ГЛАВА 16

Анна

Сегодня, спустя две недели, Саше сняли гипс. Кристина больше расстроилась, нежели обрадовалась, ведь она не сможет теперь, проводить с ним много времени. Зато я наконец-то смогу посвятить всю себя маме. В выходные я была у неё, и соврала ей, что иду в отпуск и буду навещать её каждый день.

Всё знать и врать ей, оказалось сложнее, чем я думала. За будние дни, когда я не была с ней рядом, меня всё чаще посещала мысль, я не имею права скрывать от неё правду. Но по выходным, слушая её планы, о даче и помидорах бычье сердце, новой швейной машинке и прочем том, чему, возможно, и не сбыться, понимала, что знать ей этого не нужно. Потеряет смысл и интерес к жизни. Перестанет бороться. А ведь возможно, вера в излечение, это лучшее лекарство. Кристина поддержала меня в моём решении, сказав, что это ложь во спасение если не жизни, то хотя бы её качества.

Сашины родители, узнав о мамином состоянии, к счастью, согласились, что гулять свадьбу при таком положении не к месту. Моё облегчение по этому вопросу продлилось недолго, к моему ужасу, они тут же затребовали знакомства с ней. Никогда бы не подумала, что буду радоваться чужой беде, но я была безумно рада Диминому разводу. Именно он отвлёк Людмилу Николаевну настолько, что она забыла не только о моей маме, но и обо мне, а Анатолий Дмитриевич был лишь головой и смотрел туда, куда шея повернёт.

Саша не повёз меня до больницы, решил провести последний день без гипса и работы, полностью посвятив себя Крис. По будням, часы посещений в больнице не такие лояльные, и проведать маму получится только после трёх часов дня. Но ни Саша, ни Крис об этом и не ведали, поэтому я, дабы не мешать влюблённой парочке, смылась из дома с утра пораньше. Взяв такси, доехала до ближайшего к больнице торгового центра, в планах было купить маме подарок. Что-то памятное, то, что возможно побудет с ней совсем недолго, но потом, будет греть меня.

Быстро пройдясь по первому этажу, не найдя на нём ничего стоящего, я решила замедлиться. До времени посещения, было ещё порядка четырёх часов, а деваться было мне совсем некуда. Второму этажу, я уделила более тщательное внимание. Не зная толком, на чём остановиться моё сердце, я разглядывала всё подряд. Даже зачем-то заглянула в отдел нижнего белья. Неторопливо рассматривая кружевную красоту, под агитации милой девушки-продавца, и никак уж не ожидала услышать над ухом Димино; - Доброе утро!

Мы с ним больше не виделись, после того обеда у Саши дома и было странно встретить его именно сегодня, именно в этом торговом центре.

- Эмм. Доброе… - опешив от неожиданности, я скорее промычала, чем ответила.

- Да у меня суд завтра. Развод. Ты же в курсе?

Гукнув, я кивнула и медленно зашагала на выход из отдела, отчётливо ощущая, как горят мои уши, откровенно открытые, собранными в пучок на макушке волосами.

- Вот, надо приодеться. Знаешь, чтоб прям с иголочки. - он улыбнулся, явно храбрясь напоказ.

- Мм. А я маме хочу в подарок что-то купить. Не знаю ещё что, времени у меня до трёх часов, вот и слоняюсь.

Надо больше говорить, я прямо чувствовала связь, чем больше я говорила, тем меньше горели мои дурацкие уши. Словно каждая буковка понижала чуть градус.

- Тогда давай так, ты поможешь мне, чисто женский взгляд, а то консультанты и мешок на мне расхвалят, лишь бы продать, а я помогу тебе. Нам туда!

Дима, не дожидаясь моего согласия, хотя я и так не отказала бы ему, указал на третий этаж. Когда он в течение десяти минут, без помощи консультанта, подобрал себе полный комплект от пиджака с брюками до галстука, я поняла, что ему моя помощь была нужна как козе баян. Не примеряя ничего, и уж тем, более не спрашивая этого женского взгляда, о котором просил, он расплатился. Выйдя из мужского отдела, я тут же попала в цепкие лапы «помогая». Который точно знал, что я подарю своей маме и точно знал, это ей очень понравится, а мне и подавно.

- Ты завтракала? - Дима спросил, подхватив меня под руку, и ведя к выходу, деловой до смеха.

- Нет. Не успела. Саше же с утра гипс ездили снимать, а потом он сразу на работу умчался.

- Я знаю. Я звонил ему. С этим разводом даже навестить его времени не было. Я ещё дом старый продаю, новый покупаю. Как всё готово будет, надо собраться на шашлыки. Новоселье ж как-никак!

- Сто лет шашлыков не ела. - призналась ему, для поддержания беседы, выходя из торгового центра.

- Шашлыки на завтрак… - Дима глубоко вздохнул морозного воздуха, задрав голову к чистому небу, щурясь от солнца, добавил; - А не плохо, пожалуй! - он потянул меня за собой в сторону забитой машинами парковки.

- Мы будем жарить шашлыки?! Сейчас?! - спросила его, быстро перебирая ногами, чтоб поспевать за его широким шагом, при этом совсем не рискуя упасть, потому что Димина рука крепко-накрепко сроднилась с моей.

- Нет. Боюсь не успеем. За нас это сделают другие.

Дима рассмеялся, так, словно я сказала действительно что-то смешное. Мне стало совсем не смешно, так как вёл он себя довольно странно, словно я как минимум его девушка. А зная всё о его отношении ко мне, так и вовсе страшно. Ведь даже зная Сашино отношение ко мне, ну кто я такая? Брат ведь всё равно дороже. Родная кровь. Сейчас Дима затащит меня в укромное место, исполнит все свои нескромные желания и скажет без зазрения совести; - Она сама! И по закону жанра, ему все поверят и хорошо, если меня просто отпустят. Саша будет делать вид, что убит горем, возможно, не стребует с меня неустойку.

Пока мы шли до машины, в моей голове разыгралась целая Санта-Барбара. Сев в неё я потёрла руками лицо, чтоб хоть как-то успокоиться. Ещё к тому же противно начало подташнивать и явно не оттого, что с утра не поела. И в какой момент, моя жизнь превратилась в этот не хилый сюжет для целого сериала?! Правильно! С этой чёртовой подписи. Не подпиши я этот договор, пошли я этого Сашу к чёрту, и ничего бы этого не было. Мне не пришлось бы врать маме ни о чём. И думать сейчас, к какому же это лучшему, всё делается, чёрт возьми?!

- Сейчас поедем поедим, а потом я тебя отвезу в один магазинчик, там точно есть то, что нужно для подарка. - Дима сев за руль, завёл машину и тут же рванул с места.

- Отлично! - выдавила из себя улыбку, хотя всё было более или менее прилично и можно было бы не переживать. Но покой мне даже сниться не планирует. Ладно хоть уши перестали краснеть, это я мельком углядела в боковое зеркало.

Дима

- В рот тебе ноги! Что же ты творишь-то?! Это жена твоего брата! - я прикрыл собственный рот ладонью.

Схожу с ума! Точно! Мало того, что, продержавшись две недели от визитов к брату, сорвался и слежу сейчас за Аней словно маньяк, так ещё и сам с собой говорить начал! Совсем уже!

Такси, в котором ехала Аня, свернуло в сторону торгового центра, хотя судя по начальному маршруту она направлялась к маме в больницу. Ну да ладно, мало ли, может что-то купить ей хочет. Понаблюдаю за ней немного со стороны, ведь видеть её рядом с братом было невозможно. Я просто не мог смотреть, как она с любовью на него смотрит, обнимает, отвечает на его поцелуи. Еле отсидел тот обед и целых две недели не совался к ним, хотя мог хоть каждый день приезжать. Ещё и отказался от идеи покупать квартиру в их доме.

Начал считать, что брат, тот ещё бабник и гуляка, недостоин такой Ани. Гаденько надеясь, даже не в глубине души, что он скоро сорвётся, изменит ей, она об этом узнает. Не простит, бросит. А тут я! Весь такой хороший. Верный. Я бы даже уехал ради неё. От этих мыслей было мерзко, но бороться с собой так сложно. Теперь я на своей шкуре, точно знаю, что значит этот сладкий, запретный плод! С ума сойти недолго. Даже развод и мамины истерики по этому поводу никак не ослабили эту навязчивость. Назойливая мысль - «моя» сидела во мне хуже занозы в одном известном всем месте! Занозу хоть вытащить можно, а вот мысль? Как её вытравить из себя?!

Пока ставил машину на парковку, Аня уже зашла в торговый центр. Я ещё выкурил сигарету для верности. Не хотел бездарно провалить первую в своей жизни слежку и надеясь последнюю. Но какое там?! Увидев Аню в отделе нижнего белья, как разглядывает с интересом кружевную, прозрачную тряпочку, сердце упало в пятки. Лишь одна мысль, что сегодня брату это с неё снимать, породила во мне какую-то дикую смесь чувств. От гневной ревности и злости с завистью, до сожаления и безысходности.

Ревность победила здравый смысл за несколько секунд. Я наплевал на всякую конспирацию и поспешил себя обнаружить, легенда «приодеться для развода» прошла на ура. А я испытал настоящее облегчение, когда Аня вышла из этого отдела с бельишком. Настроение улучшилось, как только узнал, что Аня хочет, что-то маме подарить и выбирает подарок для неё. Стало вдруг таким же необходимым, как вздох, сделать хотя бы один день из жизни Ани, хоть чуточку счастливее и свой заодно.

Нужно стать для неё не братом её мужа, а хорошим другом и опорой. Чтоб она смогла и захотела опереться на меня, когда Сашка оступится, а он обязательно это сделает. Ведь люди не меняются. Бабник он и есть бабник и такой, как Аня он точно не подходит.

Со стороны я точно выгляжу сейчас как дурачок. Счастливый болван, оттого что у меня есть почти четыре часа рядом с Аней. Шашлыки с утра - это, конечно, то ещё приключение, но чего не сделать ради…Ани. Можно и шашлыки на завтрак.

- Тут недалеко есть скорее кафе, чем ресторанчик, у них специализация такая. Мясо на углях! - хотелось как-то разговорить Аню.

- Я тут вспоминала, я шашлыки ела последний раз, семь лет назад! - она рассмеялась на мои округлившиеся глаза.

- Был какой-то повод? Ну ты просто так точно запомнила.

- Да нет. Ну это неточно прям семь лет просто меня подруга в кафе позвала, а она тогда беременная была и ей жутко хотелось шашлыка. Вот в этом году её сын в школу идёт. Первый класс. Семь лет как раз!

- Мм. А вы с Сашей? - не смог договорить до конца вопрос о детях, в горле прям ком встал.

- Что мы? - Аня не поняла вопроса, к моему несчастью.

- О детях думали? - похоже, слишком уж откровенно - тяжко вздохнул, пришлось даже для виду посигналить в никуда, чтоб моё недовольство как-то скрыть.

- Да какие дети Дима?! У меня мама так болеет. Каждый день не знаю, чего хочется больше, реветь или напиться, а то и того и другого и побольше. С детьми так нервничать нельзя!

- Извини. Как-то в голову не пришло даже. Как она? - специально не спрашивал, чтоб не напоминать, но тут уж никак раз мы о ней заговорили.

- Она то думает, что хорошо. Ей дают хорошие лекарства. Только на самом деле всё плохо. А ты бы как поступил? Вот например, ты что-то, знаешь, такое, что должен скрывать от другого человека, но этот человек, имеет право знать. Но если он узнает, это может изменить всю его жизнь, не в лучшую сторону. И как поступить? Как правильно?

- А я и знаю. Знаю и молчу! Представляешь, с семи лет молчу. Но это не моя тайна, я просто свидетель. Тебе, конечно, сложнее, опять же врачам виднее. Раз лечащий врач так считает лучше для твоей мамы, крепче спать будет и поправится.

Аня лишь вздохнула и ничего не ответила. Мне так хотелось бы её поддержать. Обнять, взять за руку, но я лишь сжал руль посильнее. А то ещё не так поймёт. Испугается. Да и не плачет вроде.

Анна

Признание Димы отправило меня в тупик. Что такого, он может знать с семи лет? Любопытство теперь пробирало меня до мозга костей. «Тайны Мадридского двора» манили меня похлеще, чем морковка манит ослика. Может, это нервное? Мало мне будто то проблем. Отмахнувшись от этих мыслей, я уставилась в окно. Пробок не было, район явно не очень популярный.

Только когда мы подъехали минут через десять, к заведению под названием «Мангал», я остро ощутила, как же хочу есть. Что было неудивительно, ведь время близилось к обеду, а мы ещё не завтракали.

- Я такая голодная! Я слона готова съесть! - заявила я, когда мы с Димой зашли в кафе.

- Готов в этом, тебе помочь! - он посмотрел на меня внимательно, улыбаясь, словно ждал моего несогласия делиться с ним, своим слоном.

- Снимай шубку, давай я тебе помогу. - встав за спиной, Дима, помогая снять шубу, скользнул пальцами по моим голым рукам.

На мне было моё старенькое платье с коротким рукавом. В нём я теперь всегда ходила к маме. Саша был так занят Крис, что не особо то разглядывал в чём я из дома выхожу.

Прикосновение, до мурашек приятное, застало меня врасплох.

- Замёрзла, что ли? Вон вся мурашками покрылась. - на мой кивок, Дима тут же развёл бурную деятельность.

Не замечая возражений, одел на меня свой огромный пиджак, который был мне по колено и приятно, обволакивающе пах чем-то древесным. Удивительно, но до сегодняшнего дня, я даже не замечала этого приятного аромата, хотя я даже обнималась с Димой.

- Что за духи? - спросила и не удержавшись, словно токсикоман, с блаженством уткнулась носом в ароматный воротник, рассмешив тем самым Диму.

- Честно, не помню! Мама буквально на днях подарила, я посмотрю название и скажу тебе. - ответил Дима, отсмеявшись над моим нелепым видом.

Я поймала себя на том, что он мне нравится как мужчина. Впервые мне кто-то нравится! Или это просто возраст подошёл и мой организм, стремясь к размножению, активизировался. Угу! Дурачок какой! Как раз вовремя! Кареглазый монументальный мужик, со здоровыми ручищами, пожалуй, он бы мог ими и мамонта завалить, а это как раз то что нужно инстинктам! Чёрт! Только вот в мои планы это точно не входило.

Надо скорее поесть, сытому организму будет не до размножения и прочей ерунды. Мы прошли за столик, сдав верхнюю одежду в гардероб. Дима сел напротив меня, но столик на двоих, за который нас усадила администратор Юлия, был чертовски мал и мне пришлось подобрать свои ноги под стул. Иначе они рисковали иметь тесную связь с ногами Димы. Официант подал нам меню.

- Можно нам сразу горячего чая, а то девушка замёрзла. - от Диминого заказа, стало ещё жарче.

Проклиная свои мурашки, заказала шашлык из овощей, а Дима предложил заказать сразу большое, мясное ассорти, одно на двоих.

- А как вы с Сашей познакомились? - спросил Дима, когда официант удалился.

- В клубе. Он мне на ногу наступил. - помедлив, ответила я, вспомнив, что его ещё, не было, когда мы с Сашей, всё рассказывали родителям о знакомстве.

- Романтично. - кисло ответил Дима.

Мы, к моему счастью, тут же отвлеклись на чай, который принёс официант. Дима щедро налил мне полную кружку. Ну и ладно, снимают же как-то в кино, зиму летом? И несмотря на то что мне было жарко, я отпила сразу добрую половину кружки. Голодный желудок обалдел от такой наглости, и меня замутило. Хотя я всё-таки больше склонялась к тому, что это нервы. Слишком уж явно, Дима показывал свою неприязнь к нашему с Сашей браку. Мне казалось ещё чуть-чуть, и он попросит меня развестись с ним, и признаётся в том, что неравнодушен ко мне. Да и к тому же не особо то хотелось, точнее, совсем не хотелось нас обсуждать. Что-то придумывать и вновь играть роль любящей жены.

- А ты чем занимаешься? Тем же чем и Саша? - хотя я отлично знала, не тем, но намеренно перевела тему, надеясь, что Дима будет больше рад рассказать о себе, нежели выяснять что-то о нас с Сашей.

- Нет. Сфера одна, но фирмы у нас разные. Моя фирма, в отличие от Сашиной, поставками камня занимается, а не обработкой. - с удовольствием ответил Дима, радуясь сменить тему разговора.

- Какого камня? - спросила, делая жутко-заинтересованный вид, медленно отпивая из чашки чай.

- О! Его натурального только более семисот видов. Самые популярные гранит и мрамор. Ты сама то много знаешь камней? - с весёлой улыбочкой спросил Дима.

- Честно сказать и знаю немного. И то по названиям больше, чем по внешнему виду, и вряд ли смогу отличить натуральный мрамор от искусственного. - тут уж я сказала правду.

Ведь я хоть и работала в Сашиной фирме по изготовлению и реставрации изделий из натурального камня, в них я не разбиралась совсем. Да и моя профессия того не требовала.

- Ты можешь прямо сейчас назвать мне любой камень, и я тебе про него расскажу. - довольный, уверенный собой, заявил Дмитрий.

- Ха! Мои познания в камнях так скудны, я разве что и знаю мрамор, гранит, малахит, изумруд, о! А что ты знаешь про травертин? Название красивое, не знаю, откуда я его знаю, но это же камень да? - мой мозг сам выдал из какого-то тайного хранилища это название, хотя я засомневалась, что это камень, может, одно из названий маминых лекарств.

- Ты, наверное, про Колизей смотрела, оттуда и название помнишь. Ведь он целиком выстроен именно из травертина. Промежуточная порода, между известняком и мрамором. Вообще, строить из него не очень, максимум камин в помещении или использовать для отделки, опять же в помещении. Нежный материал. У нас в России тоже есть залежи травертина. Вот он, посмотри. - довольный интересной ему беседой, Дима протянул мне свой телефон, в котором недолго что-то поискал.

На фото, светился молочного цвета камень. Похожий на камушки, которыми засыпают дорожки в парках и совсем непохож на камень, из которого построен Колизей.

- Это не обработанный. - с улыбкой добавил Дима, видя моё смятение и недоверие к увиденному.

- О! Еду несут! - завидев официанта с огромным блюдом, идущего в нашу сторону, вернула Диме телефон и сняла его жаркий пиджак, чтоб не обляпать и окончательно не свариться, нюхнув незаметно, напоследок, его ароматный ворот.

На огромном жестяном блюде, не считая овощного, лежало около десяти шашлыков из разных видов мяса, прямо на шампурах. Аромат приготовленного мяса на мангале, пропитавшегося дымком от углей, покорил моё обоняние напрочь вытеснив с пьедестала первенства, древесные нотки Диминых духов.

Почему-то в голове сразу возникла чёткая картинка, как я утыкаюсь в Димино плечо носом. А точнее, во впадинку подмышки носом, а в плечо лбом. На нём тонкий шерстяной свитер, колючий до детского ужаса и голубой как летнее небо и светлые, совсем старенькие джинсы. Он переворачивает шампуры с мясом на мангале и тут же кричит почему-то Сашке, чтоб тот не трогал Кристину.

Ладно бы приснилось такое, а то средь белого дня привидится же! Точно с голодухи, подумала я, и подхватив ближайший шампур, впилась в ещё горячее, сочное мясо. Такое нежное и вкусное, не поняла только чьё оно было, так быстро проглотила, не успев даже толком прожевать.

- А любимый камень у тебя имеется? - спросила Диму.

- Есть, опал называется. Я тебе потом покажу, у меня есть парочка интересных экземпляров. - быстро ответил Дима, ловко расправляясь с куриным крылышком.

Дальше на беседу не отвлекались, наш завтрак - обед стал похож на негласную делёжку «слона», кто успел, тот и съел. Поев, мы отправились в тот самый, обещанный Димой магазинчик. В машине, после сытной и вкусной еды, в мягкой норковой шубке, меня так разморило, что я тут же задремала.

Дима

От начала улицы шла семейная пара с ребёнком. Взгляд зацепился. Было во всём этом, что-то желанное. Хотелось на них смотреть. Хотя мужчина, наверняка он же глава этого маленького семейства, был хмур и куда-то торопился, делая широкие шаги. Маленькая девочка в розовом пуховике, висла на маминой руке и бежала за ней, успевая изучить всё вокруг и по смешному, мило кривляться. Женщина быстро шагала за мужем и что-то наперебой ему рассказывала. И несмотря на хмурый вид мужчины, по всему было видно, что они счастливы. От них веяло уютной кухней с абажуром вместо люстры и семейным чаепитием. И собака у них наверняка имеется и даже кот. Толстый и рыжий или нет, толстый и пушистый, но тоже рыжий и обязательно флегматичный.

Тринадцать - сорок пять показывали часы на магнитоле авто, когда я припарковал машину у магазинчика с милыми вещицами. Надо будить, иначе к трём часам я её не успею отвезти в больницу. А я не могу оторваться от её безмятежного лица, и всё тут! Так же как не мог оторваться от семейной пары, идущей по улице, пока мы стояли в небольшой пробке на кольце.

Поражаясь тому, как такое вполне обычное явление-сон человека, может быть таким завораживающим, я не придумал ничего лучше, чем запечатлеть его на свой телефон.

От звука сработавшей камеры Аня, к счастью, не проснулась. Подожду до двух. Все тяжёлые и невесёлые мысли моментально улетучиваются, когда она рядом. Можно прогулять работу и не думать ни о каких «но»! Странно это всё! Но вот смотрю на её красные губы, припухли от островатого соуса к мясу и не могу представить даже что Саша их целует. Хотя я видел сам. Но когда она рядом это всё растворяется в атмосфере и это на самом деле раздражает.

Я должен знать и понимать всегда, что мне нельзя! Нельзя думать, что она когда-то сможет быть мамой, такой вот моей дочки в розовом пуховичке. Нельзя фотографировать её, спящую. Нельзя смотреть на её губы и хотеть их тоже нельзя! Следить за ней нельзя и смеяться над её непосредственностью и радоваться как дурень, что ей нравится мой одеколон тоже нельзя!

Но как?! Как это вбить в свою голову и дать себе по рукам, когда всё вокруг замирает, и даже воздух связан с ней и такой особенный, когда она рядом, я не понимаю. И солнце светит иначе и думать правильно уже не получается.

Ну вот! Два часа.

- Аня…- тихонько произнося её имя, я быстро провёл кончиками пальцев, по розовому краю ушка, с удовольствием, лишь отчётливо понимая, что со сна она этого и не заметит.

Длинные ресницы вздрогнули прежде, того, как глаза распахнулись. Она огляделась, потянулась и улыбнувшись, спросила;

- Магазинчик?- личико безмятежное со сна, но безумно милое.

Я, улыбнувшись в ответ ей, кивнул. Не хотел её торопить, но она сама, увидев время, быстро выскочила из машины, явно не понимая в каком мы районе.

- Нам сюда! - так просто протянул ей руку, закрыв машину, и она за неё взялась.

Десять метров до дверей магазинчика «Кузьма», с Аниной ладошкой в руке, были теплее, чем две жаркие недели в Пекине. Даже мех её шубки приятно задевал кожу руки. Правда, когда мы перешагнули порог этого чудного магазинчика, Аня издала полный восторга звук, отдалённо похожий на щенячий визг от счастья и наши руки разъединились.

Меня моментально для неё не стало. Но я совсем не расстроился, было интересно за ней наблюдать. Она ненадолго хватала всё подряд, и с восторгом разглядывая забавные игрушки, улыбалась от удовольствия. Даже показалось, что я привёз сюда не взрослую девушку, а маленького ребёнка.

- Я возьму вот эти две! - Аня, торопясь всё обсмотреть, довольно быстро определилась с выбором.

Она подошла к кассе с двумя игрушками. Лиса и собачка из шерсти. Обе разные, но милые до невозможности, если такое бывает.

- Я заплачу. - спохватился я уже тогда, когда Аня начала отсчитывать деньги.

- Мм. Тогда только этого. - Аня не стала спорить, но и не сдалась, разделив оплату игрушек пополам.

- Почему именно собачку? - я смотрел на печальную, похожую на стельку собаку, она была до того убогая, что хотелось её пожалеть и накормить, но вместе с тем и милая, добрая.

- Потому эту собачку я маме подарю и куплю её сама, а эта для меня. - Аня подала деньги за лису.

- Это же лиса! - я взял у Ани из рук рыжую лису в полосатых шортиках.

- Нет это собака! - Аня забрала у меня лисичку, и прижав её к себе, ожидала пока я оплачу собаку.

- Девушка, это лиса или собака? - я обратился к продавцу, уж ей то виднее или я уже совсем не разбираюсь в собаках.

- По накладной, так-то это лиса, а в принципе и на собаку похожа. Лисы и собаки они же из одного семейства! Псовые! - со смехом ответила девушка-продавец, подавая мне карту и простой пакетик с шерстяным животным.

- Вы же на подарок? Вам, может, в подарочный пакетик вашу лисичку упаковать? - обратилась она к Ане.

- Не понимаю, о какой лисичке идёт речь! А для собачки вот этот, пожалуйста. - Аня не сдавалась, и выбрав рыжий подарочный пакет в цвет лисички, оплатив его, торопливо вышла из магазина.

- А ты вредная! - смеясь, констатировал я, когда мы были уже в машине.

- Это собака! - стояла на своём Аня и это было очень даже забавно.

- Хорошо. Пусть будет собакой. - согласился я с улыбкой, отчётливо понимая, что она будет стоять на своём, похоже, в этом тихом омуте, даже черти водятся.

- У нас был рыжий пёс Ральф. Этот на него очень похож. А у тебя была собака? - Аня спросила так, словно Сашка и не мой брат вовсе и одной собаки у нас быть не могло.

- Была. Саша тебе разве не рассказывал? - удивился, ведь такие темы обычно всплывают до брака.

- Нет. Как-то не до этого было. - сказала в стиле «кажется, дождь собирается», теребя рукав шубы.

Сразу же прошибла волна ревности, от понимания, что всё сводится к постели. В голову сразу полезли идиотские мысли о том, на кой день она ему дала. Долго не мариновала, раз про собаку рассказать некогда было. Может, даже в этот же день и отдалась. Вот сучка! Всё испортила!

До больницы ехали молча. Про собаку я рассказывать не стал, а она, отчего-то не стала о ней расспрашивать. Видимо, я слишком явно выражал свою злость в вождении, потому что Аня выглядела довольно подавленной. А может быть просто вспомнила о маме.

Подъехав к больнице, я остыл. Тем более злиться на неё, я не имею права. Она чужая жена и передо мной уж точно ни в чём не виновата!

- Как раз вовремя. - на магнитоле светилось без трёх минут три часа.

- Ага. - Аня оживилась немного, до этого явно блуждала в себе.

От души отлегло. Я ни при чём. Она собрала рукой пакетики и сумку в одну связку и, открыв дверь, ловко выскочила из машины, уступая своё место, морозному воздуху.

- Спасибо за шашлыки и за стельку! - радостно прокричала мне в закрывающуюся дверь.

- Маме привет! - я помахал ей рукой, и она помахала мне в ответ.

Так, радостно, непосредственно и абсолютно этим обезоруживая.

- Как с этим бороться?! - спросил я сам себя, глядя в зеркало.

Ещё и собаку стелькой назвала, она назвала, а я подумал, что она похожа на стельку. Можно было бы уехать, заняться работой. Но я тупо не мог двинуться с места. Даже понимая, как глупо выгляжу. Понимая и то, что, если Аня не дура, она догадается, что я не просто так тут остался, торчать два часа у больницы.

Я ходил вокруг машины как идиот, скурил почти полпачки сигарет, но так и не смог придумать, что скажу ей, а она наверняка спросит меня, почему я не уехал. Напрочь забыв про брата и то, что он может сам приехать за Аней.

Но к моему счастью, Аня выпорхнула из дверей здания больницы и подошла к свободному такси. Он приехал по другой заявке, отказался её везти. Она такси заранее не вызвала, отошла в сторонку и начала искать в сумке телефон. Время - самые пробки и я не мог упустить эти два часа.