17. Чем отличается пафосная тусовка от непафосной

Через полчаса я убеждаюсь в том, что пафосная тусовка от непафосной отличается только едой. Не то, чтоб я часто тусила, не с моими финансами, но пару раз в клубы выбиралась. Один раз с парнем, а еще с девчонками, с которыми в магазине работала.

Естественно, денег особо не было, и мой бывший был тем еще жмотярой, так что пили мы отвертку и жрали орешки.

А тут, конечно, все круто. Пафосно.

Я стараюсь не отсвечивать, ходить тихо и строго в фарватере Светы. Это совсем не сложно, учитывая, что она звездит.

И видно ее отовсюду. И с верхних полуэтажей, открытых випов, огражденных перилами, откуда с диванчиков можно рассматривать танцующих, и из бара, где полно народу толчется, и со стороны столиков в глубине, где темно, но не тихо.

Тут вообще не тихо.

У меня уже давно болят уши от битов, и вообще непонятно, как можно тут несколько часов провести и не оглохнуть. Хотя, может, они просто уже все глухие.

Света моментально пересекается с какими-то знакомыми, обнимается, переговаривается, таскает меня, представляя, как свою родню. После такого на меня смотрят иначе, заценивают платье и сумку, и прямо видно, как в глазах отщелкиваются доллары.

На мою бледную физиономию и небрежно висящие волосы внимания особо не обращают. Может, мы реально в тренде?

Тем более, что Свете это все не нужно, она и так яркая до охерения.

В баре нам сразу наливают и освобождают места. Улыбчивый красивый бармен подмигивает, когда ставит два высоких бокала с синей жидкостью.

— Комплимент от заведения!

Ух ты! Бесплатно! Это хорошо! Не то, чтоб я переживала, платить-то все равно Света будет, но все равно приятно.

Пью. Что-то алкогольное и вкусное.

Мммм… Какое вкусное!!! Это тебе не отвертка!!! Это… Это что-то… Ух!

— Нравится? — кричит мне в ухо Света, улыбаясь на мое офигевшее лицо, — не торопись, коварная вещь!

И тут же выхлюпывает свой такой же до дна.

— Еще!

Я с тревогой смотрю, как она резко ополовинивает второй:

— Света, ты бы тоже… Придержала…

— Мне надо! И я свою дозу знаю! Пошли танцевать!

И мы танцуем! Так танцуем! Извиваемся! Крутимся! Обнимаемся! Хохочем!

Под дикий бит, гремящий в ушах тревожным набатом. Я смотрю на Свету в бликах светомузыки и удивляюсь, что нашелся дурак и изменил такой кукле. Она же нереальная!

Покачивается на своих невозможно высоких каблуках, извивается, мягко и плавно, волосы по спине рассыпаны… Русалка!

И, похоже, не одна я так думаю, потому что Свету сзади обнимает какой-то парень, прижимается в танце.

Я сначала решаю, что это знакомый. Уж очень она легко отзывается на его движения, пританцовывает, трется.

А потом, когда лапа парня оказывается под короткой юбкой…

Света замирает, раскрывает глаза… А затем резко отталкивает наглую лапу и пихает нахала задницей в сторону. Бортует прямо, как хоккеист.

И хорошо у нее выходит!

Парень от неожиданности отлетает, сшибает какой-то столик, шевелится там вяло, матерится.

Ох ё!

А если встанет?

Черт!

Я резко трезвею, прихожу в себя от неожиданности и тащу свою сегодняшнюю напарницу по клубным развлечениям обратно к бару. В самый непросматриваемый уголочек.

Там мы садимся на высокие стулья, улыбчивый бармен обновляет коктейли.

И Света опять выдувает половину.

Мне становится не по себе. Глаза у нее горят, губы блестят, грудь в низком вырезе того и гляди вывалится.

Я ловлю внимательный взгляд бармена на декольте Светы. Потом смотрю на него. Пристально. И, надеюсь, холодно.

Он понимает, что палится:

— Эээ… Кофе?

— Да.

— Не надо кофе! Какой кофе! Еще коктейль!

Чееерт… Вот оно, твое везение, Сашка! Имечко не подводит второе, нееее…

И как мне теперь быть?

Тащить ее домой?

Мы пробыли тут чуть больше часа, а Света влипла в историю и накидалась в дрова. И, если так пойдет, то скоро я не смогу ее таскать. Все-таки весовые у нас разные.

Бармен, высокий, татуированный парень, понимающе подмигивает, разделяя мое беспокойство, и все же делает кофе.

Света смотрит на чашку потом на бармена. Перегибается к нему:

— Я тебе сейчас этот кофе вылью на штаны, понял? Коктейль давай!

Я открываю рот и делаю движение, чтоб сползти и утащить бедовую напарницу по сегодняшней развлекухе, так себе развлекухе, кстати, подальше, пока нас еще и охрана не погнала, и тут бармен, прекратив улыбаться, перегибается через стойку и что-то тихо говорит Свете на ушко.

Она секунду смотрит на него, прямо в глаза, потом усмехается. Медленно и порочно. Чееерт… Это выглядит так горячо, что, если я была хоть немного «би», то точно возбудилась бы.

Бармен, вон, явно нормальной ориентации. Потому что глаза загорелись бешено на ее усмешку. Она что-то коротко отвечает, я даже не слышу, что.

А в следующее мгновение он перегибается еще больше через стойку, дергает Свету к себе за шею, очень грубо и жестко. И целует. Прямо в губы. Злобно так!

Света только руками всплескивает и скребет ногтями по столешнице.

И я всплескиваю руками. И оглядываюсь беспомощно, не зная, как на это все реагировать.

Смотрят? Не смотрят? И что дальше делать?

Мы сидим в самом углу бара, творящееся бесчинство вижу я, да еще девушка-официантка, догадавшаяся вовремя закрыть сцену собой и подносом.

Она разглядывает целующуюся парочку с понимающей усмешкой, а затем поворачивается ко мне:

— Слушай, ты вон тех парней знаешь?

И меня в этот момент вообще не коробит, что ко мне на «ты» обращаются, чего быть явно не должно быть. Потому что показывает она на того самого парня, которого чуть не сшибла с ног Света. Он сидит в одной из мягких зон на первом этаже, в компании еще нескольких парней и оглядывает зал.

— Не особо! Клеился к ней…

Поворачиваться и смотреть на парочку я не собираюсь. Так же, как они явно не собираются останавливаться.

Черт!

— Я тут услышала случайно, когда их столик обслуживала… Короче, они на твою подругу злые, и хотят вас на выходе словить.

Я молчу, оценивая ситуацию.

Вполне возможно. Света силу не рассчитывала, парня, можно сказать, опозорила… Но будет ли он реально так заморачиваться, чтоб ловить ее? Не глупо ли это? Да и вообще… Мы же не в привокзальном караоке, а в пафосном клубе. Должны же быть отличия — то? Охрана, там, безопасность и все такое…

— Он — сын владельца заведения, — продолжает официантка, — и я бы подумала прям серьезно…

Чееееерт…

Света! Ты не могла кого-нибудь попроще бортануть? Почему именно его?

Или это мое второе имя так круто действует?

— Максик, оторвись ты от нее уже, — неожиданно рявкает официантка, и бармен останавливается.

Правда, секунду еще держит Свету за шею, смотрит в глаза и дышит тяжело.

Она тоже, я так понимаю, не сразу в себя приходит.

Но когда приходит…

Пощечина получается настолько звонкая, что я слышу ее даже через биты музыки.

— Никогда… Ты слышишь, сука? Никогда… Без моего разрешения…

Бармен трет щеку, ухмыляется. Похоже, он абсолютно доволен.

А я, затолкав подальше мысль об очень странном поведении обслуживающего персонала в этом пафосном месте, разворачиваюсь к Свете:

— Света, нам пора. Говорят, тот, кого ты толкнула, сын хозяина клуба. И он может устроить проблемы.

— Она толкнула Валеру? — спрашивает бармен у официантки. И взгляд его теряет масло и приобретает жесть.

— Ага, прикинь? Он уже выяснил, что они тут вдвоем. Без парней и охраны.

Официантка качает головой, удрученно смотрит на нас. Так, словно все уже. Пропащие мы и можно лопаты готовить и закапываться в чернозем.

— Да мне похер, кто он! Я сейчас разберусь!

Света спрыгивает со стула, ее качает.

— Не надо! — тут же эквилибрирую я со своего насеста, — давай позвоним твоему папе! Или брату!

— Ну уж нет! Опять пилить будут! Нет! — Света в ярости, щурится на столик, за которым сидят парни, потом разворачивается ко мне, — и ты не смей! Поняла? Попробуй только!

— Света, так нельзя! Ты ничего не сможешь сделать, пойми! — я начинаю уговаривать ее, тяну за руку, — пойдем освежимся немного, умоешься…

А сама разворачиваюсь к официантке:

— У вас где черный ход?

Она понятливо кивает:

— Молодец, сечешь фишку. Сейчас провожу тихонько. У Максика машина как раз там рядом, он отвезет.

— Неудобно, ты что? А если узнают, что это вы нам помогли? По камерам посмотрят?

— Да плевать! Мы все равно собирались мотать из этого гадюшника, мы ж не в штате, на усиление выходили…

— Макс согласится? Он — твой парень?

Я задаю этот вопрос на всякий случай, чтоб прояснить ситуацию. Наверно, не парень все же. Слишком спокойно она на поцелуй отреагировала. Просто… Ну мало ли, какие отношения могут быть?

— Макс — мой брат. Старший. И он точно согласится. Уже согласен.

Официантка улыбается и подталкивает меня в сторону черного хода.

Я тащу Свету за собой и по тому, как она на меня наваливается, понимаю, что нажрата сестра подпола сильно. Интересно, когда успела? Мы же вместе пили? С двух коктейлей так бы не срубило…

— Чееерт… — стонет Света, едва переставляя длиннющие ноги, — не надо было успокоительное жрать…

— Да ты когда успела?

Бляяяяя… Она таблеток наелась успокоительных! Понятно, чего так накрыло мгновенно! И ведет себя неадекватно…

— Да в гардеробной… Решила, что надо немного успокоиться…

Официантка подхватывает ее с другого бока:

— Черт… Успокоилась ты нехило, подруга!

Мы выскакиваем из клуба, запрыгиваем в машину. Света на холоде немного приходит в себя.

Официантка берет наши номерки.

— Сейчас вещи принесу из гардероба.

— У тебя не будет проблем? — спрашиваю я, по опыту зная, что доброе дело никогда не остается безнаказанным.

— Вся моя жизнь — одна большая проблема, — улыбается девушка, становясь очень милой в этот момент. И очень юной. — Одной больше, одной меньше…

И уходит. А я поудобнее устраиваю дремлющую Свету на плече и думаю о том, почему у меня все так?

Почему я даже в спокойное пафосное место не могу сходить без приключений на свою задницу?

Вот как так?

Официантка возвращается с нашими вещами, кидает нам, запрыгивает на переднее, поворачивается:

— Там кипиш. Валерик понял, что проебал рыжую и теперь шмонает камеры. Времени нет совсем. Сейчас Максик подойдет и сваливаем.

Я опять заталкиваю мысль о неожиданно поменявшемся сленге до этого вполне правильной и корректной местами девушке. Потом. Очень уж новости дерьмовые. И какого фига зацепился за нас этот Валерик?

Задаю вопрос спасительнице.

— Да он олигофрен озабоченный. Папаша задолбался его из разных передряг вытаскивать! И, самое главное, если чего в башку ударило, то фиг выбьешь. А сегодня он еще и вдетый чрезмерно. И друзья его тоже. Так что надо линять. Не будут они на родню и статус смотреть. Сейчас — точно не будут.

Мне становится уже откровенно страшно. И хочется выбраться из холодной машины и побежать прочь от дурацкого клуба! Но не могу. Света далеко не убежит. Такси пока дождешься. Время потратится. Да и не факт, что нам дадут в него сесть…

Черт! Как все глупо!!!

Тут водительская открывается, запрыгивает Макс, оглядывает нашу компашку веселыми злыми глазами:

— Ну что, девочки, поехали кататься? М?

И резко стартует с места. С визгом.

Я только и успеваю уцепиться за сиденье. И Светкину голову придержать.

— Осторожней!

— Не бойся, Максик — ас! — успокаивает официантка, спешно пристегиваясь ремнем безопасности, — меня, кстати, Люда зовут!

— Я — Саша, а она — Света.

— Девочки, приятно познакомиться, но теперь вцепились во что-нибудь и держимся, — командует Макс, глядя в боковое напряженным взглядом.

— Валерик? — спрашивает Люда.

— Он, сука. Не успел я малех…

— Чееерт… У него же субару…

— Оторвемся…

Я в этот момент лихорадочно шарю по сумочке в поисках телефона.

Потому что Света, конечно, мне некоторым образом хозяйка, да и вообще, девчонка хорошая и подставлять ее неохота… Но здравый смысл — это моя отличительная черта.

С некоторых пор.