Глава 15 – Пусть этот день будет.
Сплошная хмурая пелена неба, висевшая последние несколько суток, превращается в белые облака, сквозь которые пробиваются яркие лучи солнца. Отражаясь от безупречной белизны снега, свет до боли слепит глаза. Погодка налаживается. Градусник за окном показывает чуть ниже нуля.
Грейдер потихоньку приближается. Еще минут десять займет дорога до дома, потом пока рабочие лопатами раскидают снег у двери… Времени предостаточно.
В комнате царит хаос – пустые бокалы, подушки, плед на полу, скинутые с кровати вещи… Надо бы навести порядок. Любопытно, какой прикид выберет Алиса. Куда мы двинемся, я еще не решил, сориентируюсь по ее настроению.
Возиться с машиной не хочется, и я вызываю такси. К тому же было бы неплохо завалиться с ней на какую-нибудь тусовочку ближе к ночи, а водить под горячительными напитками – это не айс.
Прибирая вещи на свои места, я откладываю в сторону синие джинсы, белую рубашку и тонкий яркий пуловер. Достаю подходящий ремень, туалетную воду и солнцезащитные очки. Решив, что это достаточно универсально для любых планов, отправляюсь в ванную избавляться от уже прилично отросшей щетины.
Рабочие вовсю машут лопатами. Накинув меховую джинсовку, иду к Алисе. Она уже тоже готова и разглядывает себя в зеркало. Потеряв дар речи, присоединяюсь к ее гляделкам.
Высокие черно-белые сапоги в спортивном стиле на высоких каблуках делают ее ноги бесконечно длинными, а верх стилизован под черно-белую классику. Черная юбка, белая блуза. Только юбка едва прикрывает круглую попку, нахально натянувшись на бедрах. А блузка скорее напоминает костюмчик из секс-шопа, подчеркивая и без того выразительную грудь. Ну и какие-то еще игривые детали…
– Не слишком? – с сомнением стреляет она в меня глазами, подчеркнутыми черными тенями.
– Слишком… – расстегиваю я верхнюю пуговицу на рубашке. – Ты не отходи от меня, ладно? Боюсь, украдут.
– С укладкой, правда, не судьба! – пожимает плечами Алиса. – Света нет.
Растрепанные пряди так и подсохли, делая ее образ еще более вызывающим.
– Все в порядке с твоей укладкой, – взлохмачиваю ее пышную шевелюру еще сильнее. – Ты просто бомба. Пойдем?
– Помада… – тянется Алиса к столу.
Перехватываю ее руку.
– Бессмысленная затея. Я съем твои губы еще в такси…
Сняв с вешалки курточку, распахиваю ее, помогая одеться. Пикает смска – «такси ожидает». На лестнице темно, подхватываю Алису за талию, она обнимает меня в ответ. Хихикая и зажимаясь через каждую ступеньку, мы медленно двигаемся вниз. Единственное, что меня тормозит от того, чтобы зажать ее как следует в подъезде, это то, что внизу нас ждут рабочие, которым надо оплатить работу. И такси тоже ждет. Хотя, такси может и подождать.
Мы вылетаем на яркий свет, прищуривая с непривычки глаза. Надеваю солнцезащитные очки. Рабочие, в отличие от такси, нас не дождались.
– Вот сейчас не понял… – смотрю я вслед уже достаточно далеко отъехавшему грейдеру. А и черт с ними! Оплачу им безналом на счет.
Мы садимся на заднее сиденье. «В город», – командую я таксисту. Молодой парень тайком поглядывает на Алиску. Притянув ее ближе, показательно впиваюсь в пытающиеся увернуться от меня губы. Могу я себе позволить немного ребячества?
– Макс… – шепчет она. – Нас невозможно не заметить. Я боюсь, что…
– Что? – начинаю злиться я. Конечно, нас невозможно не заметить. Особенно ее. Но в этом то и суть, моя наивная девочка! Ну неужели у тебя сейчас повернется язык сказать то, чего ты боишься, после всего, что у нас уже случилось? Давай, скажи мне, что мы должны прятаться от чужих глаз как любовники. Ну, попробуй, скажи мне, что ты планируешь скоро вернуться к своему гению, а я должен буду сделать вид, что между нами ничего не было, отпустив тебя.
Приподнимаю выше ее лицо, вынуждая смотреть мне в глаза.
– Ты хочешь что-то сказать мне?
На ее щеках расцветает румянец. Отрицательно крутит головой.
Вот так. Лучше молчи.
– Ничего не бойся, когда я рядом, и ни о чем не парься, – целую ее, закрывая тему. – Сегодня твой день, Алиса. Ты можешь отрываться как хочешь и где хочешь. Я тебе все разрешаю!
– Ох, что-то мне… жарко… – расстегивает она курточку. – Куда мы едем?
– Я плохо знаю город, помогай мне. Для начала мы едем в какой-нибудь уютный ресторанчик, желательно с хорошим видом, с грилем и вином.
– В «Рим», на набережную, – поясняет таксисту Алиса.
– Все дороги ведут в Рим! – шучу я.
– Это да…
– Что?
Отрицательно крутит головой.
Ресторан, и правда, отличный. Пока мы ждем наши ребрышки, скворчащие на огне, официант ставит перед нами молодое вино.
– Пожалуй, воздержусь… – кусает губы Алиса.
Игнорируя, я киваю ему на оба бокала.
– Почему?
– Спиртное мне явно не на пользу.
– Ты сожалеешь о вчерашнем?
В горле у меня пересыхает, делаю глоток. Не нужен нам сейчас этот разговор, Алиса, милая, дай мне еще пару дней! И клянусь, что потом никаких сомнений у тебя не будет!
Она молча водит пальчиком по столу.
– Алиса… Ты сожалеешь?
– Я запуталась… Но я знаю точно, что не решилась бы, будь я трезва.
– Иногда надо выключать мозги, чтобы принимать правильные решения.
– Ты считаешь, что я сделала все правильно?
– Мы сделали, как чувствовали. А значит – правильно. И сегодня ты не будешь думать об этом. Я хочу, чтобы сегодня ты была счастлива, – сжимаю ее кисть, лежащую на столе. – Подари мне этот день!
– А завтра?..
А завтра, Алиса, я буду думать. За тебя, за себя, за НЕГО. Я буду думать, как все это разрулить.
– Не надо вам, девочкам, думать про завтра, когда есть, кому это сделать вместо вас, – отшучиваюсь я, вкладывая ей в руку бокал. – Расслабься.
Она прячет взгляд и послушно делает глоток.
– Хорошо, – вдруг оживает, улыбаясь. – Я хочу, чтобы у меня тоже остался этот день.
Официант подает наши блюда, и, мы наслаждаемся обедом. За столиками несколько пар. Недалеко от нас играет саксофон и прогуливается девушка с корзиной роз. Выбираю для Алисы веточку с тремя крохотными, розовыми, чуть распустившимися бутонами, ставлю в бокал с водой. Хочется подарить всю корзину, но дальнейшие наши планы не предполагают такого багажа. Взгляд Алисы теплеет. Белые зубки все чаще мелькают от наших шутливых перепалок.
– Как он звучит… – мечтательно закрывает она глаза, наслаждаясь саксофоном. Мелодия медленная и грустная. Встаю, приглашая Алису на танец. Она даже не сразу понимает, что я от нее хочу, распахивая глаза и неуверенно протягивая руку.
– Алиса любит танцевать… – вспоминаю я ее вчерашние пляски.
Вчера!! А кажется, я знаю ее вечность, и она всегда была рядом. И как будто все, что было до нее – это вообще какая-то другая моя жизнь и какой-то совершенно другой я.
Разве можно теперь отдать ее кому-то?
Медленно кружу ее.
Купить два билета и увезти на другой континент. Эта мысль почему-то успокаивает. Я подумаю об этом завтра. Все завтра. А сегодня мы будем отдыхать.
Мы стоим у кассы кинозала.
– Триллер.
– Драма.
– Неа, триллер.
– Ну, пожалуйста! – молитвенно складывает ладошки Алиса. – Это хороший фильм.
– Так ты его еще и видела!? Пф… Триллер, – подытоживаю я. Драма и так неотвратимо нагрянет на днях в нашу реальность.
– Я буду бояться!
– Забыла? У тебя сосед – серьезный дяденька… И, если что…
– Да-да, – сдается она, закатывая глаза.
Я спихиваю оба ведерка с попкорном Алисе, ставлю колу на стойку и достаю кошелек.
Судя по экрану для выбора билетов, зал заполнен только наполовину.
– Диваны, на пять часов, красный зал, – беру я вип-места. Остается еще минут двадцать до сеанса, и мы садимся за столик. Довольная Алиса поглощает сладкий попкорн. Телефон сигналит о том, что разрядился.
– Я на минуту, – встаю я. – Никуда отсюда не уходи.
Алиса без телефона, не хватало ей еще потеряться.
За стойкой бара – молоденькие девчонки. Вытащив из кармана предусмотрительно взятое с собой зарядное, я довольно быстро договариваюсь, что на время сеанса мой телефон полежит под их присмотром на зарядке. Выхожу на улицу, доставая сигареты. Небо уже потемнело. Вечер сейчас наступает очень быстро. Думать, когда рядом она – сложно. И сейчас, оставшись на пару минут в одиночестве, я сразу же загружаюсь.
Я не готов к разговору, хотя он уже назрел. И да, я намеренно тяну время. Десять дней. Нет, уже девять. Хотя нет у меня и этих девяти дней. Странно полагать, что ОН не появится раньше дня их свадьбы. Три дня – это же смешной срок, чтобы разговаривать о каких-то серьезных планах. Но, с другой стороны, если нет их, этих серьезных планов, то зачем я буду ее выдергивать из той реальности? Нет, меня не замучает совесть. Но Алиса неглупая девочка. А между нами каких-то нелепых три дня знакомства и сутки близости против их года отношений, нескольких лет восхищения, ее обязательств, ответственности, его, сука, гениальности и хрен знает в чем выражающейся «волшебности»!
Со злостью стреляю сигаретой в урну. Я явно пока проигрываю, хоть она и отзывчива на каждый мой жест. Мало, так мало у меня времени! И как вместить в него все, что я чувствую к ней и хочу с ней? Как стереть и затмить все, что между ними? Что сказать, чтобы она без сомнений пошла за мной? Предложить уехать? Жить вместе? Замуж? Давление подскакивает от одной только мысли.
«Да ты крышей поехал, Макс?» – сдерживая улыбку, встряхиваюсь я. Но эта мысль больше не вызывает у меня протеста. Может быть. С ней, может быть, я и хотел бы этого. Не сразу, конечно… Фантазия играет. Роскошная Алиска в белоснежном свадебном платье… Мама с ума сойдет от радости! И я…
Эта мысль будоражит, но все равно кажется полным абсурдом. Три дня… Я ничего о ней не знаю.
Я знаю о ней все!
Бред… Но приятный, черт возьми, бред.
Пряча улыбку, я возвращаюсь внутрь. У стола – два молодых парня, явно пытаются украсть мою прелесть. Вас мне еще не хватало!
Цокнув языком, раздражаюсь на борзый молодняк. Хотя, я понимаю, конечно. Пройти мимо нее нереально.
Смотрю на часы – сеанс уже начинается.
– Дорогая… – подхожу со спины и подаю руку.
Плечи Алисы расслабляются, и она с улыбкой берет меня за руку.
– Освободим детишкам столик, – подмигиваю я, кивая на парней. Подхватив колу с попкорном, мы ретируемся в кинозал под растерянными взглядами.
Пышные кожаные диваны принимают нас в свои объятья. Бросив куртки в один угол, я сажусь в другой, притягивая Алису к себе спиной. Реклама заканчивается, и на экране появляются название фильма, титры и звучит леденящая кровь музыка. Я съезжаю пониже, разваливаясь поудобнее и обхватывая грудь Алисы ладонями.
– Я так не смогу сосредоточиться на сюжете, – хихикает она.
– Ты что, смотреть фильм сюда пришла?
– А ты – нет?
– Я? Нет. Тебя потискать… – шепчу ей.
– Ма-а-акс… – пытается стянуть она мои ладони ниже. – Люди вокруг.
– Пусть будут, – усмехаюсь я, подтягивая ее курточку и накрывая нас сверху. В зале прохладно. Мои руки снова возвращаются к приятному занятию. Я быстро расправляюсь с пуговицами на блузке, игнорируя ее пальцы, которые пытаются остановить меня. Сжимаю грудь, приподнимая так, чтобы соски оказались поверх чашек.
– Нет… – шепчет она, хватая меня за руки.
– Не ерзай – куртка сползет. – Расслабься и сиди, бойся, как обещала.
– Макс… Ну, пожалуйста… Макс… Я так не могу…
– Тсс… Доверься мне. Будет круто. Когда женщина чувствует смущение и стыд, но добровольно позволяет развиваться событиям дальше… Это делает ее оргазм гораздо ярче.
– Какой, твою мать, оргазм?!
Сжимаю соски – и ее возмущенный шепот перетекает в тихий вскрик.
– Об этом позже, детка. Пока просто расслабься, – подняв за подбородок, я глубоко целую послушные губы. – Умница…
Губы послушные, а руки нет! Требовательно разместив их у себя на бедрах, я продолжаю наслаждаться грудью. Минут через пятнадцать моя девочка уже вся извивается под моими ладонями, периодически требуя поцелуев и несдержанно сжимая мои бедра. Ну вот, другое дело. Спустив руки ниже, я подхватываю ее за талию, подтягиваю повыше и кладу пальцы между ног.
– Нет… Нет… Нет…
– Не привлекай внимания, детка, – тихо смеюсь ей в шею.– Если ты не хочешь зрителей. Или хочешь?…
Конечно, я просто пугаю ее, соседние диваны пусты, сзади нас не видно. Ну а если кто-то повернется, то вряд ли заметит в темноте наши горячие игры под курткой.
– Я уже говорила, что ненавижу тебя?… – со стоном сдается она, поднимая руки и обхватывая меня за шею.
– О, да… – рычу я возбужденно.
Добраться до нее мешает тонкий капрон. Я аккуратно разрываю сетку колготок в нужном месте.
– Прости, но ими придется пожертвовать. Купим другие…
– Ты извращенец…
– Это называется – баловать свою девочку, – шепчу я, ныряя пальцами под тонкие стринги.
Алиса задыхается, пытаясь гасить стоны.
– О чем фильм, детка?... – посмеиваясь, поглаживаю пальцами ее чувствительные местечки.
Замурлыкав, она игнорирует вопрос.
– Отвечай! – слегка щипаю ее снизу.
Тихо взвизгнув, пытается увернуться. Куртка ползет вниз. Руки Алисы хватают ее, удерживая наше прикрытие.
– А я предупреждал…
– Какая же ты сволочь, Макс, – стонет она. – Совершенно не могу тебе сопротивляться!
– И не надо… – шепчу я. – О чем фильм, Алиса?
– О маньяке… – хныкает она, выгибаясь мне навстречу.
– Сексуальном?
– Самом-самом сексуальном…
Я не тороплюсь, притормаживая каждый раз, когда она уже на грани. И скоро Алиса не выдерживает, вцепляясь в меня сильнее.
– Пожалуйста…
– Пожалуйста – что?… – нацеловывая ушко, мучаю ее.
– Макс… Я не могу больше… Пожалуйста…
– Ммм? Не понимаю тебя… – дразню ее. – Скажи так, чтобы я понял.
– Дай мне… кончить… Чертов извращенец! – рычит она тихо.
– Киска рычит?… – смеюсь я. – Помурлыкай, и я подумаю…
– Ненавижу… – мурлыкающе и сладко стонет она.
– Да… Вот так хорошо… Скажи – «мяу»…
– Я… отомщу… тебе…
– Буду ждать с нетерпением… Мяу?
– Мяу… – сладенько сдается моя киска.
И я ускоряюсь, позволяя ей получить разрядку, предусмотрительно захлопнув несдержанный ротик ладонью. Аккуратно поправляю трусики и одергиваю ее юбку, вытираю мокрые пальцы носовым платком. Алиса трясущимися руками застегивает блузку.
– Боже мой, у меня такое ощущение, что я сплю, – бормочет она, отстраняясь от меня.
С моего лица не сходит довольная улыбка.
– Хороший фильм, – подаю ей колу как ни в чем не бывало.
– Да что ты? – усмехается она. – Тогда смотри, не отвлекайся.
Ее кисть ложится мне на ширинку, сжимает и так уже требующий продолжения банкета член. Напугала кота сметаной! Я облизываюсь…
– Решила пошалить? – вдавливаю ее руку сильнее.
– Учусь…
Через пару минут ее рука скользит внутрь, обнимая меня уверенней. Я снова прячу наши шалости под курткой. Алиса подтягивает ноги под себя, присаживаясь на колени рядом, и втыкается горячими губами мне в ухо:
– Я все делаю так? – сжимает она меня в самом чувствительном месте.
– Мхм… – выдыхаю я. – Все-все!
– Вот так? – чуть ускоряется она, сжимая меня жестче.
– Да… Еще…
– Мм… – стонет она. – С удовольствием взяла бы сейчас его в рот…
Кровь бьет мне в голову, ослепляя возбуждением. Обхватив ее руку, задаю более быстрый темп.
– Но… – отстраняется она, – кошки – такие дряни… Мяу…
И эта зараза бросает меня за минуту до…
– Ах, ты… – заваливаю ее под тихий хохот и писк на диван. На нас шикают сидящие спереди люди, и мы возвращаемся в вертикальное положение. Алиса хватается за ведро с попкорном, отсаживаясь от меня подальше.
– Бойся теперь по-настоящему, – угрожающе прищуриваюсь я.
– Хороший фильм! – протягивает она мне мою колу.
Зараза…
Обнявшись, медленно бредем по берегу к мосту. У воды холодно. Мне в капюшоне достаточно комфортно, но короткая курточка Алисы от холода наверняка не спасает.
– Не замерзла еще? Пойдем греться.
Светят фонари. Галька припудрена снегом и переходит в тонкую корочку льда, растворяясь в темной воде. Редкие медленные снежинки кружатся в свете фонарей.
– Хорошая получилась у нас сказка, – остановившись, Алиса, смотрит вверх на размазанную дымкой по небу луну.
– Чтобы сказка не заканчивалась, нужно выбрать правильного волшебника.
Алиса молчит.
– Расскажи мне что-нибудь о себе, – перевожу я тему. – Только давай без приколов. Мне, правда, хочется узнать о тебе больше.
– Спроси…
– Сколько тебе лет?
– Скоро девятнадцать.
– Девятнадцать?! – я ласково встряхиваю ее за грудки. – Алиска, дурочка, какая тебе свадьба??
– Все-все… – закрывает она мне рот ладошкой. – Не будем об этом. Так уж вышло.
– Глупая, глупая девочка, – прижимаю ее к себе. – Тебе еще жить и жить!
– А свадьба – это разве смерть? – нахмуривается она.
Я зависаю, не зная, что сказать ей. Неправильно сказал. Не это имел в виду. С ним она похоронит себя во всех этих формальностях, условностях, правилах – вот, что хотел сказать.
– Пойдем, и правда, холодно, – тянет она меня. – Я тоже хочу задать тебе вопрос, Макс.
– Какой?
Вдруг я осознаю, что она тоже не знает обо мне абсолютно ничего.
– Наверное, все мои вопросы уже не актуальны… – смущается Алиса. – Все ведь уже случилось между нами. Но я просто хочу знать. Ты женат, Макс? У тебя есть девушка?
Я в стопоре торможу. Как много между нами недосказанного! Это очень-очень плохо! У меня внутри жжет.
– Алиса, у меня есть только ты.
– Это правда?
Разворачиваю ее к себе лицом, заглядываю в глаза.
– Это правда, Алиса? Ты у меня есть?
– Я… – застывает в моих руках.
– Не ври мне только. Не оправдывайся. Прямо скажи.
Попытка сдержать нервозность делает мой голос стальным и слишком жестким. Дыхание Алисы сбивается, губы дрожат, на глаза наворачиваются слезы. Ну, емое! Я передавил?!
– Эй… – обнимаю ее, зацеловывая губы, щеки, глаза. – Это, конечно, чудесно, когда ты вся мокрая… – начинаю шутить, чтобы разрядить обстановку. – Но лучше, когда в других местах. Пойдем-пойдем… – тяну ее к дороге.
Тормознув тачку, мы садимся на заднее.
– В каких клубах у вас достаточно жарко, чтобы растопить тебя?
– Господи, я и так уже вся вытекла!
– И все же?..
– Я не особо по клубам…
– Я видел, как ты танцуешь. Хочешь сказать, ты не тусуешься?
Печально вздохнув, Алиса отворачивается к окну.
– Опять «нельзя»?
Кивает.
– Репутация должна быть безупречная.
– Я даже комментировать не буду. Эй, шеф, – трогаю молодого таксиста за плечо. – Какой клубешник у вас самый взрывной?
– Озон!
– Туда.
– Макс…
– Да?
– А… – безнадежно машет она рукой, передумав. – Чего уж теперь.
– Вот и молодец!
Вытаскивать Алису из ракушки, в которую, как я опасался, она опять спряталась, не пришлось. Музыка подействовала на нее волшебно. Глаза без всяких допингов стали пьяные, улыбочка – шкодной. Вот это моя девочка!
Мы танцевали и целовались, то слипаясь, то отстраняясь друг от друга. Обошли весь ангар снизу, попялившись на стриптизерш и стриптизеров, которые в стилизованных душевых кабинах намыливались цветной пеной и скользили своими прелестями по прозрачному стеклу. Ее горящий взгляд говорил мне, что она помнит наше утро в душевой. Ненадолго зависли рядом с расписным диджеем, наблюдая, как ловко он миксует трек. Устроились у барной стойки.
– Два фирменных коктейля, – заказываю я.
– «Охотник», – комментирует бармен, ставя перед нами два небольших стаканчика с трубочками. – «Бакарди» и «Черный принц».
– Вау… – делаю я глоток. – Градусов тридцать! Осторожней, моя девочка. Нам льда еще, – киваю на стакан Алисы, и бармен досыпает туда колотый лед.
Болтая, мы уговариваем по «Охотнику», отрываемся потом на танцполе и двигаемся вверх, в вип-зону. Музыка там спокойнее и чувственнее, стриптизерши профессиональнее, а атмосфера – расслабленней. Мы падаем на диваны, заказав кальян с мятой и по парочке «Мохито». Алкоголь бьет в голову, и мы слишком увлекаемся поцелуями. Официант гасит фонари над нашими диванами, уловив интим. Тяну Алису на себя, заставляя оседлать мои бедра.
– Хочу тебя… – шепчу я, заглядывая в пьяные глаза. – Прямо здесь хочу…
Засмеявшись мне в губы, она отрицательно качает головой.
– Мы тихонечко, – уговариваю ее. – И быстро… Нас никто не заметит…
– Ты озабоченный, Макс!
– Это ты виновата… Ну же…
– Нет, – пьяно смеется она.
– Ты всегда так говоришь! А потом… «О, Макс… Да, Макс…»
– Вот сволочь… – вцепляется она мне зубками в губу.
– Давай… – запускаю руку ей под юбку.
– При людях… Ни за что…
– Черт тебя дери… – гашу мучительный стон от давящей боли в паху. – Пойдем со мной…
Схватив за руку, утягиваю за собой в ближайший туалет. Он женский.
– Ты когда-нибудь трахалась в общественном… Да кого я спрашиваю!? – смеюсь я, опомнившись. Алиса с хохотом вырывается из моих рук.
– Ты пьяный!!
Хочу ее до умопомрачения! Под любопытные взгляды двух девушек у зеркала, затаскиваю Алиску в дальнюю кабинку и прижимаю к стенке.
– Тсс… – подмигиваю ей, задирая на пояс юбку. – Громко не кричи!
Подхватив ногу под коленом, устраиваю ее на крышке унитаза и дорываю между ног сетчатые колготки. Отодвинув в сторону перешеек трусиков, врезаюсь в нее. И снова этот сладкий вскрик…
Ах! Я люблю тебя, детка!
Мы такие пьяные и перевозбужденные… И что-то сладкое шепчем друг другу. И слишком громко ведем себя. Не контролируя, впиваюсь в ее нежную шею… А может, я делаю это намеренно. Хочу оставить на ней метку! Все перемешивается в калейдоскопе удовольствия и страсти. И ярко и быстро заканчивается.
Ругая меня всеми словами вперемешку со стонами, Алиса поправляет одежду трясущимися руками.
– Ты озабочен… реально… – подытоживает она.
– Пойдем! – тяну ее за руку.
У зеркал эти же дамы с завистливой ухмылкой провожают нас взглядами. Уставившись друг на друга, мы хохочем, пролетая мимо них.
Время близится к утру, народ уже рассасывается. Притормаживаю со спиртным, мы уже в дрова. Забираю у Алиски мартини. Все, пора ехать отсыпаться.
В такси пьяная Алиса вытягивает из моего кармана пачку сигарет. Прикуриваю ей, забирая пачку обратно, и достаю себе тоже сигарету.
– Не курите в машине, пожалуйста, – строго просит водитель.
– А мы аккуратно! – сую ему пару крупных купюр. Не хочется сейчас ни в чем обламывать ее.
Открыв окна, мы расслабляемся. Смотрю на часы, циферблат плывет. Семь. Неслабо мы загуляли…
Расплатившись, хихикая и обнимаясь, сквозь темноту идем к свету фонаря у двери. Дернув дверь подъезда, я немного зависаю, доставая магнитный ключ. Что-то не сходится… Но Алиска отвлекает своими шуточками, и от спиртного шумит в голове.
Открываю дверь, она, схватив за руку, тащит меня наверх, о чем-то пьяно щебеча. А я зависаю все сильнее с каждой ступенькой.
Откуда, бл*ть, свет?!
Ааа…
Он сидит на верхней ступеньке в серой классике, глядя в экран смартфона. И даже не поднимает на нас глаз.
– Доброе утро, Алиса.
Очень спокойный голос, без грамма эмоций.
Ее рука резко дергается в моей и исчезает, я не успеваю удержать. Алиса застывает, шокированно закапываясь пальцами в свою шевелюру. Даже не касаясь, я чувствую, как колотится ее сердце, как рвано она дышит.
Он встает, убирает телефон. Делает пару неспешных шагов вниз, останавливаясь перед ней.
– Пойдем, поговорим, – протягивает ей руку, и она послушно вкладывает в нее ладонь.
Словно не замечая меня, он ведет ее мимо, вниз, на выход.