Глава 3 "Я говорил о магии!"

Хлоя Проклятие. Проклятие, проклятие и ещё раз проклятие.

Этот… этот маг был чертовски привлекателен. И что хуже всего – он, кажется, прекрасно это понимал. Сидеть напротив него за утренним чаем, под прицелом этих насмешливых глаз, было пыткой изощрённее всех моих ледяных кошмаров. Он развалился в кресле, как у себя дома, с непринуждённостью, не подобающей простому учителю, и его ухмылка, казалось, говорила: «Я знаю все твои мысли, глупышка».

После той сумасшедшей сцены в прихожей родители, словно сговорившись, отвели нас в бальный зал – самое просторное помещение в поместье, которое папа в шутку называл «залом для военных учений». Сейчас он и правда напоминал поле боя. Моего личного поражения…Скорее.

– Ну что ж, графиня, – его голос, низкий и бархатный, нарушил тишину, разбивая мои тревожные размышления. – Покажите-ка мне, что вы уже умеете. Без прикрас.

Я сглотнула. Всё во мне сопротивлялось этому. Но отступать было некуда. Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, представить себе лёгкую, изящную снежинку, парящую в воздухе. Но вместо неё в памяти всплыла его улыбка, его руки на моих плечах, тепло, погасившее мою магию…

С резким треском из моих ладоней вырвался неуклюжий сноп ледяных игл, который, описав дугу, шлёпнулся на паркет и раскатился с грохотом, похожим на рассыпавшиеся монеты.

Тишину разорвал его смех. Злой и насмешливый. Вот идиот. Если бы я всё умела, звала бы учителя?!– Великолепно! – он откинул голову, и его смех эхом разнёсся по залу. – Вы, должно быть, смертельное оружие на балах. Представляю, как кавалеры пытаются уклониться от такого… изящного приветствия.

– Я не для балов это учу! – выпалила, чувствуя, как по щекам разливается жар. – И если вы такой великий маг, то научите меня чему-то, а не будете смеяться над неудачами. Только настрой сбиваете!

– О, учиться вы, я вижу, любите, – он поднялся с места и медленно, как хищник, начал обходить меня по кругу. Его взгляд был тяжёлым и осязаемым. – Но вы всё делаете неправильно. Вы пытаетесь силой вырвать магию у стихии. А с зимой так нельзя. С огнём, может – Он демонстративно поднял руку вверх, на кончике его пальца заплясал язычок пламяни.– Её нельзя заставить. Её нужно… соблазнить. Как с дамами.

Прежде чем я успела понять его намерения, он оказался сзади. Сильные руки легли на мои плечи, обжигая даже через ткань одежды. Я вздрогнула, как ошпаренная.– Что вы делаете?! – попыталась я вырваться, но его хватка была твёрдой, но не грубой.

– Учу вас правильной стойке, ваша светлость, – его дыхание коснулось моего уха, заставив меня содрогнуться. – Магия льда – это не ярость. Это концентрация. Абсолютный покой. Ваше тело – проводник. Оно должно быть неподвижным, как замерзшее озеро.

– Вы… вы просто ищете повод меня касаться! – прошипела я, чувствуя, как сердце бешено колотится где-то в горле. В воздухе снова запахло морозом.

– А вы, оказывается, не только неопытная волшебница, но и большая фантазёрка, – парировал он, и я почувствовала, как грудь вибрирует от сдержанного смеха. Его пальцы слегка нажали на мои бёдра, заставляя изменить позу. – Шире расставьте ноги. Для устойчивости. И расслабьтесь. Вы напряжены, как струна. Лёд не рождается в борьбе. Он рождается в тишине и медленно.

Его слова, его прикосновения, его уверенность – всё это сводило меня с ума. От одного его присутствия по моей спине бежали мурашки, а он говорил о «покое»!?

– Я не могу расслабиться, когда вы… – я замолчала, не в силах подобрать слов.– Когда я что? – он наклонился ближе, и губы оказались в сантиметре от моей шеи. – Обучаю вас? Магия требует полного доверия, Хлоя. Вы должны отдаться ей. И, возможно, тому, кто пытается вам помочь.

Это было уже слишком. С криком я отпрыгнула от него, отлетев к противоположной стене.– Вы извращенец! – выкрикнула я, указывая на него дрожащим пальцем. Пол подо мной начал покрываться ледяной коркой. Он не двинулся с места, лишь скрестил руки на груди, и его улыбка стала ещё шире.

– А вы, миледи, судя по всему, не лучше, раз ваши мысли сразу же устремляются в такое русло, – Усмехнулся он.– Я говорил о магии. О концентрации. О доверии к наставнику. А вы о чём подумали? – Он поднял бровь, и его взгляд стал настолько вызывающим, что мне захотелось провалиться сквозь землю. – Все мои действия продиктованы исключительно педагогической необходимостью. Обещаю.

Мы стояли друг напротив друга, как два дуэлянта. Я – пылая от ярости и смущения, он – излучая невозмутимое, раздражающее спокойствие. Воздух потрескивал от нерастраченной магии.

Остаток дня прошёл в подобном же ключе. Он дразнил, я взрывалась. Он пытался «научить» меня через прикосновения, а я пыталась сосредоточиться, но единственное, что у меня получалось – это покрывать инеем всё в радиусе нескольких футов. Он называл это «прогрессом», а в его глазах читалось неподдельное веселье.

Когда солнце скрылось за снежными тучами, я едва держалась на ногах. Измождение было не только физическим, но и душевным. Этот человек вывернул меня наизнанку, и я не знала, что чувствую: злость, унижение или… странное, щемящее… Нет, Нет! Даже думать не хочу.

Я почти не помнила, как добралась до своей спальни. Горничная помогла мне снять платье, и я рухнула на постель, как подкошенная. Мысли путались, перемешиваясь с обрывками его фраз, с воспоминаниями о его руках на моей талии, о его смехе.

«Вы должны отдаться мне полностью…»Глупец. Наглец. Самоуверенный… волшебник.

Последнее, что я почувствовала, прежде чем сон поглотил меня, – это призрачное тепло в том месте, где его пальцы касались моего тела. И тихий, предательский вздох сожаления, что этот безумный день закончился.