Глава 22

Лера

Поверить не могу, я победила! Заняла первое место в олимпиаде по физике и шестое по геометрии. Ай да Лера! Ай да молодец! На физику я делала большие ставки: все-таки в школьные годы не раз становилась призером всероссийской олимпиады. Хотелось подтвердить свои результаты и в институте. Тем более, что у некоторых (не будем показывать пальцем, но вы и так знаете, о ком речь) возникали сомнения насчет моих умственных способностей и заслуженности бюджетного места, которое я занимаю. Думаю, теперь все сомнения развеялись.

Выкуси, Алаев!

Принимаю поздравления от одногруппников и широко улыбаюсь. Конечно, победителя красит скромность, но вам я все же признаюсь: мне чертовски нравится быть первой. Олимпиадные задания были непростыми, поэтому теперь мой авторитет среди сверстников значительно подрос. Ну еще бы! Ведь многие, как и Тимур, судили меня исключительно по внешности. Мол, что взять с этой хорошенькой блондинки? Красивая, значит, автоматом дурочка.

Эх, как же приятно переубеждать их в обратном!

С высоко поднятой головой иду на пару. Незатейливая трескотня Полины и Диляры звучит приятным фоном. Настроение отличное, и даже угрюмый фейс Алаева, который по обыкновению сидит на галерке, не способен его испортить. Я сегодня победитель, а он пусть упивается своим ехидством и молчит в тряпочку.

– Господи, я чуть голову над пятым заданием не сломала, а оказалось, все так просто, – сокрушается Полина, когда я показываю ей свое решение.

Она смогла занять лишь сорок девятое место по физике и теперь чувствует себя слегка опечаленной.

– Да, иногда нужные формулы лежат на поверхности, – стараюсь подбодрить подругу. – Не переживай, в следующий раз все вспомнишь.

– До следующего раза еще год, – вздыхает она.

– Да ладно, Поль, далась тебе эта олимпиада, – вклинивается Диляра. – Зато у тебя сиськи классные.

– За классные сиськи на работу не берут…

– Я тебя умоляю! Ты любовных романов не читала?

– Читала-читала, – отзывается ворчливо, – но в жизни такого не бывает.

– В жизни еще круче бывает! Да, Лер? – подмигивает мне. – Как твой красавчик блондин, кстати? Общаетесь?

Это она о Никите. С тех пор, как мы вместе провели время на вечеринке у Верещагина, он регулярно мне звонит. Спрашивает о моих делах, рассказывает про свои. Приятный парень. И действительно симпатичный.

– Общаемся, – киваю. – Время от времени.

– А приз за победу в олимпиаде куда потратишь? – Полина никак не может отпустить эту тему. – Отложишь? Или купишь что-нибудь?

Этот вопрос пока открыт. Мне как победителю причитается кругленькая сумма денег, но я еще не решила, что мне с ней делать.

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Наверное, пока отложу. А дальше видно будет.

Разговоры в аудитории мгновенно стихают, когда в дверях показывается Инесса Ивановна Морданова, преподавательница математического анализа, о строгости и непредвзятости которой ходят легенды. Поговаривают, будто она никогда не ставит автоматы, а еще лично проводит теоретический опрос каждого студента перед экзаменом. Короче, суровая тетка. Именно поэтому на ее появление студенты реагируют гробовой тишиной.

Инесса Ивановна начинает лекцию, и я полностью погружаюсь в мир чисел. Однако телефон, вибрирующий в сумке, отвлекает мое внимание. Извлекаю его наружу и читаю высветившееся на экране сообщение:

«Видел итоги олимпиады. Поздравляю, Лерочка».

Никита, как всегда, мил.

«Спасибо большое! Очень приятно».

Нажимаю «отправить», а у самой на губах играет глупая улыбочка. С каждым днем этот парень нравится мне все больше и больше.

«Как насчет ужина?»

«Обязательно поужинаю, никогда не пропускаю приемы пищи))»

Я прекрасно поняла его посыл, но ничего не могу с собой поделать. Люблю прикидываться дурочкой.

«Как насчет ужина СО МНОЙ?»

«Только если это не свидание».

«Почему?! Что плохого в свиданиях?» – его возмущенный вопрос прилетает мгновенно.

«Не люблю форсировать события».

«Окей, тогда это просто дружеская встреча. На свидание пригласишь меня сама».

«Ахах, непременно:)»

«Я серьезно. Буду ждать приглашения».

Снова улыбаюсь. Люблю парней с чувством юмора.

«Заеду за тобой сегодня часов в 7, договорились?» –следом пишет Никита.

«Ок».

В ответ он присылает смайлик-поцелуйчик, но я ничего ему не отвечаю. Парней нужно держать на расстоянии вытянутой руки. По крайней мере, до тех пор, пока они окончательно и бесповоротно не влюбятся.

После пар обедаю с одногруппницами в столовой. Обсуждение за столом традиционно крутится вокруг Алаева и его друзей-мажоров. По какой-то неведомой причине девчонки считают Тимура и его татуированного приятеля Ранеля Измайлова самыми горячими парнями универа. Таращатся на их фотки и гадают, есть ли у них девушки.

– Я слышала, что Тим встречается с дочкой замминистра по строительству, – безрадостно сообщает Настя. – Видели шатенку с сумкой Луи Витон? Вот это она.

– А я, наоборот, слышала, что они расстались, – вставляет Эля. – Якобы встречались со школьных времен, а сейчас поняли, что слишком разные.

– Все равно она его нам просто так не отдаст, – Настя явно в печали. – Видно же, как она на него смотрит.

– Как?

– Как по уши влюбленная женщина.

– А у него таких, как она, поди, вагон и маленькая тележка, – едко комментирует Эля. – Ходят слухи, что он участвует в уличных гонках и там девки на него табунами вешаются.

– Ну еще бы! С такой-то внешностью!

Одногруппницы продолжают обсасывать бурную личную жизнь Алаева, а я тактично молчу, делая вид, что не на шутку увлечена изучением меню. Никто, кроме Диляры и Полины не знает, что Тимур мой сводный брат. И я хочу, чтобы это неведение длилось как можно дольше.

– Ладно, девочки, я пошла, – торопливо доедаю свой суп и поднимаюсь из-за стола. – За мной водитель приехал.

На самом деле Борис еще в пути, но слушать хвалебные оды в адрес Алаева уже нет сил. «Тим такой классный! Тим такой красивый! Вы видели его пресс? Да на нем же сыр как на терке можно натирать!» И все в таком духе.

Мне кажется, если долго слушать эти охи-вздохи, то можно решить, что Алаев и впрямь ничего. Жаль, никто, кроме меня, не понимает, какой он на самом деле напыщенный говнюк.

Дождавшись Бориса, сажусь в машину и погружаюсь в мысли о предстоящей встрече с Никитой. Не то чтобы я волнуюсь, но все же томительное предвкушение приятно щекочет нервы. Я не из тех, кто одержим идеей во что бы то ни стало обзавестись парнем, но кандидатуру Никиты готова рассмотреть всерьез. Он неглуп, обаятелен да и внешне вполне в моем вкусе. Чем черт не шутит, может, наши «дружеские» посиделки в итоге выльются в бурный роман?

Оказавшись дома, оставляю сумку в своей комнате и направляюсь в ванную. До встречи с Никитой еще четыре часа, но лучше помыться сейчас. Чтобы волосы успели спокойно высохнуть. Скидываю одежду и встаю под душ. Брызнувшая из лейки вода обдает теплом, и я выкручиваю кран еще чуть сильнее. Чтобы было горячо. Люблю, когда кожа как следует распарена.

Закрываю глаза и блаженно греюсь, однако в следующее мгновенье мое внимание привлекает какой-то непонятный звук. Показалось, или дверь только что хлопнула? Открываю веки и с ужасом выхватываю взглядом мутный мужской силуэт.

Рот распахивается в беззвучном вскрике, голосовые связки немеют от ужаса. Ощущение беззащитности накрывает с головой. Ничего не понимая, отступаю назад, к стене. Упираюсь спиной в мокрый кафель.

Внезапно дверца душевой отворяется, и наши с Алаевым взгляды встречаются. Прохлада оседает на коже, вызывая мириады колючих мурашек.

Как он сюда попал? Я же вроде бы закрывалась…

Тимур подается корпусом вперед, а я, напротив, что есть мочи вжимаюсь в стену. Мне страшно. Я абсолютно дезориентирована. Смотрю на него расширенными от ужаса глазами и бессознательно глотаю затекающую в рот воду.

– Что ты делаешь? – пищу надрывно.

Но Алаев меня не слышит. В эту секунду он кажется вообще невменяемым. Шарит безумным жадным взглядом по моему лицу, а затем медленно сползает ниже.

Облизывает губы. Пару раз отупело моргает.

Через несколько мучительно долгих мгновений он с заметным усилием отрывает глаза от моего живота и снова фокусируется на лице. Его тяжелый, затянутой тьмой взор напоминает выстрел. Меткий и беспощадный. Всего секундный зрительный контакт – а из меня будто весь дух вышибло.

Приоткрываю губы на коротком вдохе, ощущая бешеный удар в грудь. Сердце рвется наружу, колени стремительно слабеют. Еще мгновенье – и я рухну в обморок.

– Уйди, – хриплю, цепляясь за остатки осознанности. – Не приближайся…

Но Тимур не реагирует на мою просьбу.

А в следующую секунду происходит невообразимое: он шагает ко мне в кабину, прямо под горячий душ. Не касается и ни к чему не принуждает. Просто стоит на расстоянии дыхания и молча ощупывает мое тело взглядом. Между нами никакого физического контакта, но ощущения почему-то такие, будто он отымел меня во всех позах. Жутко стыдно и при этом подозрительно хорошо.

Низ живота скручивает острым сладким спазмом, и я невольно посильнее свожу колени. Задираю голову повыше и снова попадаю в капкан карих глаз. Алаев красив. Обезоруживающей красотой. Острые, по-модельному выдающиеся скулы, развитая нижняя челюсть с характерным подбородком и изогнутый в ухмылке рот – как тут, черт возьми, устоять и не потерять рассудок?

– Счет снова в мою пользу, – выдыхает он мне в губы. – Ты проиграла, Лера.

Его насмешка, отчетливо сквозящая в голосе, подобна отрезвляющей оплеухе – мгновенно приводит в чувства. Он снова играет. Снова проверяет мои нервы на прочность.

Вздрогнув всем телом, выталкиваю мерзавца прочь из душевой кабинки, из мыслей, из личного пространства, в которое он так ловко пробрался.

Пробрался и нагадил. Опять.

– Пошел вон! – у меня наконец прорезается голос.

А вместе с ним и усыпленная его флюидами гордость.

Что есть мочи колочу Алаева. С яростью взбесившейся кошки охаживаю кулаками его твердое тело. Но мерзавец лишь смеется. Низко, хрипло и явно удовлетворенно. Он доволен тем, что в очередной раз поставил меня в унизительное положение. Сделал из меня дуру. Катком проехался по моей самооценке.

Ненавижу!

Насладившись своим триумфом, Тимур перешагивает бортики душевой кабины и, поправив отяжелевшую от воды толстовку, покидает ванную.