Глава 4

Игорь

23 декабря

Голова с самого утра раскалывалась. Похоже, пора заканчивать со спиртным. Да еще и плечо это. Хоть бы сегодня крупного ничего не случилось на вызовах, не знаю, как буду работать. Руку поднять не могу, засандалила чокнутая соседка хорошо.

Черт возьми, это же надо было умудриться ошибиться с этажом. Ну, точно, с синькой пора завязывать. Хорошо, что все закончилось относительно мирно.

Но, несмотря ни на что, понравилась она мне. Чокнутая немного, но классная девчонка. И сиськи шикарные — большие, упругие. Блин, так и потискал бы. Только вот вряд ли теперь подпустит. Да и мне что-то больше не хочется по горбу получать.

Роюсь в личном шкафчике в поисках Випросала.

— Эй, Толян, — толкаю топчан лежащего без признаков жизни сотрудника.

— Че, — раздается замогильный стон.

— Хер*во?

— Пошел ты. Лучше бы водички принес, — стонет приятель.

— Уже бегу, — смеюсь, захлопывая железную дверцу. — Ты сегодня дежурный. Сейчас главный по смене проверять будет.

— Сегодня Анрюха за главного, можно булки расслабить, — вздыхает Толик.

— Курочка! — раздается вдруг громкий крик.

— Что? — спрашиваю, выйдя в зал.

- К тебе тут пришли.

Андрюха как-то странно косится на меня, держа в правой руке контейнер с пирогами. Рядом с ним девушка. Я не вижу ее лица, она стоит ко мне спиной, но отмечаю про себя ее необычный наряд. Черная дубленка с изображением на спине барби из ярких блесток.

— Кто там пришел? — спрашиваю, а в следующий момент девушка оборачивается, окидывая меня растерянно-испуганным взглядом.

Гибона мать! Это ж та самая… что по хребту зарядила!

— Соседка? — нервный смешок срывается. Рука девушки вдруг опускается в карман, а я уже всерьез опасаюсь за свое здоровье.

— Эй, полегче, только без рук! — отскакиваю назад, демонстрируя ладони.

Она медленно достает из кармана руку, и я вижу зажатый в ее пальцах коричневый квадрат. Похоже на удостоверение.

— Это твое. Ты выронил, видимо. Но я тебе его не отдам, — чеканит строгим тоном, смотря на меня из-под сведенных бровей.

— Почему?

— Почему?! — удивленно. — Ты напугал меня! Проник через окно в мой дом, завалился ко мне в кровать! — наступает, тыча в меня документом. — Облапал, а вдобавок ко всему наступил на бедного Багира! И ты думаешь, я отдам тебе удостоверение?

Вчера не заметил, а сейчас вижу, насколько она хорошенькая. Голубые глаза с ураганом внутри, гуталиновые волосы, дугообразные брови и ямочка на щеке. Тигрица маленькая, не иначе. А с каким запалом выговаривает мне. С характером девчонка.

— А для чего ты тогда пришла сюда? — улыбаюсь, не сдержавшись. Меня так веселит в ней все.

— Я… — Девчонка растеряна. Опускает взгляд, нервно сжимает в руках корочку. — Я думала, что тот вор обокрал и твою квартиру и стянул это удостоверение. Твоя соседка, бабулька, рассказала мне, где ты работаешь, я хотела вернуть тебе его. А это, оказывается, ты и есть… Воришка! — на последнем предложении в ее тоне снова появляются гневные нотки.

— Да, но там было мое фото.

Хмурится. Раскрыв его, демонстрирует мне.

— Ты можешь разглядеть что-то по этому фото?

— Ой, точно, — смеюсь, почесывая затылок. — Я случайно постирал его в машинке. Фотка немного стерлась. Я тут на снежка похож, на тебя.

Вижу, как заливает краской ее щеки.

— Ребята, простите, что перебиваю, — еле сдерживаясь от смеха, встревает в разговор Андрюха. — Но девушка…

— Яна, — повернувшись к другу, уточняет соседка.

— Яна, — кивает Андрей. — Как вы сюда пробрались? Вас не остановил постовой?

— Никого не было. Я прошла свободно, — фыркнула та.

— Вообще-то в части запрещено находиться посторонним, — хмурится Овчинников.

— Я вам пироги принесла, полночи с тестом возилась, а вы такой негостеприимный, — возмущенно упирает руки в бока Яна. Удивленный прыти моей соседки, Андрюха не находится с ответом. Кажется, мне не стоит упускать возможность пообщаться с острячкой. Хоть убей, нравится мне она.

— Какая же она посторонняя? — спешу встрять в диалог. — Яна моя соседка. Вчера ночью мы постель с ней одну делили, хоть и недолго, — приобнимаю ее за плечи. Чувствую, как девчонка напрягается. — А еще вот какие пироги принесла. Кстати, с чем? — опустив глаза, смотрю на нее.

— С мясом, — произносит девушка шепотом, вконец растерявшись.

— С мясом, — поддакиваю, возвращая внимание к другу. — Так что, Андрюха, пойди, надери зад Алексееву. Наверняка горе-постовой опять посс…, пардон, отлучился. А Яна немножко со мной побудет.

Утягиваю девчонку за собой, но вдруг раздается громкий крик.

— Курочка, ты не охренел?!

— Да брось ты, — обернувшись, улыбаюсь Андрюхе. — Сейчас все от корпоратива отходят. Вряд ли кто из управы явится. Тем более, мы недолго. Чуток пообщаемся, — подмигиваю ему.

— Я лучше пойду, правда, — Яна пытается отстраниться.

— Ты ударила меня битой, ты в курсе? — повернувшись, смотрю на нее без тени улыбки. Самое сложное сейчас — сохранить суровость во взгляде.

— Помню, — кивает, глядя на меня широко распахнутыми глазами. И тут же надувает щечки, словно хомячок.

— Ты еще упрекать меня будешь за то, что я тебя ударила?! Да радуйся, что не прибила, к чертям!

— Ладно-ладно, — поднимаю ладони кверху. — Прости, хорошо? Я напился и был дураком, — вижу, что мои слова начинают просачиваться сквозь всю браваду злости.

— Но у меня реально дико ноет плечо. А вдруг вызов… — Она сдалась, вижу это по ее глазам. Форма действует безотказно на всех. Вручаю ей тюбик с мазью.

Покрутив его в руках, она возвращает ко мне придирчивый взгляд.

— Надеюсь, это не то, о чем я думаю?

— Расслабься, это Випросал, мазь на змеином яде. Хорошо снимает боль. Обработаешь мне плечо, а то сегодня на вызове мог ненароком сорваться с высоты и разбиться по твоей вине.

Молчит. Прикусив губу, смотрит на тюбик.

— Ладно, черт с тобой, — вздыхает так горько, словно на преступление какое соглашается. — Где мы это сделаем?

— Пойдем, — смеюсь, делая знак, чтобы следовала за мной. — Я не люблю делать это на публике, покажу тебе укромное место.

Яна бурчит что-то недовольное под нос, а я веду ее в сторону комнаты отдыха.

Овчинников уже успел проснуться и с парой ребят со смены теперь пялится в телек. Зайдя следом за мной, Яна так и остается на месте, ошарашенно глядя на экран. Черт.

— Эй, Толян. Выключи свою муть, у нас гости, — кричу сотруднику, открывая свой шкафчик.

Толян оборачивается. Бросив беглый взгляд в сторону Яны, хмурится.

— Между прочим, это качественное немецкое кино. Может, я так языки учу.

— Я-я, — коверкает девушка на ломанном немецком. — Очень ограниченный материал для изучения в таких фильмах, — заявляет Яна с пылающими щеками.

— Ольга Афанасьевна, от вас так вообще не ожидал, — стягивая с плеч Яны дубленку, оборачиваюсь к сидящей на топчане у окна телефонистке.

— А что Ольга Афанасьевна?! — восклицает женщина, поправляя на переносице очки. — У меня, между прочим, по немецкому тройбан был. Вот решила на старости подтянуть. Ладно, пойду я домой. Слава богу, смена моя закончилась, — покряхтывая, поднимается с лежанки.

— А кто сегодня дежурит? — спрашиваю у пацанов, заранее понимая, что ответ мне не понравится.

— Катюха уже на месте, — говорит Ольга Афанасьевна, выходя из комнаты.

При звучании ее имени не по себе становится. Захлопнув дверцу шкафчика громче, чем нужно, усаживаюсь на топчан.

— Чего замерла? Не бойся, не укушу… Пока, — смеюсь, глядя на испуганную соседку.

— Не думала, что пожарные так свое свободное время проводят, — произносит она, неуверенно двигаясь мне навстречу.

— А как должны? — мне интересно, какую версию она выдаст.

— Не знаю, — пожимает плечами, выдавливая из тюбика мазь. — Я думала, вы что-то вроде стриптизеров, крутитесь на шесте.

— Откуда у нас шест?

— По телеку видела. В каком-то фильме.

Смеюсь, представив эту картину.

— Давай уже свою спину, — раздается рычание девчонки. Надув смешно свои пухлые щеки, прожигает меня гневным взглядом.

Стянув футболку, отбрасываю на топчан. Зацепившись краем глаза за парней, вижу, что все как один уставились на мою соседку с дебильными улыбками на лицах. Идиоты.

— Эм… — раздается нечленораздельное за спиной. Обернувшись, встречаюсь с ее растерянным взглядом.

— Чего замерла-то?

— Вообще-то, если ты там сверху не заметил, то роста во мне всего сто шестьдесят сантиметров, и я никак не достану до тебя! — столько возмущения в голосе. Сел на топчан.

— Так лучше? — ехидно спрашиваю. Та молча кивает. — Только крема чуть-чуть наноси. Мазь сильная, кожу может обжечь.

— Как скажешь, неженка, — ее губы кривит хитрая улыбка, а в следующий момент пальцы касаются моей кожи, размазывая лекарство по спине. После легких болевых ощущений становится приятно. Несмотря на внешнюю дерзость, девчонка может быть нежной. Ее пальцы снова и снова касаются меня, а я ловлю себя на мысли, что не хочу, чтобы это заканчивалось.

— Эй, соседка, пироги обалденные! — раздается вдруг за спиной громкий голос Андрюхи. Умеет же, гад, испортить момент. — Курочка, вот вечно тебе везет, прохвосту! Мне б такую девушку! — продолжает голосить с полунабитым ртом.

— Я не его девушка, — бурчит Яна. И бьет меня по плечу, не сильно, но ощутимо. Видимо, благотворительность для меня подошла к концу.

— Где я могу помыть руки? — спрашивает девушка.

— Сейчас покажу. — Поднявшись с топчана, надеваю футболку. Обдумываю, как позакрывать рты идиотам и не портить мне момент.

Соседка быстро вымыла руки с мылом, и мы вышли обратно к парням.

— Яна, — подает голос Колян. — А вы не поможете нам? Мы сейчас елку в зале будем наряжать, так не хватает женских рук!

— Я вообще-то спешу, не знаю даже, — хмурится Яна, по всей видимости, напуганная столь пристальным вниманием к своей персоне. Хотя, судя по ночному инциденту, вряд ли может что-то напугать эту бестию.

На этих мыслях кожу вдруг начинает печь. Резко. Да так сильно, что глаза на лоб лезут.

— Яна, — сиплым голосом перебиваю Овчинникова, подняв кверху палец. — Ты сколько мази нанесла? Немного? — к последним словам тело обдает жаром. Чувствую, как капельки пота покрывают кожу.

— Немного. Ты же сам сказал. Всего-то половину, — с невинным выражением лица и коварной улыбкой на лице она поднимает вверх полупустой тюбик, давая мне понять, что помирать я буду скоро медленной и мучительной смертью…