- Этот человек должен перестать видеть солнце, Демидушка.

- Дядь Тём, это не помилование, это отсроченная казнь.

Сивый хитро прищуривается:

- Девку испортить - много ума не надо. Ты мне тут докажи, что ты чего-то стоишь.

И что он ко мне со Снежинкой прицепился? Если бы не он, я бы ее уже домой к себе привез. Очень мне девчонка понравилась. Аж руки дрожали, когда до нее дотрагивался.

Однако что-то Сивый многовато от меня хочет.

- Стоишь - не стоишь, а там меня точно грохнут. Не сразу, так потом. Ты меня сам и сдашь. Это вон лохам втирай про честные воровские традиции.

- Демид, не сделаешь, я тебя грохну сейчас, - теряет он терпение.

- Ладно, я понял. Мы не на базаре. Только у меня условие. Выживу - девчонку заберу себе.

Он смотрит на меня с изумлением:

- Сынок, тебя заклинило, что ли? Или ты у нее какую-то новую дырку отковырял, где слаще всего?

Молчу. Он это верно расценивает.

- Черт с тобой, гавнюк упёртый. Пойдешь один. Если выживешь, я тебе и слова не скажу насчет неё.

- Лады, дядь Тём. Считай, договорились.

Дело за малым. Нужно сделать то, что он хочет. И остаться в живых.

Роман

Сижу над бумагами в кабинете. Вдруг слышу в приемной шум. Дверь в кабинет распахивается, в него вваливается Самойлов. Следом торопится Аня.

- Роман Александрович, я ему говорила, что нельзя, а он все равно... Я охрану уже вызвала. Сейчас его выведут.

Охрану надо было вызывать до того, как Илья Константинович ко мне в кабинет прошел. Но это я секретарю, потом расскажу. О том, что она его сама остановит, и речи не шло. Тоненькая, как тростинка, Аня и Самойлов. Мда.

- Охрана пусть в приемной подождет. На всякий случай. Иди, Ань.

Вошедший мужчина наполнил мой кабинет спиртными парами. Ох, и накушался ты, Илья Константинович.

- Ты доволен? А? - пророкотал он, уперевшись кулаками в поверхность моего стола.

-У меня за спиной все шепчутся. И смеются. Зачем я над дочкой 18 лет трясся? Чтобы ее твои московские друзья во все дырки имели? А теперь что? А ничего, дорогой Роман Александрович! Я ее мечтал в белом платье замуж выдать. Нетронутую. Чтобы муж гордился, что ему жена нецелованная досталась. Кто ее замуж возьмет? Да и я... Разве я потерплю, что пользованная шалава, как ни в чем не бывало, в моем доме жила? А она тоже хороша. Бл*** ща. Вырядилась в нижнее белье и к тебе приперлась. Срамота!

Что он такое городит вообще? Он, конечно, выглядит сейчас не ахти. Как будто постарел одним махом лет на 10. И я понимал, что пока Леру искали, вряд ли парни с нее пылинки сдували. Но отец ее забрал из гостиницы. Крестный провел воспитательную беседу с Демидом. И я думал, что девчонка дома отойдет.

- Что смотришь так? Я ее вышвырнул. Велел дать 5 тыщ и гнать в шею. Куда я теперь порченый товар? А во всем ты виноват! И она.

Он пальцем указал в мою сторону. Я смотрел на него и не понимал, как можно было после такого собственную дочь из дома выгнать. Он вообще нормальный? Я бы за своего ребенка и Демида, и всех землю жрать заставил и кровью харкать. А этот нашел крайнюю и еще претензии предъявляет.

Сколько он ей денег дал, 5 тысяч? Она вообще у него что-нибудь делать умеет? Ей помощь нужна - и медицинская, и психологическая.

Я даже не собирался оправдываться. Желания разговаривать с этим  типом не было никакого.

Но я все же спросил:

- И где же она живет теперь? Под мостом?

- В бабкиной коммуналке. На Вишневского, 10. Квартира 7, комната 5. Что подбирать поедешь? Теперь можно и самому попользоваться?

Я нажал вызов секретарю:

- Ань, пусть ребята зайдут.

Зашли крепкие, рослые охранники.

- Хочешь меня выпроводить? Я сам уйду. И дочкой моей пользуйся на доброе здоровье. Мне без разницы.

После его ухода мне стало не до бумаг. Я некоторое время сидел и смотрел на дверь. Никак не мог поверить, что взрослый мужик может городить такое серьезно.

Потом собрался и поехал на Вишневского. Надо Лере хоть денег дать, а то с голоду умрет с такими родственниками.

Было еще светло, когда я заехал во двор. Мама дорогая, что за помойка. Представил, каково сейчас девчонке после того, что случилось, и того, как поступили с ней ее родители. Я ее очень хорошо понимал. Сам прошел через что-то подобное. Но меня хотя бы никто не насиловал. Однако на улице много чего пытались сделать. То мое состояние напоминало прыжок без парашюта. Чужая страна, возраст, все же я был младше, чем она сейчас, отсутствие денег и знакомых. Тогда-то я впервые почувствовал благодарность к папаше, из-за которого я не пропустил ни одной секции, где учили калечить людей и защищать себя. Если бы не это, я бы не выжил.

Но она-то девчонка. С нее сдували пылинки и готовили к замужеству. Причем не абы за кого. Хорошо, если она посуду умеет мыть.

Я вылез из автомобиля. И в этот момент порыв холодного ветра сорвал капюшон с головы подростка, спешившего к дому с полиэтиленовым пакетом в руках. Золотистые волосы рассыпались по плечам.

Я окликнул:

- Лера!

Девушка обернулась на звук своего имени, и такого ужаса в глазах другого человека я давно не видел.

А потом она побежала. Я бросился следом, но заплутал в незнакомом здании, где квартиры располагались в странном порядке. Потом вспомнил адрес и быстро нашел нужную комнату.

Девчонка как раз открывала в нее дверь. Я заметил, как ее трясло.

Что же мы все натворили?

- Лера, постой! Я хочу поговорить.

Она в этот момент юркнула к себе и крикнула:

- Уходите!

- Лера! Открой дверь! Я денег тебе дам. На продукты и что там тебе еще нужно.

Мне она не ответила. Но из-за двери послышались рыдания. Плачет?

Я попробовал постучать. Пробовал поговорить. Но она так и не открыла.

Дверь ломать не стал. Девчонке нужна помощь специалиста.

А у меня гости завтра приезжают и послезавтра свадьба.

Нужен психолог.

Я вышел из этого дома, сел в машину и позвонил знакомому. Тот пообещал найти хорошего специалиста. Надо будет приехать сюда с ним. У меня вряд ли есть шанс наладить с девушкой какой-то контакт.

Демид

Сивый смотрит на меня как на призрака. Хорошо, что хоть ущипнуть не пытается. Да я и сам знаю, как офигенно крут.

У него включен телевизор. Диктор вещает, что неизвестный из автомата расстрелял известного чеченского бизнесмена Борза Гоева. Родственники и друзья покойного клянутся найти виновных.

Пусть ищут. Если дядя Тема меня не сдаст, искать они будут долго.

- Нда, - тянет дед и развивает мысль, - Со мной поедешь. Крестник женится завтра. Сегодня мы у него в гостях будем. Только веди себя прилично. Как раз у него про зазнобу свою узнаешь.

Его взгляд делается колючим и неприятным. Умный он мужик. А умные люди всегда неудобны, как тесная обувь.

- А если завести взрослый разговор, Демид, то найди девчонку, извинись и дай денег, если надо. А потом забудь о ней, как будто ее никогда не видел. Так ты ей окажешь неоценимую услугу.

Я уже открываю рот, чтобы сказать, что мы так не договаривались.

Но он поднимает руку, останавливая меня:

- Это был совет, как сделать лучше. Следовать ему или нет - дело твое.

Я понимаю, о чем он. Да только вот... Я посмотрю просто. Если у нее все нормально, сделаю так, как он говорит.

Доехали быстро.

У Власова при виде меня взгляд зверский. Это он на публику цивилизованный, а только тронь и огребешь, мало не покажется. Но пока у него другие планы.

Все его внимание сосредоточено на молодой темноволосой женщине - будущей жене. Кто бы мог подумать, что, такой как он, будет бабе в рот смотреть.

Но пара они красивая.

Вечером он сидел в кабинете один.

 Я просунул голову с дверь и сказал:

- Я хотел спросить...

- О чем? - прервал он меня.

- О девчонке. Ты знаешь, что с ней?

У него брови взметнулись вверх.

- О какой девчонке, Демид? Я не в курсе твоих амурных забав.

- Ром, не надо, а? Мне и так от Сивого досталось.

- Мало тебе досталось. Меня подставил, девчонку изнасиловал. Как из тебя крестный пидора еще не сделал, непонятно.

Я криво усмехнулся. Знал бы ты, Рома, как.

Вслух ответил:

- Я полезный очень. А насчет того, что я ее трахнул, то бабы для того  и существуют. Не я, так это сделал кто-нибудь другой. Ты мне на вопрос ответишь?

Власов словно задался целью схлопотать по морде перед свадьбой.

- Зачем интересуешься, если все так примитивно? Трахнул ты, потом пускай другие трахают.

Я представил, как ее касается какой-нибудь чужой мужик, и у меня перед глазами заплясали красные пятна.

- Ты скажешь или нет?

Роман откинулся на спинку кресла и смерил меня недовольным взглядом:

- Ничего такого не случилось, говоришь? А что ты так взвился? Я ж тебе сказал, не лезь к ней. Дело сделали, бабки получил и гуляй. А ты девчонке жизнь испортил. Её отец из дома выгнал.

Я ему не поверил.

- С чего вдруг он ее выгнал? Он надышаться на свою принцессу не мог.

- Так это пока она принцессой была. А потом он заявил, что ему такая бл***ища не нужна. И чтоб ты знал, он её выпроводил в коммуналку, которая ей от какой-то бабушки досталась. Насколько я знаю, без денег. А умеет ли она зарабатывать, как ты думаешь?

Неясная тревога, даже не так, уверенность, что девчонка в очередной заднице, поселилась во мне.

- Я откуда знал, что он так сделает? Где она сейчас? Адрес знаешь?

- Знаю. Я ездил недавно, хотел денег дать. У нее при виде меня истерика случилась. Убежала, дверь закрыла, денег не взяла. С голоду помрет или по рукам пойдет. Ты собой доволен теперь?

Я дернулся, чтобы дать ему по морде, но вовремя вспомнил про Сивого и свадьбу.

- Слушай! - я хотел рассказать Роме, кто он, но вместо этого попросил, - Адрес мне скажи.

- Зачем?

Нет, он издевается.

- Надо. Себе ее заберу. Я тебе  говорил уже.

Власов замолчал. Если отцу она не нужна, денег у нее нет, то девчонка должна быть сговорчивой. Да и вряд ли она может себя обеспечить. Воображение уже рисовало мне картины нашего совместного досуга.

Власов все же сказал мне адрес. А еще добавил, что ей нужен хороший психолог. Я не стал уточнять. Сам разберусь.

Сел в тачку и поехал на адрес