Глава 17

Сейлан

Замки, двери и заколоченные окна не стали бы для меня помехой. Уж слишком слабой была защита у людей. В считаные мгновения я оказался на улице, чтобы обнаружить служанку в тёплой накидке и летающего над ней горгула.

– Ты кто такая? – возбуждённо выкрикивал Кыш. – Как посмела потревожить его величество? Следишь за ним, да? А ну отвечай!

Девушка в панике отмахивалась небольшим кулём, бегала по вытоптанной тропинке то в одну сторону, то в другую. Прикрывалась свободной рукой и втягивала голову в плечи, но горгул не давал сбежать. Раз за разом он вставал на пути, устрашающе махая крыльями.

– Зачем пожаловала? – грозно вопрошал он. – Женщина в белой шапочке, я тебя спрашиваю!

– Отстань, нечистый! – вопила девушка, в очередной раз едва не столкнувшись с моим неугомонным питомцем.

– Я очень даже чистый, в этом году целых три раза купался в колодце, – возмутился он. – Дворцовая кухарка подтвердит, она об меня три ведра разбила!

И крутанулся, демонстрируя себя со всех сторон. Девушка не устояла на ногах, и в следующий миг большой сугроб поглотил её с головой. Из башни, спеша за мной, выбежала Снежа, ахнула при виде торчащих из снега ног и поспешила на помощь пострадавшей. Потянув её из белой ловушки, сразу же накинулась на горгула:

– Ты что творишь, проклятый?! Кыш пошёл!

– Зачем мне ходить, если я летаю?

– Кыш, кыш! – замахала Снежа, оттесняя его от насмерть перепуганной служанки.

Та прикрывалась собственной юбкой, и мне пришлось сосредоточить всё своё внимание на окружающем нас пейзаже. Всё лучше, чем видеть вязаные чулки девушки. Снежа попыталась одёрнуть служанку, но та ничего не слушала. Впервые кто-то боялся моего питомца больше, чем меня. А тот опустился ниже:

– Да здесь я уже, зачем зовёшь?

Служанка пискнула и задрала юбку ещё выше. Я понял, что придётся вмешаться.

– Ко мне.

– Ваше величество, – радостно воскликнул горгул и интенсивнее захлопал крыльями.

Казалось, он только меня заметил, что неудивительно. Зрение – слабость горгулов, они могли видеть лишь то, что происходит прямо перед ними, тогда как человек в состоянии улавливать движение боковым зрением, а дракон знал всё, что творилось за его спиной.

Снежа не без труда уговорила служанку опустить юбку и принялась отряхивать с ног до головы. Девушка немного успокоилась и начала с опасливым интересом коситься в мою сторону.

Я понадеялся, что в ужасе от горгула она не заметила, откуда я появился. Лучше, чтобы меня не видели рядом с барышней Октар. Среди слуг наверняка уже ходили слухи о том, что Нариар побывал в её спальне, не хватало, чтобы заговорили ещё и обо мне. Тогда репутация Снежи будет окончательно испорчена.

Я взмахнул рукой, и поднялась небольшая метель, скрывающая меня от любопытных взглядов. Я незаметно отступил к елям и, направляясь к дому, поспешил отойти от башни. Сердце неспокойно забилось в груди, потому что пришлось уйти, не попрощавшись с девушкой, слаще чьих губ я не пробовал. Ноги несли вперёд, но мысли остались позади.

Горгул догнал, когда я уже подходил к лестнице.

– Ваше величество, – заголосил он, – вы бы видели, какое ужасное создание хотело к вам пробраться. Ни лица, ни фигуры, разве что голосистая. Говорю вам, от этих девиц толку не будет. Одна хуже другой! Не верите? Горгул всё выяснил, ни одна вам не подходит.

– При чём тут я?

– Как же, вы молоды, не женаты, у вас чистое сердце и мягкая душа. Или наоборот? – Задумавшись, Кыш завис на одном месте. – Душа мягкой быть не может, потому что её вообще нет. Значит, если её нет, то… Ваше величество, вы бездушный! – Он нагнал меня и снова полетел рядом.

– Ты умеешь подмечать важные нюансы, – заявил Нариар, который только что вышел нам навстречу из парадных дверей. Он лучезарно мне улыбнулся. – И где это бродит по ночам всеми уважаемый король?

Я приблизился к сыну, придавил его тяжёлым взглядом, всем своим видом показывая, чтобы прекращал свои выходки, потому что быстрее зубы обломает, чем добьётся желаемого. Ясно, чего он хочет! Почувствовав мою симпатию к Снеже, желает отомстить за то, что хочу женить на человеческой девушке и поставить точку в свободной и разгульной жизни. Похоже, я был слишком мягок с ним и Адрианом, на многое закрывал глаза. Но сейчас очень захотелось показать свою силу и поставить зарвавшегося юнца на место.

Вот только тогда наши отношения будут окончательно испорчены.

Сдержавшись, я ничего не сказал и прошёл мимо. Быстрым шагом направился к выделенным мне покоям, снова и снова прокручивая в голове недавний поцелуй. Мягкость податливых губ и их упоительная сладость вновь всколыхнули во мне запретные чувства. Мучительно захотелось отбросить все установленные правила и взять то, что так сильно возжелал. Её! Подчинить, присвоить, сделать своей полностью, без остатка.

Разумом я понимал, что Снежа – лучшая партия для Нариара, но инстинкты жгли изнутри, тревожа моего зверя. Дракону не понравилось, что девушка осталась одна, его тянуло обратно, чтобы защитить её ото всех бед.

– Кыш! – позвал я, и горгул моментально оказался рядом, спланировав откуда-то сверху.

– Слушаю приказ, ваше величество.

– Посторожи Снежу, чтобы ничего плохого с ней не случилось за ночь.

– Конечно, будет сделано, ваше величество. Вот так всегда, – проворчал он, улетая, – как приглядывать за какой-то страшненькой девушкой, так Кыш, а как спать на мягоньком…

Его голос затих в темноте. Я попытался угомонить неспокойного зверя внутри меня, который бунтовал, рвался наружу, стремился к приглянувшейся ему девушке. Разве когда-нибудь такое бывало? Раньше я считал, что мой дракон жуткий привереда, который отвергал весь людской род, а сейчас происходило нечто странное.

В коридоре стало заметно меньше света. Человек тыкался бы тут, как слепой котёнок, но дракону темнота никогда не была помехой, поэтому я не стал сбавлять шаг. Повернул за угол, как вдруг сверху рухнуло нечто пышное и цветастое, и я сразу же сделал шаг назад. Мне в ноги плюхнулась разодетая женщина, её многочисленные юбки задрались, открывая вид на кружевные панталоны.

Я отвёл взгляд и с досадой цокнул. Да что за ночь такая? Все женщины решили продемонстрировать мне нижнее бельё?! Тут же подумал о Снеже, которая не спешила это делать, и сердце забилось чаще. Я покачал головой, пытаясь избавиться от соблазнительной картинки, которая тут же возникла перед внутренним взором. Хорошо, что девушке не пришло в голову дразнить меня подобным образом – я вряд ли удержался бы от соблазна.

Тем временем женщина, рухнувшая мне в ноги, поднялась, кокетливо поправила помятую причёску и широко улыбнулась.

– Простите, ваше величество… Свечи потухли, и я решила сама их зажечь, но не удержалась на стремянке.

Я посмотрел на канделябры и скривился при виде примятых фитилей. Нинни явно солгала, ведь с первого взгляда понятно, что свечи потушили нарочно. Но она хотя бы больше не рискнула давить на меня своей магией, довольствуясь обычными уловками.

– Ясно. Спокойной ночи, – холодно попрощался я с ней, собравшись было обойти и двинуться дальше, как вдруг женщина сделала шаг в сторону с совершенно глупым вопросом:

– А вы видели луну? То есть вы видели, какая она сегодня прекрасная? – Хозяйка замка махнула на окно, за которым было видно, как на тёмном небе зависли мрачные тучи. Я вспомнил, что оставил Снежу на улице, и начал злиться на себя. Она вернулась в башню? Заперлась? Что, если огоньки, согревавшие её комнату, уже потухли? Девушка такая хрупкая!

Глянув на госпожу Октар, которая явно невзлюбила свою дочь, процедил:

– Если вы немедленно не уберётесь с дороги короля, я приму это за оскорбление. Или вы нарочно меня задерживаете?

– Нет, что вы. – Она испуганно вжала голову в плечи и отступила в сторону.

Я направился к своим покоям и со злостью захлопнул дверь. Из комнаты, предназначенной для моих сыновей, послышался тихий вздох и подозрительный шорох. Если б не странное поведение Нинни, я бы не обратил на это внимания, но сейчас направился прямиком к спальне принцев.

– Адриан?

– Что?

Услышав голос сына, я обернулся. Он только что вышел из купальни, завязывая на ходу махровый халат, зачесал назад влажные волосы. Если звук издавал не он, то кто?

– Нариар спит? – спросил его, точно зная, что оставил того на улице возле парадного входа, и распахнул дверь.

На кровати кто-то лежал. Я приблизился и увидел девушку, которая делала вид, что спит. Укрывшись одеялом по шею, она старалась не улыбаться, но уголки губ непослушно подрагивали. Я вспомнил, как зовут дочь Нинни.

– Мартина?

Она томно улыбнулась и, не поднимая ресниц, потянулась ко мне.

– Дорогой, почему так долго?

Я оглянулся на сына, который зашёл следом за мной, и вопросительно выгнул бровь.

– Это не моё, – поспешно открестился он и направился прочь.

Я тоже вышел из спальни – хватит с меня на сегодня девиц в неглиже! Злость нарастала снежным комом. Адриан уселся в глубокое кресло в гостиной, закинул ногу на ногу, всем своим видом демонстрируя невозмутимость.

– Ты не против, если я переночую у тебя? А то у меня создаётся впечатление, что отбор проводишь не ты, а госпожа Октар.

– Довольно! – в ярости выдохнул я и решительно направился к выходу.

Распахнув дверь, едва не ударил ею Нинни, но женщина проявила чудеса ловкости, резко отскочив и при этом приняв изумлённый вид, словно это не она подслушивала, а я.

– Что такое?.. – произнесла было, но встретилась с моим пылающим гневом взглядом и, подавившись словами, с трудом сдержалась, чтобы не сбежать.

– Заберите свою дочь! – приказал я беспрекословным тоном.

Женщина робко кивнула, едва ли не на носочках прошмыгнула мимо и безошибочно направилась в комнату моего сына. Оттуда послышался девичий голосок, притом донельзя испуганный. Вскоре мать с дочерью вышли к нам, причём Мартина выглядела очень смущённой. А вот госпожу Октар, казалось, ничто не могло пронять. Ну это мы ещё посмотрим.

– Для незамужней девушки нет ничего ценнее, чем целомудрие! – жёстко произнёс я, глядя на этих двоих в упор. – Но столкнувшись с бесстыдным поведением одной из ваших дочерей, я засомневался в их чести. Поэтому сообщаю, что приму невестками только чистых девушек. Если в вашем доме принято завоёвывать мужчин через постель, то завтра каждая из барышень Октар пройдёт проверку на невинность!

– Что вы такое говорите? – потрясённо ахнула Нанни, глазки её забегали. – Как можете сомневаться? Каждая из моих дочерей…

– Смеете возражать? – осадил её. – Прочь! И благодарите ваших богов, что я сейчас в хорошем расположении духа, иначе не сносить вам головы. Моему дракону всё равно, что вы из знатного рода и женщина.

Нанни побледнела и пролепетала извинения, запинаясь на каждом слове. Её дочь вообще стала белее снега и вцепилась в мать так, будто боялась упасть. Обе торопливо покинули гостиную, осторожно прикрыв за собою дверь, словно опасаясь, что любой лишний шум пробудит моего зверя.

– Я правильно понимаю, что портить их можно, но вот брать в жёны только невинных? – со скрытой усмешкой уточнил Адриан.

– Нет.

– Однако твои слова говорили об обратном.

– Только Нариару не передавай, – устало попросил я и отправился в купальню, чтобы там выпустить пар.

Я позаботился о чести глупой девочки, которую мать послала в постель принца. Приказал Кышу охранять другую её дочь и предупредил Нанни о последствиях манипулирования. Что ещё могло пойти не так? Хотелось верить, что оставшиеся шесть дней не будут так же насыщены событиями. Тем более что ночь прошла достаточно безобидно. Мне удалось поспать, с трудом вытеснив из головы голос и нежные прикосновения Снежи. Но всё равно проснулся я не в духе и никак не мог понять, что же не давало мне покоя.

Явился на завтрак последним, обвёл тяжёлым взглядом обеденный зал и не нашёл ту, чей поцелуй прежней сладостью держался на губах. Не успел поинтересоваться, где ещё одна из барышень Октар, как в обеденный зал залетел Кыш, вопя во всё горло:

– Пропала! Я уснул, всего на минутку закрыл глаза, и она пропала! Пропала Снежа!