29. Шашки на трассе

— А ты, Максик, полный отмор, да? — задумчиво спросил Вик, наблюдая, как обычная приора в очередной раз затевает шашечную игру на шоссе.

Двигалась тольяттинская развалюшка совсем не так, как должна была. Не как ведро гвоздей. А мягко, плавно, даже хищно.

— Зови меня просто «Безумный Макс», — самодовольно и весело прозвучал голос Курагина в наушнике.

— Не похож на Гибсона, — заметил Гор, отслеживая по другому монитору месторасположение основной и двух машин сопровождения. Позаботился папаша о своем маньячилле карманном, ничего не скажешь… Ну ничего. На каждого маньяка найдется тот, кто его переманьячит.

— Какого Гибсона? — искренне удивился Макс, и приора на экране круто вильнула, ускользая от лобового с фурой.

— Который в «Безумном Максе» играл, — пояснил Гор.

— Так там же Харди играл!

— Это в новой версии.

— А есть старая? — голос Макса звучал до того удивленно, что Гор с Виком только переглянулись понимающе.

Ну надо же, с какими щенятами дело приходится иметь! Не знают классику! Безумный Макс для них — Харди! Зашибись…

Вик не стал отвечать и засорять эфир. Многолетняя привычка, когда в засадах была одна частота и на этой частоте порой такое творилось… Люди от скуки и многочасового сидения на одном месте реально дурели. Анекдоты похабные, впечатления после секса с женщиной, отдельные, очень болезненные впечатления после секса на ковре у начальства… Пока руководитель операции не опомнится и не прекратит этот бред, много чего можно было услышать.

В его конторе, конечно, с этим делом было построже, да и гаджеты посовременней.

Но привычка — вторая натура.

Да и о чем разговаривать с наглым щенком, умудрившимся выбесить Вика еще до начала их сомнительной, очень опасной и совершенно незаконной операции?

Нет, правду говоря, Максим Курагин фишку просек сразу. И согласился решить вопрос, без каких-либо встречных предложений.

Видно, тоже счетик имелся к прокурорскому сынку.

Вик и Гор встретили Максима у ворот СИЗО, подхватили под локти и утащили в машину.

— Эй, да я уже все сказал, господа офицеры, блять! — ругался Курагин, правда, особо не сопротивляясь.

Хотя мог бы, тем двоим тварям он навалял капитально, один до сих пор в реанимации.

— Спокойно. Просто поговорим, — утешил Вик.

Гор ничего не сказал. Но удвоил скорость.

В конце концов, сейчас век цифровых технологий, кто угодно мог заснять интересную картину.

Отбрехивайся потом.

Они, конечно, по-максимуму проверились, но от идиота защиты, как правило, нет.

В машине не стали миндальничать, забрали телефон, обшмонали.

— Вот не понимаю я тебя, господин подполковник, — расстроенно обратился к Вику Курагин, — за что такая неблагодарность? Я жизнью рисковал, сестренку твою спасал… Как она, кстати? Спрашивала обо мне?

— Рот закрыл. — Хмуро ответил Вик, игнорируя наглые выпадки сосунка насчет Светы. И так еле сдерживался, потому что прекрасно помнил, как он ее тискал после успешного освобождения.

Твареныш наглый.

Он глянул на Гора, тот кивнул. И сделал предложение, от которого невозможно отказаться.

Курагин посерьезнел, подумал, посмотрел в окно.

— Так, давайте еще раз, а то мало ли, чего-то не так уясню. Мне надо будет на трассе отрезать тачку этого маньяка от двух тачек сопровождения. Потом подрезать и загнать в отбойник в указанном вами месте. Потом подождать вас. Так?

Вик и Гор не отвечали, просто сверлили говорящими взглядами напрягшегося Курагина.

— Вопрос: почему я? Хотя, нет. Не вопрос. Я так понимаю, ордеров, бумажек и прочего у вас нет? И если все пойдет плохо, меня просто сольют? Весело, чё… А можно спросить… Хотя не. Глупо. У вас же досье. Скажу сразу: я ни в чем не виноват. Все, что там написано — ужасное стечение обстоятельств.

— Заткнись, — Вику надоело балабольство Курагина, — сделаешь?

— Сделаю.

Курагин посерьезнел. И тон, которым он ответил, не оставлял сомнений в том, что реально сделает.

Вик с Гором опять переглянулись. Понятно же, что за внешней няшностью и дурашливостью скрывается очень непростой парень. И дно там даже не двойное.

И потому смысла уточнять, почему он без условий принял их предложение, не было. Правды все равно не добьешься.

А сейчас он, по крайней мере, говорил искренне, Вик такие вещи просчитывал на раз.

— Ладно, мне бы сестренке позвонить, она волнуется… Вернете мобилу?

Гор, хмыкнув, перекинул телефон Курагину.

— При нас.

— Ну лады… Какие серьезные. И да, мне моя тачка нужна будет.

— Зачем? Она же еле ползает?

— Это ваши ламбы еле ползают! А моя девочка летает!

— Что-то не особо она от субару улетела.

— Потому что условия незнакомые. Испугалась она!

Тут в трубке губки сменились коротким «Алло».

— Привет, коза. Я подзадержусь.

— Тупое чмо, какого хера опять? — раздался на всю машину злой голос Курагиной.

— И я тебя люблю, сестренка! — быстро попрощался Макс и нажал отбой. Глянул на каменные лица подполковников, улыбнулся обаятельно, — волнуется просто. А так она у меня солнышко.

Гор, снова хмыкнув, отвернулся к окну.

Вик, с некоторым удивлением отследив второй нехарактерный для приятеля хмык, сделал себе зарубку прояснить этот вопрос.

Потом. Когда решат с основным.

И вот теперь они наблюдали за тем, что вытворял на трассе этот полудурок, и Вик ловил себя на том, что даже у него, повидавшего виды, сердце периодически екает.

Потому что Курагин реально был полностью отмороженным идиотом.

— Ты бы угомонился, не привлекай внимание, — посоветовал Гор, которому тоже слегка плохело от шашек на трассе.

— Наоборот, господа полковники, надо создавать впечатление повернутого кретина. Тогда, если влечу, вопросов меньше будет. Вы же меня вытаскивать не собираетесь? Должен я себе подушку безопасности обеспечивать?

Голос Макса, веселый и с небрежной ленцой, шел полностью вразрез с тем, что сам Макс вытворял на трассе.

— Так, внимание… — скомандовал Гор, увидев, что нужные объекты приближаются, — погнали.

— Странная команда, — ржанул Макс, — но я тебя понял. Погнали.

И он действительно погнал. А через десять минут Вик и Гор убедились, что ставка сделана правильно.

Потому что бешеной приоре не только удалось оторвать две машины сопровождения от основной, тупо, по-одной, раскидав их по дороге, так еще и водителя тачки прокуроского сына, видно, Макс своими плясками бешеными запугал до мокрых штанов, потому что тот начал делать ошибки, прятаться за другими машинами, и в итоге слетел в кювет. Именно там, где и требовалось.

— Ну вот, — довольно заявил Вик, когда они с Гором летели к месту назначения, — а ты говорил: «Тупой план». Сработал же?

— Вот потому и сработал, что тупой. Чему вас только в ваших академиях учат, — ворчал Гор, выруливая на боковую.

— Тому же, чему и вас.

— Нет, у вас еще и про горячее сердце и холодную голову.

— Ну да. Это — первым делом. Феликс — наше все.

— Не трепани при руководстве. У вас другое «наше все».

— Не будем про политику, ага?

— Не будем. Приехали.

Макс сидел в машине, философски разглядывая покореженную иномарку.

— Я не стал подходить, — повернулся он к подполковникам, — маньячок, похоже, в обмороке, или помер, водила стартанул в лесок, я его вооон там, на трассе, видел. Скоро здесь будут пожарные и полиция. И все будут искать меня. Может, я поеду?

— Езжай, — благосклонно кивнул Вик, доставая из-под сиденья небольшую полицейскую дубинку.

— До свидания.

— С тобой свяжутся.

— Зачем еще?

— Будут вопросы.

— А, может, не надо?

— Надо.

Курагин огорченно вздохнул, но не стал спорить.

Вик и Гор проследили, как приора, газанув, очень шустро вписалась в поток машин, развернулись к покореженной тачке, переглянулись.

То, что они собирались сделать, абсолютно ни разу не было гуманным и правильным. Да и законным тоже не было.

Но сейчас вопрос стоял вообще не так.

Через десять минут, выезжая на трассу и размышляя, сколько времени у них есть для полноценного расследования дела, при условии, что главный фигурант оклемается примерно через неделю, Вик чуть было не пропустил звонок от Снегурки.

Задумчиво разглядывая слегка заляпанную кровью рубашку, он принял звонок, улыбаясь. Приятно, черт… Сама звонит. Тепло так на душе. Эх, несет тебя, подпол… Куда только вынесет?

— Ви-Вик… тор… Евгеньевич… — голос у Снегурки был такой, что Вик напрягся. Прямо как в тот раз, когда она звонила, чтоб сообщить, что они со Светой вперлись в проблемы.

— Саша? Что?

— Мне… Понимаете… Они… И говорят, чтоб я флешку…

Сука! За всеми этими проблемами упустил из виду основное!

— Ты где?

— Дома… Ой, то есть, на работе…

Уже хорошо.

— Сиди там. Я сейчас приеду.

Отключился, уставился перед собой, сжав зубы.

— Что-то случилось? Нужна помощь? — спокойно уточнил Гор, не отрываясь от дороги.

— Нет. Это семейное.