Глава 49

В ушах шумело. Не знаю, как давно Ларс усадил меня на холодный пол. Кажется, я всё-таки отключилась, но не уверена, что надолго. Потому что я слышала звуки борьбы.

Я боролась. Боролась с собой, пытаясь заставить веки разлепиться, чтобы понять, что же творится. Вот только мне не надо открывать глаза, чтобы понять, что Алекс здесь. Он здесь, и что-то происходит… Что-то страшное.

Находясь на грани сознательного и бессознательного, пыталась глубоко дышать. Насыщать лёгкие необходимым кислородом. Я должна знать, что происходит. Я должна быть уверена, что с моим мужем всё в порядке! Иначе я умру… И в какой-то момент сумела найти в себе силы… Слегка распахнула веки, прошептав:

— Алекс.

Господи Боже…

Романов его убил… Повсюду кровь. В глазах Алекса, подскочившего ко мне через секунду, плескалось пламя. Муж был не похож на себя… Демон! Лицо в кровавых каплях, дыхание тяжёлое, ноздри раздуваются как у хищного зверя… Только мне не страшно. Разве что от того, что он успел натворить…

— Алекс…

— Маша! — прохрипел Романов, подхватывая меня на руки. — Маша, блядь.

Снова прикрыла глаза, оказавшись в надёжных руках супруга. Всё. Теперь всё хорошо… Всё случилось очень быстро. Не произошло ничего ужасного… Вот только сознание до сих пор неясное. Всё будто в тумане. Но я не сплю. Я точно не сплю. Я чувствую его.

— Скорая подъехала к третьему выходу, — услышала незнакомый мужской голос, и Алекс пошёл быстрее.

Они поволокут Ларса к выходу через весь аэропорт? Или… Скорая для меня? Зачем? Я в порядке! Мне просто надо поспать… А вот Ларс. Господи, если Алекс его убил… Забил до смерти… Только я почему-то не паникую. Мне спокойно. Интересно, почему?

Пока я не стану спать. На руках у Алекса так здорово… Муж двигается в одном ритме, а голова так удобно уместилась на широком плече… Нос трётся о мужскую шею, заставляя глубже вдыхать любимый аромат… Хорошо. Мне так хорошо сейчас…

Звуки сирены, голоса… Только вот я не могу разобрать, что говорят.

Алекс куда-то меня кладёт…

— Нет, — прошептала, вцепившись в рубашку мужа, и Романов снова прижал меня к себе.

Мы сели? Больше не двигаемся… И хорошо. Ладно. Можно немного поспать…

Резко распахнула веки.

Я в больнице. Майское солнце пробивается сквозь жалюзи, лаская тёплыми полосками моё лицо. Стойка с капельницей справа от кровати, в вене катетер, но я свободна от проводков и шлангов. Повернула голову к окну. Так и знала. Почувствовала. Он здесь…

Яркими картинками воспоминания, словно слайды диафильма, пролистались в сознании. Море крови, алые капли на лице мужа, неподвижное тело на грязном полу…

— Алекс!

Я чувствовала себя абсолютно здоровой, и нет ничего удивительного в том, что сумела крикнуть громко. Так, чтобы муж проснулся.

Романов дёрнулся, резко открыл глаза и поднялся на ноги.

— Маша, — супруг сел на край больничной койки и взволновано взглянул в мои глаза.

— Я в порядке, Алекс, — было страшно задавать волнующий в этот момент вопрос, но если не спрошу, не смогу ни о чём больше думать… — Ларс?

Муж плотно стиснул зубы и, кажется, я услышала их скрип. На лбу Романова образовалась неровная складка, и когда мужчина перестал хмуриться, она не разгладилась. Первая морщинка…

— Жив, не совсем здоров и совершенно точно не красив.

Я выдохнула. Алекс его не убил… Ларс жив, и это самое главное. И всё, что получил, редактор заслужил…

Алекс взял мою ладонь в свою руку и слегка сжал. Его взгляд смягчился, и отчего-то мне захотелось плакать.

Наконец груз с плеч окончательно рухнул, рассыпаясь по больничному полу мелкими осколками.

Я уехали в Америку, оставляя между нами горсть вопросов. Расстояние помогло, расставив всё на свои места, но неприятный осадок медленно разъедал душу. Хотелось избавиться от него раз и навсегда.

И сейчас, когда Алекс смотрел в мои глаза нежным взглядом, я окончательно почувствовала, что теперь всё будет хорошо…

— Зачем? Зачем он это сделал?

Сложно представить… Ларс. Человек, который долгое время был моим другом. Моим коллегой, моим помощником. Человек, которого каких-то шесть месяцев назад я благодарила искренне, в котором была уверена… И он пытался меня… А что он хотел сделать?

— Я перекрыл Ларсу кислород.

— Что? — не поняла выражение мужа.

— Я говорил твоему редактору никогда больше с тобой не разговаривать. Я говорил, что уничтожу его…

В глазах Романова снова заплясали черти, и я сильнее сжала его ладонь.

Попыталась подняться, но Алекс, резко подавшись вперёд, буквально пригвоздил меня к подушке, удержав за оба плеча.

— Тебе нельзя вставать… Наверное…

Муж выглядел обеспокоенным, и этот факт заставил меня улыбнуться.

— Алекс, я себя прекрасно чувствую. Уверена, если я присяду, ничего страшного не случится.

— Пусть об этом скажет доктор, сейчас позову…

— Нет, — удержала мужа, схватив за руку, — подожди. Я не буду вставать, обещаю. Сначала расскажи мне всё.

Романов сомневался пару секунд, и я нахмурилась. Неужели он снова… Снова примет решение за меня, не дав шанса…

Но супруг не разочаровал.

— Хорошо, — кивнул и присел обратно. — Только нечего рассказывать, Маша. В этой стране для Ларса Андерсона закрылись все двери. И он, быстро просрав огромную сумму, которую я перечислил ему в качестве отступных, решил поиметь с меня ещё… Вот таким оригинальным способом…

Поверить не могу… Добрый Ларс. Заботливый, всегда улыбающийся…

— Он хотел взять меня в заложники? Хотел просить за меня выкуп?

Алекс кивнул и повернулся к окну. Муж до сих пор переживает. Ему сложно говорить на эту тему. Я вижу, что Романов винит себя…

— Алекс, — позвала шёпотом, и не дождавшись реакции, продолжила: — Алекс, ты ведь понимаешь, что в произошедшем нет твоей вины? И ты успел вовремя. Ларс даже не сумел довести дело до конца, я ведь осталась в сознании…

— Врач сказал, Арнольд недостаточно намочил тряпку. Хотя, я был уверен, что тебе хватило бы и капли… Никогда в жизни мне не было так страшно…

И муж посмотрел на меня… Господи, это просто невероятно. Кажется, я стала любить его ещё сильнее. От одного взгляда в такие родные глаза, переполненные нежностью и заботой, сердце заходится в бешеной пляске. Шесть лет. Шесть лет мы вместе. Пять месяцев в разлуке, но попытка избавиться от зависимости провалилась с треском. Я не могу без него. Точнее, нет. Я могу. Вот она я. Прожила пять месяцев, и осталась жива. Но больше так не хочу.

То, что случилось с Ларсом, должно было произойти. Это должно было случиться, чтобы я больше никогда не жалела. Не думала о редакторе, с которым, как я до сих пор считала, обошлась плохо. Я точно знаю, что подобные мысли периодически возвращались бы в моё сознание, оседая неприятным осадком в душе. Не позволяя оставить всё, что случилось до Нового года, за чертой. А теперь я смогу. На все сто процентов. Без исключений. Без сомнений и сожалений.

— Алекс, я не хочу больше расставаться, — прошептала, глядя мужу в глаза.

— Не имею ничего против, — ответил Романов, и прижался к моим губам в поцелуе. Таком сладком. Таком нужном. Как я без этого жила?

— Хочу домой, — прошептала, слегка прикусив мужа за нижнюю губу.

Алекс немного отстранился и заглянул в мои глаза. Вот оно… Опять. И даже не пришлось надевать красивое нижнее бельё. Даже в больничной койке, лохматая, наверняка, с огромными мешками под глазами под взглядом супруга я чувствую самой желанной женщиной на планете.

Как я могла сомневаться? Как я могла подумать…

Всё. Хватит. Мы начинаем жизнь с чистого листа. Мы забудем эти ужасные недели. Я верю, что работа над ошибками поможет, и теперь всё будет, как в сказке.

Нет. Не хочу, как в сказке. Хочу, как в моей идеальной реальности.

— Поехали.

— А спросить врача?

— Уверен, я сумею договориться…

И он договорился. Точнее, врач и не возражал. Милый мужчина сообщил, что моему здоровью совершенно ничего не угрожает. Доза раствора была небольшой, и я просто выспалась, что пошло моему организму скорее на пользу.

И уже через час мы переступили порог дома.

— Как же хорошо, — улыбаясь, сообщила, проходя в гостиную.

— Кофе? — спросил Алекс, прислонившись плечом к стене и внимательно следя за каждым моим шагом.

— Ну, — пожала плечами, — тогда будет почти идеально.

Романов усмехнулся и скрылся в направлении кухни, а я села на свой любимый, самый удобный на свете диван. Я дома. Жёсткость матраса, запах, вид из окна — неповторимо родное.

Муж вернулся через пару минут с двумя кружками ароматного напитка. Протянул одну мне, и я с удовольствием сделал глоток. Вкус дома…

— Теперь идеально? — поинтересовался Романов, ухмыляясь.

Я похлопала ладонью по сидению, и Алекс, не раздумывая, присел рядом. Его бедро касалось моего, а рука, свободная от чашки кофе, легла на спинку дивана позади меня.

— Вот теперь совершенно точно идеально.

Романов притянул меня к себе и поцеловал в висок.

Солнечные лучи пытались заглянуть в окно, пробиваясь сквозь ветви деревьев, искрились, отражаясь в играющей воде залива. Ветер колыхал листву, и этот чудесный вид, перемешавшийся с абсолютной тишиной, дарили безмятежность. Ничего не может быть лучше таких моментов. И я готова бороться за каждый из них.

— Я думал… — неуверенно заговорил Алекс, — пока тебя не было, я думал, что… Я знаю, что тебе нравится наш дом, но, возможно, стоит кое-что изменить…

Я улыбнулась. Алекс подумал… Это очень странно. Ещё полгода назад он бы не думал. Я бы вернулась из поездки и не узнала бы свой дом. Романов переделал бы всё, не задумываясь. Не спрашивая моего мнения. Просто нанял бы профессионалов, считая, что так будет лучше. А сейчас… Он дождался моего возвращения и советуется…

— Думаю, да, — ответила, глотнув кофе и бросив на мужа короткий взгляд. Он не шевелился… — Детям нужна будет детская… Я думаю, можно было бы обустроить второй этаж под гостевые. А гостевые на первом переделать в детские.

Алекс, кажется, не дышал.

Я поставила кружку с кофе на журнальный столик и забралась к мужу на колени.

— Ты передумала? — спросил Романов, прижав меня к себе и уткнувшись носом в мою шею.

— Нет, — совершенно серьёзно ответила, — просто теперь я готова. Теперь я знаю, что мы с тобой справимся.