49

Надежда

В середине мая резко наступило лето. Девушки переоделись в летние наряды и сняли колготки. Я тоже с радостью облегчённо выдохнула и избавилась от верхней одежды.

В тот тёплый день Виктор предложил прогуляться, и я согласилась. Оголила плечи, облачившись в нежно-синее платье чуть выше колен с ярко выделенной талией. Пусть наслаждается, что такая красавица с ним.

Мы встречались всего одну короткую неделю, а я с каждым днём я всё больше и больше чувствовала, что он становится моей зависимостью. Это пугало и вдохновляло одновременно.

Мама продолжала проводить время у любовника. Имя Бориса я начала слышать чаще своего, и оно меня дико раздражало. С одной стороны, понимала, что мама – достаточно молодая женщина, которая хочет любить и быть любимой. С другой…

С другой было неприятно, что она до сих пор не познакомила меня с избранником. Серьёзно ли у них всё или лёгкая интрижка?

Впрочем, и я не торопилась знакомить Виктора с мамой. Меня вечно что-то останавливало, а мысль не торопить события не отпускала меня.

Чёрт! Почему отношения – это всегда так сложно?! То ли дело танцы…

Стоял тёплый вечер, мы наслаждались шумным городом, лёгкой прохладой и друг другом. Не думала, что такую идиллию можно чем-то нарушить, но… я заметила перемену «погоды» сразу же.

Я увидела её издалека, пожелав сменить курс, но было поздно. На нас надвигалась буря в ярко-алом коротком платье. От грозного вида Любови у меня всё резко сжалось внутри. Но Виктор, похоже, не замечал никого, кроме меня.

Секунды до столкновения показались мне вечностью. Словно оказалась в эпизоде фильма с замедленной съёмкой, и мне это ни капли не понравилось.

Наконец мы поравнялись, и я почувствовала, как напрягся Виктор, невольно пряча меня за спину, словно защищая от опасного хищника.

Любовь с отвращением окинула меня взглядом с головы до ног. Я не стала говорить ей, что и она мне в этом наряде и в столь ярком макияже показалась девочкой лёгкого поведения.

– Так ты теперь с ней, да? – вместо приветствия фыркнула она, посмотрев на Виктора.

Спросила таким тоном, словно я была пустышкой, неким аксессуаром. Приложением к парню.

– И тебе не хворать, – защищаясь от бывшей, бросил Виктор. – Это давно уже не твоё дело.

– Ошибаешься. Моё, – покачала Люба головой, причмокивая отвратительно накрашенными красными губами. – Неужели ты так просто готов слить в унитаз почти восемь лет наших отношений ради какой-то мимолётной интрижки?

– Это ты настойчиво сливала отношения, изменяя мне направо и налево, – холодно отчеканил Виктор.

Мне было крайне некомфортно наблюдать за набирающей обороты ссорой двух бывших любовников. Но я ничего не могла сделать: ни вмешаться, ни сбежать. Сама выбрала быть с Виктором, несмотря на его… довольно насыщенное прошлое. Теперь уже я окинула «соперницу» презрительным взглядом с ног до головы и еле удержалась от того, чтобы присвистнуть. С таким нарядом только на трассу.

Люба яростно смотрела на бывшего и кусала губу. Ей явно нечего было ответить на такой выпад. Невольно порадовалась: сейчас мы распрощаемся с ней и продолжим наслаждаться погодой и близостью друг друга.

Жаль, что я поспешила с выводом.

– Я искала тебя. Я хотела поговорить, обсудить, попытаться всё исправить, начать с чистого листа… – она тяжело вздохнула, чуть не расплакалась. Не знай я «подругу», точно бы поверила, что та искренне сожалеет. – Но, вижу, тебя уже утешили. Ты быстро нашёл мне замену.

– Она не замена, – спокойно и по-прежнему холодно ответил Виктор. – Смирись с тем, что я больше тебя не люблю. Я устал от измен, предательств и лжи. Я не могу вечно прощать и надеяться, что ты изменишься.

– Вот как мы запели! – хмыкнула Люба. Она ещё раз с ненавистью посмотрела на меня, а затем смело взглянула бывшему в глаза. – Всё ли рассказывает тебе твоя благоверная? Не думаешь, что ваши отношения также построены на предательстве и недомолвках?

От её слов меня бросило в жар. Я догадывалась, к чему она клонит, но надеялась, что она не падёт так низко.

Ошиблась. Когда дна достигли, снизу постучали.

– О чём она? – Виктор вопросительно посмотрел на меня. Он верил мне, а не ей. И это радовало.

– Эй, я всё ещё здесь! – хмыкнула неугомонная девица. – Я о том, что после того как мы с Алексеем переспали, я сообщила об этом нашей дражайшей Надежде. Доложила ли она тебе? Судя по публичному заявлению Алексея, для тебя это стало сюрпризом, – Люба победоносно улыбалась, поливая грязью и себя, и меня.

Вот только я не хотела в этой грязи драться.

Молча стояла, шокировано глядя на истеричку. Просто не могла представить, что сподвигло её опуститься так низко.

– Прощай, Люба. Мне вообще больше не о чем с тобой разговаривать, – сквозь зубы процедил Виктор.

Та довольно улыбнулась, пожала плечами, сделала шаг вперёд, оттолкнув меня и попытавшись повиснуть на шее Виктора. Тот уклонился.

– Жаль. На мне нет нижнего белья. Тебе бы понравилось.

Виктор покачал головой, посмотрев на неё прожигающим взглядом, от которого нехорошо стало даже мне. Любовь ретировалась.

Некоторое время мы стояли молча. Я не решалась заговорить первой, Виктору, похоже, вообще хотелось тишины.

– Провожу тебя до дома? – бросил он в итоге.

Кивнула. Всем своим нутром чувствовала, что это начало конца. Об этом вопила моя интуиция, и я так не хотела, чтобы это стало правдой. Над нами висела зловещая, давящая тишина.

Лёгкая прохлада превратилась в «мороз». Или меня зазнобило изнутри? Я тряслась, словно тростинка на ветру, но не говорила ни слова о том, что немного замёрзла.

Вскоре мы дошли до моего подъезда.

– Надь, скажи мне честно, это правда? Ты знала, что Люба в очередной раз мне изменила? – надрывно, с болью в голосе, спросил Виктор.

Не в силах вымолвить ни слова, лишь кивнула головой.

– И ты не поделилась со мной?

– А какой в этом был смысл? Ты должен был решить сам, что хочешь уйти от неё, без чьей-либо помощи, – меня прорвало, я выдала тираду, которая давным-давно крутилась у меня на языке.

– Смысл в том, что мы ВМЕСТЕ. И я не хочу, чтобы ты скрывала от меня что-то важное. Больше не могу терпеть предательства, я устал от вечной лжи, увёрток и недомолвок, – глубоко вздохнул он.

Молчала, не зная, что ему сказать. Чувствовала себя виноватой, но исправить случившееся уже не могла.

– И ты ничего не скажешь мне?

– Нет, – жёстко отрезала, покачав головой. – Я не обязана оправдываться.

– Не обязана, – повторил Виктор, кивнув головой.

Мы стояли возле моего дома и молчали. Мне казалось, что ещё слово, и Виктор меня бросит. Возможно даже будет прав. Переживу ли я ещё одного «предательства» от него? Смогу ли я понимать, что от его решения зависит моя жизнь.

Хватит! Знала же, что это ничем хорошим не окончится.

– Виктор, всё кончено, спасибо за прекрасную неделю, которую мы с тобой провели. Наши отношения не работают, – сквозь зубу процедила я, а затем, сорвавшись с места убежала, как последняя трусиха.

Пора наконец-то вернуться в своё любимое одиночество и больше не думать в сторону отношений.

Только когда переступила порог квартиры, позволила себе разрыдаться. Ещё не хватало Виктору видеть мои слёзы!

Проревела всю ночь в гордом одиночестве. Ещё до прогулки предупредила маму, что не появлюсь дома до завтра и, воспользовавшись этим, она уехала к Борису. Опять. Я осталась наедине со своим кошмаром.

Когда мы «расстались» в первый раз, я очень долго восстанавливалась. Не могла прийти в себя, впадала в бесконтрольные истерики. Не знаю, что было труднее: уход отца или уход Виктора. Я одновременно потеряла двух очень важных и любимых мужчин, без которых моя жизнь на тот момент потеряла всякий смысл. Не могла смириться с тем фактом, что у моего отца есть другая семья, с уже взрослым младшим братом и другой женщиной. Не могла смириться и с тем, что единственный любимый парень теперь целует другую и, возможно, обнимает её ночами. Вдвойне гадко было от того, что считала эту девушку лучшей подругой.

Тогда я сдалась, нашла замену, желая утонуть в ней, чтобы не чувствовать боль, обиду и вселенскую пустоту. Зияющую дыру пыталась закрыть Сергеем, который был полной противоположностью Виктора, но с которым было просто и спокойно. Убедила себя в том, что влюблена. Убедила себя, что больше не люблю Виктора, буквально вычеркнула его из своей жизни. Заставила себя думать о Сергее. Только о Сергее.

Мне было тяжело общаться с Виктором, как с другом, и это было взаимно. Мы вскоре разругались, и до конца обучения для нас обоих лучшим развлечением стали взаимные подколы. Иногда очень пошло, иногда чересчур грубо, но чаще всего слишком грязно и обидно. Мы не могли без колкостей, и только сейчас поняла, что мы, как два мазохиста, получали дикий кайф от столь странной и нелепой близости.

Когда я увидела его четыре года спустя, меня вновь потянуло к нему. Настолько сильно, что не смогла справиться с чёртовым взаимным притяжением. С одной стороны мне казалось, что мы стали другими, но с другой… С другой я понимала, что если или когда мы расстанемся, то могу не справиться с нахлынувшими эмоциями.

И сейчас, когда закрывала глаза, видела его лицо, его улыбку, шоколадные глаза с хитрыми искорками… Тело ещё помнило его поцелуи, его умелые касания, его… Как смешно, что колкости превратились в дикую и грубую страсть, по которой сейчас непонимающее тело дико скучало.

Но теперь это в прошлом. Осталось только оклематься и пойти дальше. Забыть об этой яркой неделе. Забыть о репетициях до отношений. Забыть…

Но это сильнее меня! Я знала, что так и случится! Знала, что расставание будет равнозначно смерти, сломает меня, переломает каждую косточку… Вывернет наизнанку, и я больше никогда не стану прежней.

Знала. И именно поэтому с удовольствием нырнула в этот безумный омут с головой. Потому что Виктор для меня больше, чем любовь. Он подобен наркотику. И это очень плохо.

Темнота полностью накрыла меня. Будь рядом хотя бы мама, она смогла бы меня утешить. Не рискнула открыть вино, что стояло в холодильнике, хотя соблазнительно было напиться и расслабиться. Просто рыдала, даже не пытаясь успокоить бешенный водопад слёз.

И понимала, что отчасти виновата сама! Что мешало мне просто сказать, что Любовь в очередной раз ему изменила? Не хотела лезть в чужие отношения? Да я уже залезла, позволив после первого танца проводить меня до дома! А потом и поцеловать. И, раз так, чем я лучше Любови, которая встряла между нами тогда, на первом курсе?

Истерически расхохоталась.

Нет никакой разницы. Просто две девушки не поделили одного шикарного парня и испортили друг другу жизнь.

К утру кое-как заснула, отвлекшись на какой-то отвратительный и крайне смешной фильм ужасов. Он не пугал, лишь веселил этими резкими звуками, страшными мордами и всякими чудищами. Когда реальность страшнее «ужастиков», на них отвлекаешься, смеясь…

Сквозь сон услышала, как пришла мама, но не стала вставать и расстраивать её своим видом. Пусть хотя бы у неё всё будет хорошо.