Глава 7. Скрытые мотивы
"Давно не испытывал истинного,
настоящего влечения"
Как здорово спать, смотреть прекрасные сны и наслаждаться. Просто наслаждаться.
Мне снились заснеженные деревья, белые медведи и узоры. Сияющие морозные узоры на снегу.
Заснеженная поляна пошатнулась и выплюнула меня в реальный мир.
— С добрым днем, засоня, — улыбающаяся моська Васильева оказалась против моего лица.
— Совсем обнаглел, — пробурчала, повыше натягивая одеяло, — будить меня с утра пораньше.
Тело на той половине кровати фыркнуло.
— Ты проспала обед. Скажи спасибо, что я не разбудил тебя час назад.
Обед проспала? То есть нормальной еды я не увижу?
Ну, ладно. Стройнее буду.
Подумаешь, еда. Сон важнее.
— Ва-аря-я, — протянул нудный друг, — я тебе между прочим принес суп и салат. Было пирожное, но я благородно спас твою фигуру.
Суп — весомый аргумент. Нехотя разлепила глаза, "споткнулась" о довольное лицо Васильева и скривилась.
— По утрам радуются только извращенцы или маньяки. А давай мне обед в постель, а? Я не хочу-у встава-ать…
— Принеси, теперь подай, и кто из нас после этого обнаглел? — Лис сложил руки за голову.
Я потянулась, подтянулась, по-прежнему не желая покидать теплое гнездышко.
Забавно. Мы похожи на уставшую семейную пару с приличным стажем. Расстрепанная и сонная жена и заботливый муж. Объелся грушь.
— Ты где вчера пропала?
— Олени оказались немножко свиньи, — мягко сказано. — Еще я стала случайным свидетелем разговора Селены с какой-то женщиной. Хотя разговором назвать сложно. Селена истерически вопила, а женщина шипела и рычала, но не суть. Она заставляла Селену закрепить что-то, без чего та умрет, а она сказала что умрет, если это сделает. Понял?
Лис с удивлением рассматривал белую стену напротив.
— Она тебе не говорила, какой приворот сделала?
— Да, а еще сказала как его снять. Ну конечно не говорила, думаю мозг у нее есть чтоб не допускать глупых ошибок.
— Но она рассказала о самом факте приворота, так что глупостью не обделена, — фыркнул Лис, продолжая гипнотизировать стену.
— Прожжешь дыру — заставлю делать ремонт, — предупредила на всякий случай.
Ухмыляется. Что-то задумал.
Сбросит меня с кровати — отомщу. И мстя моя будет жестока. И беспощадна.
Лис ловко сдернул с меня одеяло, оставляя в одной короткой майке и черных трусах в звездочку.
Я ему устрою звездец!
Дернул за ноги, стягивая вниз и… защекотал!
— А-а-а! — завопила пополам со смехом. — Я… я… Лис, чтоб тебя… боюсь… отпусти-и… щекотки… подло… ха-ха… не могу… больше… смеяться…
Где-то со стороны двери донеслось глухое покашливание. Лис не сразу успокоился. Смеясь, он рухнул рядом со мной, раскрасневшийся и веселый. Я, видимо, выглядела примерно так же.
Мне не показалось. В дверях действительно был… стоял…
— Мороз Морозович, — с широкой улыбкой и сбивчивым дыханием, — а меня тут… будят.
Васильев продолжал улыбаться, но теперь настороженно просматривал пути отступления.
Ректор стоял в том самом свитере, который я позаимствовала. Прислонившись плечом к косяку и сунув левую руку в карман темно-бежевых чиносов, он выглядел потрясно, но не как ректор.
— Вижу, с вами все в полном порядке, — мягко произнес он. — Последствий проклятья не осталось.
Лис с облегчением вздохнул и выдал:
— Не осталось, я проверил.
На лице Мороза появилось загадочное предвкушение.
— Васильев, — добродушно начал ректор, — вам нравятся медведи? Любите полярных лис?
От улыбки друга осталось лишь воспоминание. Пора спасать товарища, пока его в заполярье не отправили "дарить людям радость нового года".
— Я панд обожаю, енотов, — Лис, чтобы не смотреть на Мороза и занять руки, заправлял мою постель.
Во время нашей кроватной "заварушки" я частично оказалась под одеялом. Откинув мягкое и теплое, слезла с кровати.
Футболка не была рассчитана на появление незваных гостей, и как бы я ее не натягивала — труселя можно беспрепятственно разглядеть вместе с ногами.
Мороз перевел взгляд с Лиса на меня и слишком заметно посуровел.
Друг резкую смену настроения тоже заметил и решил сбежать. Как настоящий мужчина.
Проскользнув мимо ректора остановился в гостиной и, активно жестикулируя, зашептал:
— Я тебя внизу…
Мороз обернулся, Лис замолк, оглянулся по сторонам, мол, не понимаю как здесь оказался.
Хлопнула дверь.
И почему у меня ощущение, что все это — уже было? Каждый день одно и то же, действие меняется, а суть остается.
— Липова, скажите мне, почему каждое утро у вас в комнате находятся мужчины? — беспристрастный Мороз в расслабленной позе устроился на стуле.
Мужчины? Хорошо, что про себя не забывает.
— Не поверите, я задаюсь тем же вопросом, — сложенные на груди руки, сосредоточенный взгляд и труселя со звездочками.
Идеальный вид для ведения переговоров. Смути, убеди, победи — мой лозунг. Определенно.
Что делать: бежать натягивать штаны или выдержать взгляд? Убегу — проиграю дебаты, останусь — порадую глаз Мороза. Нет-нет да проходится по фигуре. Как бы невзначай.
Всегда можно объяснить: "Вы сами провоцируете", а я вообще не виновата. Сделали из моей комнаты проходной двор.
Ректор, уважаемый человек, взрослый и мудрый, а о личном пространстве — не, не слышал.
— Я пришел узнать о вашем самочувствии, — с налетом легкой улыбки смотрел в глаза. — Вы моя студентка и я несу ответственность за вашу жизнь.
Никогда еще не испытывала подобного чувства: стою едва ли не полуголая перед удобно устроившимся мужчиной. Словно я стриптизерша. Свитер хотя бы пятую точку прикрывал.
— Васильев мой друг, его тоже волнует мое состояние.
Волнение нарастает с каждой минутой. Выгляжу я прекрасно, без сомнений, но почему Мороз со спокойствием удава сидит и даже не просит одеться? Не изображай я невозмутимость, давно бы ускакала и закрылась в гардеробе. Одно дело — случайно подглядеть, другое — разговаривать в таком виде.
Да, он уже видел меня в белье, и не один раз. Но это было стечение обстоятельств!
— Кстати, Мороз Морозович, а почему я у вас дома очнулась без одежды?
— Мне необходимо было видеть энергетические потоки под кожей, — ничуть не смущаясь, он закинул щиколотку на колено.
Мне больше нравился суровый ректор в будний день, а не отдыхающий от своих обязанностей Мороз.
— Вы меня в чем-то подозреваете? — он изящно изогнул бровь.
Ощущение, будто нахожусь на заседании. "Слушается дело по соблазнению профессора Снежной Академии, Верховного чародея Верховного Сообщества Чародеев, первого консультанта Министра магии по вопросам образования юных волшебников, основателя и ректора Снежной Академии Мороза студенткой Липовой Варварой. Обвинитель со стороны потерпевшего — Мороз, со стороны защиты — сама подсудимая. Заседание считать открытым". Я реально чувствую себя соблазнительницей, но у меня ведь и в мыслях не было!
Ответить на вопрос, значит продолжить обсуждение щекотливой темы. Лучше всего свернуть в другую сторону.
— Мороз Морозович, вы знаете, что вас приворожили?
Настолько удивленным я его, кажется, еще не видела.
Низкий глубокий смех тоже услышала впервые. М-м… чарует… Ему бы почаще смеяться и равнодушных вообще не останется.
— Надеюсь, не вы до этого додумались? Моя симпатия к вам естественна без приворотов.
— Не я. Что?!
Правый глаз задергался. Несильно, но ощутимо. Руки сами собой потянули футболку вниз. Непроизвольно. Мороз сопроводил мое движение снисходительной улыбкой.
Ну зачем? Заче-е-ем? Как мне теперь ему в глаза смотреть? Как себя вести? Как?!
— Дышите, Варвара.
Вдох-выдох… вдох…
Всевышний! За что?!
— Дышите.
Вдох-выдох…
Ему показалось. Он просто полторы тысячи лет никого не замечал, а я слишком часто попадалась на глаза. Вот и все. Вот и все!
— У вас… прекрасное чувство юмора, Мороз Морозович, — засмеялась я. — Чуть до приступа не довели.
Ректор больше не смеялся. Какое-то время всматривался в мое лицо, затем кивнул своим мыслям и с отстраненным выражением строго спросил:
— Кто приворожил? Откуда информация?
Расслабленно выдохнув, рассказала все, что говорила Селена и пересказала подслушанный разговор. Меня поблагодарили за донесение и посоветовали быть максимально осторожной, обращать внимание даже на, казалось бы, незначительные мелочи. Почему — Мороз объяснять не стал. Напоследок посоветовал переодеться в спортивную форму и приготовиться к еженедельным академическим играм.
Я к чему угодно приготовлюсь, лишь бы больше не испытывать того дикого страха. Шутки у ректора никуда не годятся. Подарила бы ему пособие по развитию чувства юмора, да боюсь отчислит.
***
На сборы ушло около часа. Не торопясь залезла под душ, обдумывая странное поведение Мороза. Вернее, для меня оно странное, а для ректора…
По последним слухам, мы с Морозом уже два раза серьезно поссорились и успешно помирились, и все из-за Васильева! Конечно, нашли камень преткновения. Устроили мексиканский сериал из Академии. Сами придумали и сами же в недоумении — как одна девушка свела с ума двоих мужчин. Одного — самого лучшего в мире ректора, второго — простого, но очень перспективного студента. Мне тоже интересно, когда я все успеваю?
Бегай я за Морозом подобно остальным жаждущим внимания студенткам, едва ли возник шум-гам вокруг моей персоны. А мне нет нужды за ним бегать. Он — ректор. Единственные отношения, которые я хочу иметь в Академии, — образовательные. Меня учат — я учусь, веселюсь и радуюсь. Все!
Лис обещание сдержал. Терпеливо сидел на скамейке и ждал меня.
Не сговариваясь, оделись гармонично. Бежевый костюм у меня, на тон темнее — у него, даже по крою похожи. Можно подумать вместе собирались.
— Клевый прикид, — оценил друг, закинул руку на плечо и повел в противоположенную сторону от центрального входа.
— У тебя тоже. Спасибо за обед и доставку в номер.
— Ерунда, — мы свернули в темный коридор с ярким белым светом в конце. — Чего от тебя Мороз хотел?
— О самочувствии узнал и я рассказала о привороте.
Об остальном умолчала. Лису доверяю, но все ему знать необязательно. Стены здесь тоже подслушивать любят. Увеличение слухов в геометрической прогрессии Академия просто не переживет. Взорвется от концентрации злобных стерв на один квадратный метр.
Мы вышли на заснеженный стадион, окруженный гигантскими ледяными столбами. На вершинах каждого — табло из снега с мигающими разноцветными шарами.
Большая часть мест занята, а мне, самой любопытной, захотелось сесть в первом ряду.
— Лис, а что это за "еженедельные игры"?
Взгляд скользил по лицам студентов. Здесь даже яблоку станет тесно.
— Я говорил, что Мороз на фантазию не жалуется? Каждую субботу на стадионе устраивает игры, какие — никто не знает, кроме самого Мороза. Ничего сверхсложного, зато всегда весело.
— Верховный чародей — массовик-затейник. Интересно, водить хороводы вокруг елки тоже он придумал?
Белобрысая наглая персона в окружении щебечущих девушек избрана целью номер один на освобождение места. Пантин с самодовольством о чем-то рассказывал. Мое приближение не заметил — настолько увлекся навешиванием лапши на уши.
— Инфа сотка: на втором этаже сейчас начнется кастинг на должность личного помощника Мороза, — я поочередно смотрела на девушек, минуту назад виснувших на Пантине.
— И что? — пискнула одна с непониманием.
— Есть шанс стать ближе к Морозу, — акцент на слове "ближе" подействовал безотказно.
Блондинка, шатенка и брюнетка рванули с места кто быстрей. Вот что значит — правильно замотивировать!
— На кого ставишь? — Лис с ухмылкой смотрел им вслед. — Брюнетка добежит первой.
— А я думаю блондинка, — она как раз на очередном шаге чуть на шпагат не села.
— Э-э, ты что творишь? — Пантин вскочил на ноги.
Лениво обернулась, демонстрируя острую неприязнь. Ну, я точно не знаю, но очень надеюсь.
Блондинчик сперва яростно сопел. Видимо, в этот момент в его светлом уме замкнулась нелогичная цепочка, потому как он с холеной ухмылкой протянул:
— А-а… Я понял. Ты решила избавиться от конкурентов, чтобы мое внимание досталось тебе одной?
Над ухом раскатисто засмеялся Васильев, но Пантина это не смутило.
— Мороз отшил тебя, прибежала ко мне?
Смех прекратился.
Мое недоумение приобретает гигантские масштабы.
Студенты превратились в уши. Конечно, такой спектакль пропускать нельзя, повтора не будет.
— Думать — штука полезная, но с чего ты взял, что у тебя получается? — вкрадчиво поинтересовался Лис и притянул меня к себе за плечи.
На бледном лице мелькнула озадаченность. Ненадолго.
— Так ты… — губы расплылись в широкой улыбке с последующим издевательским смехом. — Ты с ним теперь, что ли? Ха-ха! Эй, народ! Вы это слышали?! Наша ведьма теперь с Васильевым!
Мы с Лисом переглянулись.
Кидаться опровержениями? Бессмысленно. Толпа уже улюлюкает и гогочет вовсю, любые аргументированные доводы будут восприняты неадекватно.
Доказывать свою правду? Отстаивать непричастность к любым отношениям? Можно было бы, но зачем? Люди любят верить в то, во что хотят верить.
Не обращая внимание на громкие обсуждения вокруг, мы сели на свободные места.
— Как думаешь, через сколько минут они нас поженят? — Лис наклонился ко мне.
— Минут пять, не больше.
— Уже написала клятву? Учти, без клятвы я на тебе не женюсь.
— Ты праздничный ужин заказал? Учти, без праздничного ужина на брачную ночь не рассчитывай.
Позади нас захихикали девчонки. Готова спорить — они услышали только последнюю реплику.
Обсуждения среди женской половины студентов быстро сменили вектор. Теперь они обсуждали взятие штурмом "ледяное, продрогшее от одиночества" сердце ректора. Ну, не такое уж и ледяное. И сам он далеко не холодный.
Пантин всячески способствовал порождению новой волны слухов и сплетен, и у него это прекрасно получалось. Гораздо лучше, чем думать.
Для удобства я улеглась Лису на плечо. Нас все равно считают парой, так что хуже не будет.
Покрытая льдом Академия блестела на солнце, переливалась цветами радуги.
Год назад, когда я не смогла пройти сюда, думала, что никогда не смогу увидеть ее. Каждый день рисовала в воображении величественное здание, прогуливалась по коридорам и верила. Верила, что мечта сбудется.
И вот я смотрю на нее, могу дотронуться до стен рукой… я счастлива! Рядом со мной друг, вокруг — неприятели, мы — против целого мира, и чистый кайф…
В меня никто не верил. Даже родная мать. Но я здесь. Я смогла. И никому не позволю отнять у меня мечту.
Из Академии твердой поступью вышел Мороз, в том виде, в котором я его видела час назад.
При дневном свете белые волосы казались сияющими, а узоры сверкали на солнце тысячами белых искорок… Словно снег в свете фонарей…
Студенты затихли. Девушка по соседству вовсе забыла, как дышать. Признаться честно, я ее понимаю. Мороз выглядит даже лучше обычного.
Нет, он всегда шикарен, но теперь что-то изменилось. Словно на него вылили флакон флюидов и ведро тестостерона.
— Как настроение? — спросил весьма органично, будто он не ректор, а старый приятель.
Удивлялись только новички, остальные охотно рассказывали о прошедшей неделе, кто-то даже высказался о несправедливой оценке профессора Даронина.
— Лис, что происходит?
Мороз беседовал с каждым и со всеми одновременно. В легкой, не присущей ректору манере.
— Это методика Мороза, — шепнул друг. — Чтобы быть ближе к студентам, лучше нас понимать, каждые выходные он надевает обычный свитер и тусит с нами на равных. Никто не переходит черту, отчислять выходные не мешают, но вообще круто придумал. Ректора лучше Мороза не существует.
Вау… Система.
Никогда бы не подумала…
Я знала, что Снежной Академии равных нет, но моя фантазия скудна по сравнению с Морозом.
— Кто хочет сыграть? — он неожиданно перешел к сути.
Желающих оказалось… все. И никого не пугает отсутствие вводных? То есть делайте со мной что пожелаете, я согласен или согласна на всё.
Взгляд голубых глаз прошелся по мне и остановился на Васильеве. Он как раз тянул руку, а вторая, перекинутая через мое плечо, расслабленно болталась.
Хитрый прищур остался непонят окружающими, но только не мной. Мороз снова решил отыграться на Лисе?
Рука взметнулась быстрее, чем я сообразила.
Уголок губ ректора едва дрогнул.
— Выходите, Васильев. И Липову с собой берите, уж больно лицо у нее довольное.
Представляю, какой фейерверк происходит в головах наблюдающих. Наверняка тридцать три варианта убиения любовником второго любовника. Ведьма ведь не может быть одна, ее ж кровать всегда должна быть занята. И она занята. Каждый день. Мной.
Девиз "делай, а потом думай" стал, похоже, символом моей жизни. "Не дам друга на растерзание", — звучало в голове, когда я тянула руку. Голос переменился, теперь внутренняя Варя машет ручкой и кричит: "Адьёс, увидимся после твоего позора!"
Есть тип людей — очень мне нравится, — у них на лицах написано все. Начиная от радости встречи и заканчивая ненавистью к миру. Но существует другой тип, — этакие загадочные личности. Хоть засмотрись — ничего не разберешь. Это как раз про Мороза.
Лиса распирало от нетерпения. Подпрыгивая на месте, он весь светился от счастья.
Я не могу радоваться непонятно чему, поэтому просто смотрела на Мороза в ожидании. Не уверена в правильном толковании, но глаза Мороза горят азартом.
Мерещится всякая ерунда, честное слово.
Вблизи его кожа ослепительно сверкала. Удивительно! Он будто обшит тысячами бриллиантов.
Как такое возможно? Это взаправду или иллюзия? А если снять свитер, засияет весь?
Немыслимо!
Я хочу проверить.
— Варвара, вы меня слышите? — ректор вопросительно на меня смотрел.
А-а… я засмотрелась и все прослушала?
— Конечно, — невозмутимо кивнула.
Не говорить же при всех студентах, что задумалась, весь Мороз светится или только часть?
Справа от нас воздух зарябил, переливаясь радужным светом.
Так, переход.
Лис уверенно шагнул в него.
Ну, не отправят же нас на съедение волкам?
— Узнайте задание у Васильева, — раздалось над ухом.
Похоже, я отношусь к тому типу людей, у которых все всегда написано на лице.
Не оборачиваясь, шагнула в переход.
Ель метель! Зеленый лес вокруг, соловьи поют, летом пахнет… и Лис на дерево карабкается.
— Ты чего так долго? — прокряхтел он, подтягиваясь на ветку. — У нас всего полчаса.
— Полчаса на что?
Друг с неверием посмотрел сверху вниз.
— Серьезно? — протянул с досадой. — Ты не слушала?
Неловкость с самого утра бьет рекорды.
— Э-э… я задумалась… м-м… сильно задумалась.
Лис хотел что-то сказать, но передумал и просто кивнул.
— Координируй меня снизу!
— Объясни хотя бы, за какой шишкой тебя туда понесло?
— Нам надо поймать белку и сделать с ней фото, — зад Васильева, обтянутый штанами, мелькал перед глазами.
— Какой в этом смысл?
— Варя, не тупи! — лицо Лиса превратилось в небольшое пятно. — Это просто игра, понимаешь? Смотри, где пушистый хвост? Куда мне дальше?
Мучить животное ради какого-то фото! Игры у Мороза… бессмысленные. Знала бы, ни за что бы не подписалась.
— Ну, я пока вижу только одну белку, — протянула, заслоняя глаза от солнца.
— Где?
— Да вот же, я прямо на нее смотрю.
— Ха-ха, — буркнул Лис, — когда спущусь вместе посмеемся. На твоей кровати было очень удобно веселиться.
— Еще б ты сказал, что неудобная! Сам завалился, без приглашения. Так, на соседнее дерево смотри! Справа рыженькая скачет. Да от меня справа!
Белка с повышенным интересом наблюдала за интуристом. Кажется она даже забыла, куда бежала. Увидела странный объект и замерла в ожидании. Ей бы попкорна в лапах не хватает.
А я тоже на фото должна присутствовать? Я люблю экстрим, но лезть по дереву на высоту двухэтажного дома категорически несогласна.
Пока Лис спускался на пару веток ниже, белка подскочила, зацепилась за его штанину, в пару прыжков добралась до макушки, уцепилась лапами за волосы и ка-а-ак дернет.
Вопль друга спугнул с гнезд нескольких птиц, а белка ему за это еще и по уху дала.
— Че разорался? — недовольный тонкий голос казался нереальным.
Это точно белка говорит?
Белка?
— Я вас тут полчаса ждала, — она потрясла кулачком. — Из-за Мороза поляну с грибами упустила!
Так. Белка не плод моего сломавшегося воображения. Какое счастье!
С ума сойти.
У Мороза свой личный зоопарк говорящих животных? Он их дрессирует или заколдовывает?
Сколько всего мне предстоит узнать!
— Уважаемая, простите, пожалуйста, а дар речи у вас врожденный или приобретенный?
Белка перегнулась через голову Васильева и окатила меня презрительным взглядом.
— А отсутствие мозга у тебя врожденное или по пути отбили?
Вот мне просто любопытно — у Мороза все подопечные хамоватые и наглые? Палец в рот не клади, по локоть откусят и не подавятся.
— Лови! — внезапно крикнул Лис.
Вопрос "кого?" отпал сразу — на меня, с грозной моськой, летела белка.
Ель метель! Как я ее должна ловить? У нее на морде написано: "Не прикасайся, убьет!"
Коричневатый хвост попался под руку вместе с орущей рыжей "милашкой".
Раньше и не подумала бы, что буду выслушивать от белки проклятья до десятого колена и уничижение моих умственных способностей.
— Я прибью сначала ее, а потом тебя! — пообещала спускающемуся с дерева Лису, удерживая рыжую за хвост в вытянутой руке.
— Я тебя сама сейчас… ух, я до тебя доберусь! Ну, давай! Че, слабо, да? Слабо? Да потому что кишка у тебя…
— Лис! — завопила я.
Нет, почему я должна все это слушать?!
— Здесь-здесь, все. Улыбаемся и машем!
Стадион встретил нас громким улюлюканьем, свистом и аплодисментами.
Однако…
А где салют и оркестр? Почему не встречает Министр? Чтоб по всем фронтам.
Мороз наблюдал с первого ряда. На лице — задумчивое выражение, на губах — полуулыбка, вокруг — студентки, не знают как повернуться, чтобы до него дотронуться.
Не пойму, его это огорчает или радует?
— Молодцы, — он поднялся с места.
— О! Шикарно вышло! — Лис дернул меня за руку.
— Что там…
Ох, ель метель!
С каждого табло на нас смотрели мы с Лисом и рыжая стерва. Я — с выпученными глазами в момент, когда хвостатая потянула меня за волосы. И Лис, схватившийся за белку с благим намерением оторвать ее от меня с пучком моих волос.
— Действительно "шикарно", — аж глаз дернулся.
Руки непроизвольно пригладили волосы. Все на месте, не считая пары совсем не лишних волосков.
Студенты не спеша возвращались в Академию. Обсуждали какой-то бар, вечер, наше фото, отдельно Лиса и меня, нас в контексте "новой пары", завтрашний выходной.
— О каком баре они говорят? — мы заходили в коридор последними.
— Еще одна фишка Мороза, — Лис поморщился, ощупывая ссадину на щеке. — На один вечер столовая становится баром. Из алкоголя только вино и пиво, но зато всегда весело.
— Снова веселье? Нам придется сражаться с зебрами за стол и отбиваться от реактивных кенгуру?
Друг засмеялся и снова сморщился.
— Не, все мирно. Я зайду за тобой… часа через два, — он махнул рукой и завернул на четвертый этаж.
Академия не перестает меня удивлять.
***
Пока я писала реферат об одном из пяти способов распознавания артефактов, два часа пролетели незаметно.
Я впрыгнула в платье, за две минуты накрасила ресницы, подчеркнула губы алой помадой. Надо ведь соответствовать образу ведьмы.
Элегантное кружево на спине, аккуратные туфли, еще бы островерхую шляпу на голову и черного кота подмышку, и мама родная не признает!
Стук в дверь раздался вовремя, я только закончила с волосами.
— Ва-арька, — взгляд друга заскользил по фигуре, — а чего не белое? Где фата? Подвязку надела? У нас все-таки брачная ночь впереди.
— Кружевное без подвязки сойдет? — я оттеснила Лиса с прохода.
Две девушки с заинтересованными лицами остановились напротив. Бесплатный аттракцион "сплетни всем" работает круглосуточно без перерывов на обед.
— Согласен на все, — хмыкнул Васильев, взял меня за руку и повел к лестнице.
По пути с наглой соблазнительной улыбкой подмигнул девчонкам.
У Мороза появился конкурент. Лис уведет у него одну… нет, двух поклонниц!
А что? Я бы присмотрелась. Не будь мы друзьями — точно взяла бы на вооружение. Красивый, умный и с юмором. Чего еще надо?
Может, поступиться принципами?
Рыжие волосы забавно торчат в разные стороны, из-под рубашки проглядывает спортивный рельеф… Узоров только не хватает, но это мелочи.
— Варь, я ведь сейчас решу, что в самом деле тебе нравлюсь, — Лис мягко улыбнулся.
— Нравишься, — кивнула, — как друг.
— А-а, хитрюшка! — Лис засмеялся. — А я почти поверил.
У всех бывают помутнения. Не понимаю, что со мной происходит, но пора прекращать экспериментировать. Учеба, учеба и еще раз учеба — залог моей успешной жизни.
Никаких отношений!
В полумраке первого этажа свет исходил лишь от неоновой вывески "БАР" на стене и стрелки влево.
— Воу…
Вместе со мной не сдержали возгласа двое новичков. Одного я помню, стоял в овечьем полушубке тогда, в первый день. Трясся то ли от страха, то ли от холода.
Лис уверенно потащил меня ко входу. Только теперь услышала ритмичную музыку и веселые голоса. Толпа гоготала у открытых дверей, загородив проход.
Нас оценили придирчивые взгляды, особенно "прошлись" по мне.
Им не надоело? Моя персона никак не дает покоя?
— Ребят, ну неприлично девушку в упор рассматривать, — не смогла промолчать. — Я обижусь, разозлюсь и в сусликов вас превращу. У меня для этого все ингредиенты есть: плоть мужчины, — дернула Лиса к себе, — волос врага…
Эффект неожиданности сработал прекрасно — стоящий ближе остальных вскрикнул и ухватился за макушку.
— И комната номер тринадцать, — закончила перечислять.
— Обязательно тринадцатая? — спросил, видимо, самый смелый.
Я уже вошла в образ.
— Разумеется! Это ведь древнее магическое число. Один плюс три равно четыре. Число смерти! Ну что, в сусликов или извинитесь?
Предупреждающе сложила руки на груди, пока Васильев рыдал от смеха на моем плече.
— Кого вы слушаете? — надменный голос прорвался сквозь толпу вместе с владельцем. — Она обычная девка, подстилка. У нас таких половина Академии.
Пантин мерзко хохотнул.
Я — подстилка?!
— Повтори, — сухо попросила, пряча эмоции.
Спиной ощутила исходящее от Лиса напряжение.
Блондинчик подался вперед и чуть понизил голос:
— Тепло под Морозом?
Замахнулась прежде, чем до конца осознала смысл услышанных слов. Рядом натурально зарычал Васильев, словно вот-вот бросится на Пантина.
Быть жестокой разборе, если бы не суровый голос:
— Замерли. Все.
Хмурый Мороз вышел из бара.
Моя ладонь остановилась в сантиметре от бледной щеки.
— Пантин, у вас прорезался голос? — ректор говорил бесстрастно, лишь глаза выдавали гнев. — Отправитесь в Арктику белым медведям песни петь про Новой Год. Просите прощения у Липовой.
Бледное лицо перекосилось, глаза сверкнули.
— Я не люблю повторять дважды, — спокойствие ректора казалось незыблемым.
Разум все же взял верх, потому как в следующее мгновение мы услышали:
— Извини, Варвара. Я был неправ и оскорбил тебя незаслуженно.
Искренности в его словах не было ни грамма.
Обидно. Из-за неверных выводов, наслушавшись сплетен, вылил свою желчь на меня.
Вымолвить "прощаю" мне гордость не позволила. Ограничилась скупым кивком.
— В понедельник жду вас у себя в кабинете, — Мороз повернулся к Пантину. — Насчет песен в Арктике я не шутил.
Он скрылся в полумраке бара.
Взгляд Пантина сказал, что это еще не конец.
Согласна. Пока лично не приложу руку о его наглую морду — не успокоюсь.
— Я убью его, — Лис приобнял за плечи, глядя в спину Пантину, — если он снова тебя оскорбит.
— Васильев, — голос Мороза звучал строго, но слышалось скрытое веселье, — я могу сделать дуэт и устроить медведям двойной праздник.
— С удовольствием, — не растерялся Лис и тише добавил, — не придется гоняться за белобрысым по всей Академии.
Это фиаско.
Мороз снова появился на входе, теперь — с бокалом в руке.
— Уважаю ваше стремление постоять за подругу, но в стенах Академии я судья.
— Отлично, мы очень удачно будем в Арктике, — чтоб не выглядеть слишком нагло, Лис говорил тихо, склонясь ко мне, да только знает же — Мороз все слышит.
Вокруг нас, — уже неудивительно, — любопытствующие ждали сенсаций.
— Липова, вы заразили Васильева неугасающим энтузиазмом? — бровь ректора взметнулась вверх.
Ага! Давайте дружно сделаем меня крайней.
Ну уж нет.
— Так ведь хорошо, Мороз Морозович, что я заражаю энтузиазмом, а не чем похуже. Не хочу прерывать наш обвинительно-воспитательный диалог, но позвольте один вопрос: меня будут кормить? Ужин, свечи, вино? Можно просто ужин.
Мне прилетела парочка уничижительных взглядов от студенток.
Я надеялась произвести невиданный фурор — гордой походкой зайти в бар с ректором по одну сторону, Лисом — по другую. Все лопаются от зависти, я игнорирую злобные взгляды и… ем. Голодная похлеще волка.
— Мороз Морозович, кроме вас никому не могу доверить мою драгоценную Варьку, — Лис от нетерпения чуть не подпрыгнул. — Вверяю ее в ваши надежные руки! Заберу через час.
Он чмокнул меня в макушку и стремительно ускакал. Успела выдать обалдевшее и красноречивое:
— А…?
Хм… Ну, на один голодный рот меньше.
У Лиса желудок бездонный, ушел — мне больше достанется.
Ректор был поражен не меньше.
— Вы ведь не позволите мне умереть голодной смертью?
Я планирую жить долго, счастливо и сыто. Голодовка в мои жизненные планы не входит. И вообще я не гордая, могу поужинать в одиночестве.
— Раз Васильев попросил сберечь "его" драгоценность, — Мороз скептически хмыкнул, — я не могу отказать.
Не поняла, в чем подвох… Ладно. Накормят — и славно. Заодно расспрошу ректора о… обо всем. У меня слишком много вопросов, чтобы определиться с чем-то конкретным.
Пока я ела, мы молчали. Мороз лишь потягивал вино и изредка закидывал в рот кусочки сыра.
Подумаешь, уминаю стейк без зазрения совести, и закусываю салатом. Я голодная. Мне не до вежливости. К тому же сам отказался. Не запихивать же в него силой, правильно?
Сыто поглаживая животик, пригляделась к преобразившемуся интерьеру. Взгляд сразу зацепился за барную стойку, а бармен все внимание перетянул на себя. Он чернокожий!
Ель метель… я ж никогда не видела их в живую! Все на картинках, в кино, а тут…
Девчонки заняли все свободные места у стойки, кокетливо стреляя глазами в бармена и убийственно — друг в друга. Часть студенток были заняты танцами и обнимашками, а остальная — бросала "камни любви" в нашего ректора. По-другому эти взгляды назвать не удастся при всем желании.
Мороз отсалютовал бокалом улыбающемуся Мортимерсу, тот в ответ растянул улыбку на максимум.
— Вам не кажется странным пить со своими студентами? — сделала небольшой глоток вина исключительно из вежливости.
Ну, мужчина пьет, а я за все время к бокалу не притронулась.
— Студенты не школьники, Варвара, а совершеннолетние взрослеющие люди.
— Но вы ректор.
Вино, к слову, вкусное. Я ни шишки не разбираюсь в алкогольных напитках, но даже на мой дилетантский взгляд этот "напиток богов" не из дешевых.
Ух ты! Здесь диджей! Почему-то не заметила его сразу. Экзотический бармен перетянул все внимание на себя.
Можно было предположить, что меня удивит плей-лист вечера, но мои ожидания превзошли.
"… идет не спеша девчонка, девчонке шестнадцать лет".
Серьезно?
У меня слуховые галлюцинации?
На импровизированном танцполе прямо-таки отжигал Лис.
Все встало на свои места. Особенно когда он перекрикивал музыку:
— Чужие губы тебя ласка-аю-ют! Чужие губы шепчут тебе!
Возможно, я бы его даже поддержала… Будь я на литр пьянее и знала, что поблизости нет Мороза.
Он наблюдал за Васильевым и смеялся. Тихо, по-доброму и искренне.
Что, если причина субботних посиделок среди студентов в… эмоциях? Банальная радость от созерцания счастья?
Лис в данный момент похож на самого счастливого человека на свете. Бросил меня на Мороза и радуется.
— Вам не помешает научиться следовать своим желаниям, — ректор приковал ко мне взгляд ярко-голубых глаз.
В полумраке они казались звездами. Путеводными или обманывающими ожидания — неизвестно, но сияют ярче любых огней.
— Что вы имеете в виду?
Оторвать взгляд оказалось очень сложно. Лучше не заглядывать в его глаза. Буду смотреть… да хоть на свитер!
— Вы хотите задать вопрос и не решаетесь, — спокойно, даже слегка небрежно, пояснил Мороз. — Это элементарное чудо — делать то, что хочется. Почему же вы лишаете себя его?
— Если все начнут делать то, что хотят, наступит хаос.
— Ваши желания выходят за грань закона? Связаны с преступлением против человечества или природы? — его голос завораживал не меньше глаз.
Теперь я понимаю с ума сходящих по Морозу. Меня он в качестве предмета соблазнения не интересует, конечно. Я бы порекомендовала умерить свою "волшебность", иначе он рискует пасть под натиском какой-нибудь упрямой целеустремленной особы.
— Я за мир во всем мире, Мороз Морозович, — опустошила свой бокал. — А вы?
Ответного вопроса он, похоже, не ожидал.
— Липова…
— А что? Неужели вам не хочется чего-то такого-этакого, что вы очень-очень хотите, но не можете получить, даже несмотря на свое могущественное могущество?
— Хочется, — не раздумывая кивнул ректор.
Взгляд ярких голубых глаз будто проник в душу. Видел самую суть. Глубинную. С потаенными желаниями… которых у меня нет. Ну, если не считать порабощения мира и заселения планеты миньонами.
Засмеялась собственным мыслям.
Мой высокопоставленный собеседник искренне удивился внезапному смеху.
— Что вас так веселит?
Эх… не говорить же правду, в самом деле.
— Не переживайте, не вы. В смысле, я не с вас смеюсь. Ну, то есть не от того, что у вас есть какое-то особенное желание, на которое у вас силы не хватает… м-м… волшебства. Хм… могущество не распространяется… я хотела сказать…
— Вы достаточно сказали, Варвара.
Иногда меня посещает чувство, словно я сказала что-то не то. Это — оно.
Мороз, кажется, с моим чувством полностью солидарен. Иначе как объяснить его хмурый взгляд?
И вроде же ничего оскорбительного… или задело сомнение в его могуществе?
Ох, ель метель! Ну конечно!
— Мороз Морозович, я все не так сказала, я не сомневаюсь в вашей силе, — затараторила, молясь чтоб он еще не успел принять решение о моем отчислении. — Вы еще ого-го! И у вас посох есть.
Уж не знаю, что отразилось на моем лице и в моих глазах, но ректор… рассмеялся.
Динамика положительная. Вот если бы он начал кричать… а смех — это хорошо. Точно не отчислит.
А что его, интересно, так рассмешило? Шутки в моей речи не проскочило.
Над посохом смеется? Или "вы еще ого-го"?
О, Всевышний… Уйти не попрощавшись будет считаться неуважением?
— Вижу, вы осмыслили двусмысленность фразы, — с веселой улыбкой произнес Мороз. — Милый румянец.
Увы, осознание всегда приходит после. Моя изюминка. Особенность. Зато со мной не бывает скучно.
— Меня уже, наверное, Васильев ищет… Я пойду, да?
Вышла из-за стола с одним желанием — поскорее скрыться с глаз ректора, желательно надолго. Он демонстративно посмотрел налево. Проследила за его взглядом…
Лис с видом соблазнителя ворковал с девушкой. Вряд ли он с ней обсуждает мои поиски.
Я — создатель неловкостей уровня "бог". Решено, открываю свои курсы: "Говори без умолку и без толку".
Опустилась на стул, смотря куда угодно, только не на Мороза. Я буквально кожей ощущала его взгляд.
— Вы очаровательны в своей непосредственности, Варвара.
Он не насмехался. С полуулыбкой наблюдал за мной. Мне же с удвоенной силой захотелось провалиться под землю.
Как реагировать на комплимент от Мороза? Я ведь не могу сидеть со сконфуженным видом и ждать, когда он снова что-нибудь скажет.
Узоры на коже волшебника засветились голубоватым свечением, выбивая прошлые мысли из головы.
Невероятно… это точно был не сон! Я вижу… я хочу потрогать, пощупать, рассмотреть вблизи каждый узор.
От укола внутри вздрогнула. Захотелось прикрыть Мороза, чтобы никто больше не видел этого чуда.
Э-э… Варя, очнись. Ты чего придумала? Не будь вокруг народ, я бы себя еще по щекам похлопала.
К слову, повышенного внимания (больше, чем обычно), не наблюдалось. Наверное все уже привыкли к особенности Мороза Морозовича светиться время от времени. А я не привыкла! Для моей любопытной впечатлительной натуры просто… рай для изучения!
— Узнаю этот взгляд, — протянул ректор.
Надеялся меня смутить, а вот и не выйдет.
— Мороз Морозович, а вы никогда не мечтали стать объектом исследований?
Кажется, у него сегодня удивительный день.
Удивительный день удивлений.
— Признаюсь, за долгую жизнь мне предлагали разное, но "объектом исследований"… Надеетесь получить научную степень?
— Нет, исключительно для личного развития, — со всей серьезностью заверила, наблюдая, как уголки губ ректора задергались в беззвучном смехе.
Не туда я учиться пошла. Надо было "в культуру" идти. Актриса, клоун — моя тема. Стендап, опять же.
— По-прежнему хотите найти "рычаг"?
Чуть было не ляпнула: "да!". Вовремя застыла с открытым ртом.
Теперь меня в полумраке легко спутают с помидором.
Ну, взрослый же человек, а столько двусмысленности… И не скажешь ведь: "Мороз Морозович, вам не стыдно?" Потому что он, во-первых, ректор и без мук совести отчислит, а во-вторых, я уверена, ему — не стыдно.
— Почему ваши узоры светятся? — чтобы сгладить заострившийся угол, переключила внимание.
— Все-то вам надо знать, — ректор укоризненно качнул головой и поднялся. — В Академии богатая знаниями библиотека. Представьте, что вам необходимо написать научную работу. Изучите материал.
Его кисть оказалась совсем уж близко. Голубое свечение шло не из-под кожи, как казалось, а распространялось по поверхности узора.
Завораживающая картина. Интересно, а светится она только в темноте? Днем кожа сверкала на солнце. Они заменяют друг друга?
— Вы решили сразу перейти к практической части научной работы?
Сама не заметила, как провела подушечкой пальца по узору. Совершенно никак не ощущаются. Словно ни узора, ни свечения вовсе нет. 1439f7c
Не удержалась.
— Так вы мне руку чуть под нос не сунули, чтоб я ее поближе рассмотрела, — невинно похлопала ресницами. — Разве нет?
Конечно, нет. Вездесущий нос Варвары просто не смог остаться в стороне.
— Исключительная наглость, — хмыкнул ректор. — Доброй ночи, Липова.
— И вам спокойной, Мороз Морозович.
Библиотека, значит. Завтра выходной, закопаюсь в книгах по уши.
— Лис! Где тебя носит? Час давно прошел! — наиграно возмутилась на весь бар.
Пусть провожает свою ведьму до комнаты. С кем пришла, с тем и уйду. Во избежание новых слухов. Впрочем, после ужина с ректором от свежих сплетен отбоя не будет.