Глава 12. Нечестно

Мамочки, я сейчас точно потеряю сознание.

Нежное касание, еле уловимое: маньяк едва дотронулся до моих губ, а я уже была готова к тому, что после такого спасения меня всерьёз придется сейчас спасать ещё раз. Можно даже не один. Но только я вроде как и не против вовсе.

Вот сколько раз надо – столько и грохнусь в обморок, пусть только продолжает.

По телу растекалась приятная истома, какие же мягкие у него губы, и кто бы мог подумать, что этот сильный мужчина, который гонялся за мной, на минуточку, может касаться губами так деликатно. Пульс бился в висках, а я вот так лежала, судорожно вспоминая, знакомы ли мы хотя бы сутки, и отгоняла мысли, прилично ли это, вот так позволять себя целовать недавновстреченному.

С другой стороны, ну подумаешь, маньяк. За это короткое время он стал мне почти родным, спас меня вон даже. Подождите, куда это он?

Я наблюдала, как маньяк теперь отстраняется, его затуманенный взгляд сводил с ума, но у меня были вопросы.

Это всё? Демо-версия? Так мало, так коротко, надо ещё. И срочно! Было вообще или не было?

– Какой ужас, какой ужас! – услышала я вдруг совсем рядом женский голос, и в обзоре, помимо голубоглазого появилось «чудовище». Правда, чудовище, к сожалению, оказалось красивым, но от этого не менее вмиг раздражающим. Темноволосая девушка с пухлыми губами, длинными ресницами и кукольным лицом. Вся такая милая. Вот уже этим бесит.

Пусть она исчезнет. Уйди нечистая сила.

Такой момент испортила!

Негодование захватывало полностью, и хоть маньяк не сводил с меня взгляда какое-то время, но все же, словно нехотя, будто его самого отвлекли от важного дела, поднял глаза на девушку.

Она, кстати, тут же присела:

– Вы в порядке? – защебетала явно с лишними клоками волос девушка, сдвинув брови. – Мы так испугались, так испугались за вас. Услышали ваш крик и бросились на помощь! Мироша такой отважный... – на этих словах, она коснулась его, проведя рукой по плечу.

А я стиснула зубы.

Бросилась она на помощь.

Прямо вижу, как испереживалась, губы приоткрыла, в глаза моему маньяку смотрит томно. Пусть своего ищет. Этот — мой!

Так, спокойно.

Он меня сейчас целовал? Целовал. Спасал? Ещё как!

А эта дама, пусть идёт кого-нибудь другого разглядывает.

Но мысли она мои, к сожалению, не слышала, а если по взгляду и умела читать, то делала вид, что нет.

– Спасибо за беспокойство, – ответила я хмуро. Сейчас вцепиться ей в волосы или позже?

– Ну раз с вами всё в порядке, мы с Мирошей пойдём, – слишком уж по-хозяйски заверила она, при этом рукой, которая сейчас лежала на мужском плече, она провела вниз и взяла маньяка за локоть.

Радовало лишь то, что «Мироша» наблюдал за этим с неким удивлением.

– Алевтина, – покачал он головой, – Ксении, возможно, понадобится какая-то помощь, нельзя её оставлять так.

Он протянул мне ладонь:

– Как вы, Ксения? Вам лучше?

Мне показалось, или он улыбается уголками губ? Намекает ли он на то, что это после поцелуя мне должно было полегчать?

Может сказать, что мне дурно и снова упасть? Для верности.

Но было бы вообще идеально, если бы эта самозванная «Мать Тереза» свалила за горизонт.

Аля, значит. Та самая.

У-у-у-у, сколько стрессов. Я почти тонула, между прочим. Мне нельзя так волноваться.

– Мироша, и правда, очень отважный, – растянула я губы в улыбке. И вложила свою ладонь в его, маньяк тут же сжал её. Крепко, уверенно.

Потом поднялся и потянул меня за собой, руку Алевтины на локте игнорируя, благодаря чему ей пришлось отцепиться. Хоть на время. Я всё ещё помнила, что мы не одни, но этот голубоглазый меня так разглядывал, что я и свой взгляд не отводила.

Мы стояли с ним, оба мокрые, и соблазн опустить глаза на его, назовем это, рубашку, всё нарастал. С волос маньяка всё ещё стекали капли воды, голубые глаза казались на солнце ещё ярче, и судя по тому, что  одежда вымокла, там очень интересное зрелище. И даже плевать на принт – промокшая ткань и так подчеркивала все достоинства. Я уж молчу про его джинсы.

Будет всё же несколько неудобно, если я начну откровенно пялиться, но он первый перевел взгляд ниже, словно случайно, но как уж вышло, а я тут же дыхание затаила. Даже пальцы онемели, это ж он меня прямо сейчас видит. Полностью.

Теперь я с сожалением думала о том, что перед поездкой с правильного питания сорвалась на бургеры.

Знала бы раньше, что вот так предстану перед маньяком, повесила бы на стену плакаты с рукколой. Вот что теперь делать, закрыться? Волосы свои длинные откинуть назад, чтобы уж отвлечь внимание на выгодные акценты?

Вот так стояла сейчас, закусывала губу в раздумьях, и даже не знала, насколько элегантно выгляжу.

Но вскоре эта проблема отошла на второй план.

Потому что темноволосое создание рядом с нами вдруг охнуло и начало заваливаться на маньяка.

– Солнце сильно печёт. Что-то мне неважно, – простонала она, очень уж точно выбрав направление, благодаря чему, маньяку пришлось отвлечься от меня и подставить руки, чтобы девушка не упала.

Да твою ж мать!

Это мой приём!

Я отчаянно закусывала губу, вот что делать?

Маньяк же подхватил девушку и направился в сторону ближайшего дерева, он нес сейчас Алевтину на руках, так, как и меня совсем недавно. И лишь один вопрос звучал у меня в голове: какого чёрта?

Царапающее чувство досады и недоумения рвалось наружу, хотелось объяснить мужчине, что так в обмороки не падают. И за шею не держатся. По крайней мере, я не стала себя выдавать, когда он меня нёс. И, видимо, дура.

Вон как эта прижимается. И ничего!

Маньяк тем временем аккуратно уложил девушку на траву в тени и вдруг потянулся к молнии на её топе. Я, конечно, тоже заметила грудь девушки, обтянутую плотным корсетом, но вот так пользоваться, пока она делает вид, что не в чувствах, это даже для такого маньяка, как он, слишком!

Дар речи даже потеряла, а мужчина рывком дернул застежку вниз, благодаря чему обзору открылся третий, причем без пуш-апа. Благо, девушка была в купальнике, но разве меняет это то, что мы сейчас видим?

Я всё ещё недоумевала, а Аля эта, кажется, даже улыбнулась.

Вот стерва.

Маньяк к тому же принялся расстегивать рубашку. Я их что, совсем не смущаю?

– Вы что творите? – всё же подала голос, не зная, что именно меня больше шокировало. Снова этот безупречный торс или сам факт, чем маньяк решил заняться тут. При мне.

Так и хотелось возмутиться:

«Оденьтесь немедленно!»

Но вместо этого лишь добавила:

– Рубашку-то зачем?

– Вы тоже можете снять платье, если хотите.

– Вы серьезно?!

Это что он такое предложил сейчас? Что значит, «если хочу». Вроде «присоединяйся»?

Маньяк покачал головой, не увидев во мне понимания, и наконец, избавившись от рубашки полностью, принялся... обтирать мокрой тканью лицо девушки.

Тут же поняла, как глупа была моя претензия, а в голову пришла замечательная идея.

Платье, конечно, снимать не буду, но помочь — помогу. Вот такая я сегодня милая. И пока маньяк не вздумал спасать девушку поцелуями, решила перенять инициативу. Нечего тут.

– Позвольте мне помочь, – произнесла, дотронувшись до руки маньяка. Эта рвение совершить доброе дело стоило мне учащенного пульса, между прочим. Мужчина замер, перевел на меня непонимающий взгляд, а я для убедительности кивнула. – Поверьте, знаю, что делать. Сама в обморок падала.

Я показала жестом знак «ок», и мужчина хоть и прищурился, но спорить не стал.

Уступая мне место, он всё же отстранился от девушки, а я мысленно потерла руки.

Вот так-то лучше. Спокойнее уж точно.

А потом принялась хлопать Алевтину по щекам. Вот бы ещё в волосы, но я вроде как воспитанная, поэтому ограничилась лишь небольшими пощечинами, и то для дела. Ну а что? Видела такое в блогах. Не только за брендами и модами наблюдаю, полезное тоже есть в подписках. Пригодилось вот.

конечно же, произошло «чудо». Алевтина тут же глаза распахнула и даже отпихнула меня, резво поднимаясь:

– С ума сошла? – испуганно хлопала она глазами. Ну, может, я совсем немного перестаралась, но ведь на благо. Разве нет? А вот нечего моими методами путь к маньяку прокладывать.

– Вы пришли в себя, как замечательно, – довольно мрачно произнесла я. Так и не скажешь, что в радости. Девушка хмурилась, но взглянув на маньяка защебетала:

– Вы спасли меня, Мирон! Не знаю, как вас благодарить.

– Это всё Ксения, – указал он на меня, а я растянула свою самую широкую улыбку. Да я вообще добрая фея.

– Надеюсь, вам уже лучше?

Этот вопрос заставил её вспомнить, что изображать жертву солнечного удара, это не глазки строить. Всё не так просто. Девушка распахнула и так раскрытый на груди топ и замахала рукой:

– Нет. Ещё неважно, боюсь я не в состоянии идти сама. Что же делать?

Надо было всё-таки сильнее её по щекам. И ничего я не перестаралась.

И дело даже не в ревности. Вот ещё! Просто она мне не нравилась. И точка.

К тому же ее методы действовали, и маньяк предложил помощь:

– Я могу вас понести.

– Не стоит, – выкрикнула я внезапно.

Вот чёрт. Нужно было срочно что-то придумывать, потому что маньяк в удивлении уставился на меня и ждал теперь ответа.

– Там слишком солнечно. Может ей здесь в тени полежать? А мы пойдем за помощью, – предложила я интересный вариант.

– Хорошая идея, – сдвинула брови девушка, и я сразу же вот поняла — быть подвоху. – Ксюшенька, – медовым голосом обратилась она ко мне, – сходите, пожалуйста, за кем-нибудь, а Мирон пусть остаётся. Я боюсь за себя, вдруг снова плохо станет, его помощь будет очень кстати.

Не знаю, слышен ли был мой зубной скрежет, но плохо девушке может стать совсем не от солнца.

Держите меня семеро.

– Я бы с радостью, но сама недавно из обморока, – вспомнила я, что не одна она тут «умная».

– Схожу за врачом, – усмехнулся маньяк, ловя удивлённый взгляд Алевтины. Не думаю, что это идея хорошая, по крайней мере, для девушки, она, видимо, это тоже понимала, поэтому тут же встрепенулась:

– А знаете, мне уже лучше, не нужно никуда идти, – явно не хотела она отпускать мужчину, да ещё и оставаться со мной наедине. – Пойдемте лучше искупаемся, или как и собирались прогуляемся. Я показывал вам местность, помните? Вы обещали кое в чём мне помочь.

– Помню, – хмуро произнёс маньяк. – Мы можем продолжить позже.

– Зачем же позже, если можно сейчас. Спасибо, Ксюшенька, вы можете идти по делам, – обратилась она теперь ко мне.

Вот так значит. Гулять они собирались. Местность смотрели. Почему-то стало так обидно, вот, значит, какие у него дела. Неплохо же он устроился, дрова у нас рубит, мышцами передо мной играет, а гулять ходит с Алей. Это, как минимум, нечестно.

– Хорошо поплавать, – бросила им и резко поднялась с места.

Я не то, чтобы сливалась, но вспомнила, что в принципе ни за кем не бегаю. Инициатива меня поцеловать исходила вообще от маньяка, и спасать меня его не просила. Подумаешь, притворилась немного. Внутри теперь закипала злость, маньяк смотрел виновато, Аля победоносно.

Ну и черт с ними.

Я уже шагала по тропинке прочь от реки, когда вдруг заметила нечто скачущее навстречу. А приглядевшись, даже немножко выругалась.

Вот Гонсало мне сейчас как раз и не хватало!