Глава 38. Последний рубеж и его защита

Оба маляроштукатура понимали, что дамочка пришла не просто так.

– Будет на шею вешаться или чего-то круче придумает?

– Думаю, что круче. Знать бы только, что именно! – переговаривались они негромко.

– Зря он её в дом пустил, с одной стороны, а с другой… С неё сталось бы изобразить обморок у ворот. Знает же, что Андрюха не сможет бросить!

– Это да. Воспитание никуда не девается. Девочек бить нельзя, человека в опасности оставить нельзя и прочее. А вот такие дамочки отлично на этом паразитируют!

Они наблюдали за сердитым Андреем и Лерой, как вдруг переглянулись:

– Она ему в чашку что-то кинула! – заметил Дмитрий – Звони ему!

– Не берёт! Номер для него незнакомый! – зашипел Василий. – Включай сирену, может, сообразит, что тут что-то не так?

Не сообразил… Василий, стартовавший от экранов к двери, решил, что позвонит в калитку, вызовет Андрея, предупредит, но тот, рассерженный на дурацкие Лерины хитрости, выпил чай раньше, чем Бошинов успел добежать до забора их коттеджа.

Напарник догнал Василия, который звонил в домофон.

– Вась, он выпил, и, похоже, ему неважно, открывай своим ключом!

Лера вздрогнула от звонка домофона, решив, что это приехала Милана.

– Вот же курица! Не могла задержаться, ну да ладно!

Она прыжком очутилась около Андрея, только потянулась распахнуть платье, как тут же заорала от неожиданности и боли – на неё кинулся здоровенный, поджарый чёрный кот.

Да, не знал Че о том, что она кинула в чашку его человека, не мог разобраться в людском коварстве, но то, что человеку плохо, понял сразу.

– Не смей его трррррогать!

Лера котов не боялась ни капельки, но на неё никогда никто и не нападал, а это страшновато…

– Ты чё, пшёл отсюда, убирайся! – в кота, распушившегося, рычащего, грозно завывающего и наступающего на Леру, полетели подушки с кухонного диванчика, потом Лера схватила с разделочного стола доску, на которой Милана резала хлеб, и тоже метнула в кота. На секунду отвлеклась на что-то мелкое, верещащее, метнувшееся ей под ноги, и этого хватило, чтобы Че прыгнул, вцепившись Лере в руку.

Бошинов и Петровский ворвались в дом и… на миг растерялись, что случалось с ними крайне редко.

Хищница, которая траванула объект, вопила и металась по кухне, а на её руке, вцепившись мёртвой хваткой, висел Че. Андрей так и лежал головой на столе, а у него в ногах отважно тявкала крошечная Несси, решившая оборонять последний рубеж.

– ТИ-ХА! – рявкнул Бошинов, одним движением руки сняв Че и метнув дамочку на диванчик. – Че! Стоять!

Кот не собирался стоять или выполнять какие-то дурацкие команды, он собирался сожрать эту вот бабищу, которая сделала что-то плохое с хозяином.

– Дима, держи кота! – Василий быстро понял, как использовать ситуацию, пока Лера испугана. – Быстро! Чем ты его опоила? Что добавила?

– Да кто вы такие, работяги? Чего я вам буду что-то…

– Мы – его охрана, дyрa! Чем отравила? Какой яд?

– Ты чё? Это просто снотворное! Ничем я его не травила! Он спит! Он просто спит!

Именно в этот момент в дом и влетела Милана.

То, что случилось нечто из ряда вон, она поняла ещё на улице – калитка соседнего участка нараспашку, их калитка тоже, из дома доносятся крики и жуткие завывания. Милана выскочила из машины, бросив её у закрытых ворот, и побежала в дом.

– Что здесь происходит? – она моментально выхватила жутко завывающего Че, которого Дмитрий пытался завернуть в содранную в пылу борьбы занавеску, и кот замолчал, будто его выключили. – Я спрашиваю, что здесь происходит? Говорите вы! – она ткнула пальцем в Бошинова, потому что Петровский выпутывался из занавески и временно был не очень общителен…

– Эээээ, мы тут мимо проходили, хотели… спички попросить, а тут дамочка вашему мужу что-то в чай кинула, и он того…

Бошинов отступил в сторону, и Милана увидела лежащего на столе Андрея, он подтянул руку под голову и мирно посапывал.

– Дамочка утверждает, что это снотворное, я пульс проверил, ровный, но надо скорую вызвать на всякий случай, мало ли, какой яд подсунула.

– Да какой яд? Вы с ума посходили? Я вообще ничего не знаю! Вы меня заставили сказать какие-то глупости! – заверещала Лера. – Я… я на вас в суд подам! На меня эта зверюга кинулась, порвала руку, ноги поцарапала!

– Хм… а это он правильно сделал! – Милана погладила тяжело дышащего Че, который рвался в бой, и сказала:

– Так, или вы быстро и внятно говорите, что вы тут натворили, или я его просто не удержу! Руки девичьи, слабые. А мальчики в сторону посмотрят, верно, мальчики?

«Мальчики» наперебой загудели что-то одобрительное.

– Да ничего я не творила… – начала было Лера.

Правда, узрев у своего носа растопыренные лапы со здоровенными когтями, изо всех сил пытающиеся добраться до неё, закончила она фразу иначе:

– Дура, держи проклятого кота! Я хотела, чтобы ты расторгла ваш договор из-за измены, ну, типа у нас тут всё было… и сказала бы, что в городе тоже было!

Милана обошла стол и остановилась около Андрея, коснувшись его шеи, где ровно бился пульс.

– Что ты ему дала?

Лера уныло назвала препарат, добавив:

– Ничего с ним не будет! Проспится как миленький, я проверяла… – на секунду припомнился Иванковский, и Лера мотнула головой: – Да и потом, он мне нужен! Стала бы я его травить!

– И зачем же? – Милана демонстративно погладила Че. – Ты ж только недавно говорила, что он без денег тебе ни к чему!

– Он мне нужен для работы. Он, как выяснилось, отличный композитор! – неохотно объяснила Лера. – Он остался бы голым и босым, а я дала бы ему и жильё, и возможность заработать!

– Ну, ты и… – Милана сузила глаза, – Пошла вон! Вон, я сказала, мне сейчас не до тебя! Но запомни, я до тебя ещё доберусь!

Лера бочком-бочком прошмыгнула мимо Миланы, и тут Че всё-таки вырвался из рук хозяйки, так что возвращение роковой женщины в свой коттедж прошло крайне быстро, громко и эффектно.

Пока она бегала и вопила, Бошинов и Петровский успели переместить спящего Андрея на диванчик и заботливо прикрыть его шторой. Чисто машинально.

Милана покосилась на маляров штукатурного розлива и хмуро спросила:

– Вы чья служба безопасности? Наша или Мироновых?

– Мироновых, – признался Бошинов, уже успевший вызвать скорую и теперь судорожно соображавший, как весь этот бедлам объяснить Хаку. – Мы это… Пойдём ворота откроем, ладно?

Они не столько открывали ворота, сколько беседовали с безукоризненно вежливым, аж до дрожи, Хантеровым.

– То есть вся операция провалена? Объект номер один неизвестно чем отравлен, лежит без сознания, объект номер два раскусила вас, как последних мальчишек… Замечательное фиаско! И что вы можете мне сказать в оправдание? А, господа-работнички?

«Господами-работничками» Хантеров сотрудников называл в стадии «ещё немного, и вместо работничка будет чучело…»

Милане было страшно. Нет, так-то она отлично держалась, но пока врач не сказала, что никакой опасности для жизни пациента она не видит, перетрусила жутко.

Когда машина скорой исчезла за воротами, а они сами были закрыты и заперты заботливыми, но почему-то крайне хмурыми Бошиновым и Петровским, когда в дом ввалился торжествующий и очень важный Че, а Несси устало затихла на руках Миланы, Андрей наконец-то окончательно проснулся. Так-то он выныривал из сна, смутно различая каких-то посторонних людей, бледную Милану с Несси на руках, и опять неудержимо засыпал.

– Аааа? – удивился он. – Не понял я ччччегоо-то! Вы откуда вввсе здесь? И што я тут в шшшторе делаю? – язык со сна чуть заплетался, и почему-то было ощущение, что по его организму от души потоптались штук восемь среднего размера слонов.

– Тебя Лера хотела заполучить в личные композиторы. Для этого надо было изобразить, что ты мне давно и прочно изменяешь с ней. Она тебе добавила снотворное, – Милана оглянулась на Бошинова. – Куда, кстати?

– В чай! А ведь мы вам звонили! И сигнализацию включили, и рванули сюда…

– Уууууйййй, – Андрей, слишком резко дёрнувший головой, сразу же об этом пожалел и схватился за виски. – Ничего себе у неё планы… Да с чего она взяла-то, что я с ней вообще работать буду?

– Решила, что ты окажешься в безвыходном положении, – холодно просветила его Милана, а потом перевела взгляд на Бошинова с Петровским.

– Как я понимаю, вы всё снимали?

– Нуууу…

– Можно не отвечать. Я и так знаю. Вопрос один: где были ваши проклятые камеры в моей комнате?! – превращение милой девушки в разъярённую наследницу Брылёва было впечатляющим.

– Милана, вы только не волнуйтесь! Камеры были настроены на дверь, клянусь вам… Ваши родители сами проверяли их, чтобы ну… лишнего нам не видеть, – заторопился Петровский.

– Пошли, – Милана накинула шубку и взяла под мышку Несси. – Покажете записи!

– Мил… – окликнул её Андрей.

– А ты… ты же знал, кто они! Знал, что они снимают! Знал и не сказал? Я с тобой как с человеком разговаривала, откровенничала ещё, рассказывала то, что больше никто не знает! Думала, что мы друзья. А ты был в курсе, что нас куча народа слушает, и меня не предупредил? Вот я дyрa! Да, раз уж ты жив-здоров, учти, я тебя ненавижу и никогда не прощу! Понял? – яростно сверкнула глазами Милана, и Андрей аж назад подался – не ожидал.

Попытался было что-то сказать, но Милана, крепко взяв за рукав несчастного Петровского, чтобы не сбежал, вышла из кухни.

Она пробыла в соседнем коттедже пару часов с лишним, отсмотрев в ускоренном режиме кучу записей и убедившись, что ничего такого интимного типа переодеваний или прохода в ванную действительно нет. За это время Милана вообще успела много чего – поговорила с Хантеровым, позвонила отцу…

– Знаешь, это было подло! Нет, я всё понимаю, что в благих целях и всё такое, но я не могу так… Я уезжаю, и мне всё равно, будешь ты меня содержать или нет. Нет, домой не поеду. Куда? Пока к подруге. У неё остановлюсь.

Андрей за этот час успел и в себя прийти, и душ холодный принять, выбив из головы остатки сна, и кота нагладить, благо Че решил его на всякий случай из виду вообще не упускать.

Когда открылась калитка и Милана вышла на улицу, то первое, что она увидела, был Андрей, уже прилично замёрзший за время ожидания.

– Мил, извини…

– Нет.

– Я не хотел тебя расстраивать. И вообще собирался закончить всё это. Хотел, чтобы тебе достались деньги – я же теперь могу зарабатывать. Как раз хотел тебе похвастаться…

– Ты давно узнал? – сухо спросила Милана, перебив его.

Он собирался соврать, что совсем недавно, но почему-то не смог.

– Почти сразу. Просто сообразил, что без охраны нас не оставили бы…

– Вот видишь, какой ты умный? А я – дурочка! Наивная и глупая дурочка, которая ни о чём таком даже не задумывалась, да и вообще, к двум два прибавить смогла только сегодня. Хотя нет, я хуже! И знаешь, почему?

– Почему? – неловко выговорил Андрей.

– Потому что я тебе поверила! Доверяла… Я даже Дашке сказала, что мы стали друзьями. Идиотка, правда?

Она вытерла лицо, понадёжнее подхватила Несси, переживавшую у неё за пазухой, и решительно направилась к коттеджу.

– Мил, и что теперь?

– Не твоё дело! – Милана собирала вещи, аккуратно паковала кухонные принадлежности, которые сама покупала, не позволив Андрею даже прикоснуться к свёрткам. Вообще ходила мимо него, будто он был пустым местом. – Оставь меня в покое и не смей подходить!

Она уехала в пять утра, нежно попрощавшись с Че, решительно захлопнув за собой дверь и мрачно покосившись на неприметную машину, последовавшую за ней.

– Даже неинтересно, кто из них поехал, Василий или Дмитрий! – сообщила она Несси. – Теперь мы с тобой вдвоём, и больше никого нам не надо!

Андрей обнаружил, что она уехала, в семь утра – видимо, снотворное всё-таки работало, поэтому он спал как медведь в берлоге и проспал даже её отъезд.

– Кирилл Харитонович, – Хака понурый голос Бошинова неожиданно развеселил. – Андрей уезжает… Пакуется. Мне за ним?

– Да. Погоди, он кота оставил?

– Нет, взял – переноска уже на переднем сидении стоит, – отчитался Вася.

– Ну-ну… – неопределённо протянул Хантеров, которого уже вызывал к себе старший Миронов, разбуженный среди ночи звонком отца Миланы.

– Переборщили? – уточнил Миронов.

– Нет. В самый раз! – исключительно довольно отчитался Хак. – Андрей Петрович переговорил с Виктором – режиссёром сериала, к которому пишет музыку. Тот вчера получил результаты работы Андрея, они ему очень понравились, даже можно сказать, что он в восторге, так что согласен выплатить аванс. Андрей собирается снять квартиру и продолжить работать.

– А мне так и не позвонил…

– Злится, – понимающе кивнул Хантеров. – Это пройдёт.

– А девочка?

– А девочка влёт построила моих парней, лихо отсмотрела съёмки, отчитала меня за вмешательство в её личную жизнь, короче, замечательная девочка! – тихо засмеялся Хак. – Петровский доложил, что она едет в Москву, а ночью переговорила с некой Дарьей, и та предложила Милане пока пожить у неё.

Он посмотрел в лицо шефу и улыбнулся:

– Андрей Петрович, кстати, до неё дозванивался, как только понял, что она уехала. Всё время названивал.

– Не взяла?

– Нет. Кремень-девочка. С такой в разведку можно.

– Хмм… чрезвычайно интересно, что же из этого всего выйдет!

– Не то слово! – согласился Хак. – Я полагаю, что можно снимать аппаратуру и увозить обстановку в коттеджах?

– Да, забирайте.