44

Надежда

Приятно вернуться туда, где всё осталось по-старому, особенно, когда изменилась часть твоей жизни, а вместе с этим твоё мировоззрение. Или даже ты сама.

Одиннадцатое мая, утро, зал для репетиций. У танцоров нет выходных и отпуска. Есть только жизнь в бесконечном танго, вальсе, хип-хопе. Иногда, словно в брейк дансе, может встать с ног на голову и закружить.

Застыла, наблюдая за этим волшебным зрелищем: Вера́ тренировала девчонок, всячески подгоняя их. Разве не прекрасно?

– О, ты уже пришла? – Вера́ улыбнулась натянуто, с хитринкой. Но что это с ней? Я больше не вижу агрессии. Что за метаморфозы? – Не думала, что ты появишься. Раньше понедельника я тебя не ждала.

– У танцоров не бывает перерыва, не так ли? – заметила я, дерзко посмотрев ей в глаза.

Больше не боялась. Что она мне сделает? Выгонит из группы? Ну уж нет. Не после моего блестящего выступления.

– У танцоров нет, а вот у людей да. Реши уж для себя, кто ты больше: человек или робот.

Опешила. Не ожидала услышать от неё столь глубокомысленной и одновременно странной фразы.

Или все гении граничат с безумством? Поморщилась: не считала Веру́ гением.

– Я видела твоё вальсирование. Ты молодец, – после небольшого молчания сухо произнесла она.

Что я слышу?! Это похвала?! В мою сторону?! Из уст самой Веры́? Держите меня: сегодня явно день, когда Земля остановится…

– Ты… хвалишь меня? – еле-еле произнесла, пытаясь дышать. Не получалось.

– Ты была божественна, – вместо ответа кивнула хореограф. – У тебя получилось то, что у многих не получается даже с опытным партнёром. Ты же танцевала с новичком, и привела всех зрителей в неописуемый восторг.

– Но там… были и другие пары…

– Были. Но отложи скромность. У вас было несколько секунд славы. И вы блестяще справились. Знаешь, есть пару организаторов, которые хотят видеть тебя и только тебя в центре танцев. Поздравляю, ты добилась успеха.

– И ты мне спокойно это говоришь? – выдохнула, не думая больше ни о каких последствиях.

На лице тренера читалось недоумение. Я застыла, ожидая кары. Заслужила: всё мой длинный язык.

– Почему я должна переживать по этому поводу? – левая бровь собеседницы взлетела. Ой-ой. Это не к добру.

Несколько минут мы стояли, молча глядя друг на друга. Её взгляд был испепеляющий, мне становилось страшнее с каждой секундой.

– Потому что… – прервалась, не зная, как признаться. Потом всё-таки решилась сказать правду. – Потому что я считала, что ты видишь во мне соперницу.

Мои слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Прямо почувствовала, что вот-вот и всё взорвётся к чёртовой матери.

Но нет. Мы уцелели. Все остались живы. Вера́ лишь расхохоталась.

– О боже! Это явно моя вина, – отсмеявшись, резюмировала девушка. Теперь я уставилась с непониманием. – Я никогда не хвалила тебя, потому что знала: чем сильнее тебя гоняешь, тем сильнее ты стараешься. Сейчас я знаю, что ты готова, как никогда. Готова к большему. А ты правда подумала, что я считаю, что ты метишь на моё место?

Сложный вопрос. Но мы с Ариной так и думали! Господи! Чужая душа истинные потёмки!

– Ох, прости, я… не хотела обидеть, – принесла свои извинения и молча стала ждать наказания.

– Каждый получит по заслугам, – Вера́ пожала плечами. – Ты молодец, ты заслужила. У тебя начинается новый этап в жизни. Не зазвездись, но будь уверена в себе. Ну, и на будущее: хореографом ты не сможешь стать ещё несколько лет. Не потому, что я помешаю. Потому, что ты слишком любишь внимание, любишь сцену, любишь выступать. Хореографы, они как серые кардиналы. Их не видно, но без них не было бы ничего. А теперь переодевайся и занимай место в шестом ряду. Тебе многое предстоит наверстать.

Кивнула, не желая спорить. Тем более, Вера́ права. Я даже не стала удивляться: хватит мне потрясений за последнюю неделю.

Вновь отдалась музыке, ритму, движениям, пытаясь подстроиться под кружащихся рядом со мной, на ходу изучала новые движения и просто получала удовольствие от танца.

Позволила себе не думать о будущих проблемах. Ни о представлении Марии отцу, которое мне как-то обязательно нужно разгрести, ни о возможном знакомстве с маминым хахалем… Да даже о встрече Виктора с обоими родителями мне не хотелось думать!

Сейчас – танцы. Все остальные проблемы далеко впереди.