Глава 20. Выбор

Какое-то время шли мы почти молча.

То есть я, маньяк и Алевтина просто топали по тропинке, которая иногда утопала в траве настолько, что приходилось срочно ориентироваться, куда же следовать дальше. В итоге нам везло, и путь мы продолжали.

Очень надеюсь, что в верном направлении.

Мы с маньяком иногда переглядывались. Ну как переглядывались: я старалась украдкой, но этот наглец мой взгляд ловил и тут же мой интерес переставал быть секретом, подкашивались коленки, и отвести теперь глаза не получалось.

Шагнуть бы нормально после голубых омутов вот этих. Вот что это вообще за дела? Маньяк подмигивал, а я глубоко вздыхала. Но делала невозмутимый вид. Подумаешь, посматриваю. Вот сейчас возьму и вообще не буду оборачиваться.

Вот такая я могу быть гордая, неприступная и самодостаточная.

Мы-то соблюдали тишину, а вот у Анатолия рот почти не закрывался. Он начинал с лёгких рассказов про то, как ориентироваться по мху, если потеряешься, а потом постепенно переходил к теме еды. Ну там не совсем и еды, в общем-то.

Тракторист объяснял, что не все грибы можно употреблять, и приводил разновидности ядовитых, однако самое интересное началось, когда он принялся рассказывать истории разные, как в лесах люди пропадают. Маньяк на этих темах ухмылялся, иногда мрачнел, и казалось, Анатолий иногда делал паузы, и оценивал именно его реакцию. Или это я его реакцию оценивала? Пока что не разобралась.

Вообще делалось тревожно. Особенно не по себе становилось, когда Анатолий вдруг замирал и показывал нам жестами, что нужно замолчать. Глаза при этом делал страшные, огромные, и чем больше мы стояли неподвижно, тем сильнее хотелось бежать. Вот вообще неважно куда.

Надо отметить, что романтика от предстоящего путешествия испарилась ещё в начале, когда мы только вошли в лес, мошки, жучки, звуки странные, крапива – тут уж не до созерцания прекрасного. Но я пока что держалась, иногда проверяя связь.

Жаль только чуда не происходило. Поэтому оставалось лишь снимать и при этом как-то стараться не переводить камеру на голубоглазого. А как это сделать, если она сама на него настраивалась. Его бы в мой блог, да на зависть всяким Витам. И Ивам.

Я включила фронтальную камеру и широко улыбнулась:

«Здравствуйте, дорогие подписчики. Вы не поверите, как здесь круто, мы пробираемся по настоящим джунглям, – в этом месте в кадр попала береза, такие себе джунгли, – я, конечно, образно говорю, – улыбалась ещё шире. В принципе, можно будет смонтировать. – Кто догадается, где я нахожусь? Оставляйте комментарии, посмотрим, кто из вас ближе к истине».

Вот тут и мне было интересно, потому что я и сама толком не знала. И по-прежнему невероятно грустила, что это не прямой эфир, а всего лишь запись. Когда я встречалась с мрачным взглядом маньяка, приунывала пуще прежнего, этот точно не даст его заснять.

Но признаюсь, пару кадров мне сделать удалось. Опыт.

Но потом я убирала телефон подальше, в рюкзак. А то мало ли как близко снова с маньяком находиться. Не то, что бы я ему не доверяю, но он уже угрожал моему материалу расправой. От греха, как говорится, подальше.

– А долго нам ещё идти? – уточнила на всякий случай. Нет, я помнила про ночевку, но может, это просто часть развлекательного мероприятия? А до цели во факту пару часов от силы.

– Мы в пути двадцать минут, – ухмыльнулся маньяк. – Вы устали? Давайте я понесу ваш рюкзак, – любезно предложил он, но я тут же вцепилась в лямки. Провоцирует. Плавали, знаем. Мобильный не отдам.

Он мне ещё пригодится, да хотя бы для того, чтобы в задний карман положить. Маньяк тогда обязательно меня снова притянет к себе.

– Я сильная, – ответила быстро, заметив поднятые брови маньяка. Наверно, мыслительный процесс отобразился на моем лице. Иначе почему его взгляд так поменялся?

– Наверняка ещё и смелая, – вдруг сделался он серьезным. И сделал шаг ко мне. Только сейчас я заметила, что бубнёж тракториста удалялся. Мы-то остановились, а вот Аля с Анатолием ушли вперед. Это же надо было так ей зубы заговорить, что девушка не заметила, как тот, на ком она привыкла висеть, отстал.

– Вы на что намекаете? – сделала я шаг назад, ну просто для вида. Знаете же как бывает, ты вроде вся не такая, и именно это партнёра притягивает.

– А я уже даже не намекаю, – совсем уж хрипло проговорил голубоглазый, слишком близко подходя. Что-то и в самом деле волнительно, я даже уже отходила не для приманки. А потому что вариантов не было.

– Тебе лучше не двигаться, – сообщил маньяк совсем непонятно для чего.

Да я и так замерла, как будто деревянная по пояс. Да и выше под вопросом. Мужчина уже подошёл так близко, что сердце в груди буквально разрывалось от своих же ударов, и когда он потянулся ко мне рукой, я тут же представила, как он меня к себе снова притягивает.

Ну сейчас хоть поцелует?

Нет, я, конечно, всё понимаю, но почему он смотрит не на губы, а ниже. Ещё ниже? Декольте, кстати, без особого выреза, и все же не по себе стало. Я рада, что моя не такая уж и выдающаяся часть тела ему по душе, но ведь это как-то совершенно неприлично. А когда он прикоснулся ко мне, я и вовсе собралась дать пощечину. Но он резко руку убрал. И кажется, даже выдохнул.

Но я всё равно ему почти зарядила.

Голубоглазый теперь таращился, и одной рукой держал меня за запястье в сантиметрах от его лица, не давая пощечину завершить. Я, кстати, тоже недоумевала. Оно само как-то вышло. Рефлекс.

– Нахал! – заявила я, прерывисто выдыхая. Уж раз начала, надо до конца дожимать. – Да как вы смеете? Отпустите меня!

Запястье он не разжал, но головой покачал.

– Ксения, вы бесподобны.

Серьезно? То есть привольничает тут он, а бесподобна я! Вообще-то, если он хотел сделать комплимент, то надо было успеть это до касаний.

– А вы слишком наглый.

– Ксения, вы меня неправильно поняли. У вас на груди паук сидел.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– У вас, то телефон в кармане, то паук. Придумайте новое что-нибудь!

– То есть не боитесь насекомых?

– Все живые существа – братья наши меньшие, они нуждаются в защите, – ловко повторяла я слова, написанные однажды под своим постом. – Это они нас боятся, а мы вторгаемся в их дом.

На это маньяк лишь поднял руку, и я увидела как по тоненькой паутинке действительно забирается чёрное чудовище.

– Мамочки, паук! – завопила я тут же, он был такой большой, что сделалось дурно. – Уберите его! Скорее! Чего же вы медлите?!

– Вы его пугаете своим криком...

– Уберите же эту мерзость!

– Вы уверены? Он ваш брат, как я понял.

– Выбросите его, скормите воронам, – отчего-то не унималась я. – В речку бросьте! На верхушку дерева закиньте! В дупло белке!

– То есть конкретно этот в защите не нуждается? – невозмутимо поднял брови маньяк.

Я теперь просто мотала головой, пытаясь руку выдернуть.

– Понял. Прости, брат, – ухмыльнулся маньяк, обращаясь уже к пауку и всё же определил его на куст, который рос рядом. – Считай я тебя от неё спас, – шепнул он, и сделалось даже обидно.

Запястье маньяк отпустил, а я насупилась, уже немного приходя в себя. Не сводя взгляда, я шагнула на него. Спасатель, значит. Супермен. Человек-паук прямо.

Ой, нет. Брррр. С пауками я, пожалуй, не хочу иметь дел. Уже начала мысленно прикидывать, кто мне больше по душе Капитан Америка или Тор, и, кстати, Железный человек ещё ничего. Но вдруг спохватилась. Все они проигрывали этому наглецу!

– Свои вот эти приёмы оставьте для тех, кто ведётся на подобные разводы. Вы меня в который раз спасаете, – спарадировала я тонким голосом недавнюю фразу Али. И даже тронула маньяка за плечо, наигранно рассмеявшись. – На меня это всё... – начала я уже своим голосом, но натолкнулась на взгляд, потемневший и отчего-то вызвавший внутри томление. И тут же улыбку убрала. – ...Не действует, – закончила уже не так уверенно, как начала.

Вдруг поняла, как близко сейчас нахожусь, и по телу пробежалась мягкая дрожь. Именно в этот момент маньяк вдруг притянул меня к себе и совершенно теперь неожиданно прикоснулся к губам, но только без нежностей, а сразу с напором, словно сорвавшись. Я успела лишь прерывисто выдохнуть и тут же закружилась голова.

На поцелуй я отвечала, хоть и держалась на ногах теперь едва, сильные руки сжимали так крепко, что упасть не боялась, а вот сойти с ума вполне. Я растворялась, плавилась, внутри всё ликовало и приятно покалывало, и если какое-то время назад собиралась принять решение, что ну и не нужны мне его поцелуи, сейчас мечтала лишь о том, чтобы ничего не заканчивалось, и, о боже, как неприлично, сама была не против продолжения.

Я уже не упиралась ему в грудь, а осмелела настолько, что обхватила за шею, вжимаясь теперь и сама. А он погружал в безумие своими движениями и, увеличивая напор, одной рукой забрался в мои волосы, другой же по-прежнему крепко обвивал за талию. Где-то хрустнула ветка, ещё одна.

Маньяк немного отстранившись, теперь тяжело дышал, я и сама с трудом восстанавливала дыхание, обезумевший пульс стучал по вискам. Как же хорошо в этих объятиях, как же сладко.

Очень сложно было возмущаться дальше. К тому же я уже и забыла, на что собиралась всерьез обидеться. Вот умеет же нахал вывернуть всё в свою пользу, а.

И если бы не навязчивый шорох откуда-то сбоку, так бы и не поняла, что в лесу мы не одни.

Братья братьями, но таких меньших как, к примеру, кабанов мне тоже не хотелось повстречать на пути.

Я перевела взгляд в кусты. Звук теперь удалялся, кто бы это ни был, он уходил. И пусть.

На чём мы там остановились?

Вернув внимание маньяку, я заметила, как пристально он меня разглядывает. А потом он улыбнулся уголками губ.

– Вы ничего такого не подумайте, – нахмурилась я для порядка. А то решит ещё, что ему всё дозволенно. Резко отвернулась, а он притянул меня со спины за талию и наклонился к уху:

– Значит, не действует, – услышала его низкий голос. Он случайно задел мою мочку и по плечам разбежались мурашки. Божечки, это бесчеловечно.

– Нет, – ответила, пытаясь быть уверенной, как никогда. А точнее, как никогда не выходило, если он вот так близко.

– Имейте в виду, Ксения, – продолжил маньяк. – Раз на вас так сложно подействовать, придется мне применять другие приёмы. Более серьезные.

Руки маньяк разжал, выпуская из объятий, я шагнула вперед и теперь, так же стоя спиной, растянула на губах дурацкую улыбку.

Ха. Как будто у него есть выбор.