Глава 31

Мы больше не говорили о произошедшем. Мы вообще больше не разговаривали. Можно сказать, мы больше и не виделись. Романов уходил на работу рано утром, а приходил поздно вечером и сразу запирался в кабинете, постоянно разговаривая по телефону. Конечно, я подслушивала.

Насколько я поняла, супруг действительно вывел экономический отдел во вторую смену. Они разрабатывали проект каких-то изменений, что позволило бы сохранить рабочие места.

Я чувствовала, что каждый день расстояние между нами увеличивается. Осознавала, что муж отдаляется. И, конечно, не могла не думать о причинах происходящего. Только ли дело в проблемах на работе? Раньше Романов всегда искал утешения в близости со мной, сейчас же лишь сухо здоровался, ограничивая этим наше общение. Впервые, находясь в одном доме, мы не занимались любовью четыре дня подряд.

И я задумалась: а есть ли что-то кроме секса, что по-настоящему ценит во мне Романов?

В четверг утром я проснулась, когда хлопнула входная дверь. Глянула на часы — семь утра. Накануне Алекс вернулся в десять вечера, просидел в своём кабинете до полуночи, а в семь утра он уже ушёл на работу.

Уткнувшись лицом в подушку, пролежала так минут десять. Осознав, что уже даже слёз нет, поднялась и, шаркая ногами, поплелась на кухню.

Снова зазвонил телефон. Я глянула на экран, и без того понимая, кто звонит, убедилась, что права и распахнула дверцы кухонного шкафчика, чтобы достать кофе.

Я не перезвонила Тири после разговора с Алексом, хотя обещала. Знаю, подруга беспокоится, но не могу заставить себя ответить на вызов. Снова придётся облекать мысли в слова. Когда всё это звучит вслух, становится страшнее. Сейчас, наедине с собой и своими мыслями, я словно в коконе. В броне, которая защищает меня от проблем. И мне страшно показываться. Кажется, стоит высунуть голову из-под этого панциря, и кто-нибудь стукнет по ней топором.

Все мои попытки разобраться в происходящем не привели ни к чему хорошему.

Алекс закончит с проблемами на работе и решит все наши недомолвки. Он сам взял на себя ведущую роль в наших отношениях. Он решает абсолютно всё. Есть «он», «мы» и «я». Зоны ответственности разделены справедливо. У Алекса «он» и «мы», а у меня «я». И то не всегда. Наверное, это правильно. Так и должно быть… По крайней мере, я не знаю, как жить по-другому. Мы с Алексом съехались практически с первого дня отношений. Мне было восемнадцать, и до этого я ни с кем не встречалась. Романов — мой первый и единственный опыт во всём, и всё, что происходит между нами, я воспринимаю как должное.

И теперь я просто жду. Сама не знаю, что именно.

Сварила кофе и села за стол, уставившись в большое окно, когда телефон опять зазвонил.

Уверенная в том, что снова звонит подруга, протянула руку к смартфону, чтобы отключить звук, но ладонь замерла над экраном. Телефон светился другим контактом. Уже почти забытым, от того более удивительно, что он звонит. Ларс.

Я должна была с ним связаться и всё обсудить, объяснить и извиниться. А теперь, не дождавшись от меня поступка, редактор звонит сам. Я всё делаю неправильно…

Тряхнув головой, приняла вызов.

— Привет! — излишне эмоционально прокричала в трубку.

— Здравствуй, Мэри. У тебя всё хорошо? — конечно, друг почувствовал, понял по интонации, что я взволнована.

Глубоко вздохнула, чтобы избавиться от ненужной дрожи в голосе и сбросить нервозность, и выпалила:

— Да, Ларс, немного замоталась в последнее время, прости! Прости, что не позвонила. Я должна была сделать это уже давно. И не просто позвонить… Конечно, я должна была объясниться лично. И прости, что всё так получилось…

Голос дрогнул, и я замолчала. Сейчас, когда я услышала своего друга, груз ответственности за произошедшее снова опустился на плечи, добавляя веса, который уже и так было невероятно трудно нести.

— Всё в порядке, Мэри. Я позвонил узнать, как ты. В конце концов, мы ведь не просто работали вместе…

— Да, — подтвердила уверено, — да, Ларс, конечно.

Это уже не в первый раз. Стоит мне погрузиться в собственные проблемы — и я забываю о друзьях…

Вспомнила о Тири. Подруга переживает обо мне, помогает, желает счастья. А я снова игнорирую её…

— Ничего, Мэри. Я всё понимаю. В конце концов, с твоим авторитарным мужем сложно иметь личную жизнь, — Ларс усмехнулся и продолжил, заставляя меня нахмуриться, — к тому же, я только сейчас стал появляться на людях, поэтому личная встреча уж никак была невозможна. Романов хорошо поработал…

Ларс издал довольный смешок, а я была обескуражена. Почему редактор не выходил «в люди»? И над чем поработал мой муж? Нехорошее предчувствие закралось в душу, тревожа меня. И от этого состояния тревоги уже начало тошнить. Я постоянно нервничаю. Даже сплю беспокойно, то и дело просыпаясь на скомканных простынях.

— О чём ты говоришь? — поинтересовалась полушёпотом.

— В каком смысле? — кажется, Ларс был удивлён. — Ты не знаешь? Алекс ничего не сказал?

— О чём не сказал? Что произошло, Ларс? Что сделал Александр?

Редактор не отвечал несколько секунд, и в трубке повисла такая тишина, что, казалось, он вообще отключился. Или друг обдумывал, что сказать…

— Ларс? — напомнила о себе.

— Да, Мэри, я здесь. Просто я думал, муж тебе рассказал… Он приходил ко мне в офис, и я наговорил глупостей, признаюсь. Просто Алекс нёс какую-то чушь о контракте, который составили мы с Юниверсал, и я разозлился. В конце концов, я всегда думал о твоём благополучии. Хотел как лучше для тебя. Ну и…

Мужчина снова замолчал, заставляя меня начать нетерпеливо постукивать пальцами по столу. А потом он продолжил, повергая меня в шок.

— Алекс хорошенько поработал над моим лицом… У него тяжёлая рука, с одного удара завалил, — Ларс снова хихикнул, а вот мне было не до смеха… — В общем почти месяц я ходил опухший и синий, как заправский алкаш. Конечно, старался из дома не высовываться. Но ничего, заслужил, наверное…

— Нет, Ларс, — процедила, сквозь зубы, — не заслужил. Ты не заслужил этого…

Гнев проснулся так резко и неожиданно, что стало страшно. От злости даже руки затряслись, и я сжала свободную от телефона ладонь в кулак.

— Да это уже не важно, в любом случае, — беспечно заявил редактор, словно, действительно, не произошло ничего страшного. — Всё закончилось. Расскажи лучше, как твои дела? Очень жаль с Юниверсал не получилось… Ты уже нашла нового агента?

Я плотно сжала губы и прикрыла глаза. Мало того, что муж избил его, так мне ещё придётся сообщить Ларсу, что с Юниверсал не вышло только у него…

— Вообще-то, да, — тихо начала чуть хрипловатым голосом, — я теперь работаю с Роном Элиотом.

Ларс присвистнул. Я знала, что эта информация его удивит… И решила продолжить сразу, иначе потом не хватит смелости.

— И мы работаем над сценарием сейчас. Юниверсал согласились сотрудничать с Роном.

В трубке снова повисла тишина, и я прикусила губу. Я ждала ответа от Ларса. Я знаю… я видела, как сильно он был воодушевлён идеей поработать над фильмом в Голливуде. Я знаю, для него это было очень важно. И я отобрала у него эту возможность. Бессовестно присвоила себе все заслуги своего редактора.

— Здорово, — наконец заговорил мужчина, и в его голосе послышалось разочарование и огорчение. — Очень рад за тебя, Мэри! Надеюсь, пригласишь на премьеру.

— Конечно, — поспешила заверить друга.

— Ладно, — излишне весело сообщил редактор, — мне уже пора. Рад был поболтать. Звони, если что!

— Конечно, Ларс.

И он сбросил вызов.

Сложно описать, что творилось у меня на душе. Столько сил в меня вложил, столько нервов и времени. А в итоге Ларс получил лишь синяки и разбитые надежды.

С меня хватит. Это, чёрт возьми, не честно и не справедливо! Всё, что происходит сейчас! И я больше не стану терпеть и ждать чего-то…