37
Виктор нашёл меня в коридоре. Вновь залюбовалась его внешним видом, хотя внутри меня бушевала ярость, охватившей меня. Меня буквально трясло. Хотелось кого-нибудь придушить на месте, чтобы хоть как-то успокоиться.
– Прогоним ещё раз перед выступлением? – ох уж эта дьявольская улыбка на его губах. Ну, вот как перед такой вообще возможно устоять?
– Перед смертью не надышишься.
– Брось, может, мне понравилось с тобой танцевать?
Против столь весомого аргумента возражений у меня не нашлось. Сначала открыла рот, чтобы отказаться, но потом, пожав плечами, согласилась.
Виктор утащил меня на одну из сцен. Положил в передний карман пиджака телефон, где включил музыку.
– Готова? – коротко спросил, по-прежнему улыбаясь.
– Всегда готова, – бросила, еле устояв от качания головой. Внешне я должна казаться спокойной, даже если внутри происходит абсолютнейший раздрай.
Знакомая мелодия, знакомые движения. Виктор аккуратно взял меня за талию, и мы закружились в вальсе.
На слове «напоминают» взяться за руки, наклониться вправо, влево… Сначала вспоминала каждое движение. Но потом поняла, что мне это не нужно. Я не нервничала в присутствии Виктора: моё тело помнило всё. Не ошибусь ни в одном шаге.
Первая поддержка, Виктор с легкостью поймал меня. Его лицо было в опасной близости от моего. Мне вдруг сильно захотелось жаркого поцелуя. Вторая поддержка: Виктор специально задел своим носом мой. Тяжело выдохнула.
Зря согласилась прогнать ещё раз. Мы и так прекрасно отрепетировали танец, и ошибиться просто не сможем. Лишь чувствовала опасную близость и силу, исходящую от партнёра. Силу, которой хотелось подчиняться.
Последний поклон. Песня завершилась. Виктор замешкался, слишком долго задержав меня в таком положении. Для меня словно остановилось время. Я видела только хитрые искры в его глазах, чувствовала горячее дыхание и жаждала неизбежного. Хотела выброса скопившихся дурацких эмоций.
– Превосходно! – в реальность вернул голос Максимыча. – Я рад, Надежда, что вы, несмотря на неопытность партнёра, не сдаётесь. Виктор, блестяще.
Я поспешила на выход, но партнёр по танцам догнал меня.
– Волнуешься? – усмехнулся Виктор, когда мы стояли у выхода из театра.
Мы были позади всех: сначала около пятидесяти пар должны были сформировать два круга, и лишь потом мы, чтобы занять центральную позицию. До меня только сейчас дошло, что у театра есть балконы, и самые важные лица города и несколько ветеранов расположились там, чтобы с хорошим обзором смотреть грандиозный концерт.
– Ни капли.
Мы услышали с улицы немного приглушённый голос:
– А теперь благотворительная акция компании BestDance: вальс в честь Дня Победы, поставленный BestDance, – закатила глаза.
Ежегодно таким образом наша танцевальная группа пиарилась, после вальса ведущая обязательно скажет: «приходите на обучение». И это всегда срабатывало. В центре всегда ставилась пара из самого BestDance, остальные же были все желающие поучаствовать, просто люди с улицы. Некоторые потом приходили к нам, а некоторые просто делились в соцсетях своими эмоциями.
Наши «коллеги» уже вышли, и мы поспешили на импровизированную сцену.
Ещё пять минут, и я буду свободна. Вот он момент истины, к которому мы готовились месяцы.
Осмотрелась: к сожалению, нас слишком хорошо видно отовсюду. Балконы, как и предполагала, забиты. Людей, пришедших посмотреть концерт, тоже немереное количество.
И вновь знакомая мелодия. Мы с Виктором, не теряя ни секунды, закружились в вальсе. Наступил наш звездный час. Наслаждалась вниманием, ведь до этого мне ещё ни разу не выпадала честь открывать столь важное выступление.
Через пару мгновений к нам присоединились пары второго круга. Теперь они вальсировали вокруг нас, и у меня начала кружиться голова. Пары третьего круга тоже присоединились, но чуть позже. Когда именно, я не уследила: слишком увлеклась движениями, музыкой и Виктором. Я была готова раствориться в этом коротком мгновении, настолько оно мне нравилось.
Но ничто не вечно: первая поддержка, вторая, вскоре нас ожидал общий поклон и бурные аплодисменты.
Мы справились, это было не так страшно, как казалось. Ведущая вновь поздравила всех с Днём Победы и начала зазывать всех в BestDance.
Я справилась. Вынесла это наитруднейшее испытание танцем. Ещё никогда не было так тяжело кружиться под музыку на глазах у стольких зрителей. Особенно, если учесть, что во время вальса для меня никого не существовало… кроме Виктора.
После выступления ускользнула в здание. Мне никого не хотелось видеть. Всё ещё надеялась, что Виктор передумает, останется с Любой, и я вернусь к привычной жизни.
Нет, конечно, вновь буду страдать без Виктора, но лучше сделать это сейчас, чем расстаться с ним потом. Если это чуть не убило меня несколько лет назад, то в этот раз будет больнее. Мы целовались, мы чуть не переспали… несколько раз.
Закрыла глаза, досчитала до десяти, откинув очень яркие и пошлые фантазии, пришедшие в голову. Вдруг захотелось прикоснуться к его горячей коже губами…
Накинула ветровку, спеша покинуть комнату, отведённую для девушек. Обрадовалась, что не столкнулась ни с Виктором, ни с Любой, ни, тем более, с Алёшей.
Чертыхнулась на лестнице, буквально столкнувшись с невыносимой парочкой. Виктор и Любовь о чём-то жарко спорили. Неприятный холодок пробежался по моей спине, когда я поняла причину. Замерла. Развернуться и выйти через другой вход? А если заметят?
Не решалась подойти, время словно остановилось. Спряталась за ближайшую колонну, надеясь, что меня не заметят.
– Это всё из-за этой шлюхи Надьки? – надрывно прокричала Люба. – Ты её любишь? Спустя столько лет? Ты променял годы наших отношений и всё, что мы выстроили, на призрачную возможность быть с невзрачной девочкой из прошлого? – каждое слово было пропитано таким едким ядом, что меня даже начало подташнивать.
Вдруг стало невыносимо больно. В душе заскреблись кошки, в глазах засаднило. Мы ведь когда-то очень тесно дружили. Именно её предательство, предательство первой подруги очень сильно резануло по сердцу.
Мальчики… они приходят и уходят, но…
Виктор молчал, гневно глядя на неё, прожигая, буквально испепеляя взглядом. Он сохранял видимое спокойствие, но я догадалась, что он уже готов сорваться.
У меня была мысль вмешаться, но я не могла: замерла, застыла на месте, не в силах пошевелиться. Вмешаться, попросить не ссориться. Но не стала этого делать: всё-таки Люба очень сильно оскорбила меня, обозвав шлюхой.
Очень хотелось уточнить, если я шлюха, переспала только с двумя, по обоюдному согласию, то кто же она? Слышала её байки о количестве парней до Виктора, а учитывая, что и ему она изменяла…
Тем временем, мир, как мне казалось, не остановился. На сцене появилось третье действующее лицо: как чёрт из табакерки выскочил… Алёша. На пару секунд закрыла глаза, чувствуя, что вот-вот случится что-то крайне неадекватное.
И оказалась права.
– Виктор, Люба! Я рад, что вы не ушли, – крикнул Алексей. Он совершенно не заметил меня. Радоваться ли мне тому, что меня не втянули в разборки? Можно ли облегчённо выдохнуть?
Люба медленно сравнялась с цветом свежевыкрашенной штукатурки. Я и сама ойкнула, потому что догадалась, что произойдёт дальше.
В следующее мгновение чувство злорадства полностью овладело мной. Это карма, Люба!
– Что тебе, Алёша? – Виктор сказал это таким тоном, что даже у меня во рту пересохло. Ох, не хотела бы я быть ни на месте Любы, ни на месте Алексея.
Алексей изменился в лице, может, даже, наложил в штаны. Люба мотала головой из стороны в сторону, одними губами шепча: «Не надо». Альбомный лист по сравнению с ней выглядел хорошо отдохнувшим и загорелым на море.
Алексей же, похоже, давно решился на этот поступок, но не мог найти подходящий момент. Косяк в том, что выбрал самый неподходящий. Настоящий Алёша из сказки!
Понимала это. Не стала его останавливать. Пусть сука наконец-то получит по заслугам. Вдруг осознала, что ненавижу её. Никогда не признавалась себе в этом. Но Любови сейчас желала воздаяния за все грехи.
– Виктор, я хочу извиниться перед тобой. Я… – Алексей запнулся, переводя взгляд с одного участника беседы на другого, будто набираясь смелости. Люба стояла, как статуя. Красивая, но пустая изнутри статуя.
– Говори, коль не боишься, – неприятные мурашки побежали по моей спине. Когда Виктор переходил на такой тон, добром это не заканчивалось ни для кого. Мне вдруг стало страшно за Алексея.
– Я сделал то, за что чувствую огромную вину перед тобой. Я боюсь признаться, но я виноват. Меня учили отвечать за свои поступки, – молвил, наконец, Алексей. Каждое слово далось ему крайне нелегко.
Люба отвесила пощёчину любовнику, Виктор хмыкнул. Алёша ещё ничего не сказал, но Люба уже знала, что он скажет и заранее ему отвесила пощёчину. На лице Виктора появилась недобрая, дьявольская улыбка. Похоже, он всё понял и без лишних слов.
– Кто-то должен из нас поступить по совести! – воскликнул Алексей, обратившись к Любе, потерев при этом щеку.
Восхитилась его смелостью: он буквально зашёл в клетку с тигром, готовясь быть растерзанным. Алексей смело заглянул в глаза соперника, который был выше на голову и гораздо сильнее:
– Я переспал с твоей невестой.
Виктор среагировал молниеносно: сжал кулак, замахнулся, но резко остановил руку в сантиметре от уха от Алексея. А тот зажмурился, но не увернулся. Он был готов стоически принять удар, потому что верил, что заслужил.
Вместо удара Виктор похлопал собеседника по плечу.
– Тоже при выборе между Надеждой и Любовью сделал неправильный? – усмехнулся он.
Алексей непонимающе уставился на юмориста. Я прекрасно поняла игру слов, и приятное тепло разлилось по моему телу. Почему я не могу контролировать эмоции и чувства к Виктору?! Захотелось выть от безысходности. Все дороги в любом случае вели к нему…
Любовь всё поняла. Она буквально зашипела, желая поправить ненавистную игру слов-имён.
– Люба, всё кончено. И не потому что я люблю кого-то другого или из-за твоих постоянных измен, – спокойно обратился к невесте. – Всё проще: я больше не люблю тебя. И ты меня больше не любишь. Давай оставим агонию этих отношений и будем счастливы, но по отдельности?
– И ты веришь какому-то хрену с улицы?! – взвизгнула «потерпевшая». Она выглядела, как девушка, которая попала в безвыходное положение.
– Нет. Я не верю тебе. Лёха, спасибо. Не забудь провериться, – Виктор будто невзначай махнул рукой ниже живота собеседника.
– В первый раз вижу человека, который благодарит меня за то, что я переспал с его невестой… – удивлённо прохрипел Алексей.
– Ну… Никогда не спал с чужими девушками? – расхохотался Виктор, и я начала подумывать, что у него началась истерика.
– Э-э-э… Я оступился только раз… – обескураженно бросил Алексей.
– Вот и не начинай. Неблагодарное – это дело, – одобрительно кивнул Виктор, а затем обратился к теперь уже бывшей: – Я соберу твои вещи, и ты сможешь забрать их завтра. И, прошу, не звони, не пытайся меня вернуть, не донимай меня. Я устал от твоих измен, от попыток сохранить давно сгнившие отношения. Отношения, в которых уже давным-давно нет чувств. Я устал от тебя.
Виктор не дал Любови что-то договорить. Он развернулся и поспешил в сторону парковки.
– Козёл! Как ты мог?! Зачем ты влез?! – истерически вопила Люба буквально захлёбывалась в слезах, набрасываясь с кулаками на Алексея.
Тот сгрёб её в охапку, всячески стараясь успокоить.
– Нельзя строить отношения на лжи. Идём, я подброшу тебя домой. Спать со всякими парнями – не выход. Так только шлюхи делают. А ты не такая, я это знаю.
И Алексей закинул упирающуюся Любовь на плечо. Я расхохоталась. Алёша оказался не так плох, как я думала. Хороший мужчина. Местами странный, но это явно его изюминка.
Только я давным-давно влюблена в другого.
Тяжело вздохнула: не способна с этим бороться.