Глава 16

Голова помощницы мужа мелькала где-то за его плечом, но я успела заметить неприкрытое недовольство в её взгляде. Сейчас ты всё поймёшь и превратишься в очередного слюнявого бульдожку!

Я сидела на столе, закинув ногу на ногу так, что край чулка призывно подмигивал смотрящим. Ворот рубашки был распахнут настолько, что ложбинку можно было разглядеть досконально, верно определив размер моей груди.

Взгляд Алекса медленно скользнул по моим ногам, задержавшись на подоле юбки, затем поднялся к декольте, к алым губам — муж сглотнул. А потом он посмотрел в мои глаза.

Я выдохнула с облегчением. Вот оно. Вот это чувство. Я словно поднимаюсь на вершину Эвереста. Захватывает дух, тело окутывает жар, а низ живота сводит непрекращающимися болезненными спазмами.

— Агата, — хрипло заговорил Романов, — сходи в бухгалтерию.

— Зачем? — проблеяла девица.

Муж помолчал несколько секунд, явно выдумывая подходящий повод.

— Запроси отчёты за два последних месяца. Пусть подготовят прямо сейчас. Дождись и принеси в распечатанном виде.

И Алекс захлопнул дверь перед покрасневшим от негодования носом своей помощницы.

Кабинет мгновенно сузился настолько, что, казалось, каждый удар моего сердца был слышен мужчине. Только ему не надо слышать. Он и так прекрасно знает, как я реагирую на него.

Романов сканировал меня голодным взглядом. Медленно, изучающее. И вслед за его взглядом по телу разбегались мурашки.

Алекс шагнул ко мне, и я задержала дыхание. Ещё шаг — облизнула пересохшие губы. Шаг, и я, тряхнув головой, сбросила наваждение и продолжила затеянную игру. Слегка откинулась назад, опершись на руки, и призывно развела колени в стороны, позволяя мужчине оценить изящное кружево.

Романов едва заметно усмехнулся, оценив мой жест, и принял приглашение. Он подошёл ко мне вплотную, встав между разведенными ногами, и медленно провёл кончиками пальцев от колен к краям чулок. Там он остановился, бросил короткий взгляд на мои слегка распахнутые губы и вновь посмотрел в глаза. А затем крепко сжал внутреннюю поверхность бедра, разводя ноги шире и заставляя меня шумно выдохнуть весь воздух из лёгких.

Алекс склонился к моим волосам и медленно шумно вдохнул, слегка прикусил мочку уха и прошептал, обжигая горячим дыханием:

— Развратная секретарша? Откуда такие фантазии, Маша?

Романов аккуратно массировал мои бёдра поверх резинок от чулок, задевал обнажённую кожу, оттягивал ремни пояса. Поднимался к самому горячему на моём теле месту, но не касался. И это сводило меня сума! Я начала ёрзать на столе, пытаясь хоть немного помочь себе, двигала бёдрами вперёд, но Алекс слегка отстранялся, не давая мне дотронуться до него. Это было невыносимо, но в то же время так сладко!

— Дикая кошка Маша, — прошептал муж, ухмыляясь, и, приподняв мои бёдра над столом, задрал юбку до самой талии. Романов крепко сжал мои обнажённые ягодицы, и я шумно выдохнула, не сдержавшись.

— Отвечай на вопрос, — потребовал мужчина.

— Нет, — простонала.

— Что нет? — Алекс выдохнул мне в шею, и продолжил покрывать кожу короткими поцелуями, распаляя до предела.

— Не секретарша, — промямлила, вновь облизнув губы и откинув голову назад, — просто я вдруг поняла, что ты ещё ни разу не трахал меня на своём рабочем столе.

Романов замер. Слегка отстранился и заглянул в мои широко распахнутые глаза.

И я чуть не разрыдалась. В его взгляде было столько нежности, что сердце защемило. Господи, ну зачем? Зачем я так облажалась? Клянусь, больше никаких недосказанностей. Ни единой, ни малейшей лжи! Даже если будет казаться, что она во благо!

Алекс наклонился и поцеловал меня, притянув ближе к себе. Я охотно ответила, обняв мужа за шею. Почувствовав между своих ног его возбуждение, постаралась прижаться к Романову ещё сильнее, вот только легче не стало. Наоборот. Одна рука мужа ласкала набухшую грудь, а на вторую ладонь он накрутил мои волосы, собранные в хвост. Стало невероятно жарко. Тело будто охватило огнём. Казалось, я скоро сгорю заживо.

И Алекс прекратил мои сладкие мучения. Он углубил поцелуй, пуская по телу электрические разряды, и быстро расстегнул ширинку на брюках. Приспустив боксеры и отодвинув в сторону насквозь промокшую полоску моих трусиков, Алекс вошёл в меня одним мощным толчком.

От нежности не осталось и следа.

Романов, отстранившись, надавил ладонью на мою грудь и заставил опуститься спиной на столешницу. Он открыл себе обзор. Алекс любит смотреть на меня, когда трахает. Муж говорит, что моё лицо становится «абсолютно прекрасным», когда я кончаю. И я давно перестала стесняться своего удовольствия.

— Пожалуй, фантазию о твоих алых губах на моём члене мы оставим на следующий раз.

И Алекс начал двигаться. Глубоко, сильно. И быстро. Очень быстро. Звуки ударов плоти о плоть наполнили помещение, перемешиваясь с тяжёлым дыханием Романова и моими стонами, которые становились всё громче. Где-то на задворках сознания промелькнула мысль, что нас могут услышать, но тут же потерялась, скрытая волной наслаждения, которая обрушилась на меня, как цунами. Оргазм был мощным настолько, что из глаз потекли слёзы. Я выгнула спину дугой, впилась ногтями в ладони Романова, продолжающие удерживать меня за бёдра, и прикрыла глаза. Алекс толкнулся ещё несколько раз и резко вышел, кончая мне на бедро.

И моё сознание прояснилось. Мы так и не обсудили… Ларс почему-то сказал Алексу, что я не хочу детей. Но это неправда.

Романов наклонился и уткнулся лицом в мою грудь, тяжело дыша. Я зарылась всё ещё подрагивающими пальцами в густые чёрные волосы и глядела в потолок, хмурясь.

— Я испачкал твои чулки, — прохрипел муж, заставляя меня улыбнуться. — Прости, у меня нет с собой презервативов.

— Алекс, — поспешила сказать то, что давно должна была, — я не не хочу детей. Просто считаю, что надо немного повременить. Вопрос с Голливудом пока остаётся открытым, и я не говорила…

— Я понял, — муж не дал договорить. Он отстранился, резко выпрямляясь. Стало холодно и неуютно. — Вопрос с Голливудом решим в ближайшее время.

Я спрыгнула со стола и взяла протянутый мужем платок. Вытерла бёдра и бросила использованную тряпку в мусорное ведро.

— Я люблю тебя, Алекс, — уверенно сообщила, глянув на мужа.

Он закончил вправлять в брюки изрядно помятую рубашку и посмотрел на меня.

— Я знаю, Маша, — Романов усмехнулся, — я тоже тебя люблю. Поезжай домой. Поработай над романом. Я постараюсь вернуться не поздно.

Алекс подошёл ко мне и поцеловал в лоб.

Я едва сдержала вновь подступающие слёзы, кивнула и направилась к выходу.

Притормозив у самой двери, обернулась и спросила, стараясь придать голосу как можно больше безразличия:

— Как тебе Агата? Хорошо справляется?

Муж оторвался от бумаг, в которые уже успел зарыться, и посмотрел на меня немного удивлённым взглядом.

— Да, — Романов кивнул, — более чем. Думаю, я даже смогу позволить себе несколько выходных после Нового года.

Я лишь улыбнулась, кивнула и вышли из кабинета мужа.