40

Не думала, что настанет такой момент, когда я признаюсь, что ходить в мужской футболке на голое тело очень даже приятно. Раньше никогда не понимала девушек, которые воруют у парней их одежду, считала это глупостью. Что ж. Никогда не зарекайтесь.

Вот я, например, обещала больше не общаться с Виктором, а сегодня наконец-то оказалась у него в кровати. Потому что этого жаждала. И разве мне стало «легче»? Нет. Хотелось поставить на повтор этот волшебный момент.

– Знаешь, ты можешь подпоясаться и превратить мою футболку в платье, – с довольным видом промурлыкал Виктор. Он развалился на диване и теперь с причмокиванием уплетал пиццу.

– Я просто не хочу помять наряд, – пожала плечами, легко отмахнувшись.

– Просто, нося мою одежду, ты чувствуешь меня ещё ближе.

Вздрогнула. Дьявол вновь умудрился прочесть мои мысли! Пугало ли это меня? Ни капли. Вдруг захотелось вскрыть его и разобрать по косточкам. Не буквально. Мне хотелось начать понимать его также, как он – меня.

Сумасшествие какое-то!

– Ну-с. Что дома сидеть, одевайся, поедем салюты смотреть. Как раз стемнело, – хитрая улыбка скользнула по его лицу.

– Заодно завезёшь домой, – кивнула, потянувшись к лифчику.

– Ну, это мы ещё посмотрим, – слова прозвучали как намёк на угрозу.

Серьёзно?!

Пока переодевалась, Виктор достал пульт, включил домашний кинотеатр, что-то нажал на пульте, и вмиг на экране появился подъезд.

Вздрогнула, замерев, как была, в одном нижнем белье.

– Ты что, юный мажор? – подколола его, не удержавшись от саркастичного комментария.

Виктор повернулся ко мне, окинул хищным взглядом с головы до ног и довольно усмехнулся:

– Не болтай языком и собирайся быстрее, если не хочешь, чтобы я утащил тебя в кровать… снова, – а вот это точно угроза.

– Боже мой, как страшно! – влезла в платье и подошла к нему, чтобы застегнул молнию. Нет, конечно, моя гибкость позволяла справиться самой, но уж очень хотела подразнить парня.

Засранец в долгу не остался: притянул за талию и поцеловал в шею.

Постаралась перевести мысли в другое русло и посмотрела на экран. На одной из камер заметила Любу и поморщилась.

– Неужели она ещё не ушла? Она ждёт тебя… два часа? – поразилась её настойчивости.

С другой стороны, теперь-то знала наверняка каким образом ей удалось увести Виктора. Она им интересовалась, проявляла инициативу, а я была холодна, как лёд. Дура? Дура! И чего я боялась?

– Похоже, ей очень хочется со мной поговорить…

Не разделяла её желания. Мне вообще не хотелось с ней сталкиваться, как минимум… никогда. И почему Виктор стал у нас трофеем, который мы никак не могли поделить?

– Не переживай, сейчас мы всё разрулим.

С непониманием уставилась на него. Виктор тем временем взял мобильный в руки, кому-то позвонил и заговорил ласковым тоном:

– Алло, Зинаида Геннадьевна? Как ваше здоровьице? Да, спасибо, тоже не хвораю. Помощь ваша нужна. Я с Любкой расстался…

После этого мужчина отставил трубку на добрые полметра. И я вдруг услышала хоть и старческий, но громкий и звонкий голосок:

– Я говорила, Витюня, что не пара тебе эта шлюшка. Говорила, что прошмандовка тебе изменяет, найдёшь ты себе кого-то получше и без венерических болезней!

– Да-да, Зинаида Геннадьевна, я наконец-то прозрел и послушался советов мудрого человека. Вас! – Виктор улыбался в тридцать два зуба, а я еле-еле сдерживалась от истерического хохота.

Чёрт! Как бы выключить злорадство, что так и готово выплеснуться за пределы ковшика моей души?!

– Зинаида Геннадьевна, Любовь сейчас в подъезде, караулит меня. Мне крайне не хочется с ней сталкиваться… Готов отплатить вам чем угодно!

– С удовольствием, Витюня! – вновь услышала я.

Парень отключился, и уже мне сказал:

– Наслаждайся цирком. Эксклюзивно. Только для тебя.

Рассмеялась, и слёзы потекли из моих глаз. Мы оба уставились на экран. Вскоре заметили бабульку, что размахивала палкой. Я так и плюхнулась на диван, видя, как Люба пыталась увернуться от злобной соседки сверху.

– Не думаю, что ты правда хочешь услышать о чём они говорят, – в который раз Виктор прочитал мои мысли. – Я могу озвучить их сам: баба Зина кричит матом, чтобы Люба сваливала отсюда куда подальше. Любовь же пытается оправдаться и просит помощи, чтобы бабушка нас помирила.

– Какой ты ужасный человек, – сквозь смех пропищала. – И как с тобой Любовь встречалась! Как ты можешь кайфовать от такого зрелища?!

– Сама чего хохочешь?

Неужели мы – два сапога пара? Наслаждаемся чужими страданиями.

– У меня с ней свои счёты. Считай, это небольшая месть за то, что отбила тебя. Хотя… Отношения с тобой – уже наказание. Надо бы пожалеть бедную Любку, – пробурчала под нос свой длинной монолог.

Зачем он нарывается? Я не его бывшая, молчать не буду!

– Учти – предашь, и не такое устрою, – вот это настоящее предостережение, с которым даже я не рискнула поспорить.

Когда путь открылся, мы спустились на парковку. Виктор предупредительно открыл передо мной дверь, усаживая на переднее сидение. Уже не спорила, признав властность его характера. От него исходила манящая сила, которая не позволяла возражать ему. От такого хотелось подчиниться, расслабиться, довериться. Последние преграды рухнули, больше ничего не мешало быть его женщиной. Хотелось просто прижаться к его груди и заснуть. Чувствовала себя дикой кошкой, которая спустя столько лет наконец-то признала хозяина.

На секунду испугалась нахлынувшим, лавиной эмоциям. Взглянула на Виктора. Несмотря на его сосредоточенность (он внимательно следил за дорогой), мужчина улыбался и был безумно прекрасен.

И вдруг осознала простую истину: дико хочу быть с ним, даже если он сделает мне невыносимо больно, даже если после расставания больше не захочется жить… В миг, когда я буду с ним, буду поистине счастливой. Поистине живой. Только у него получилось зацепить меня по-настоящему.

Прекрасно существовала одна. Погрузилась в своё увлечение, уйдя в него с головой. Но танцы никогда не могли заменить мне Виктора, сколько бы я ни пыталась, ни старалась.

– Ты чего притихла? – усмехнулся парень, заметив, что я, не стесняясь, его разглядываю.

– Да вот представляю, как опрокину тебя на спину и… – не растерялась и дерзко ответила.

– Хорошая фантазия, – кивнул, соглашаясь. Боже, эта сволочь и согласна?! Сегодня пойдёт фиолетовый дождь! Задохнулась от удивления.

Когда мы выехали во двор, открыла окно и вдохнула свежий майский воздух полной грудью и улыбнулась: душа пела, тело просилось в пляс.

Опасалась, что Люба караулит нас во дворе, но успокоилась, когда не увидела её. Видимо, бабушка Зина была местным авторитетом, отгоняющих неугодных и ненавистных ей девушек. Впрочем, кто я, чтобы осуждать?

Наблюдала за мелькающими огнями за окном, стараясь игнорировать песню, что играла в плейлисте у Виктора. Знала, что он поставил её специально и слышала: «сдавайся!», намекая на начало отношений. Спорить с песней у меня не было в планах, поэтому решила сдаться и перестать от него бегать.

– Мы приехали. Главная площадь города. Как думаешь, будет самый крутой фейерверк? – игривая улыбка скользнула по его губам, он выскользнул из машины, явно куда-то торопясь.

Словно джентльмен распахнул передо мной дверь, подал руку. Когда наши ладони соприкоснулись, меня ударило током. И это было приятно. Виктор даже не подумал отпустить мою руку, крепко сжимая мою в своей ладони.

Надо бы привыкнуть к его способу показать, что принадлежу ему.

Салютом мы восхищались недолго. Мэрия города, бесспорно, хорошо подготовилась, но долго стоять с запрокинутой головой было очень тяжело. Мы ещё немного погуляли по парку, Виктор купил мне сахарную вату, отчего внутренний ребёнок радостно запищал.

После мы решили немного покататься по почти ночному городу. Ехать в машине в полной тишине, наблюдая за празднованием Дня Победы, оказалось ничуть не хуже, чем гулять по парку. Романтика так и витала в воздухе, что не могло не нравиться.

После долгой поездки Виктор заехал в уединённое место с неплохим видом.

– С тобой хорошо, но нам уже пора разойтись. Ты можешь отвезти меня домой? – спросила, боязливо посмотрев на него.

Парень вскинул брови, дерзко улыбнулся. По его виду стало понятно, что он совершенно не собирается расставаться со мной. Мне и самой не хотелось, но я не была готова перейти на новый уровень отношений. Учитывая, что они только начались, и я даже не предполагаю, куда их может унести.

Мой телефон неожиданно пропиликал. Вздрогнула, но достала его из сумки. Мама. Видимо, беспокоится, где я пропадаю весь день.

Расстроилась, когда прочитала сообщение: «Солнышко, не теряй! Сегодня не приду ночевать».

– Потеряла?

– Если бы! Сказала, что останется у хахаля! – гневно прошипела, мысленно швырнув телефон. Представив, что разобью экран и придётся покупать новый, аккуратно положила в карман ветровки.

– Ну, не будь так категорична! Вдруг всё серьёзно? – моментально среагировал Виктор.

Прыснула. Будь всё по-настоящему, мама бы обязательно познакомила меня со своим любовником.

Ох, уж эта мужская солидарность!

От осознания бросило в озноб. Залезла в сумочку, почти перевернув её вверх дном. Женские сумки – то ещё зло. Как будто в них чёрная дыра, ей богу. И не найдёшь того, что ищешь.

Обшарила карманы и шумно выдохнула: из дома Виктор забрал меня. Я выскочила впопыхах, закрывалась за мной мама…

Не взяла ключи.

Мне не попасть домой.

– Всё в порядке?

– Нет, – покачала головой. – Ключей нет, оставила дома.

– Ну, значит, сама судьба за то, чтобы ты переночевала у меня. Или ты меня по-прежнему боишься?

Судьба, значит?! Вскипела. У меня трагедия, а он… А он доволен, как слон! Никакого сочувствия! Даже не попытался уговорить, а просто решил за меня!

Насупилась. Виктор пожал плечами, завёл машину. Всю дорогу мы ехали молча. Вскоре мы были на парковке. Видимо, решил, что пора вернуться в квартиру, к тому же на улице резко похолодало, и мне пришлось закрыть окно.

– Если ты сейчас не выйдешь из машины, вытащу силком, закину на плечо и утащу в берлогу.

Взглянула на него. Настроен серьёзно, слов своих на ветер не бросает. Чёрт… Выскочила из машины раньше него, надеясь, что не поймает. Побежала к лифту, заскочила внутрь, и вот здесь-то была поймана крепкими мужскими руками.

– Ну, а теперь ты куда от меня убежишь? – усмехнулся, прижал к стене и страстно поцеловал.

Даже сопротивляться сил не осталось.

Однозначно надо было выбрать лестницу. Конечно, у него ноги сильнее, но я спортсменка. Хоть какая-то возможность избежать кары!

Когда мой кавалер открыл дверь, скинула обувь и куртку, шмыгнула внутрь квартиры. Заскочила в ванную, желая уединиться. Но, похоже, спрятаться от Виктора уже совсем невозможно. Настиг, когда мыла руки.

Обнял сзади, потянувшись к крану с водой. Столь простой жест вызвал кучу эмоций в моей душе.

– Так и будешь сопротивляться? – прохрипел мне в ухо.

– Да, иначе тебе будет скучно жить, – упрямо прошипела, почувствовав очередной прилив возбуждения за день.

– Ах вот значит, как? – похоже, не на шутку разозлился.

Не выпустив меня из объятий, задрал платье и запустил руку под трусы. Я простонала, когда его губы коснулись моей шеи. Его грубые пальцы с диким удовольствием ласкали мою возбуждённую плоть.

Дёрнулась, тщетно пытаясь вырваться, но ничего не вышло: уже пробудила разъярённого зверя, что оказался в сотни раз сильнее и хитрее меня.

– Не надо, – тихо прошептала, не совсем понимая кому это сказала: себе или ему.

Джинсы снимать не стал, просто приспустил и без предупреждения яростно и грубо вошёл.

Простонала, закрыв глаза, отдалась эмоциям. Он ускорял темп, не выпуская руки, чем несколько раз довёл меня до безумного оргазма. Честно признаюсь, я даже не знала, что моё тело вообще на такое способно.

Виктор выпустил меня только когда вышел и бурно кончил.

– Не будешь слушаться, буду наказывать тебя всё сильнее.

Пожала плечами, равнодушно посмотрев на него. Ну, а что? Мне понравилось. Значит, буду дразнить ещё сильнее.