Глава 30. Средний сын

Кирилл Харитонович Хантеров, как уже было сказано, удивлялся крайне редко, поэтому спешный звонок Василия Бошинова поначалу воспринял абсолютно невозмутимо.

– Шеф, нас спалили… Андрей догадался, кто мы, – доложился подчинённый.

– Прокололись? – флегматично уточнил Хак.

– Нет, говорит, что сам сообразил, что его не поселят с Миланой без стороннего наблюдения.

– Значит, не совсем дурак!

– Кирилл Харитонович… Он кота принёс… – Вася оставил напарника заговаривать Миронову зубы, а сам метнулся за инструкциями, прямо-таки спиной ощущая презрительно-понимающий взгляд Андрея.

– Какого ещё кота? – тон Хантерова изменился совсем ненамного, а Васе померещилось, что у него смартфон покрывается коркой льда.

– Кирилл Харитонович… Он принёс кота в переноске, мешок лекарств, назначения из ветеринарки. Он кота подобрал на дороге. Сбитого. Говорит, что кот сидел и смотрел в упор на подъезжающие машины. Короче, кота он забрал, отвёз в клинику, там сказали, что у него черепно-мозговая травма, плюс передняя лапа повреждена.

– И он его там не оставил? – бесстрастно уточнил Хак.

– Он сказал, что у кота мало шансов выжить, если не будет ради кого – так ему вет объяснил. А даже если котяра выживет, то его отправят прямиком в муниципалку.

– И он его забрал? – переспросил Хантеров уже безо всякой необходимости – просто от нереальности ситуации. – И принёс вам, чтобы вы его стимулировали на выживание, выходили и пристроили?

– Нет, чтобы уколы делали – он просчитал, что раз мы сотрудники службы безопасности, то уж укол-то сделать сможем.

– А потом он его, что? Заберёт, что ли? – Хак быстро подключился к камерам в коттеджном посёлке и немигающим взглядом уставился на гору покупок, вокруг которой носился щенок и крутилась Милана. Да, в ней явственно виднелись котопринадлежности! Вот Милана вытаскивает сложенную клетку для кота и оттягивает её в сторону, вот добавляет к ней уютную лежанку, лоток, пакеты с кормом и наполнителем.

– Объект говорит, что это его кот… – признался подчинённый. – Кирилл Харитонович, что делать? Мы было попытались изображать маляров, но он сказал, что нас даже взгляды выдают, и он нас, если не поможем, Милане сдаст… – улыбка Бошинова была очевидна даже в Москве.

– Умный какой! – рыкнул Хантеров. – А ты чего там развлекаешься? Провалили задание?

Бошинов исправно смолчал, понимая, что сейчас начальству лучше ничего не говорить.

– Ладно, иди коли́ кота, а дальше посмотрим! Сфотографируй лист назначений, так, чтобы были видны координаты клиники – потом проверите информацию. И чтоб сразу, как объект уйдёт, доложили мне, что и как! Понятно?

– Так точно! – чётко среагировал Василий и отключил смартфон, машинально вытирая лоб – разговоры с Хаком редко бывали лёгкими и могли зайти куда угодно и как угодно далеко в любой момент.

– Пока дёшево отделались… – решил Бошинов.

– Кота он подобрал… – Хак, прищурившись, как хищник у звериной тропы, поджидал возвращения Андрея. – Да неужели? И я прямо должен тебе поверить? Или ты от отца хочешь финансирования и решил мне голову заморочить, чтобы я стал на твою сторону?

Возвращение Василия Андрей встретил откровенной усмешкой.

– Что, доложился? И как? Начальство в гневе?

– Андрей, давайте мы кота уколем, а? Вы же вроде за этим пришли… – пожал плечами Бошинов, не желавший откровенничать о Хаке.

С инъекцией всё прошло быстро и просто – сняли верхнюю часть переноски, не тревожа кота лишними перемещениями, сделали укол, причём пациент даже не дёрнулся, вернули часть переноски на место.

– Всё. Завтра нужно колоть два раза, – Дмитрий Петровский внимательно прочитал назначения. – Утром и вечером. Сами справитесь?

– Нет, к вам приду, – поставил маляроштукатуров в известность Андрей. – Чего вам тут, просто так что ли сидеть? Ещё. Не включайте вы больше эту проклятую сирену – и коту сейчас стресс противопоказан, и Милка пугается.

Он уже почти ушёл, но оглянулся на пороге, хмуро буркнул:

– Спасибо за помощь! – и наконец-то убрался вместе с переноской и мешком лекарств.

– А вот так вот… – рассмеялся Василий, когда за Андреем закрылась калитка, – А вот вам и «…средний сын и так и сяк…» – процитировал он фразу из «Конька-Горбунка».

Хантеров дождался свою дичь и впился в Андрея, показавшегося во дворе его коттеджа взглядом, а тот, словно что-то почувствовав, поднял голову, нашёл взглядом камеру на воротах и зло ухмыльнулся, независимо передёрнув плечами.

– Да пошли вы все… – прошипел Андрей, покрепче стискивая ручку переноски.

Он очень вовремя нырнул в калитку – Лера, которая пропустила возвращение «принца», но услышала шум мотора, решила, что необходимо с ним переговорить и выглянула на дорогу, но никого не увидела.

Милана перебазировала свои покупки на кухню, распаковала их и теперь прикидывала, как и что расставить, чтобы было удобно готовиться к съёмкам. Она старалась не думать об Андрее и его визите к змеище подколодной, пусть и осуществлённом с благими целями…

– Какое мне дело? Мне всё равно! То есть вообще без разницы! – пробормотала она, обращаясь к красивой прозрачной миске, в которой планировала делать тесто. – Он мне никто и звать его никак!

«Никто по имени Никак» с котом появился в аккурат после этого глубокомысленного утверждения.

– Мил, возьмёшь переноску? – негромко окликнул он жену. – А то тут Несси скачет, а я не думаю, что коту её общество сейчас очень нужно.

Звонок смартфона прозвучал неуместно громко, и Андрей раздражённо зашипел: – Кого ещё несёт? Если это Хак… Нет, Лера… А ей чего надо? – он сбросил вызов.

– Может, ты у неё что-то забыл? – подсказала Милана.

– Что я мог у неё забыть, если я к ней не заходил!

– Вы что, кота на холоде кололи? – возмутилась Милана, и они изумлённо уставились друг на друга.

– Милка, ты чего? Решила, что я к этой гюрзе пошёл? Да она на предложение помочь уколоть кота меня бы самого закoлoлa и закопала бы где-нибудь в сугробах!

– А кто тогда уколы делал? – изумилась Милана.

– Да соседские ребятишки… – Андрей хитро усмехнулся.

– Ребятишки? Маляры? А с чего ты взял, что они умеют?

– Да так. Они случайно обмолвились, а я запомнил! Очень полезно оказалось! Да и работодатель их был не против! Он, правда, крайне мерзкий тип, но котов любит! – Андрей сказал это погромче и поотчётливее – чтобы до Хантерова уж точно дошло его ценное мнение!

Правда, он и представить себе не мог, что вместо ожидаемой реакции крайнего презрения или злости, адресат будет… смеяться! Да-да!

Хантеров фыркал, слушая все пылкие речи Миронова-среднего.

– Ну, Андрюха зажигает… – негромко делились впечатлениями маляроштукатуры, тоже прилипшие к мониторам. – Хак точно смотрит!

– Я так думаю, что Андрей это знает, – серьёзно кивнул Вася, и напарник с ним согласился.

– А как ты с их работодателем познакомился? – недоумевала Милана, заглядывая в переноску – кот сидел неподвижно, плотно закрыв глаза.

– Да я его, как выяснилось, знаю – по прошлой жизни! Милка, мир так тесен, что просто жуть какая-то! Плюнуть некуда – непременно в какого-то знакомого попадёшь! И, как правило, в такого, которого век бы не видел, два бы не вспоминал!

Новый трезвон, раздавшийся из Андреева кармана, полностью подтверждал его утверждение – Лера всегда была упорна.

– Да чего ей надо-то? – Андрей нёс переноску в одной руке, клетку – в другой, и меньше всего сейчас хотел общаться с какими-то там девушками, а уж тем более с Лерой.

– Как я понимаю, тебя ей надо, – Милана шла по лестнице с лежанкой, мисками и упаковкой пелёнок.

– Понимаешь ты правильно! – согласился муж – Только вот мне это уже вообще не интересно!

– А что так? – небрежно уточнила Милана. – Ты вроде недавно рвался к ней на встречу!

– Терпеть не могу, когда меня считают полным идиотом, которым можно управлять, как… как каким-то роботом – кнопку нажала – пошёл направо, другую – пошёл налево, третью – выполнил любое задание от осыпания потоком денег и брюликов до демонстрации пламенных чувств и ползанья вокруг на коленях с букетом роз в зубах! – выдал Андрей, к счастью, не видевший Миланиного лица, и продолжил:

– Подбавила ароматов – помчался выручать её из любой жжжизненной проблемы, которую она сама себе устроила. Короче, такое сокровище мне и даром не надо, и в придачу не прислонилось!

– Опачки… – Милана прекрасно помнила рассуждения своих ровесниц, часто как раз примерно так и размышляющих, – да я и сама так думала, что надо быть умной и мужчинами управлять – они же элементарны и примитивны.

Вот что-что, но назвать Андрея примитивным как-то совсем не получалось – слишком хорошо помнилась Рождественская ночь с её музыкой, слишком яркими были впечатления от её первого теста, слишком свежим крайнее изумление от того, что Андрей сегодня подобрал погибающего кота.

Когда Андрей добрался до своей комнаты и сгрузил на пол клетку и переноску, он досадливо принял Лерин вызов, и, широко шагнув, вышел в коридор, прикрыв дверь.

– Да? Лера, я занят! Что тебе? Чего? Лер! У меня нет времени на глупости. Кто тебя оскорбил? Соседские работяги? Так они соседские, чего ты к ним полезла? Снег почистить? А с какого перепугу они должны тебе снег чистить? Я? Я что? Нееет, я тебе точно ничего чистить не стану. Лер! Ты меня с кем-то путаешь! Я отродясь благородным не был. Да, милая, у меня мерзкий характер, я подлый гад и паразит! Точно. Именно так! И не утруждайся дальнейшими звонками. Че-го? Ты ради меня сюда приехала? Да ты от отца Иванковского прячешься, и вовсе не из-за того, что кого-то там отвергла, а потому, что парня шaнтaжирoвaть начала, не зная, кто именно у него отец! Ты как-то забыла, что я с тобой в одной тусовке был, так что источники информации имеются. Ага, я трус и псих! Ты права! Больше ничего не скажешь? Тогда аррривидерчи!

Последние слова Андрей, заведённый Лериными требованиями всё бросить и мчаться к ней, просто проорал, и только потом сообразил, что Милана-то осталась в комнате – устраивать поудобнее кота.

– Слышала? Ну, ещё бы… – досадливо поморщился он, кляня свой взрывной характер.

– Если ты закончил орать на соседку, может, ты поможешь мне собрать клетку, а то у меня не получается в ней полку установить, – послышался голос жены из-за двери. – И вообще-то хорошо бы в присутствии кота так не вопить – в бумажке написано, что ему покой нужен.

– Покой – это не ко мне! – открестился Андрей. – Покой нам только снится!

– Это да, но кота-то гробить не стоит! И не надувайся, а то пирога не получишь!

– А с чем пирог? – против воли заинтересовался Андрей.

– Будет яблочно-брусничный! – пообещала Милана, – И ребятам надо отнести – они же с котом помогают.

Андрей поискал глазами камеру, разумеется, установленную в его комнате, не нашёл, скорчил рожу в пространство, надеясь, что «ребята» его хорошо видят, и пожал плечами:

– Если хочешь… Хотя это вовсе не обязательно. И что ты там застряла? Выбирайся ты из этой штуковины, а то я уже как-то опасаюсь за пирог – если ты не сможешь выбраться из котовой клетки, то он сам себя не приготовит!

– Бессовестный ты тип! Я пелёнку стелю! – пропыхтела Милана, вытаскивая голову из клеточной дверцы. – И вообще, как мы кота назовём?

Они уставились друг на друга, потом перевели взгляды на переноску, где то ли спал, то ли просто сидел в своей сумеречной полудрёме чёрный кот.

– Надо подумать… – пробормотал Андрей. – Идеи есть?

– Пока нет. Всё как-то очень неожиданно получилось. И вообще, он с кем будет? – деловитым шёпотом спросила Милана.

– В смысле? Где будет клетка? Тут, где же ещё?

– Нет, я не об этом… Потом ты его заберёшь? Когда мы разведёмся?

– Ээээ… – Андрей в пылу последних событий как-то слегка отвлёкся от насущной действительности, а вот сейчас вспомнил и испытал горячее желание сказать, что кота она, так уж и быть, может забирать себе – он благородно его уступает. Более того, уже и рот открыл это сказать, но получилось совсем другое.

– Нет уж, кот – мой. Жадина ты, с тебя и Несси хватит!

За восемьсот с лишним километров от их коттеджа Хантеров с сомнением приподнял миллиметра на два правую бровь, а потом пожал плечами:

– Да ладно? Да неужели же… Но это я ещё проверю, конечно!

В соседнем доме маляроштукатуры торжественно пожали друг другу руки.

А в следующем доме разъярённая Лера расколотила четвёртую тарелку и прикинула, нельзя ли ещё что-нибудь разбить.

– Жаль, что не об его голову! Ну, погоди мне! Я тебе, гaд, устрою весёленькую жизнь! Ты у меня попомнишь свои поганые слова! – шипела она.