Глава 39

Глава 39

За ужином сэр Брумс заявил, что хочет прогуляться по острову. Особенно его интересовало кладбище. Мы пообещали провести ему экскурсию, после чего я завела разговор об обучении Александра. Ученый сразу же откликнулся на мою просьбу, пообещав уделять несколько часов в день урокам. Мальчик тоже воспринял эту новость с воодушевлением, ведь ему очень нравилось проводить время с сэром Брумсом.

Когда мы уже готовились ко сну, Варежкина подкинула мне очередную идею, которая заинтересовала меня.

- Сашке нужна классная комната. Мебели у нас достаточно для того, чтобы ее оборудовать, а вот лишних помещений нет. Предлагаю нам перебраться в комнату смотрителя под фонарным помещением. Сначала я хотела сделать классную комнату из нее, потому что там светло из-за больших окон, но потом подумала об ученом. Он ведь уже немолодой, чтобы прыгать по лестнице туда-сюда. Да и нам будет там удобнее. Никто не услышит наших разговоров.

- А ты молодец, - похвалила я ее. – Нужно проверить там камин и привести комнату в порядок. Может, пойдем, посмотрим, с чего начать?

- Пойдем, – Лида взяла подсвечник. – Завтра в городе купим краску и известь для стен.

- Мы завтра собираемся в город? – я удивленно посмотрела на нее. – Не помню, чтобы мы договаривались.

- Нам нужно каким-то образом напроситься к гранду в гости! – прошептала Варежкина. – Правда, я еще повод не придумала!

- Можно сказать, что в тот день ты потеряла браслет. Потом вежливо поинтересоваться, не находили ли его слуги при уборке, - предложила я, а потом, сделав невинное лицо, с придыханием сказала, обращаясь к шкафу: - Я прошу прощения за то, что беспокою вас в такое непростое для вас время, ваша светлость… Так случилось, что мы с сестрой приехали в город по делам и решили нанести вам визит, чтобы узнать кое-что… В тот ужасный день, когда наша мачеха так безвременно покинула этот мир, я потеряла дорогой моему сердцу браслет. Память об отце… Со всеми горестными событиями эта неприятность совершенно выскользнула из моей головы. Может, ваши слуги находили его? Или он так и лежит в гостевой комнате, завалившись в какую-нибудь щель. Например, между периной и спинкой кровати? Если бы он нашелся, это было бы настоящим счастьем для меня!

- Отлично! – Варежкина обрадовалась, как ребенок. – Пусть немного наивно, но так даже лучше! Если добавить немного кокетства, то гранд может подумать, что это всего лишь повод, чтобы встретиться с ним! Мужики любят внимание!

Мы вышли из своей комнаты и направились в башню. Вельвет и Тьма неотступно следовали за нами.

- Смотри, здесь все стены в плесени, – Варежкина подняла подсвечник. – Их нужно обработать. В комнате смотрителя я тоже видела пораженные плесенью участки стен.

- Пройтись медным купоросом, а потом известью. Станем топить камин, и сырость уйдет, - ответила я, вспоминая, как боролись с плесенью мои мама и бабушка.

- А он есть уже? Купорос? – Лида повернулась ко мне. В ее глазах появилось любопытство.

- Ну… наверное. Не знаю, как в этом мире, но вообще о нем уже было известно в восемнадцатом веке. Его даже называли Бордосская жидкость. Будто бы во Франции ей обрабатывали виноградники, чтобы защитить урожай от воришек. Ягоды выглядели испорченными после такой обработки.

- Мы однажды в Крыму полезли за виноградом, - прошептала Лида. – Так я тебе скажу: берданка с солью – самая лучшая защита урожая… Дед, зараза, Ворошиловским стрелком был…

Она скривилась. Видимо, вспомнила неприятные моменты своей юности.

- Я всегда думала, что это миф, - улыбнулась я. – Что солью стреляют.

- Я этот миф полдня, сидя в тазу, вымачивала… - проворчала Варежкина. – Никому не пожелала бы… Специальная кристаллическая соль. Лизунец для скота. Давай не будем об этом говорить: у меня до сих пор при воспоминании о том дне ниже спины печет.

Я шла за ней и тихо смеялась, представляя эту эпическую картину. Ну, Варежкина… Ну, профура! Где ее только не носило.

Мы вошли в комнату смотрителя, и я посмотрела на нее другими глазами. Помещение было больше нашей спальни. Здесь нам с Лидой будет комфортно. Я даже представила, какой шикарный вид будет открываться из таких-то окон перед нами каждое утро.

- Поставим кровать напротив окна… - мечтательно протянула Варежкина, словно прочитав мои мысли. – И будем любоваться закатом… Эх!

Мы осмотрели полы, потом стены, отметив, где именно по ним расползлись щупальца плесени. И, конечно же, проверили оконные рамы. После «ревизии» будущей спальни пришли к выводу, что нам нужна краска, известь, медный купорос, много хозяйственного мыла и уксуса для чистки каминной решетки.

В город мы собрались рано утром, наспех перекусив бутербродами. С неба сыпал легкий снежок, морозец был крепким, а воздух свежим и чистым. Варежкина находилась в отличном расположении духа, что было лишним доказательством ее непробиваемости. Что бы ни случилось, гробовщица держала марку.

Грэйс показал нам лавку с хозяйственными товарами, где можно было приобрести все, что мы себе наметили. А сам отправился к кузнецу, чтобы подковать лошадь.

- Я буду ждать вас через час на этом же месте, - предупредил он. – Мне еще нужно купить себе шляпу, а Дадли попросил ботинки. Вам хватит столько времени, леди?

- Более чем. У нас еще много дел, - деловито произнесла Лида. - Некогда нам по городу разгуливать.

Он уехал, а мы купили то, что хотели, и, оставив покупки в лавке, направились к особняку Карлоса де ла Серда. Благо, что он находился неподалеку от центральной площади. Завернув на улицу Святого Михаила, мы быстро пошли по тротуару, припорошенному снегом. Вот этот свежевыпавший снег и сыграл с нами злую шутку. Улица была с небольшим уклоном, и ребятня раскатала ледяную дорожку, которую уже замело достаточно, чтобы она не бросалась в глаза.

Словно в замедленной съемке, Варежкина затанцевала, стараясь удержаться на ногах, потом взмахнула руками и упала на колени. На коленях она тоже не удержалась… С легким шоком я наблюдала, как Лидуня приземляется на живот, а потом почувствовала, что падаю сама. Мы катились вниз, набирая скорость, и оставалось только поблагодарить Бога, что в этот момент улица была пуста. Но Господь все-таки решил иначе. Совершенно неожиданно из-за поворота показались два мужских силуэта, и Варежкина заголосила:

- Лыжню! Лыжню-ю-ю-ю!

Но мужчины не успели отойти в сторону, ведь мы неслись со скоростью локомотива. Причем головной вагон в виде Лидуни красиво отсвечивал кружевными панталонами. Она врезалась в одного из них, и тот рухнул в снег. Варежкина приземлилась сверху, а я влипла в ноги второго мужчины, воткнувшись головой чуть ниже того места, где у противоположного пола находится центр управления мозгом.

- Доброе утро, леди Гилмор, - прозвучал сверху знакомый голос. – Какая неожиданная встреча. Я бы даже сказал, пылкая…

Я мысленно выругалась, а потом подняла голову и, улыбнувшись, подала ему руку.

- Чудесная погода, не правда ли?

- Несомненно, - маркиз Бекингем помог мне подняться. – Вы не ушиблись?

- О нет. Со мной все в порядке, - я чувствовала, как адски горят мои колени. – Благодарю вас.

Тем временем герцог снял с себя Варежкину, поднялся, после чего вернул ее в вертикальное положение. Рука Веллингтона одернула юбку Лидуни, а вместе с ней и подол плаща.

- Леди Гвиневера, вы решили пополнить свое кладбище еще одним представителем высшей знати?

- Вы всегда можете зарезервировать себе самое лучшее место, - проворчала она, недовольно поджав губёшки. – У нас есть такая услуга. Но вам стоит поторопиться, потому что количество пасторальных участков под тенистыми дубами с изумрудной травой гораздо меньше, чем заурядных участков, затерянных между рядами надгробий!

- У вас острый язык, леди Гилмор, - тихо сказал герцог, склоняясь над ней. – И старомодные панталоны.

Пока Лидуня возмущенно хлопала ресницами, мужчины скрылись за дверями, над которыми висела вывеска «Марк и Кроул. Мужские костюмы и шляпы».

Мы же зло зашагали дальше, предусмотрительно вцепившись друг в друга.