Глава 11
Глава 11
Антон
Сказать, что я охренел — ничего не сказать. Ещё ни одна девушка не наезжала на меня за то, что я ей про бабки свои не сказал. В очередной раз Даша просто валит меня на лопатки.
Даша… Снегурка… Моя девочка. Теперь точно моя. Этот концерт с ее дурацкими опасениями и ублюдочным послевкусием бывшего меня не впечатлил. Зато я знаю, как впечатлить ее.
Набираю номер своей помощницы. Шестьдесят лет женщине, а прохаванная и резвая похлеще молоденьких девиц, которых словно перчатки первое время менял.
— Светлана Анатольевна, тут одну девочку пробить надо. Аниматором поехала к детям, которым мы помогаем обычно, вместо своей подружки, у которой обычно корпораты заказываем, — четко формулирую цель секретарше.
— Конечно, Антон Александрович, в течении получаса информация будет у вас!
— И ещё… Мне нужно сегодня же срочно улететь в тот город, где живет девушка. Организуй по-быстрому, я пока шмотки соберу.
— Будет сделано.
Через полчаса у меня на почте висит инфа о Шевцовой Дарье Олеговне, 01.01.2002 года рождения.
Блин, точно! У неё же днюха на 1 января выпадает. Ещё и по ее рассказам, этот гандон - бывший ей изменил в этот день. Как такой девочке вообще изменить- то можно?
Забегаю в номер и скидываю в сумку все вещи.
Взгляд стопорится на красном кружевном белье, что нашел на своем полотенцесушителе. Выбежал, как ненормальный, со стояком под 160 градусов, а ее и след простыл…
Не снегурка Даша, а обломщица Даша.
Читаю инфу дальше — ростовчанка. Следом сообщение с билетом от Сочи до Ростова-на-Дону. Время пути - 1 час, но вылет… только в 10 вечера. На часах полдень. Значит у меня есть время, чтобы выбрать ей подарок и сделать так, чтобы она и слова сказать не посмела.
— Светлана Анатольевна, а родители Дарьи где живут?
— Судя по информации из открытых источников, то где-то под Краснодаром.
— А можете достать из номер?
— Конечно.
До конца дня думаю о том, какой подарок ей выбрать. Стоит только представить перед глазами ее улыбающееся лицо — мир другими красками играть начинает. Это вообще тот момент, когда ты столько лет живешь, кроме работы никого и ничего не видишь, сексом занимаешься чисто физически, а тут тебя простреливает со всех сторон.
Это когда ты нихрена не понимаешь, что с тобой происходит, но уверенность в том, что это «твой» человек, бьет по нервам гигантской палкой. А когда ее нет рядом, хочется сдохнуть от нехватки чего-то важного на уровне с кислородом.
За пару дней… найти человека, которого не мог найти годами. Такой прагматичный человек как я?
Задаю себе этот вопрос, а сам при этом открываю доставки Ростова и выбираю ей подарок. Никогда ещё выбор подарка девушке не занимал у меня столько времени!
К восьми я все же заканчиваю сборы. Кладу ее прелестно оставленный аксессуар себе в карман и еду в аэропорт.
Ну что, Снегурка Даша, встречай!
***
Даша
Приехав на вокзал, покупаю ближайший билет: на 13:00.
Это дома я буду где-то в 11. Весело. Даже стол к Новому году не приготовлю!
Всю дорогу съедаю себя мыслями о том, что, возможно, зря так поступила. Сгребла под одну гребенку двух мужчин, хотя сама только и делала, что находила их различия!
Червоточина внутри кричит, что деньги - зло. И даже хорошего человека они испортят.
Но чего ж тогда гадко так на душе?
Домой приезжаю убитая и сразу лезу в душ. Хорошенько отмокнув и высушив волосы, я забираюсь под одеяло и закрываю глаза.
К черту вообще Новый год и день рождение. Планирую спать несколько дней!
Вот только стоит мне удобно лечь и начать считать пушистых рогатых животных, как противная трель моего дверного звонка больно бьет по ушам.
Может дети? Хотя сейчас не время собирать конфеты… Да и нет конфет у меня… Ладно, детям отказать не могу.
По пути сгребаю полупустой кошелек и выгребаю из него мелочь, сжимая в кулаке. Раскрываю широко дверь.
— Ну прив… — вздрагиваю и резко швыряю мелочью прямо… в лицо Антона! — Антон???
Он трет лоб, но при этом улыбается.
— Ладно, не такого приветствия я ожидал, но если твой гнев после этого утих, то я даже рад.
— Что ты тут делаешь?
Он смотрит на время, и только потом замечаю лежащие возле его ног коробки.
— Это что?
— Впустишь? Я замерз так-то…
— Проходи, — ошарашено машу рукой, пока он несет все коробки в дом, а потом заносит огромную корзину с… ромашками? Зимой? — Ромашки зимой… Так я верю, что у тебя бабла немерено, Антон. К чему это?
— Помолчи немного и дай мне сказать, — подходит непозволительно близко, пригвождая меня к стене. — Во-первых, судить человека по количеству денег в его кармане — отвратительно. Согласна?
— Если их нет, то да.
— Если они есть, то тоже да! Разве я был для тебя только кошельком? Разве ты не увидела во мне черты, которые взбудоражили твое сердце, ведь я отчетливо помню, что ты отвечала мне, — говорит нереально близко к моему лицу, отчего я чувствую его мороженое дыхание у себя на коже.
— Ты прав, но…
— Во-вторых, бросать человека, не объяснившись — это даже хуже, чем первое, Даша! Поставь себя на моё место.
А ведь я была на нем когда-то… и это правда неприятно.
— Понимаю, — смотрю под ноги, не собравшись силами взглянуть ему в глаза.
— А в третьих, — он резко поднимает мой подбородок, заставляя встретиться с его взглядом. — Я чуть с ума не сошел, думая, что потерял тебя, — а затем наклоняется и целует.
Целует так, как никогда до этого. Он съедает меня, пьет, опустошает, прижимает к себе так близко, что кости трещат, но я так рада этому…
В глубине души я же дико хотела, чтобы он приехал за мной! Чтобы в очередной раз доказал, что не такой, как другие! Ведь на его месте любой посчитал бы меня мелкой идиоткой.
Сейчас я уже и сама себя такой считаю…
Оторвавшись от поцелуя и восстанавливая дыхание, вижу, как в очередной раз Антон смотрит на время, но на этот раз довольно долго, пристально, затем улыбается.
— С днём рождения, моя снегурочка, — нежно чмокает мои губы, — и пока ты не начала отнекиваться…
Он достает одну коробку и открывает ее…
— Это что? Подарки?
— Да!
Не нахожу слов…
— Это те подарки, который ты точно примешь!
— Антон…
— Можем развести их детям после того, как поспим. Чтобы твой день рождения с этого года был только самым трогательным и приятным воспоминанием.
Кажется, слёзы из моих глаз уже ручьем льются, потому что Антон вытирает их своими губами, прижимая к своей груди. А я так сильно обнимаю его в ответ, что плакать ещё сильнее хочется.
— И надо будет закончить до того, как приедут твои родители…
— Мои, кто? — отстраняюсь, всматриваясь в его лица, надеясь найти хоть капельку юмора…
Не нахожу.
— Я позвал твоих родителей, чтобы отметить с нами Новый год и познакомиться. Потому что…
Боже! Он что… Он на колени становится!
— Я взрослый, морально созревший мужчина, который знает, что ему нужно, и что ему не хватало. На это один ответ — тебя, Даш!
— Будешь моей? Обещаю не спешить со свадьбой и дать тебе время изучить меня вдоль и поперек, чтобы сделать окончательный выбор, но я свой уже сделал. И не хочу обычных отношений, хочу всему миру показать, что ты — моя!
— Нет!
— Да, — улыбается в ответ и сама целую.
— Нет, — повторяюсь в перерывах.
— Знаешь, я ведь не только твоих позвал. Моя мама, чувствую, завтра в утра тут стоять будет, чтобы с тобой познакомится.
— Что? У меня же даже спать стольким людям негде!
— Я им отель неподалеку снял, — чмокает меня в нос, а я поверить не могу, что это все правда.
— А теперь, — напирает он, сканируя меня похотливым взглядом. — Пошли в кроватку, наказывать тебя буду за твое поведение.
— Именинников не наказывают! — смеюсь, делая вид, что убегаю от него.
— Тогда я оставлю себе это, — достает МОИ трусы, которые я забыла в номере! Гаденыш!
— А ну верни! — прыгаю на него, но он задирает руку вверх так, что не достать.
Из-за этого мне приходится прыгнуть на него, сцепив ноги за его поясницей и, наконец, вырвать заветный кусок ткани.
— Есть! — улыбаюсь, смотря на него, а потом замечаю наглую ухмылку. — Не-е-ет!
— Да, девочка, да, — несет меня в мою комнату, но я продолжаю наигранно брыкаться. — Сегодня я буду любить тебя долго. Очень- очень долго.
Он аккуратно кладет меня на кровать, медленно снимает с нас одежду, задерживая свой гипнотический взгляд на каждом изгибе моего тела и заставляя меня делать то же самое.
Нависнув надо мной, я вижу такое тепло на его лице, такую нежность, что плавлюсь окончательно. Проведя ладонями по его торсу, я скольжу ими вверх, обхватывая плечи и одновременно с этим принимаю его глубокий толчок.
— Я влюбился в тебя, Снегурка Даша. По уши. Окончательно и бесповоротно, — колотит моё сердце своим признанием, а потом долго и нежно целует и любит.
И только когда мы выдыхаемся и ложимся, скрестив руки и ноги, решаюсь ответить…
— А я… кажется, уже люблю тебя. Окончательно и бесповоротно.
— Ты будешь моей, — серьезно, не спрашивая, произносит он.
Улыбаюсь в ответ, ощущая, как сжимается мое сердце.
Понимаю, что так он пытается выразить свои чувства, которые захлестывают его так же, как и меня. Но… лишь спустя месяц я пойму, что в этот день он не шутил… И что я действительно стану его… женой.