Глава 10. Денис

До сих пор не верится, что эта сказочная девочка подбила весь отдел на вырезание снежинок. Здоровые мужики, которые уже давно срослись с табельным, легко втрамбовывают рожей в снег всякую нечисть, прониклись и подхватили атмосферу праздника. Шаман побил свой рекорд по улыбкам, Илюха по-доброму ухмыляется каким-то своим мыслям, а Егор снимает пару коротких видео про то, как мы наряжаем ёлку, и отправляет жене.

— Тут вроде всё, — Илья делает пару шагов в сторону и внимательно рассматривает, что мы наворотили.

— Кабинет остался, — Егор подхватывает с табуретки коробку с остатками украшений.

— Чё, Дэн, стихи учить будешь? — толкает меня в плечо Шаман.

Собираюсь ответить, но чеку внутри дёргает от представшей перед нами картинки. Впихнув в руки Егора пакет с мишурой, иду прямиком к побледневшей Снегурке.

— Дэн, не пыли только, — шипит мне переставший веселиться Шаман.

— Я не ваша, я своя собственная, — Настя фыркает на Коновалова.

— Будешь выкобениваться, закрою тебя на пятнадцать суток в камеру. С голодными мужиками! — рявкает мразь.

— Товарищ подполковник, — повысив голос, встаю перед ним, недобро глядя на грубые пальцы, обхватившие запястье хрупкой Снегурки, — разрешите обратиться.

Меня аж выворачивает всего от необходимости общаться с ним так.

— Не разрешаю, Морозов, — холодно смотрит на меня. — Иди, куда шёл.

— Ты бы отпустил девочку, подполковник, — понижаю тон, чтобы нас больше никто не услышал. — Пока я руку тебе не сломал. В прошлый раз мало было?

— Я сгною тебя, Морозов, — рычит Коновалов, отпуская Снегурку и потирая переносицу, пытаясь смахнуть фантомные ощущения от того, как мой кулак ломает ему нос.

— Кишка у тебя тонка, товарищ подполковник. Только и можешь, что девочек за руки хватать, — оттесняю Настю к себе за спину.

— Одной девочке очень даже понравилось, как и за что я её хватал, — усмехается Коновалов.

— Слышишь, ты…!!! — дёргаю его за лацканы форменного кителя.

— Не надо, — пищит Снегурка, — невообразимым образом втискиваясь в зону «военных» действий. Кладёт ладошку мне на грудь и умоляюще смотрит в глаза. — Денис, пожалуйста, не надо. Такое настроение у всех хорошее. И мы с вами кабинет ещё не украсили. И слова какие-то надо набросать. Не надо, — тараторит она.

— М-м-м… — тянет Коновалов, — я снова чуть не трахнул твою бабу!

— Убью! — рыкнув, заношу кулак и торможу его в сантиметре от лица подпола. Вся рука до самого плеча дрожит от напряжения. Спина горит, зубы скрипят.

— Трус, — ухмыляется Коновалов.

— Руки об тебя пачкать сейчас не хочется, — отвечаю ему. — Но мы не договорили.

— Конечно не договорили, Морозов. Это ты пока в капитаны упал, но я тебя отсюда совсем вышибу!

— Смотри не надорвись.

Обнимаю Настю за плечи и увожу за собой. Её трясёт, испугалась малышка. Меня, с-сука, тоже трясёт! Правда, от того, что адреналин так и не получил выход и теперь курсирует по венам.

— Чего он хотел от тебя? — спрашиваю у Снегурки.

— Да ничего, — опускает голову.

— Настя! — бешусь, но тут же выдыхаю. — Извини.

— Всё нормально, — вздыхает она. — Это день такой. Тяжёлый.

— Наверное…

Завожу её в кабинет. Все мужики разом оборачиваются и вопросительно смотрят на нас. Демонстрирую им чистые костяшки, выдыхают и возвращаются к своим делам. На столе костюмы разложены. Мне уже по хрен, если честно, кем наряжаться. Хоть зайцем. В зал бы сейчас, по груше помолотить, представляя себе рожу Коновала!

Но маленькая девочка что-то делает со мной такое, волшебное. Свою потрёпанную за последние сутки шубку меняет на ту, что вынули из вещдоков. Заплетает растрёпанные волосы в косу. Я наблюдаю, а внутри всё успокаивается.

— Я готова, — улыбается Настя.

Офигеть, она отходчивая. Живая, искренняя. Как жить-то дальше будет в жестокой реальности, а? Не сказка же, блядь, вокруг! Мудаки одни. Всех не переловить и не пересажать, к сожалению. Да и смертную казнь у нас отменили. Некоторых стоило бы на электрический стул…

Настя протягивает мне шубу Деда Мороза. Ржу. С такими мыслями да в такой костюм. Но я накосячил, согласен. Стас без дела не казнит.

Парни угорают ровно до тех пор, пока нас не дёргают встречать делегацию. И маленькая в сравнении со мной Настя смело берёт меня за руку, спрятанную в красной варежке. Крепко её сжимает и уверенно выходит из кабинета.

Я понятия не имею, что делать, как себя вести. Она сама, очаровательно улыбаясь, приветствует гостей, поздравляет их с наступающим праздником и выдаёт пожелание в стихах. Начальство впечатляется, оттаивает и косится на меня.

— С наступающим, товарищ полковник, — выдаю я.

У представителя Главка дёргается уголок губ, а Настя снова крепко сжимает мою руку.

— Спасибо, милая Снегурка, — благодарит девочку, когда она заканчивает свою речь. — И Деду Морозу тоже, — тянет мне руку. Сняв варежку, пожимаю крепкую ладонь, и мы сваливаем, оставляя Стаса разгребать дальше.

— Ты большой молодец, — откинув на спину пушистый капюшон, хвалит меня Настенька.

Снимаю костюм, складываю в коробку. Она тоже расстёгивается и вдруг плюхается попой на стул.

— Ты чего?

— Детей сегодня так и не поздравим, — грустно смотрит на свой потрепанный костюм. — Они же в сказку верить перестанут, — поднимает на меня расстроенный взгляд.

— Много заказов у тебя сегодня? — в мою дурную башку приходит странная мысль.

— Три. А толку? Ни Деда Мороза, ни подарков, ни костюма…

— Ну, допустим, костюм у тебя есть, — киваю на шубку, в которую она одета. — Дед Мороз вроде тоже. Молчаливый, правда. И здоровый. Подарки купим. Адреса есть?

— Вы… ты… правда поможешь?

— Я вроде как виноват в том, что дети без сказки останутся. Давай попробуем исправить как-то этот косяк.

— Спасибо! — пискнув, подлетает ко мне, подпрыгивает и целует в щёку.

Стою и обтекаю, как дурак. Приятно…

Настя с моего телефона звонит в компанию, бормочет что-то про потерянный блокнот и просит ещё раз продиктовать адреса заказов на сегодня, а я договариваюсь с парнями. Вещдоки вернём вечером, никто в суете и не заметит, что мы с Настей вынесли их на несколько часов. У них же занимаю денег на подарки, сигареты и ужин.

Садимся в мою машину. Как без прав буду кататься, это отдельный вопрос. Надеюсь, с коллегами договоримся в случае чего.

Грею движок, прикидывая, где удобнее всего по маршруту купить подарки детям. Заглядываем с Настей в супермаркет. На неё все оглядываются. Красивая в этом костюме. И шубка дороже, чем та, в которой она ко мне пришла. Мех пушистый трёт её щёки. Они розовеют. В глазах отражается блеск разноцветной мишуры и шаров.

— Вот такие можно, смотри, — показывает мне на картонные коробочки. Внутри сладкий подарок и мягкая игрушка символ года «Дракон».

Покупаем и едем с ней по заказам. Полный скепсиса, поднимаюсь в первую квартиру, а выхожу оттуда заряженный давно забытыми эмоциями. Во второй подвыпивший отец предлагает мне стопку. Ловлю обеспокоенный взгляд Насти.

— Извините, я за рулём, — аккуратно отодвигаю от себя алкоголь. — Олени не любят запах перегара, знаете ли. Завезут не туда, а нас ещё дети ждут.

Снегурка моя выдыхает, а мама малыша улыбается.

Третий заказ отрабатываем легче всего. У Насти урчит в желудке, я смеюсь.

— Извини… те, — обнимает себя руками.

— Давай уже окончательно на «ты», ладно? Сейчас в магазин заедем, возьмём что-нибудь пожрать себе и банде.

— Банде?

— Ваське и Михе, — напоминаю ей.

— А-а-а, хорошо, — кивает и устало закрывает глаза. — Ой, а мне же домой надо! — спохватывается она. — Там же тоже Миша…

Но я упрямо везу её к себе. Сам пока не знаю на хрена. Хочу.

Паркуюсь около продуктового. Поднимаю взгляд и не мигая застываю на до боли знакомом силуэте. Руль, кажется, сейчас лопнет в моих руках. А бывшая, врезаясь каблуками сапог в ледяной нарост на тротуаре, направляется прямиком к Коновалову. Как будто специально ждал меня здесь. Стрельнув взглядом в мою тачку, подпол обнимает теперь свою женщину, разворачивает её в наилучшем ракурсе и впивается в рот как пацан, блядь, пытаясь зацепить меня побольнее!

Херово, что у него получается. Хочется выйти из тачки и доломать ублюдка, а Галка смеётся, прячась у него на шее. Тоже мне, скромница! А то я не знаю, как ты стонешь и трахаешься. И то, какая ты продажная тварь!

— Дениска… ой, прости, Денис, — тихо зовёт Настя, пока я играю желваками и пытаюсь погасить в себе желание добить собственную карьеру.

Нет, подпол. Не прокатит! Хоть сожри её на глазах у всех.

— Чего? — резче, чем надо бы, спрашиваю у Снегурки.

— Ты… вы… — мучается она, — будто тень на лицо упала. Чёрная и мрачная. Страшно стало.

— Да нет, нормально. Сейчас пойдём. Сигареты найду только, — шарю ладонями по карманам куртки.

Чиркнув зажигалкой, крепко затягиваюсь и выхожу из машины. Открываю дверь Насти и помогаю выбраться на улицу, специально больше не глядя в сторону своей бывшей.

— Это твоя жена? — шепчет догадливая Снегурка.

— Угу, бывшая, — бурчу под нос и выкидываю окурок в урну.

— Как некрасиво она себя ведёт, — Настя важно берёт меня под руку, а я лишь посмеиваюсь. Слово-то какое выдумала — «некрасиво». Всю мою жизнь можно подогнать под него.