Глава 14 "Любимый. Кем-то..."

В помещение ворвалась стража – не два остолбеневших часовых со ворот, а целый отряд в полной боевой выкладке, с гремящими доспехами и обнажёнными клинками. И во главе них, как живое знамя, стояла она.

Девушка. Высокая, стройная, в изысканном костюме для верховой езды из тончайшей тёмно-зелёной кожи, отороченном серебристым мехом. Каштановые волосы, уложенные в сложную, но элегантную причёску, оттеняли безупречную бледность лица с правильными, будто выточенными из мрамора чертами. Её глаза, холодные и ясные, как горные озёра, мгновенно оценили обстановку: Ричарда, стоящего рядом со мной, лёд на ковре и, наконец, меня саму. На её алых, безупречно очерченных губах появилась лёгкая, пренебрежительная усмешка.

И в этот миг я с болезненной остротой ощутила всю свою жалкость. Я была покрыта грязью и потом, волосы спутаны в ледяные сосульки, платье порвано в нескольких местах, лицо, наверное, распухло от слёз и ветра. Рядом с этой сияющей, идеальной картинкой я выглядела не просто замарашкой. Я выглядела дикаркой.

– Ричард, любимый! – её голос, звонкий и мелодичный, прозвучал с такой сладкой, нарочитой нежностью, что у меня ёкнуло сердце. – Что здесь происходит? Нам доложили о каком-то… вторжении. Я так испугалась за тебя!

Она стремительно пересекла комнату, грациозно обойдя осколки льда, и взяла Ричарда под руку, демонстративно вставая между ним и мной. Её движение было плавным и бесспорным, как будто она имела на это полное право. Ричард на мгновение замер, и я поймала на его лице тень раздражения, быстро сменённую привычной маской вежливости.

Мир рухнул во второй раз за этот день. Только что я думала, что самое страшное, это потерять его. Теперь я понимала, есть нечто худшее. Видеть, как он тут же, на твоих глазах, переключается на другую. Красивую, чистую, идеальную. Неужели он так легко…? Мысль жгла изнутри, как кислота.

– Всё в порядке, Кассандра, – сказал Ричард, и его голос прозвучал ровно, но без той тёплой ноты, что была в нём секунду назад. – Это… недоразумение. Охрана, отставить! Это графиня Хлоя Винтерхалл. Она прибыла по срочному делу. Вы можете быть свободны.

Стражи, выглядевшие смущёнными, нерешительно опустили мечи и, бросив последний взгляд на свою предводительницу, вышли из библиотеки, оставив нас втроём в звенящей тишине.

– Хлоя, позволь представить тебе леди Кассандру из дома Фэррен, – Ричард сделал лёгкий, формальный жест в сторону девушки. – Кассандра, это графиня Хлоя Винтерхалл. Моя… подруга.

Слово «подруга» прозвучало неуверенно и фальшиво. Кассандра же, услышав моё имя, лишь слегка приподняла бровь, и в её холодных глазах вспыхнул откровенный, живой интерес, смешанный с презрением.

– А, та самая… – протянула она, и в её голосе зазвучала сладкая ядовитость. – О вас столько говорят. Так вы и есть северная дикарка… простите, графиня, обладающая уникальным даром. Теперь понимаю, откуда этот… оригинальный декор. – Она кивнула на иней на полу.

Я почувствовала, как кровь приливает к лицу. Гордость, которую я считала сломленной, подняла голову. Я выпрямилась, стараясь хоть как-то выглядеть достойно.

– Леди Кассандра, – кивнула я с ледяной вежливостью, которая стоила мне невероятных усилий. – Прошу прощения за беспокойство. Дело было срочным. Теперь, когда я передала принцу информацию, я не буду вас больше задерживать.

Я развернулась, чтобы уйти. Уйти немедленно, пока не расплакалась, пока не превратила свой позор в полное унижение. Мне нужно было бежать отсюда, куда угодно, лишь бы не видеть, как она держит его под руку.

– Хлоя, подожди, – позвал Ричард, и в его голосе снова прозвучала та самая нотка, от которой у меня сжалось сердце. – Ты в ужасном состоянии. Ты скакала сюда, не щадя сил. Ты не можешь сейчас ехать обратно. Останься. Хоть ненадолго. Отдохни.

– Это совершенно необязательно, – тут же вставила Кассандра, её пальцы слегка сжали рукав Ричарда. – Я уверена, у графини в её поместье есть всё необходимое для отдыха. А здесь… тебе и так предстоит много хлопот, любимый.

– Я настаиваю, – Ричард сказал твёрдо, на мгновение встретившись взглядом с Кассандрой. Между ними пробежала немая молния. – Думаю твоя лошадь едва стоит на ногах. Ей нужен покой и уход. И тебе тоже. – Он потянул за шнур звонка, и в дверях появился слуга. – Распорядись, чтобы коня графини Винтерхалл отвели в лучший денник, осмотрели, напоили и накормили. И приготовьте для леди Хлои покои в восточном крыле. Отапливаемые. И принесите всего необходимого.

Слуга поклонился и удалился. Я стояла, парализованная. Уйти сейчас означало бы проявить слабость, показать, что эта… эта дама меня задела. Остаться – было пыткой.

Кассандра явно была недовольна, но внешне сохраняла совершенное спокойствие. Лишь тончайшая сеть морщинок у губ выдавала её раздражение.

– Как мило с твоей стороны, Ричард, – сказала она, и её голос снова стал сладким, как сироп. – Проявлять заботу о… подруге. Надеюсь, графиня не задержится надолго. У нас ведь так много нужно обсудить. Подготовка к свадьбе, знаешь ли, требует внимания.

Слово «свадьба» повисло в воздухе тяжёлым, оглушающим гонгом. Я увидела, как вздрогнул Ричард. Он отвел взгляд.

– Кассандра, пожалуйста, не сейчас.

– Но когда же, милый? Время идёт, – она надула губки, изображая лёгкую обиду, но в её глазах светилось торжество. Она делала это нарочно. Для меня.

Я чувствовала себя полной дурой. Большей дурой, чем когда поверила Оскару. Я скакала сюда, рискуя жизнью, чтобы спасти человека, который… который оказался обручён. Который слушал мои истеричные признания, зная, что у него уже есть невеста. И всё же он попросил меня остаться. Зачем? Чтобы ещё больше унизить? Чтобы потешить своё самолюбие?

Меня отвели в покои. Они были роскошными, огромными и ледяными, несмотря на пылающий камин. Служанки принесли горячую воду, одежду (простое, но добротное платье, явно не предназначенное для принцесс), еду. Я машинально умылась, переоделась, но вкус стыда и глупости не покидал меня.

Через час ко мне пришёл Ричард. Один. Его лицо было усталым и серьёзным.

– Ты должна поесть, – сказал он, садясь в кресло напротив. На низком столе между нами дымился чайник и стояли тарелки с лёгкой закуской. – И выслушать меня.

– Мне кажется, всё и так ясно, Ваше Высочество, – отрезала я, глядя в окно на темнеющий вечер. – Поздравляю с помолвкой. Невеста очаровательна. Идеальная партия для вас.

– Хлоя, – он произнёс моё имя так, что мне пришлось на него взглянуть. – Это не… не то, о чём ты думаешь. Кассандра – невеста по приказу моего отца.– У короля Бренриха замечательный вкус… – отозвалась я, смотря в пол.

Я промолчала, давая ему продолжать. Он поджал губы.

– Как только мой отец узнал, что из этой поездки я вернусь без… без союза с тобой, он немедленно активировал старый договор с домом Фэррен, – Ричард говорил ровно, но я видела, как напряжены его пальцы, сжимающие ручку кресла. – Политический союз. Для укрепления западных границ. Мой отказ от брака с тобой он расценил как… каприз. И решил положить ему конец, выбрав мне жену сам. Указ пришёл со скоростью сокола. Кассандра прибыла сюда практически следом за мной.

В его голосе слышалась горечь. И бессилие. Наследный принц, могучий маг, и всё же пешка в руках своего отца-короля.

– И теперь у тебя нет выбора, – тихо закончила я.

Он горько усмехнулся. – Выбор у принца всегда есть. Но каждый выбор имеет свою цену. Цена неповиновения в данном случае – нестабильность в королевстве, раздор среди знати, возможно, даже война на западе. Фэррены уже мобилизуют войска, рассчитывая на наш союз. Отказ теперь будет воспринят как оскорбление и повод к конфликту.

Он выглядел грустным, захотелось его обнять. Человек, который смирился с неизбежным. И в этот момент моя собственная боль, моя обида и гордость отступили, уступив место странному, щемящему чувству жалости. И вины. Если бы я не отказала ему… Если бы я не была такой ослеплённой, такой гордой…

Но сказать это вслух я не могла. Гордость, эта моя вечная спутница и мучительница, снова заковала мне горло в ледяной ошейник.

– Я понимаю, – сказала я вместо этого, и мои слова прозвучали пусто и формально. – Государственные интересы превыше всего. Это правильно.

Он посмотрел на меня, и в его глазах читалось разочарование. Возможно, он ждал чего-то другого. Слёз? Истерики? Или, наоборот, слов поддержки? Но я могла предложить ему лишь ледяное спокойствие.

– Вино, о котором ты говорила, – сменил он тему, и в его тоне вновь зазвучала деловитость, – будет проверено моим личным лекарем. И мы найдём Оскара. Ты не должна больше беспокоиться об этом.

Я кивнула. Беспокоиться? О чём мне теперь беспокоиться? О том, что он жив? Он был жив, невредим и обручён. Моя миссия завершилась полным фиаско.

– Я уеду завтра на рассвете, – заявила я. – Мне незачем здесь оставаться.

Ричард хотел что-то сказать, но в дверь постучали. Вошла Кассандра, уже сменившая дорожный наряд на вечернее платье цвета тёмного изумруда, подчёркивающее её глаза. Она сияла.

– О, вы здесь, милый. Я искала тебя. И графиня ещё не отдыхает? Как мило, что вы составили ей компанию. – Её взгляд скользнул по мне, по простому платью, по моим рукам, сложенным на коленях. – Надеюсь, покои тебе подходят, Хлоя? Можно я буду называть тебя Хлоя? Мы же, кажется, ровесницы?

Это было сказано так, словно она вонзала в меня тончайшую иглу.

– Я уезжаю завтра, леди Кассандра, – сказала я, вставая. – Так что не доставлю вам беспокойства.

– Какая спешка, – надула она губки, но в глазах читалось удовлетворение. – Ну что ж, тогда спокойной ночи. Приходи, Ричард, нам нужно обсудить список гостей на помолвчную церемонию.

Она вышла, уведя его за собой одним лишь повелительным взглядом. Ричард на пороге обернулся. – Отдохни, Хлоя. И… спасибо ещё раз. За всё.

Дверь закрылась. Я осталась одна в огромной, чужой комнате. Внизу, в холле, послышались её смех и его сдержанные ответы.

Я подошла к окну. Где-то в королевской конюшне отдыхал «Северный Ветер». Завтра мы уедем отсюда. Я вернусь в свой холодный, тихий дом, к своей ледяной магии и к жизни, которая теперь казалась не свободой, а изгнанием. Я спасла его жизнь, но потеряла всё остальное. Даже право на собственную боль – потому что теперь она была смешна. Он был обручён. А я была просто дура, примчавшись на покинутое поле битвы, когда война уже закончилась, и победитель определился.