Глава 40: Упокоить души

Марианна Маслова.

Какое-то мгновение и снова становится светло. Ни Амалии, ни статуй вокруг меня нет. Место, в котором я оказалась, мне знакомо. Большой зал с высокими потолками, витражными окнами и золотым алтарем у одной из стен. В своей иллюзии на прошлом испытании я уже была здесь. Но теперь вместо огромной каменной глыбы прямо напротив алтаря стоит закрытый саркофаг. Подозреваю, этот гроб здесь не просто так и задание связано именно с ним. Только собираюсь подойти ближе, чтобы рассмотреть его, как из-за алтаря выходит Анхель Лаверн.

— Поздравляю, Марианна, вы единственная, кто смог добраться до этого этапа.

У меня уже, похоже, на слово «поздравляю» аллергия. Не хочу никогда больше его слышать.

— Напомню, сейчас будет проверена ваша сила духа. В лабиринте вы уже встречали души Неупокоенных, появившиеся тогда… Скажем так, вне рамок испытания. Теперь же именно они и станут вашим заданием. Чтобы доказать, что вы достойны стать Императрицей, вам будет необходимо упокоить души умерших, застрявших в этом мире.

— Это шутка такая, Ваша Светлость?

Анхель поморщился, но не стал делать замечание по поводу моего выступления без разрешения.

— В вашем распоряжении будет древний текст, которым несколько тысяч лет назад пользовались жрецы. К сожалению, использование данного ритуала довольно не безопасно, поэтому его проведение было прекращено. Однако, для будущей Императрицы в данном задании не должно быть ничего сложного. Прочитать данный текст необходимо вслух от начала до конца три раза подряд. Если вы справитесь с этим, все души окажутся в этом золотом саркофаге, который и послужит для них порталом из этого мира в мир духов.

Распорядитель делает взмах рукой и на крышке гроба появляется золотой свиток.

— Они окажутся здесь сразу же после того, как вы начнете чтение. Каждое ваше слово при первом прочтении свитка будет притягивать по одной Неупокоенной душе. Есть вопросы?

— Да…

— Очень жаль. Ответить на них я не могу. Обо всем остальном вам придется догадаться самой.

Без всякого портала Лаверн пропадает. Просто исчезает в воздухе. Выходит, это была иллюзия? Подхожу к саркофагу, беру в руки свиток. Разворачиваю. Спасибо, хотя бы текст на понятном для меня языке. Считаю слова. Ровно сто. Сто Душ? А что ж не тысяча? Отхожу подальше от алтаря. Чем быстрее начну… Ну, закончу или не закончу — не известно. Но тянуть смысла все равно нет.

Беру свиток правой рукой, в левой держу статуэтку. Надеюсь, то, что я прочитала, правда, и белый нефрит мне действительно поможет. Начинаю читать очень медленно и только первое слово. Надо же проверить?

— Именем…

Ждать не приходится. Только я это произношу, краем глаза замечаю тень, медленно ползущую ко мне справа. Поворачиваюсь, протягиваю перед собой руку со статуэткой. Душа подходит, тянется своими длинными пальцами ко мне, но останавливается прямо перед белым драконом. Секунда и неупокоенный уже сзади меня. Разворачиваюсь и снова мы застываем друг на против друга. Пячусь к стене, чтобы снова не оказаться уязвимой со спины. Смотрю на место, где у души должны быть глаза и ощущаю страшный холод и страх, пронизывающий каждую клеточку тела. Впервые понимаю, что такое оцепенеть от ужаса. Не могу ни шелохнуться, ни проронить ни звука. Собираюсь с силами и закрываю глаза. Этого хватает, чтобы хоть немного прийти в себя.

Что ж, к камню души действительно не могут подойти. Это плюс. Смотреть в их «лица» чревато. Это минус, но не критичный. Камень у меня всего один, а Неупокоенных будет, мягко говоря, много. Это снова минус, что делать с которым я ума не приложу.

— …Огня…

Рискую прочитать второе слово, и рядом с первой Неупокоенной душой тут же возникает вторая. Они расходятся в разные стороны. Одна оказывается слева, а другая — справа от меня. Жутко. Но, вроде бы, не нападают. Значит, можно так стоять и читать дальше?

— …прошу вас…

Еще две Души, благодаря которым я получаю ответ на свой вопрос. Нет, так просто стоять нельзя. Неупокоенные не оказываются рядом с «собратьями», а ползут ко мне сверху и снизу. Отпрыгиваю за мгновение до того, как меня бы схватили за ногу. Бегу к противоположной стене, а Души, не спеша, ползут ко мне. Долго я так не пробегаю… Если ничего не придумать, то вот как раз в этом гробу меня и похоронят.

В голове всплывают кадры из фильма по книжке Гоголя. Храм, гроб, чтение вслух, запрет смотреть в глаза Вию… Снова отбегаю, пытаясь отгородиться маленькой фигуркой от душ. А сама думаю, насколько это все таки интересное совпадение. Или, не совпадение? Если этот способ упокоить души раньше использовали здесь, могли ведь путешественники рассказать о нем в моем мире? В Вие главный герой спокойно провел целые три ночи в круги из мела. Мне бы это очень подошло, вот только мела у меня нет. Да и Неупокоенные его вряд ли боятся. У меня есть только фигурка из белого нефрита. Если бы превратить ее в порошок… Не знаю, как это сделать, но, кажется, знаю, что мне нужно.

Мысленно представляю, как дракон рассыпается на мелкие частички, и это действительно происходит. Теперь в моей руке, а также на полу горсть белой каменной пыли, из которой я делаю круг, в центре которого теперь и нахожусь.

Все четыре Души подошли вплотную к ограждению из пыли, но кажется, не смогли переступить через него. Неужели работает? Возвращаюсь к свитку, произношу еще четыре слова. Вновь прибывшие Неупокоенные точно также встали почти на самой нефритовой черте. Уже смелее, быстро читаю дальше до самого конца, не отводя глаз от свитка. Когда заканчиваю, воцаряется мертвая тишина. Поднимаю взгляд. Их много. Офигеть как много. Каждый сантиметр вокруг меня занят стоящими Неупокоенными. Старательно не смотрю в их лица, но все равно дрожу от жуткого холода, пробегающего по моим жилам. У душ нет глаз, но я просто физически ощущаю, что они смотрят на меня.

Возвращаюсь к чтению. На этот раз произношу слова очень громко, лишь бы избавиться от этой сводящей с ума тишины. Примерно на середине к моему голосу добавляется эхо, которого раньше не было. Не выдерживаю, смотрю, что происходит. Саркофаг открыт и теперь не стоит, а висит в воздухе. Продолжаю, но теперь посматриваю иногда на гроб, который начинает светиться изнутри. Заканчиваю второе прочтение и без остановки приступаю к третьему.

Стоит лишь произнести первое слово, как саркофаг срывается с места и с огромной скоростью летит на меня. Он с легкостью проходит сквозь нефрит и я с трудом успеваю увернуться, не выйдя за пределы круга. С жутким свистом гроб продолжает свой полет по всему залу Храма. Снова опускаю глаза на свиток.

Стараюсь читать быстро, но четко. Не хватало еще, чтобы не сработало из-за того, что я глотаю слова. Поднимается сильный ветер, который подхватывает все души, и раздается дикий вой по всюду вокруг. С ужасом смотрю на множество летящих по воздуху неупокоенных, которых затаскивает внутрь саркофаг. Я слышу, как они кричат, как бьется крышка гроба и понимаю, что теперь бы точно не отказалась от той тишины, которая только недавно тут стояла. С заключительным словом в саркофаг попадает последняя Неупокоенная душа, и он, возвращается на место, к алтарю. Пару минут гроб так и стоит неподвижно, а потом его крышка с треском захлопывается.

Рядом с алтарем открывается портал, из которого выходит Винсент. Если судить по выражению его лица, он сейчас готов меня задушить… Пытаюсь встать, но ноги совершенно не слушаются. Как и вообще все тело. Принц же молча подхватывает меня на руки, очень крепко прижимает к себе и уносит в портал.

* * *

Гарольд Лаверн.

Со злостью швыряю в стену сферу, в которой все еще можно увидеть принца с его невестой. То ли им действительно поразительно везет, то ли…

— Что ж, сын, ты своего добился.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Только то, что все просто идеально проходит так, как ты и хотел. Ты ведь знал, что венорим не сработает. Я прав?

— Что? Да откуда? Ни у кого нет практически никакой информации! Это же, в конце концов, всего второй случай за всю историю Пандории!

Так ли уж ни у кого? Надо было самому перерыть все свитки с записями в Храме…

— Отец… Ты прекрасно знаешь, что я всегда ставил интересы семьи на первое место! Или ты хочешь сказать, что я не сделал хотя бы что-то, чтобы Марианна не победила в отборе?

— Я лишь хочу сказать, что теперь мы действуем по твоему запасному плану. Только не забудь, что у меня и кроме тебя есть наследники. Так что, учти, если ты облажаешься…

— Этого не будет. Тебе не о чем переживать. Амалию я сразу, на всякий случай, спрятал в наших подземельях. С ювелиром разберусь до церемонии, ну а Марианне зелье дали еще в больничном крыле.