Глава 10

– Мам, ну, так получилось. В общем, вы с папой скоро станете бабушкой и дедушкой, – кошусь на Ленку, та ещё не отошла от шока. Матушка, походу, её не на шутку напугала, когда бегала за мной с кухонным полотенцем по всей квартире. – Это я уже поняла, почему не рассказал?! Мы с отцом так долго уже мечтаем о внуках, а ты вон, – кивает на Ленин живот и с укором продолжает, – без пяти минут уже отец. Не сегодня так завтра уже родится ребёнок. Зря я вас от отца вечно спасала, правильно он делал, что ремнём лупил! Вернуть бы время назад, я бы сама тоже добавляла скалкой. – Мам… – Что мам? Мне даже интересно, что ты сейчас можешь сказать в своё оправдание. Говори, что молчишь?! – не даёт и слова вставить, начинает жалобным голосом причитать. – Столько лет мучилась с тобой, а ты вон чем отблагодарил. Я случайно узнаю, что у тебя ребёнок родится. Господи, я что чужая или, что когда-то говорила что против внуков? Эх, время так быстро летит. Мама начинает плакать и вытираться тем самым полотенцем, что минутой ранее она проходилась по моей спине. Я снова чувствую себя козлом. Сначала Ленку обидел и заставил плакать, а теперь и матушку. – Мам, ну, прости. Я хотел рассказать, но просто так вышло… Я не мог рассказать. – Почему не мог? Я сколько раз тебе звоню в неделю, хоть бы один раз намекнул, что у тебя вообще появилась девушка! Блин, ну как ей объяснить, что не мог рассказать, потому что сам не знал о беременности моей Ленки?! Нельзя, нельзя такое рассказывать. Она же в обморок грохнется, если узнает, что я тот ещё козёл. Ведь для неё я самый умный и ответственный из всех братьев. – Мария Ивановна, на самом деле это я попросила Диму никому не говорить о беременности. Простите, пожалуйста, нас. Но вот такая мнительная я у вас невестка, – в разговор вмешивается моя снегурочка и спасает, в прямом смысле слова, нас всех от грандиозного скандала. Я-то матушку хорошо знаю, все эти её слёзы только начало, дальше было бы хуже. – Понимаете, я сама не сразу узнала, что беременна, а после анализы, больница и все дела пошли. – Больница? – Да, я несколько недель лежала на сохранении, но, слава богу, наш малыш оказался крепким и не оставил нас. – Господи, – ахает мама, а меня после этих слов словно громом шарахнуло. Моя маленькая в больнице лежала, была угроза выкидыша. И всё это из-за меня? Протираю глаза пальцами, кажется, у меня давление поднимается. Какой же я всё-таки мудак. Чёрт, и ещё после всего этого я согласился на тест днк и угрожал ей забрать сына. Блять, точно ведь не простит теперь. Сразу становится так хреново на душе. Хочется что-нибудь выпить по- крепче, пока хуже не стало. Спустя час разговоров с мамой, Лена зовёт нас за стол. На ужин приготовила мои любимые котлеты с пюрешкой, конечно, ещё не забыла сделать оливье. – Ой, забыла включить, – виновато улыбается Лена. Она встаёт и вставляет вилку от гирлянды в розетку, вокруг всё заполняется голубым светом. И впервые в своей холостяцкой квартире я почувствовал себя уютно, словно теперь всё на месте. Не достающимся элементом в моей квартире, где казалось бы всё есть, оказалась моя снегурочка. Боже, какой же я придурок. Своё счастье сам же чуть не просрал. Ну, ничего, я всё верну. Верну любовь своей снегурочки, сделаю всё возможное, чтобы она меня простила. – Где взяла гирлянды? – решаю уточнить, потому что у меня точно в квартире не было их. Я не покупал, а она точно никуда не ходила, я бы точно узнал. Поставил программу «Мой ребёнок» на её телефон, чтобы знать, где она. Ленка, правда, не знает об этом, иначе убила бы просто. Но мне так спокойнее за свою снегурочку и маленького снеговика в её животике. – Я с собой их взяла, когда переезжала к тебе, – не смотрит в глаза. Всё ещё обижается на меня. Блин, ну, как вернуть её доверие?! Проходит ещё полчаса допроса, и мать сжаливается над нами. Видит, что Лена уже устала, и отпускает нас спать. Всё бы ничего, но Лена, пожелав доброй ночи, уходит спать в гостевую комнату, и мама это видит. Тут же прищуривает глаза и задаёт вопрос. – Сынок, в чём дело? Что происходит? Почему Лена спит отдельно от тебя?! Вот же!.. Не могу больше притворяться и выкладываю большую часть правды матери. – Мам, я её очень сильно обидел. Очень… – Присаживаюсь напротив неё и тру ладонями лицо. Уверен, она видит, как дико я устал. Матушка хмурится и, очень медленно растягивая моё имя, спрашивает. – Ди-и-има, сы-нок! Рассказывай, что успел натворить?! Что ты ей сказал такого, что она спит теперь отдельно?! Я отодвинул подальше все кухонные приборы, особенно те, что имеют острые концы, и аккуратно начал признаваться. – Случилось недоразумение… На фоне этого мы поругались… А после она заявила, что уйдёт от меня. Ну, я и сорвался с катушек и пригрозил, что если она уйдёт, то я заберу сына у неё. – Иииих, – мама с ужасом посмотрела на меня, закрывая ладонями губы. Тут же смотрит вниз и не нащупывает ничего, чем можно было бы в меня кинуть. А потом вскакивает и как схватит меня за ухо и тянет больно вниз. – Мам, успокойся. Ты её напугаешь, если увидит, что помимо жениха деспота ещё и свекровь такая же, точно раньше времени родит. – Я думала, что у меня проблематичным из всех сыновей будет младшенький, но оказывается, что я сильно ошиблась. Оболтус по-сравнению с тобой очень даже ответственный парень! Мужчина уже, а ты! Эх, жаль отца рядом нет, но ничего, завтра же позвоню ему, пусть вправит тебе мозги, а то я смотрю, ты совсем попутал, дорогой сынок. Совсем не знаешь, как с женщиной своей разваривать и вести себя! Братьям хоть бы позвонил, они бы тебе рассказали, как надо! В последний раз дергает вниз ухо и отходит подальше, тяжело дыша. – Тьфу на тебя! Бесстыжий! – Мам, хватит уже! Не маленький, сам разберусь! И отцу нечего звонить. – А ну молчать! Сбавил быстро обороты и тон на несколько градусов понизил. Ишь, почувствовал он власть! Одна моя просьба, и отцу ничего не будет стоить сделать тебе «хорошую» рекомендацию куда надо. Останешься с голой жопой на улице. Быстро остываю, понимая, что погорячился. Мама меня любит, и сейчас её, конечно, понесло, но всё потому, что любит меня, а ещё хочет немного наказать за мой постыдный поступок. – Мам, я сам понимаю, что накосячил, очень жалею, правда. Но пока не знаю, как вернуть её доверие обратно. Мама смотрит на меня, молчит некоторое время, а после кивает мне, мол, принимает мой ответ. – Ладно, помогу я тебе, но только ради Лены и внука, так бы заставила страдать ещё очень долго.