Глава 2

От протянутой руки Аверина Еля отказалась, сделав вид, что не заметила её.

— Добрый вечер, ваше сиятельство, — с широкой улыбкой поприветствовала девушка младшего брата своей приёмной матери. — Привет, Рон, — пренебрежительно мельком посмотрела на Аверина, который ей кивнул, в уголочке знакомых губ пряча усмешку.

Генерал Роннигус сидел за массивным столом из чёрного дерева, на котором был идеальный порядок. Форма, как всегда, безупречно сидела на его крепкой широкоплечей фигуре, была застегнута на все пуговицы, волосы аккуратно уложены, лицо чисто выбрито, но вот знакомые, обычно живые и яркие, глаза сейчас казались запавшими, а вокруг них красовались такие явные темные круги, что Еля с трудом скрыла изумление. 

Сколько они не виделись? Две недели? Диннар хоть иногда спит?! Налицо сильное переутомление.

— Добрый день, Еления, — герцог Роннигус уже не смеялся, взгляд замерзал на глазах. — Я недостаточно ясно дал понять в прошлый раз, что подобное передвижение, — он с раздражением указал подбородком на окно, —  для тебя исключено? Когда ты научишься заходить в мой кабинет в дверь?

Еля, которая уже перебралась через подоконник и ловко спрыгнула на пол, настороженно посмотрела на дядю. Все же он рассердился. И похоже, что очень.

— Да в любое время, ваше сиятельство. Могу сейчас выйти из кабинета и зайти в дверь, — миролюбиво предложила Еля. — И могу пообещать, что сегодня это было в последний раз. Честное слово.

— Будь так добра, — устало проговорил Диннар.

— Обещаю! Кстати, сержанта Джинуса не было в кабинете. Не надо его наказывать. 

Под насмешливым взглядом Рона Аверина Еления, гордо выпрямив спину, направилась к двери. Хмурый взгляд герцога провожал тонкую фигурку.

Девушка вышла из кабинета главы полиции Ровении, поймала на себе изумленные взгляды некоторых сотрудников, которые сидели в приёмной и ждали своей очереди предстать перед грозными очами герцога Роннигуса, приветливо улыбнулась им, натолкнувшись на синхронное недовольство в глазах полицейских, и тут же вошла обратно в кабинет.

Диннар в раздражении закатил глаза. Рон, оперевшись плечом о стену у распахнутого окна и скрестив руки на груди, уже не скрываясь, ухмылялся. Ситуация его явно забавляла.

— Несносная девчонка, — недовольно процедил герцог Роннигус сквозь зубы. — Когда ты повзрослеешь? Ты понимаешь, что если однажды сорвёшься вниз, то Мадлен и Бердайн будут безутешны?

От этого упрёка Еля сразу почувствовала себя очень виноватой, но в то же время она была уверена, что никогда не сорвётся. Много лет она с лёгкостью преодолевала подобные препятствия. Вот Рон вряд ли смог бы с такой же ловкостью и быстротой забраться по каменной стене полицейского управления, а она может.

— Я не могу сорваться, Диннар. Вы это прекрасно знаете. И многие ваши поручения я выполнила только благодаря подобному способу передвижения.

— Я запрещаю тебе лазить по стенам, Еления Огдэн, — жестко перебил её полицейский. — Это опасно, а ты можешь обойтись и без этого, что неоднократно доказывала. И вообще... — он сузил тёмные глаза, которые опасно и нехорошо сверкнули, поджал губы и холодно выдал: — Пора тебе замуж. Пусть муж следит за твоей безопасностью, потому что я устал от этой обязанности. Поговорю об этом с Мадлен сегодня же вечером. 

— Какой ещё замуж? — прошипела Еля, сразу нахохлившись словно птичка. — Я ещё не пожила совсем! — возмущённо добавила. — И кто станет выполнять ваши сложнейшие задания, для выполнения которых нужны пустышки?

— Раньше как-то обходились в империи без тебя, — сухо проговорил Диннар. — Обойдёмся и сейчас. 

— У меня нет жениха.

— Жениха найдём, кандидатов хватает.

По каменному лицу Диннара и холодному взгляду стало понятно, что он не шутит.

На мгновение, от обиды и гнева, Еле показалось, что ей нечем дышать. Она застыла. Ее растерянный взгляд столкнулся с нечитаемым Аверина, который пристально смотрел на неё, перестав ухмыляться и тоже словно окаменев. 

Рон отлепился от стены и явно напрягся. Остро взглянул на генерала.

Девушка заставила себя расслабиться.

Вот зачем Диннар завёл свою шарманку о замужестве при этом субъекте?!

— Я одна из лучших ваших шпионов, — как можно спокойнее и увереннее произнесла Еления.

— Не возражаю, что одна из лучших, и много сделала для империи, но ты должна ещё детей родить, — хмуро проговорил Диннар. — Внуков для Мадлен и Бердайн. А поскольку ты постоянно рискуешь жизнью, даже тогда, когда это совсем не нужно, и у тебя нет инстинкта самосохранения, на этот раз я действительно отказываюсь от твоих услуг.

Еля сощурила глаза. Она это слышала не раз. Уже несколько лет Диннар то не мог обойтись без ее способностей боевика, то вдруг вспоминал, что это очень опасно для неё. Как правило, тогда, когда в империи начинали происходить зловещие события.

Потом снова, когда обстановка переставала быть критической, начинал воевать с родной сестрой из-за неё, настаивая, что Еления очень нужна полиции Ровении. 

Что произошло на этот раз? Дело явно не в сегодняшней выходке со стенолазанием. Что-то случилось. И это что-то может ей угрожать. А возможно не только ей, но и всей империи.

— Дядя, что случилось? — Еля с пониманием и участием смотрела в холодные глаза. Обида отошла на задний план. — Дело же не в моей выходке?

— Не только в ней, — уклончиво ответил Диннар. — Как всегда, чутьё при тебе, —  усмехнулся он.

— Вы расскажете мне? — спросила Еления, не сомневаясь в положительном ответе, но, к своему удивлению, услышала совсем не то, что ожидала.

— Нет, — невозмутимо отозвался генерал. — Узнаешь, когда станет возможно, а сейчас отдавай письмо и возвращайся домой. Через дверь, — уточнил он и строго добавил: — Магмобиль отвезёт тебя.

Еления поджала губы. Незадача. Любопытство тоже вовсю разыгралось.

— Я могу отвезти Елю.

Девушка медленно обернулась к Рону.

Зелёные глаза бутылочного цвета, которые сейчас смотрели на Диннара, мужественное лицо с такими неправильными, резкими, но родными чертами лица... нос с горбинкой...

Соскучилась. Душа потянулась к другу из приюта, который чуть не стал женихом.

— Спасибо, господин Аверин. Я не нуждаюсь в вашей заботе, — Еля с удивлением поняла, что уже ответила. 

Холодно. Быстро. Машинально. 

У неё уже до автоматизма дошло понимание исходящей от Рона опасности. Поэтому она не даст ему даже малейшей возможности снова проникнуть в сердце. Снова сделать больно.

Рон посмотрел на неё и безразлично пожал плечами:

— Как хочешь. Мне просто было по пути.

— Нам с тобой не по пути, ты знаешь.

На лице мужчины не отразилось ни одной новой эмоции. Только безразличие. 

Диннар с удивлением наблюдал за подопечными. Опять поцапались? Или ещё не помирились? Или это их нормальные отношения? Хотя нет... вроде не ругаться они тоже могут.

— Как скажешь. Я не настаиваю, — пожал плечами Аверин.

Диннар отметил, как усилием воли Еля сдержала раздражение и повернулась к нему.

— Ты свободна, —  сухо проговорил он. 

— Тогда до встречи за ужином. Если не придёте, расскажу Мадлен, как вы выглядите, — хмуро ответила девушка.

— А как я выгляжу? — искренне удивился генерал.

— Как будто с того Света явились, — недовольно прокомментировала Еля.

Через секунду её уже не было в кабинете. Исчезла так быстро, словно кто гнался за ней.

— Она с ума меня сведёт, — пробормотал герцог Роннигус. — После её посещений у меня сразу начинается мигрень или нервный тик.

— А меня сводит уже несколько лет, — мрачно признался Рон. — Все время еле сдерживаю желание схватить её, увезти в поместье и запереть, как мечтал в приюте.

— Женился бы ты уже на ней, Рон, — с раздражением в голосе произнёс герцог и увидел, как молодой мужчина помрачнел. — А то ведь, правда, другого мужа ей найду, чтобы вышла замуж целая и невредимая, с руками и ногами.

— Еля не хочет. Избегает меня.

— Так и не простила тебя? — брови Диннара от удивления поползли вверх. — Ведь там и прощать нечего. И прошло столько времени... А я думал, что у вас снова что-то произошло. А выходит, вы ещё не помирились.

— Ничего нового. До сих пор не простила, — глухо признался Аверин, и такая тоска появилась во взгляде, что Диннар поразился. 

Вот же маленькая зараза, эта Елька, — такого парня изводит! И чего ей не хватает?

— А ты объяснялся? — глава полиции с сочувствием смотрел на подопечного, которого знал, когда тот ещё совсем мальчишкой был.

— Конечно, — бесцветно ответил тот.

— Не верит?

Аверин вздохнул, поморщился, пожал плечами. Ссутулился.

— В том то и дело, что верит. Только говорит, что ребёнок должен расти в полноценной семье, а ей нет места в этой семье. Ничего не хочет слушать, никакие убеждения не действуют, а я недавно понял...

Рон осекся, отвел усталый взгляд.

— Что понял? — подтолкнул его Диннар к дальнейшим откровениям. 

Он сам удивился своему сопереживанию и интересу. Мало ему имперских проблем? Он теперь ещё несчастных влюблённых выслушивает. Мысленно вздохнул: а что делать, если Рон только при Еле хорохорится, а без неё словно щенок побитый?

— Понял, что устал постоянно что-то доказывать... — жёстко ответил Аверин, — что люблю её, что достоин её, что не виноват в том, что произошло... — в глазах появилась настоящая злость. — Как об стенку... Словно не девушка, а камень. А ещё устал ждать. Выдохся.

В кабинете наступило тяжёлое молчание. Диннар задумчиво смотрел на поникшего парня, который теперь очень внимательно рассматривал карниз штор, лишь бы не встречаться с ним взглядом.

— Ну и выкинь её из головы, — наконец искренне посоветовал полицейский. — Мало вокруг достойных баб? То есть девушек... А Еля пусть живет, как хочет. Потом сама локти кусать будет.

– Не нужен мне никто, кроме неё, — Рон снова посмотрел на генерала. — В этом всё дело. Запутался я.

— То устал, то никто больше не нужен, — устало проворчал Роннигус. — Точно запутался. Перерыв вам нужен в общении. Поверь моему опыту. Я когда устаю от отношений, расстаюсь на время, и если понимаю, что сходиться не хочется, значит, так тому и быть. Расстояние и время помогают разобраться в себе. Сделаем так... Я действительно отстраню Елению от заданий. Возможно надолго. Сейчас вновь становится слишком опасно в империи. А тебя отправлю с важным поручением на Север, — есть у меня одно дело, которое могу поручить только очень доверенному человеку. Поедешь?

— Поеду. Спасибо, — в глазах Аверина Диннар прочитал явное облегчение. Похоже, что парень был очень рад предложенному побегу.

— Тогда через несколько дней выезжаешь. И как раз будет время разобраться в себе.

Рон согласно кивнул, потом вспомнил, зачем собственно заявился в управление полиции.

— Господин Роннигус, вот часть того письма, которое мы должны были найти, — он достал из кармана сложенный белый листок. — Это половина письма, другая половина у Ели, но, похоже, что она унесла её с собой.

— Не унесла, — усмехнулся Диннар, поднимаясь и направляясь к двери, указал Рону на белый листок бумаги, пришпиленный к двери дротиком. — Успела дротик выпустить.

— В какой момент? Я ничего не заметил, — озадаченно проговорил Аверин, подходя к главе полиции и разглядывая документ. Диннар уже вернулся к столу и разглаживал на крышке стола слегка помятую бумагу. 

Рон узнал её — это была вторая часть письма, которое они должны были доставить.

— Я тоже не заметил как, — невольно вздохнул глава полиции, подумав: что он будет делать без  своей любимой шпионки Елении Огдэн? 

Говорят, незаменимых людей нет, но в данном случае за сравнительно короткий период времени Еления действительно смогла стать незаменимой. Её потрясающие физические и аналитические  способности поражали, с каждым годом она становилась все совершенней. Вот только характер портился. Или не характер... может быть, она просто повзрослела? А может быть дело в измененной крови, которая оказывала на неё воздействие?

Диннар нахмурился. В последнее время было столько много работы, что он давно не вспоминал последний разговор с Оливаром Варниусом, который произошёл год назад. 

После встречи с бывшим принцем империи он долго ещё волновался, но со временем понял, что беспокоиться не о чем, да и Эдвард убедил его в этом, — заключённый Варниус  всё выдумал, желая хоть как-то облегчить участь сына в Тюрьме Пустоши.