46. Все мое

– Привет, – сонно улыбается она.

Когда приходит осознание, где она и с кем, красивые серые глаза распахиваются шире и Вика начинает осмотр своего тела, откинув одеяло. Находит себя в нижнем белье и вопросительно возвращает мне взгляд, подняв брови.

– Ты была великолепна, – целую в щеку, пряча улыбочку.

Дотащил ее вчера сонную до своей квартиры. Моя пьянчужка что-то гундосила под раздевание. Укутал в одеяло и, обняв, завалился рядом.

– Пойду кофе приготовлю, – отползаю, чтобы еще душ холодный принять.

Открывшийся прекрасный вид стройных ножек, плоского животика и моего любимого размера груди… А-а-а-а! Прислоняюсь головой к холодному кафелю. Что ж за пытки такие? Мой парень голосует за возвращение к его женщине, но пока могу только обрадовать кулаком. Меня штырит так, будто это я после вчерашнего, а не Вика.

Сидит, пряча красные и слегка припухшие глазки, пьет кофе по глоточку, обхватывая губками края чашки. Твою ж мать! Если так дальше пойдет, мне снова надо будет в душ идти.

– Ты соврал, ничего такого не было, – ухмыляется моя зараза.

– Не соврал, а фантазировал! – тычу в нее пальцем.

– Про «выходи замуж» тоже фантазировал? – фыркает и чашка со стуком встречается с поверхностью.

Спокойно, Мирон! Надо все правильно обставить! Одно неправильное слово и она сбежит. Бегай потом, обратно возвращай, крутись-вертись балетным мастером.

– Предложение в силе. Сегодня пойдем оформлять? – встаю, и как фокусник, достаю из загажника коробочку с кольцом. Сам открываю и хватаю за руку, пока не очухалась. «Моя!» – верещит эго, когда обручалка оказывается у основания пальчика.

– Я…, – сглатывает Вика и закусывает губу.

– Вик, я ни в чем перед тобой не виноват: не изменял, с родителями поругался, что мне никого кроме тебя не надо.

– Они против? – почти шепчет и смотрит внимательно, шаря глазами по лицу.

– Главное, чтобы ты была «за». Я тебя замуж зову и жить мне с тобой! Детей растить и солоно хлебать – с тобой! С тобой хочу счастья, заботы и радости. Доверия хочу и внимания твоего. Защищать тебя, любить и баловать. Никто мне не нужен, кроме тебя, – поглаживаю большим пальцем ее ладошку.

Пошла реакция! Треснул лед! На глаза любимой наворачиваются слезы. Она начинает часто моргать и шмыгать носом. Пыхтит, чтобы не заплакать. Сдергиваю ее на себя, усаживая на колени. Целую, зафиксировав шею. А вторая рука как-то сама по себе живет, щупая бедро и прижимая ее к себе ближе. Впечататься хочу… Много чего хочу, но жду ответа, отстранившись. Нежно стираю слезинку со щеки.

– Давай попробуем, – выдыхает прямо в губы.

Первая передача включена, шлюпки на воду, флаг вывешен. Срываюсь, отпуская тормоза, аж трясет, что все мое теперь – в моих руках.