверях стояла моя охрана. Точнее, не стояла. Мужчины помогали вносить и перекладывать раненых, держали тех, на кого слабо действовали зелья, вливали крепкое зерновое вино тем, кто уже пришел в себя и стонал от боли.

Неожиданно раненые кончились. Я оглядела комнату. Две трети приготовленных коек занята. С кем-то сидят жена или дочь, кто-то стонет в забытьи, несколько человек лежат тихо и неподвижно. Леди Пейран устало выпрямилась и предложила:

– Позвольте, я помогу вам умыться, Ваше Величество.

Мы вдвоем скрылись за ширмой, и я благодарно застонала, когда ледяная вода полилась на мои руки. После умывания я сменила простое полотняное платье на точно такое же, но чистое. Освежила повязку и передник. Замковые служанки торопливо собирали окровавленное белье и передники моих помощниц.

– Всем умыться и переодеться, – распорядилась я. – Сейчас идем в комнату леди Илоны, чтобы поесть и отдохнуть. Здесь остаются дежурные леди Сарилла и мисс Гориц. В случае необходимости вызывайте меня, – напомнила я моим дамам и мы ушли в относительно тихое и спокойное помещение.

Здесь было тепло. Некоторые леди просто упали на матрасы, отказываясь даже есть. Мне пришлось обойти всех с большим кубком горячего медового взвара и взбодрить. Потом мы подремали, невольно прислушиваясь к треску и глухому буханью за окном. Это феечки нашли себе развлечение: маленькие плутовки испортили все веревки, шнурки и одежду в графском войске, заставив натуральные волокна прорасти. Покрытые веселенькой зеленью полузомби все равно упрямо лезли на штурм, но лестницы сыпались, катапульты с треском рушились, да и доспехи, украшенные кое-где пучками пробившейся в сочленения зелени, больше мешали, чем защищали.

К полудню стало понятно, что взять замок лорда оборотней нахрапом не удастся, а затягивать штурм у графа не было ни сил, ни желания. Оказалось, что на рассвете лорд выпустил с самой высокой башни замка голубей. Каждая птичка несла письмо соседям Шеоннела. В них коротко говорилось, что коварный граф напал на королеву Эстель. Лорд смиренно просил соседей известить столицу, пока он ценой своей жизни будет защищать королеву.

Птички долетели не все и парочка особенно невезучих была сбита лучниками графа. Потом был штурм, суета, поломка орудий и зелень на доспехах воинов. Так что как раз к полудню графу доложили о том, что в замке, оказывается, принимают королеву Эстель. Сначала он решил, что лорд таким образом пытается спастись от штурма, но чудеса, случившиеся с его солдатами, намекали на таинственную славу, окружающую Невидимую королеву.

Обсудив ситуацию с приближенными, граф выслал к воротам парламентера, желая удостовериться в истинности перехваченных писем. Лорд Шеоннел сам поднялся в надвратный барбакан, чтобы услышать слова, переданные глашатаем. А услышав их, в бешенстве примчался в комнату сестры, заставив Эстель и ее дам испуганно вскочить.

– Простите меня, Ваше Величество! – лорд стремительно отвернулся к двери, – этот наглец Ойран прислал на переговоры свой голос с требованием выдать королеву Эстель под его покровительство, ибо я грязное животное, не умеющее ухаживать за дамами!

– Не стоит так сердиться, лорд, – дамы уже помогли королеве поправить одежду и прическу, так что Эстель села в кресло и разрешила хозяину замка повернуться. – Полагаю, граф просто желает удостовериться в моем присутствии. Прикажите поднять на главной башне штандарт королевы, я объявляю ваш замок моим шатром!

– Что? – лорд на миг растерялся, когда одна из дам поднесла ему свернутый в трубку синий бархатный флаг, украшенный изображением звезды и короны. В центре звезды блистала вышитая мелким жемчугом буква «Э».

– Согласно законам нашей страны, войти в шатер королевы без особого приглашения могут только ее личные фрейлины и король. Всем остальным следует получить разрешение на бумаге с печатью и королевской подписью, – Эстель мило улыбнулась, а лорд Шеоннел едва удержался, чтобы не расхохотаться в полный голос.

Любая попытка получить разрешение приведет к появлению в этих краях короля Тариса, а вход в замок без разрешения заставит Его Величество раскатать по камушку замок графа.

– Простите, лорд, что не вспомнила о такой возможности раньше, – Эстель потемнела лицом, – я надеялась, что мое присутствие удастся сохранить в тайне.

– Не волнуйтесь, Ваше Величество, – лорд поклонился, – я все прекрасно понимаю. С вашего разрешения я удалюсь, чтобы сообщить графу о новом статусе моего замка.

– Ступайте, лорд Шеоннел, – отпустила его Эстель и откинулась в кресле послушать, как феи ругают ее.

Льюнет и Сирна, конечно, побранили свою подопечную за то, что она раньше не нашла такой простой и элегантный выход, но тут же и признали, что человеку свойственно ошибаться и забывать разные важные моменты.

Лорд Шеоннел вернулся довольно хмурым. Он сообщил, что постарался донести до графа Ойрана нюансы пребывания в замке королевы, но, кажется, этот человек сошел с ума, видя, как из под носа уплывает жирный кусок плодородной земли и обширные стада.

– Оборотни хорошо видят слабых и больных животных, так что наши племенные стада самые лучшие в стране, – с достоинством сказал лорд, – теперь у графа только один выход, уничтожить здесь все живое и попытаться убедить королевский суд в том, что он привел свои орды на помощь Вашему Величеству.

– Не стоит терять надежду, лорд Шеоннел, – сказала Эстель, – я думаю, что некоторые голуби все же добрались до ваших соседей. Да и мой штандарт наверняка привлечет внимание. Сейчас графу придется чинить требюшеты, заново вязать лестницы и тараны, так что некоторое время мы безусловно выиграли. Кстати, вашей сестре стало лучше, думаю, ее жизнь уже вне опасности. Что вы решили делать с капитаном?

Лорд моментально переключился на личные дела и, с позволения Ее Величества, отправился в альков поговорить с сестрой. Дамы королевы опустили тяжелые бархатные занавеси, создавая для девушки и ее брата уединенное пространство. Беседа продолжалась довольно долго. Когда хозяин замка вновь появился в комнате, у него было совершенно растерянное лицо.

Эстель сидела в кресле, избавившись от передника, платка и всех признаков врача, теперь она являла собой королеву на отдыхе. Свободного кроя золотистое платье, более всего напоминающее блио, белые кружева у горла, кольцо с королевским гербом и несколько красивых перстней в тон тонкому обручу на голове. Лорд немедля уловил послание и поклонился:

– Ваше Величество, я не знаю, как быть. Сестра просит милости для капитана, но не хочет выходить за него замуж. Только ведь теперь никто не возьмет ее в жены!

Эстель слабо улыбнулась и предложила лорду мягкий табурет:

– Знаете, лорд Шеоннел, как я увлеклась медициной? Я долго болела в детстве. Возможно, болезнь вашей сестры открыла перед ней новые горизонты. У леди Илоны есть сила духа и доброе сердце, я предлагаю вам доверить вашу сестру мне. Сейчас я следую в столицу с намерением открыть там школу акушерок для девушек благородного происхождения. Чтобы впредь ни одна грязная подкупленная повитуха не могла погубить женщину по чьей-то злой воле.

Лорд Шеоннел не знал, радоваться или огорчаться такому предложению. Его сомнения легко читались на его лице, но Эстель знала, как можно его уговорить.

– Вы скоро женитесь, в вашем замке появится хозяйка, и ваша сестра отойдет на второй план. Легко ли ей будет уступить дом своего детства вашей супруге и детям? А в столице у нее будут свои покои и возможность учиться. Я предлагаю вам собрать три спутницы для вашей сестры, и полдюжины молодых воинов для сопровождения и охраны. Все смогут посмотреть мир, а после, если пожелают, вернутся.

Предложение было очень щедрым и разумным. Вместо одиночества и опалы леди Илона получала должность при дворе и уважение. Это стоило и полудюжины воинов и нескольких дам, отправленных с ней.

– Благодарю вас за милость к моей семье, Ваше Величество, – наконец, принял решение лорд. А теперь прошу меня простить, мне стоит подготовиться, есть мнение, что на закате граф повторит попытку штурма.

– Удачи вам, лорд Шеоннел, – улыбнулась Эстель, отпуская верного слугу Короны, точнее, королевы.