ГЛАВА 19. Йоркшир vs Мастиф

ГЛАВА 19. Йоркшир vs Мастиф

— Юра, тяни носок! Что ты как труп лебедя на вертеле! Давай, больше грации и пластики! — кричал Эдик Юрию Ассену — двукратному чемпиону танцев на пилоне. Юрка злющий и взмокший скалился бульдогом, но послушно выполнял все команды. И лишь когда спустился на пол, разразился бранью:

— Да ты меня заебал! Злоебучее ты космическое зло! Эдик, блять, я рук уже не чувствую!

Эдик кинул ему бутылку воды и тот ее еле словил, снова изрыгая поток брани.

— Ну вот, теперь видно, что ты устал и сделал все, что смогло твое тело. А то полил слезки в инстаграме, как ты бедный-несчастный больше не чувствуешь свой шест. Если надо я тебе и в жопу его запихну, чтоб до глотки. Сразу все почувствуешь и научишься нормально руки ставить. А то смотрю расслабился на двух медалях.

Юра зло и устало глотал воду, вытер рот рукой, а потом прошипел:

— Дьявол ты! Самый настоящий!

Эдик подплыл к Юре и заглянул тому в глаза:

— Так, а что ж ты к Люсе не пошел плакаться, что жопой своей ничего не чувствуешь, м?

Юра обреченно упал на скамейку около стены и снова зашмыгал носом:

— Потому что ты лучший.

Эдик почти по-отечески похлопал его по плечу и спокойно сказал:

— Вот и держи это в своей головке. Юрка, я с тобой вожусь, можно сказать, из жалости. У меня работы до хрена. Классы, стрижки, свои выступления. Мне вот твои рефлексии вообще до звезды. Но раз ты пришел и умолял — я с тобой работаю, как привык. Так что подотри сопли и работаем.

Через час Юра выл в голос на пилоне, а испуганная администратор Надя по стенке пробралась в студию и рукой позвала Эдика.

— Там молодой мужчина вас требует, Эдуард.

— Темненький?

— Да, — ответила с придыханием девушка.

«Ясно. Артур», — понял Эдик и вышел, кинув Юрке, чтобы тренировал подъем.

Артур ждал его на улице, кутаясь в кожаную куртку, и подмигивая горящей сигаретой на затяжках. Он был действительно слишком — даже для самооценки Эдика — красив. Хоть прямо сейчас в модели. Такой красотой его поразил только Даня Пестров. И вот, пожалуйста, еще один бог с олимпа.

— Привет, — подошел он к Артуру и тот сразу потушил сигарету о переносную пепельницу.

— Извини, не хотел курить, просто разнервничался.

Эдик засмеялся.

— Ты вопли Юрки, что ли, слышал? Так он у меня нытик и лентяй. На жалость любит подавить. Ты же не такой, Артур, — последнее Эдик намеренно произнес с хрипотцой, наслаждаясь эффектом.

— Дика, — просяще произнес Артур и наклонился к лицу своего рыжеволосого искушения.

И Эдик качнулся, поцеловал быстро сухие губы, облизал их и сразу же отклонился.

— Зачем ты приехал?

— Родители будут нас ждать на этих выходных.

Эдик закрыл глаза и вздохнул:

— Это самая тупая твоя идея. Но раз ты хочешь разбить свои хрустальные фантазии о принятии и поддержке, так и быть, схожу. Только с одним условием, — Эдик взялся за ворот куртки, — если твои родители будут против, то мы в тот же день прекращаем весь этот цирк.

Артур смотрел внимательно, но все-таки выдавил из себя:

— Хорошо.

На встречу Эдик оделся просто: джинсы и светлая футболка. Прихватил Тотошку и вышел к подъезду, куда въехал черный знакомый автомобиль.

— Ну, поехали, Тотош. Покажем себя с лучшей стороны.

«Или с худшей», — добавил он по себя. И ведь как в воду глядел.

Загородный родительский дом семьи Тумасян Эдика ошеломил. Ничего сверх безвкусного с вензелями, а большая ухоженная территория с прекрасным ландшафтом и красивый стильный дом заставили его рассматривать все с большим интересом.

— Нравится? — счастливо спросил Артур.

— Не буду врать — я в шоке.

— Это мы с папой сами проектировали. А мама с сестрой занимались ландшафтом. Наше семейное гнездо.

— Я бы сказал выпас, — улыбнулся Эдик и испуганно закричал, потому что на Тотошку неслась огромная «лошадь». В последнюю минуту он успел ухватить своего песеля, а рука Артура перехватила ошейник.

— Берри, нельзя! — грозно приказал Артур огромному мастифу.

— Ты совсем что ли! — взвился Эдик. — Говорить надо, что у тебя тут зверюга живет!

— Берри — не зверюга, он просто очень вами заинтересовался.

На этих словах собакен облизнулся, а Эдик насупился.

— Давай их познакомим? — предложил точно уже «бывший» парень.

— Артур, ты больной? Он же его лапой раздавит! — громко ответил Эдик и прижал к себе дрожащего Тотошу.

— Берри совершенно не опасен для семьи, — заступился Артур за своего пса и получил в ответ гневный взгляд.

— Нет, ты надо мной точно издеваешься! И в каком месте я для него «семья»?

— Так ты даже знакомиться не хочешь, — улыбнулся Артур и приказал псу: — Сидеть, Берри.

Тот послушно уселся на траву и выжидательно уставился на парочку: Эдика и его кроху.

— Ладно, — выдохнул Эдик. — Все равно придется это делать.

Он опустил Тотошу на землю, и малыш подбежал к огромной глыбе, которая внимательно следила за ним. Обнюхал, оббежал и вернулся обратно, а потом вдруг уперся передними лапками в мощные лапы мастифа и потянулся к его морде, весело гавкнув. Берри аккуратно склонился к маленькой мордочке и дал себя обнюхать.

И Тотоша, этот предатель, лизнул эту псину.

Эдик даже зубами заскрипел.

— Вот видишь. Семья, — сказал с улыбкой Артур и наклонился к Эдику, видимо, за поцелуем, но тот отвернулся.

— Не здесь, — сказал он холодно.

Артур не стал спорить, а повел Эдика и собак к накрытому на веранде столу. Там-то Эдуард и понял, что побывает здесь в первый и последний раз. Непонятно на что надеялся Артур, но по лицу его отца он прочитал все, что тот думает о нем. Что ж, обед будет тяжелым.

Так и вышло.

Старший брат Давид, младшая сестра-красавица Лали и мама Артура — Каринэ к Эдику однозначно проявляли радушие и теплоту. А вот Тигран Шаумович... Он Эдика протыкал, как шампуром сочную свинину, при каждом взгляде.

— Так высшего у вас нет?

— Еще не доучился, — ответил Эдик. — Планирую вернуться через год. Работа пока отнимает все время.

— Это грумминг, стрижка?

— Пап, Дика еще преподает в танцевальной студии сестры, — вклинился Артур. Ох, лучше бы молчал.

— И что за танцы?

В другой ситуации Эдик бы смягчил ответ. В конце концов, многие не знали тонкостей такого вида танцев, но мужчина, сверлящий его темными-синими глазами, искал повод, чтобы разрезать эти отношения. Уничтожить в зачатке. И лучше Эдик сделает это сейчас, чем начнет страдать и цепляться за Артура, когда уже не сможет сдерживать свою симпатию.

— Танцы на пилоне. На шесте.

Наступила гробовая тишина.

— Ты стриптизер? — низким голосом проговорил глава семьи.

— А как еще ваш сын мог со мной познакомиться? — со злорадством спросил Эдик, наблюдая, как белеет лицо Артура.

— Дика, зачем ты?

— У меня свое персональное шоу в дрэг-квин клубе. А ваш сын, как кобель, за мной таскается. — Эдик так разозлился, что окончательно перешел на грубый тон. — И я его об этом не просил. Спасибо за обед. Все было божественно вкусно. Рад был познакомиться, но продолжать знакомство, думаю, не стоит.

Эдик поднялся из-за стола, кивнул и пошел в сторону выхода с участка. Тотошка мирно играл с Берри, но сразу понесся к нему, чтобы запрыгнуть на руки. Внутри опять все крошилось. Ну сколько он будет наступать на эти грабли? Сколько надеяться? Ведь сам доказывал красавчику, что семья не примет. И все равно, твою ж мать, ехал и думал — а вдруг?!

Он услышал шаги позади себя и, не поворачиваясь, сказал:

— Вызови такси, пожалуйста, я тебе верну с зарплаты.

— Дика, — как раненый зверь прошептал Артур и обнял его, ощутимо стискивая в сильных руках. — Ну зачем ты так? Папа просто пытается понять.

— Он уже все решил. И я тоже. Вызови такси и на этом закончим.

Еще немного и Эдик разревется прямо тут, в этих чертовых объятиях. Надо было срочно уезжать и убегать.

Артур усадил его в такси и тихо сказал:

— Я тебя добьюсь. — И закрыл пассажирскую дверь.

***

Заза заглянула в гримерку, где Эдик отходил от выступления и восторженно с придыханием истинной соблазнительницы проговорила:

— Моя душка, там настоящий король Артур с вот таким, — тут она показала размер, — букетом цветов. Не знаю, что ты с ним вытворял накануне, но хоть ради цветов выйди. Мне букет отдашь.

— Зараза ты, а не Заза, — обиженно ответил Эдик, понимая, что Артура она уже пропустила внутрь. Вот почему его хотят с ним свести все, кто видит? Колдует он что ли? Хотя Эдик понимал почему. Сам же смотрел в его красивые глаза и замирал, когда они начинали загораться. Ну вот как ему противостоять?

Он снял последние остатки сценического макияжа и вышел к Артуру уже в обычной одежде.

— Долго ждал?

— Я не ждал, я тут с самого открытия. Да и я готов ждать тебя вечно.

И глаза опять загораются, сверкают.

— Тебе понравилось выступление?

Артур поднялся и вручил букет, как-то напряженно сглотнув.

— Я не знаю, как можно описать мои чувства. У меня внутри все будто разорвалось в клочья. Ты невероятный. И этот красный наряд. Эта аллегория Солнца. Ты... Дика, я люблю тебя, — выдохнул Артур и застыл.

За блеском в глазах пришла вспышка боли. Эдик стоял как вкопанный, ничего не говоря. Он сегодня не танцевал, он страдал на сцене, сгорал словно это самое Солнце, потому что он устал отталкивать Артура, он устал отказывать себе даже в коротком счастье.

И он сделал шаг. Забрал букет из напряженных рук, положил на пол, повернулся и поцеловал. Вжался в сильное тело. Притянул руками за затылок и впился в губы.

Они целовались долго, пока Заза не кашлянула рядом с ними.

— Мальчики, не хочу прерывать, но вам точно нужно уединиться. — И всунула в карман Артура ключ-карту от верхнего этажа. Там была небольшая квартира, где иногда ночевали ребята, если были какие-нибудь проблемы с жильем. — Рада за вас, — подмигнула кокетка и исчезла в гримерной.

— Это «да», Дика?

— Это «давай попробуем».

Но как бы Артур не пытался затащить Эдика снова к родителям, как бы ни просил все-таки попробовать познакомиться во второй раз, тот стоял на своем — лучше не портить, то что у них есть.

А потом в его студию вдруг приехала Лали.

— Так ты хочешь освоить пилон? — Эдик вглядывался в ее лицо в поисках подвоха, когда она кивала и отвечала, что хочет освоить полдэнс. Он слушал ее, но прекрасно видел — шпионит, поэтому он решил облегчить задачу.

— Лали, мы встречаемся с Артуром. У нас с ним серьезно. Он стопроцентный гей и жениться на девушке он не сможет. Вернее, это будет издевательством над обоими. Мне очень жаль, что ваши родители столкнулись с тем, что им невыносимо принять. Но пока я смогу, я буду с ним. Не нужно искать поводов поговорить со мной. Можешь просто позвонить.

— Это так очевидно? — расстроилась девушка.

— Более чем, — улыбнулся Эдик. — Давай я угощу тебя кофе в соседней кофейне и поговорим?

— А можно я сперва все-таки поучусь? Мне правда интересно.

— Я очень строгий инструктор, учти.

— Ну не строже моего папы, — рассмеялась она... а через два часа...

— Я больше не могу! Эдуард, дай мне сдохнуть! — рычала Лали, вися на пилоне на дрожащих руках.

— Ты же сама захотела, — с коварной улыбкой отвечал Эдик. — Ладно, так и быть. На сегодня все. Пошли водичкой тебя попою.

С сестрой Артура у них сложились очень теплые отношения. Девушка не была избалована, любила семью и искренне переживала за брата. А потом с таким же рвением всех Тумасянов присоединилась к осаде отца. И, наверное, ничего бы не сдвинулось еще годами, если бы не страшный инцидент. В тот вечер у Эдика была тренировка, а потом репетиция с Даней.

Обычный осенний вечер.

Эти отморозки ворвались настолько неожиданно, что никто из них не успел среагировать. Эдик остался с Лали дорабатывать ошибки. Нади сегодня не было, поэтому в небольшой студии они были вдвоем.

— Ах ты шлюха! — разнеслось по всему залу. Лали съехала вниз, схватившись от испуга за шест. Эдик повернулся на окрик. В дверях стояли двое крупных кавказских мужчин.

— Вы это кому? — обратился он на всякий случай. Поклонники у него иногда случались странноватые.

— К этой блядине, которая тут на шесте вертится. Теперь понятно, почему от свадьбы отказалась. Блядки я в семье не потерплю.

— Неуважаемый, у нас вообще-то занятия по полдэнсу. Вы можете изложить свои претензии в письменной форме и за дверью. Либо вызваем полицию.

Но Эдик ошибься — мужики пришли не просто поорать. Этот крикун вдруг выхватил из-под куртки пистолет и направил на Лали. Эдик действовал машинально: встал перед испуганной девушкой и спокойно сказал:

— Опустите оружие, иначе мне придется вас ударить.

— Вардан, не надо, — жалобно сказала Лали и этим еще больше разозлила мужчину.

— А ну заткнись, когда мужчины разговаривают, — рявкнул этот Вардан и сделал несколько шагов к ним. Этим Эдик и воспользовался. Напряг руки, перегруппировался и подбросил себя на шесте, со всей дури заряжая мужчине ногами в солнечное сплетение и шею. Вардан грохнулся сразу. Зато второй очухался и с ревом побежал на Эдика.

— Лали быстро в сторону! — и сделал проворот, набирая нужную амплитуду. Бугай целился в ноги и схватил лишь воздух, потому что не ожидал, что Эдик так легко и быстро уйдет от захвата. Зато совсем не ожидал такого сильного удара, который вырубил его с первого раза.

— Быстро уходим, — крикнул он Лали, и они побежали в раздевалку, натягивая одежду и куртки, но когда собирались выбежать на улицу, в дверях оказался третий здоровяк.

— Что вы сделали, сучки? — зло прохрипел он и достал оружие.

Вот теперь у них не было никакого преимущества.

Но позади вдруг послышалось уверенное:

— На землю, руки за спину.

И за мужчиной мелькнула фигура в черном. Он послушно опустился на пол, заводя руки назад, а мужчина в черном пальто и кожаных перчатках умело их зафиксировал. Рядом с ним появился Даня. И Эдик выдохнул.

А потом началось: допрос, новые мужчины в черном, взбешенный как дьявол Артур, Даня с чаем и несчастная дрожащая Лали. Эдик был в шоке, когда услышал, что это бывший жених девушки.

— Вот и скажи мне, что хорошего в браке? — спросил он отрабатывающего на пилоне Даню, когда вся волна схлынула, оставив в наблюдателях только двух парней.

— Стабильность и безопасность, наверное. Я-то откуда знаю, — усмехнулся Даня. — Мне это не светит.

— Это мне это не светит, а вот у тебя все возможно, — поправил друга Эдик. — Но не торопись. Надеюсь, этого Вардана не утопят в Неве.

Даня резко спустился с шеста, замер на секунду, схватившись за него, а потом испуганно проговорил:

— Мне срочно надо... к Марку мне надо. Эдик, я отработаю. — И убежал переодеваться. А Эдик прислонился к шесту и всмотрелся в серое пасмурное небо. Надо же как все может измениться. Взять — хоп — и за один день перевернуться. Когда на него направляли пистолет он же думал только об одном…

И Эдик сорвался с места, убежал следом за Даней, а потом попросил подбросить до нужного адреса. Артур сказал, что привез сестру к родителям, и Эдик решился. Вот реально, ну какой еще сигнал ему нужен?!

Он зашел в большую квартиру и посмотрел на удивленного Артура, а потом просто повис на его шее и прошептал в губы:

— Я тебя тоже люблю, мой король.

Глаза Артура распахнулись, заискрились, стали красивее любых драгоценностей. Он наклонился и поцеловал любимого. И опять они потерялись во времени, а в реальность их вернул кашель отца. Тигран Шаурович смотрел на них с... пониманием.

— Проходите на кухню, ужин стынет. Без вас не начинаем.

И ушел в светлую залу.

— Он тебя принял, — шепнул Артур на ухо Эдику. — Он трапезу разделяет только с семьей и близкими друзьями.

И Эдуард наконец-то спокойно выдохнул, а потом прижался к Артуру и счастливо улыбнулся.