9. Максим. Два года назад

Машка тогда сохла по капитану баскетбольной команды. Макс Дроздов – красавчик и мечта всех старшеклассниц.

– Ну, давай сходим на игру! – стонет подруга, делая глаза как у шрековского кота.

Пришлось идти, или она бы мозг мне весь вынесла. Мы заняли места на трибуне болельщиц нашей школьной команды. Крики и визготня девчонок била по моим ушам. Хотелось свернуться в трубочку. Вяло хлопаю в ладоши, глядя на Машку, которая скачет зайцем, каждый раз вскидывая руки.

Чувство такое, будто время замедлилось, а сделать ты все равно ничего не успеваешь. Мяч, как пушечное ядро, летит прямо в меня. Голову откидывает от удара назад. Сквозь гул и звездочки понимаю, что лежу на полу.

– У нее кровь из носа! – Машкин истеричный крик.

Думаю, у кого это кровь? Что-то вязкое стекает по щеке. Я пытаюсь сфокусироваться на расплывающихся людях перед моим лицом.

– Вика, ты живая? Прости, что так получилось, – слышу голос парня, в котором звучат нотки беспокойства.

Меня куда-то несут. Голоса:

«У нее, наверное, сотрясение»

«Скорую уже вызвали»

«Мышонок, не теряй сознание!»

Открываю один глаз, затем второй. Больничная палата. Во рту – сушь, в голове – пустота. Поворачиваю голову. На рядом стоящей тумбочке стакан воды и три таблетки в небольшом контейнере. Подтягиваю тело и осторожно сажусь, чувствуя, как кружится голова. Таблетки оставляю не тронутыми. Выпиваю стакан воды небольшими глоточками. Вроде, полегчало.

– Зачем встала? – в палату заглядывает врач и укоризненно качает головой.

– Мне лучше. Можно я домой пойду? – сажусь на кровать.

– Дня два за тобой понаблюдаем, сделаем анализы и, если все хорошо, сможешь пойти домой, – говорит тоном, словно с ребенком общается. – Таблетки – выпить, – тычет мне на тумбочку.

– Незнакомые лекарства не пью, – вредничаю.

– Это – аспирин, эти таблетки – седативное, чтобы уменьшить волнение. Тебе нужен сон и покой. Сейчас принесут завтрак, запьешь компотиком.

– Это детское отделение? Мне уже есть восемнадцать, – зачем-то обозначаю свою взрослость.

– Это взрослое отделение, – смотрит поверх очков врач, а в глазах у него смешинки.

Пустую голову пытаюсь чем-то занять, читая на стенах стационара о профилактике вирусных заболеваний.

– Тебе уже можно вставать? – раздается смутно знакомый голос.

Красавчик, Макс Дроздов, накручивая ключи от машины на пальце, рассматривает меня.

– Сказали, у меня голова чугунная, еще не один такой удар выдержит, – пожимаю плечами и делаю вид, что про вирусы читать занимательно.

– Я тебе фрукты принес, – протягивает мне пакет.

– Давай. Спасибо! – не отказываюсь от презента, помня, что это по его вине я здесь кисну.

– Ну, я пошел? – топчется на месте, еще чего-то от меня ожидая.

– Иди, – киваю.

– А можно я тебе позвоню? – разворачивается на полпути от выхода.