Глава 15

Но я привыкла, что дракон только дразнит, не переступает нарисованной им же черты.

Только я не учла одного — теперь мы действительно помолвлены, и у нас всё «как надо».

Потому, когда его губы накрывают мои, у меня подкашиваются колени, а сама я, цепляюсь за широкие плечи, боясь упасть. Но крепкая рука уверенно держит меня за талию, пока пальцы второй нежно поглаживают мою скулу, щеку, скользят по шее вниз, а затем погружаются в мои волосы на затылке.

И я не сдерживаю стона под напором невероятных ощущений. Никогда в жизни я не испытывала такого во время поцелуя. Когда сплелись в танце наши языки, я почувствовала, что задыхаюсь, и, при этом, дышу чистейшим кислородом, сносящим крышу.

Кажется, его пламя действительно внутри меня, а моя стужа в нем, и от этого обмена так хорошо, так спокойно…

Поцелуй все глубже, и теперь я слышу его стон. Это сводит с ума. Кажется, мы оба слишком долго ждали этого момента. И теперь всё слишком остро, слишком горячо.

Кровь шумит в ушах, даже когда бой курантов завершен. Я совершенно точно не превратилась в тыкву, но готова превратиться в какое-нибудь семечко, чтобы залезть под кожу одному огненному дракону, только бы его касания не заканчивались никогда.

— Аня, — отрываясь от моих губ, шепчет он, а в глазах его бушует всепоглощающее пламя.

— Кас, — вторю я ему, чувствуя, как горят губы.

Кажется, ему больше ничего не нужно, дракон снова целует меня: жарко, страстно, словно мечтал об этом слишком долго, и теперь не может насытиться.

Но я и сама была такой. И, когда губы Кассиэля заскользили по шее, а моя спина оказалась прижата к стене, я выгнулась, теряя связь с реальностью.

Нас обоих отвлекает внезапно распахнувшееся окно. Занавески подлетели вверх, и в зал ворвались отражающие пламя из камина сияющие снежинки.

— Снег, — пораженно шепчу я, а затем осознаю, что буквально сижу на мужчине, обвив его торс ногами и прижимаясь к выпуклости в его штанах.

— Все-таки, всплески твоей магии регулирует вовсе не злость и страх, а страсть. Моя огненная снежинка… — губы мужчины растягиваются в донельзя довольной предвкушающей улыбке.

А затем, он ставит меня на ноги, заботливо поправляет платье, сам приводит себя в порядок. Мне только и остается возмущенно хлопать глазами.

— Эй, снег сейчас кончится, — обиженно бурчу я. — Я вам сейчас засуху века устрою, если ты, наглый дракон… — моя речь набирала обороты, но в пространстве внезапно засияла золотая сфера, которая обрела форму женского тела, а затем и вовсе настоящей женщины. Хранительница…

Кас знал, что она придет! Обида сразу пропала, зато родилась признательность к заботливому дракону. Не дал увидеть нас в…таком состоянии.

— Я счастлива, — тут же заявляет она с сияющей улыбкой. И смотрит на нас так, будто мы точно поженились. Но я верила словам Кассиэля. — Отец передает привет и ждет вас во дворце. Ну, как только соберетесь куда-нибудь выходить, — тут же поправилась она, хитро стрельнув по нашей одежде глазами. — Ты подарила этому миру долгожданное равновесие, Анна, — в глазах ее кокетливые искры сменяются обволакивающей признательностью. — И тоже обрела то, о чем мечтала. Боги не могли распорядиться еще лучше.

И вся из себя довольная растворилась в пространстве так же неожиданно, как и появилась.

Что ж… С Новым годом, с новым счастьем!

Кошусь на накрытый стол с разными вкусностями, но есть совсем не хочется. Взгляд то и дело привлекает большой пушистый ковер у камина… Там ведь тепло… И мя-я-ягко… Аня, соберись!

Так увлеклась самодисциплиной, что не заметила подошедшего со спины мужчину. Его ладонь легла на мою талию, а вторая рука убрала волосы с шеи. И мою кожу обжег новый поцелуй. О, все снежные бабы мира, я так точно сойду с ума!

Дыхание снова учащается, а сердце, что только восстановило свой ритм, снова спотыкается, но даже не ругается на бессовестную хозяйку.

Спустя минуту мне кажется, что его руки всюду, хотя я всё еще в платье. И этот факт меня искренне возмущает!

Развернувшись, толкнула мужчину на ковер. Не то что бы сильно, но он всё понял, а потому, обжигая меня взглядом, лег спиной на мягкий светлый ворс.

Крыша, держись, подожди еще чуть-чуть!

Подтянув юбку выше, я уверенно уселась на своего дракона.

— Вот ты и попался, хитрый огненный чешуйчатый, — довольно протянула я, склоняясь над его губами.

Как рассмеялся, прикрывая глаза. Ну да, кто кого поймал… Но это уже детали!

— Аня, мы не женаты, нам нельзя заниматься любовью, — ловит он мои пальцы, пытающиеся расстегнуть его рубашку, и шокирует очередным заявлением. — Только после свадьбы.

В моих глазах всё темнеет…

… Дорогой Дедушка Мороз! Нет приличных слов передать всё то, что я испытываю в эту новогоднюю ночь…

— Ты издеваешься⁈ — набрав побольше воздуха, немного истерично уточняю я.

— Да, — хитро улыбается он, а затем резко перекатывает меня на спину и оказывается сверху. — Может, всё же перейдем в спальню? — интимно шепчет он, раздевая меня одними глазами.

— Черта с два я позволю тебе улизнуть от супружеских обязанностей! — заявляю в ответ, обхватывая ногами его торс и прижимаясь теснее.

Горячий поцелуй становится мне ответом. Наши тела горят, а одежду хочется не просто снять, а вовсе испепелить.

— Мы не женаты, — вставляет замечание он, проводя рукой по краю моего кружевного алого белья. Пальцы, скользящие по бедру, обжигают.

— И никогда не будем женаты, если ты сейчас же не… — гневно шепчу я, но не успеваю договорить, выгнувшись от пронзившего тела удовольствия.